Little G...

- Каких убийств? – перепугался я. - Началось где-то лет пять назад. Первой жертвой стала молодая девушка. Однажды ушла в лес за грибами и не вернулась. Ее нашли через несколько дней, недалеко от деревеньки, над ней надругались и убили. Вы бы видели какой переполох это вызвало. Ясно же, что кто-то из своих, чужих здесь отродясь не было, - затараторила девушка. Ей явно хотелось поделиться местной легендой. - А у нас что, деревня маленькая, всего десятка три домов, да полсотни жителей, и то вместе с младенцами. Ну все и начали друг друга подозревать, а члены семьи друг друга покрывать. Родители той девушки обезумели от горя, ее отец кидался на всех, кто был мужского пола, а мать только рыдала сутками. Но, со временем все вроде успокоилось, вернулось на круги своя, жизнь продолжилась. А тут, на тебе, снова убийство. На этот раз пастух Жаккуй. Между нами говоря, отвратительный тип. Ленивый, руки растут не из того места, а весь смысл жизни заключался в том, чтобы выпить. Пьяница еще тот. А когда надерется вообще неуправляемым становился, один раз вообще петуху шею свернул ни за что, ни про что. Поговаривали, что это он ту девушку… Но по словам его брата, он всю ночь спокойно продрых в сарае. В общем, после этого опять хаос поднялся. Отца той девушки стали подозревать. Вроде как арестовали, хотя у нас жандармерия – смех один и всего двое сотрудников. Так и неизвестно чем бы кончилось, если бы не убили сына молочника, парню лет семнадцать было, но, между прочим он тоже был паршивым типом, руки любил распускать и лезть ими куда не надо. Тут уж все взвыли, вызвали на подмогу жандармов из округа, только они так ничего и не нашли, только лишние рты пришлось кормить. Только они уехали, как раз – и новое убийство. Теперь старый учитель, уже на пенсии, уважаемый человек. Кому он не угодил – ума не приложу. Вот тогда-то жители и забеспокоились: кто мог сразу уехал, а остальные потянулись за ними. Домов десять опустело. Но, правда новые приехали, кто эти дома купил. Но преступления не прекратились на том. Марта, дочь молочника, младшая сестра того парня, что убили, пошла со своим мальчиком в лес, вроде как прогуляться, но мы-то понимаем, чем они там заниматься собрались, - девушка многозначительно посмотрела на меня, а я слушал, раскрыв рот, настолько меня увлекла эта история. – В общем, в ночи слышим – дикий крик. Все выбежали, кое-кто вилы похватал, глядим – бежит Марта и орет благим матом. Там, говорит, привидение, оно Поля убило. Поль – это ее молодой человек. Никто ей, конечно, не поверил, но труп мальчишки действительно нашли наутро. Стали расспрашивать девчонку, а она твердит одно и то же, мол, сначала холодно стало, до костей мороз, а потом белая фигура расплывчатая появилась, - девушка замолчала, переводя дыхание. Болтала она без умолку, я даже слова вставить не мог, но ее рассказ был интересным, только не особо правдоподобным. К тому же меня насторожила ее манера речи. Можно, конечно, все было свалить на то, что живет она в глуши и здесь еще сохранились архаизмы, но все равно ужасно резало слух. - А что потом? – спросил я, видя, что девушка не собирается продолжать. Она словно очнулась ото сна и недоуменно уставилась на меня, будто видела впервые. Затем побледнела еще больше, но ответила, при этом даже не пошевелившись. Она вообще стояла на протяжении всего разговора неподвижно, даже позу не сменила. И это при том, что тарахтела без умолку: - Семья молочника быстренько убралась из деревни, уж слишком много бед для одной семьи. Потом заново, убили брата Жаккуя-пастуха. При том, опять пошли слухи про белого призрака. Тут уж, кто был суеверным поспешил убраться восвояси. Дома уже не продавали, а просто оставляли, потому теперь такие развалюхи. Приехал какой-то двоюродный дядька Жаккуя и его братца и поселился в их доме. А у нас чужаков не любят, тем более, когда он родственник таких мерзких типов. И тут черт его дернул на свадьбе Кофманов приставать к дочке мясника. Ну, ее папаша мигом объяснил ему что к чему, а он у нас мужчина крупный и видный, дядька потом месяц хромал и за ребра хватался. Он бы и дальше себе охал, но вот только умер он. - Убили? – хмыкнул я, уже ничему не удивляясь. - Нет, вроде как сердечный приступ, но только вот не верится. Он вроде крепкий был мужичонка, с чего ему от удара помирать? Кто ж его мог так до смерти напугать? Сразу все на мясника стали коситься, но ведь ничего не докажешь, раз тот сам умер. И буквально через пару недель у Мелиссы Кофман был день рождения. Кстати, занятный факт: их все стали звать Кофманами еще до того, как они поженились, потому что у мужа фамилия тоже такая же. Но неважно. Так вот, они с мужем вызвали из города кучу народу: и поваров, и фокусников, и кудесников с волшебными огнями. Так вот под шумок, один из поваров куда-то пропал. Наутро нашли его бездыханное тело. Этому уже даже никто не удивился. Моя мать все заладила: «На нашей деревне проклятье, это порча, нужно обращаться к ведунье». Да только чушь все это, просто у нас завелся убийца, которого никто не может поймать. И да, самое главное забыла сказать, все друзья повара клянутся, что видели, как на улице мелькало что-то белое и парящее в воздухе, одному вроде бы удалось рассмотреть получше и он с уверенностью заявлял, что это призрак девушки. Все сразу вспомнили первую жертву, она была единственной девушкой, все остальные убитые – мужчины. Я скептически поджал губы. Ну, до чего же нескладная сказка. Трупы, призраки, бред сивой кобылы. Неужели еще остались столь наивные люди? - И чем же все кончилось? – спросил я. Несмотря ни на что, эта история меня интересовала. - После пресловутого дня рождения сбежали все. Это не так давно было. Осталась только я с родителями, мясник с семьей, Кофманы, месье Дювуа и мадам Люси с мужем. И пару месяцев назад убили ее мужа. Вот, в общем-то и конец истории. - Как? – я разинул рот. – Получается же, что убийца среди тех, кого ты перечислила. - Так, - кивнула девушка. – Но расследовать уже некому, жандармерию закрыли, собрались нас переселять в соседнюю деревню – побольше. Тут уже ничего не работает. Единственное, что осталось – можно всегда получить мясо и месье Дювуа еще кое-как в одиночку справляется с почтой. - А сами жители не попытались вычислить убийцу? И вообще, как их убивали? - Ну, - девушка замялась, - по-разному. В основном – душили, но первую жертву зарезали. - Чем душили? - Ничем, просто человек задыхался. Вроде следов от удушья на шее не было. Говорили о каком-то газе, но определять дорого, у местной жандармерии бюджета только на расследование пропавших куриц, а из города когда присылали людей, им вообще, по-моему, поскорее бы убраться к себе обратно. Не знаю я, - отмахнулась девушка. Мне же стало любопытно. Всего несколько подозреваемых, что сложного найти серийного убийцу? Тем более, что не каждый будет травить удушающим газом. Нужно только узнать подробнее об оставшихся жителях. - Мадам Люси, наверное, горевала по убитому мужу, - я решил начать расспрашивать издалека. - Я бы не сказала. Отношения у них не очень были. Еще бы, полвека вместе прожить, тут уж кто угодно друг другу надоест. У них вроде дочка была, но она с ними рассорилась много лет назад. Поговаривают даже, что мадам Люси ее родила не от мужа. Он в то время на фронте был вроде как. Ну, а что, война дело такое, никогда не знаешь, вернется ли муж или нет, вот мадам Люси и не стала заморачиваться. - Да, семь лет войны – долгий срок, - кивнул я, размышляя, как бы вернуть девушку к делу, а не выслушивать сплетни про личную жизнь мадам Люси. - Какие семь лет? – вытаращилась девушка. – Я сейчас про Первую мировую. Тут уже настала моя очередь удивляться. Если муж мадам Люси умудрился воевать в Первую мировую, то ему было как минимум сто четырнадцать лет, когда он умер, и его жена тоже немногим младше. Занятная тут деревенька, раз люди такие долгожители. - А мадам Люси она вообще кто? – поинтересовался я. - Они с мужем всю жизнь преподавали в нашей школе. Она – химию, а он – биологию. У меня в голове будто прозвенел колокольчик. Я тут же вспомнил четвертую жертву – старого учителя на пенсии. Мадам Люси и ее муж тоже были старыми учителями на пенсии. А что, если они все связаны? Допустим, старушка вместе с мужем травили людей удушающим газом, а их бывший коллега узнал об этом и пригрозил рассказать жандармам. За что они его тоже того. Тем более, мадам Люси знала химию, значит, удушающий газ для нее не был проблемой, а реактивы она могла взять в школе. Вполне возможно, что ее мужа под конец замучила совесть, и он решил сдаться, тогда милая мадам и его придушила. Единственное, я не понимаю мотива, да и возраст старушки позволяет ей только ковылять до скамейки в садике и обратно. Ладно, пока оставлю в покое достопочтенную старушенцию. - А остальные жители, они чем занимаются? – решил я действовать методом исключения. - Ну, месье Дювуа, как я уже говорила, работает на почте, Кофманы какие-то ученые вроде, все за бабочками гоняются, мясник понятно чем занимается, а мои родители сейчас нигде не работают, но раньше папа был плотником. - А ты? - А я в школе училась, пока ее не закрыли. - А сколько тебе лет-то? – удивился я, потому как на школьницу девушка никак не тянула. - Шестнадцать, - да уж выглядела она лет на семь старше. Может, просто из-за того, что темно? - А у мясника семья большая? – быстренько вернулся я к интересующей меня теме. - У него жена и дочка на два года старше меня. - И кем его жена работает? - Никем, она на хозяйстве, а вот дочка ему раньше в лавке помогала, а сейчас, когда все позакрывали, иногда дома вместо него мясом торгует. У меня в голове закрутились колесики. Итак, что мы имеем. Серийные убийства и десять подозреваемых. Саму девушку и ее родителей, думаю, можно сразу отмести: у них не было ни мотива, ни необходимых знаний. Почтальон тоже не кажется подозрительным. Остается шесть. Причем вряд ли жена и дочь мясника травили кого-то удушающим газом. Значит, остаются сам мясник, Кофманы и пресловутая мадам Люси. У мясника был конфликт с одной из жертв, которая при этом умерла от сердечного приступа, а не задохнулась, значит, он тоже не кажется главным убийцей. А вот Кофманы позанятнее, на их свадьбе произошел конфликт с последующим избиением, а на их дне рождения было совершено убийство. Только опять же, не вижу ни мотива, ни возможности. А мадам Люси вроде бы подходит на роль маньячки, если исключить возраст. Но мне все не давал покоя тот учитель, которого убили одним из первых. О нем я и спросил девчонку, которая так и стояла, не шевелясь, будто каменная статуя. Ее ответ был неожиданным: - Убитый учитель? Мистер Кофман, что ли? Он физику преподавал когда-то давно. - Кофман? – переспросил я. - Ну да, он отец Мелиссы Кофман. Тут у меня выстроилась вполне логическая цепочка. Допустим, этот мистер Кофман убил первую жертву – молодую девушку. Мадам Люси с мужем каким-то образом узнали об этом и, разумеется, возмутились столь вопиющему безобразию. Но вместо того, чтобы обратиться в полицию, они решили вершить самосуд. Уж почему они выбрали удушающий газ в качестве орудия, я не знаю. Наверное, потому, что он не оставлял следов. Но старушке по-любому было нужно узнать, как он действует на человека. Наверняка первые две жертвы – просто те, на ком испытывали газ. Тем более их считали большими подлецами и были уверены, что и поделом им. Далее мадам Люси с мужем убивают учителя. А вот остальные жертвы – это вопрос. Здесь два варианта – либо они уничтожали свидетелей и все глубже увязали в паутине лжи и убийств, либо просто вошли во вкус и убивали уже ради собственного удовольствия. Потом, скорее всего, на дне рождения, Кофманы увидели, как убивают повара, и сообразили насчет отца Мелиссы. Но, не будучи уверенными в этом решили поговорить с мадам Люси и ее мужем. После этого либо муж запсиховал и хотел пойти с чистосердечным признанием, либо старушка кокнула его для отвода глаз, мол, смотрите, моего мужа тоже убили, все ваши подозрения беспочвенны. Теперь либо Кофманы поймут в чем дело и решат мстить мадам Люси, либо бывшая учительница задушит и их. В любом случае кто-то из них в опасности. Придя к этой мысли, я раскрыл рот, чтобы озвучить ее своей новой знакомой, но оказалось, что она куда-то исчезла. Черт, придется самому искать и Кофманов, и престарелую мадам. Я бодро бросился разглядывать таблички на почтовых ящиках, разыскивая нужных мне людей. Я и сам до конца не осознавал, зачем мне это нужно. Мной овладел какой-то странный азарт, уж очень хотелось распутать эту тянущуюся уже много лет кровавую историю.