Такой чужой - теперь он мой

— Что?! — закричала девочка в трубку, не веря своим ушам. Ужасная новость: полчаса назад вся её семья была найдена мертвой в том самом парке, от похода в который она отказалась. Слёзы моментально покрыли её щеки.       Далее всё происходило как в тумане: огромное количество людей в её доме, затем Сансу куда-то повезли. Множество ненужных вопросов, посторонние люди. Она ничего не понимала, не видела и не слышала. До её слуха донеслись лишь слова: — Ваш дядя, мистер Петир Бейлиш, заедет за вами через 15 минут. Теперь вы будете жить у него.       Она сидела на стульчике в кабинете полиции, обняв коленки и смотря невидящим взглядом прямо перед собой. В голове её не было ни одной мысли, лишь нечёткие картинки проносились перед глазами.       Как и было обещано, дядя приехал за ней спустя ровно 15 минут. Он был встревожен и немного мрачен. Он сразу узнал Сансу по её рыжим волосам и мамиными чертам лица, хотя не видел ее уже несколько лет.       Наскоро покончив со всеми бумагами, он увел её с собой, обняв за плечи. На улице моросил слабый дождь, поэтому он укутал девочку в свою куртку, пока они не дошли до чёрной машины. Она плохо соображала что происходит вокруг неё, куда её ведут. Петир открыл перед ней дверь и помог усесться на заднее сиденье. Сам же сел за руль.       Санса, всё ещё невидящим взглядом смотрела в окно, продолжая молча проливать слёзы. Петир время от времени поглядывал на неё в зеркало заднего вида, но не решался заговорить с ней, она была сейчас слишком ранима. Поэтому он просто любовался ею. «Боги, как же она похожа на свою мать! Только ещё слишком юная».       Действительно, девушка была копией своей матери: тонкие высокие скулы, густые волосы цвета осенних листьев, чуть светлее чем у матери, и глаза цвета океана. Сейчас этот океан разливался по её щекам.       Так, в молчании, нарушаемом время от времени тихими всхлипываниями несчастной девушки, они, наконец, добрались до дома Бейлиша.       Дом был весьма большим и притягивал минимализмом своего дизайна. Но Сансе сейчас было не до рассматривания достопримечательностей. Петир заехал в гараж, припарковав машину. Дождь усиливался, будто чувствовал настроение девушки.       Войдя в дом, дядя помог племяннице снять куртку. Пока он разувался, Санса с печальным видом уселась на огромный мягкий диван. Петир заварил чай и уселся рядом с ней, поставив на кофейный столик рядом две чашки с пахнущим лимоном напитком.       Он посмотрел на Сансу своими изумрудными зелено-серыми глазами, в которых читалось сочувствие и одновременно восхищение её красотой. Санса продолжала неподвижно глядеть перед собой. — Мне очень жаль, дорогая, — совершенно искренне произнёс он. У Бейлиша был приятный бархатный с хрипотцой голос. Такие голоса сводят с ума. — Спасибо, — совершенно безэмоционально ответила она ему, продолжая глядеть в никуда. — Но что мне взять с вашего сочувствия? — эти слова слетели с её уст, словно обвинения. Мужчина не счёл их обидными. — Никакими словами не смягчить твоей боли, но ты должна быть сильной, Санса, — из его уст это имя звучало особенно приятно. — Твоя жизнь продолжается, и это главное. — Да что вы знаете о моей боли?! — слёзы потоком хлестнули из глаз девушки, она повернула к Бейлишу лицо, полное ненависти. Их глаза встретились. Но он прочитал в них лишь беспомощность. Она была так одинока сейчас, когда у неё вдруг, при таких ужасных обстоятельствах, не стало семьи. — Ты ничего не знаешь о той, что испытал я, — грустно произнёс он почти шепотом и так же грустно, усмехнувшись, добавил: — Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива, Санса, — он придвинулся ближе.       Теперь их лица были на расстоянии дюйма друг от друга. Бейлиш продолжал смотреть на девочку загадочным (немного хищным) взглядом. «Как же всё-таки она прекрасна». После слов, сказанных им, Старк ещё больше помрачнела: такими же были последние слова её отца, перед гибелью. — Я поругалась с ним в тот день. Обвинила в том, что он… забыл нас со своей работой! — она продолжала смотреть на Петира, периодически отводя взгляд. — Я… я ненавидела его! А теперь… теперь он… — она содрогнулась и вновь разразилась тихими рыданиями.       Он придвинул её к себе в объятия, обхватив сильными руками. Она уткнулась носом в его футболку и плакала. Он чувствовал содрогания её тела и ни за что на свете не хотел отпускать её, такую беззащитную, в этот холодный и полный жестокости мир. Он целовал её в макушку и утешал: «Тише, Санса, всё будет хорошо». Ей так хотелось поверить ему. Она чувствовала себя защищенной в объятиях этого чужого человека и даже нужной.       Ей было так хорошо и уютно на его груди, что она невольно заснула. Тогда он мягко приподнял её, взял на руки и понёс в её новую спальню.       Заботливо уложив на кровать и накрыв спящую красавицу пледом, мужчина сел на краешек кровати и ещё долго любовался её красотой.       Спустя некоторое время он заставил себя удалиться из комнаты новой воспитанницы, напоследок бросив на неё хитрый взгляд. А Санса тем временем, ничего не подозревая, мирно спала.

***

      Она проснулась ранним утром. Видимо, дядя ещё спал или уже отправился на работу, так как никаких звуков внизу не было слышно. Она встала, открыла шторы, впустив в комнату щекочущие лучи утреннего солнца.       Теперь она, наконец, осмотрела помещение: под стеной вертикально стояла кровать, справа от которой находился плетёный комод, у окна расположился письменный стол и шкаф. Небольшого количества мебели было вполне достаточно, чтобы чувствовать себя здесь просторно и уютно. «Неплохо», — заметила Санса.       Сегодня настроение у неё было чуть лучше, чем вчера, хотя боль, сжимавшая ее сердце, до сих пор стояла комом в груди. Своими словами дядя вселил в неё желание жить. Какой смысл плакать, если этим семье уже не поможешь?       Она почувствовала лёгкий голод. «Нужно чем-нибудь перекусить», — с этими мыслями девочка направилась на кухню. Там она приготовила вкусный омлет с помидорами и, поев, оставила на столе порцию для Петира. И он не заставил себя ждать: — Доброе у-утро, Санса! — спустившись со второго этажа, пропел он. Очевидно и у него сегодня было прекрасное настроение.       Санса обернулась на голос и увидела его, стоящего в нескольких шагах от неё самой. Он был чуть выше её ростом, довольно крепкого телосложения, кудрявые тёмные, немного взлохмаченные после сна волосы, с проблесками седины у висков, смеющиеся серо-зеленые глаза. На нем были серые пижамные штаны и тёмная футболка. Их с Сансой глаза встретились, и он одарил девушку своей сексуальной улыбочкой. — Меня привели сюда великолепные запахи. Ты что-то готовила? — спросил он так, будто не ел уже несколько лет. — Омлет, — попыталась улыбнуться Санса. — Я оставила и вам, мистер Бейлиш. Мягкий смешок вырвался из его груди. — Мне приятно, дорогая. И прошу тебя, зови меня Петир, — сказал он, подойдя к ней и взяв за плечи, после чего поцеловал её в лоб. Напряжение, появившееся в теле девушки от его прикосновений, не ускользнули от мужчины, но он сделал вид что ничего не заметил.       Поев и переодевшись к работе, Бейлиш попрощался с племянницей, обняв её скорей романтично, нежели по-семейному. Затем, сказав, что весь дом в её распоряжении и дав ей свой номер телефона «на всякий случай», мужчина отправился на работу.       Она осталась одна. Печальные мысли снова завладели ее разумом, и чтобы хоть как-то себя отвлечь, она принялась обходить дом, обнаружив, что, хоть он и полупустой, здесь довольно комфортно. Она изучила его вдоль и поперёк, нашла комнату Бейлиша: она единственная была заперта.       Вскоре девушке стало скучно, и она отправилась к книжной полке, чтобы найти что-нибудь почитать. Найдя книгу под названием «А что если?», она уселась перед холодным камином на мягкое кресло, чтобы окунуться в литературу. Но чтение не шло.       Она думала о нём. Думала о Петире. Старк видела его всего лишь третий раз в жизни, не считая того первого раза, когда он пришёл к её семье в гости. Тогда она была ещё совсем мала, даже не обратила на него внимания. Но не сейчас. То, как хорошо ей было вчера в его объятиях, его прикосновения и голос, вызывающие мурашки по телу, этот таинственный взгляд.       Да и он относится к ней так заботливо. Но в этой заботе определённо есть что-то большее…       Она так глубоко ушла в эти раздумия, что не заметила, как предмет этих раздумий возвратился домой. Очнулась только тогда, когда его тёплые руки мягко опустились на её плечи.