I see the Real You.

Мы сидели за столом в полном молчании. Первые две кружки с пивом были опустошены, а между нами всё ещё царила тишина. В баре играла громкая музыка, но людей было немного. Пару минут назад я получил сообщение от Эшли, что она уже приехала и ждёт меня у себя. Но ехать мне к ней совсем не хотелось, да и Нила в преунылом состоянии бросать «не торт», и я ответил, что занят. Кожаные чёрные сидения образовывали полукруги вокруг стола и создавали ощущение отдельной комнаты, мерцающие разноцветные лучи то и дело били в глаза, но со временем это уже не напрягало. Я привстал, что бы достать пачку сигарет из кармана джинсов, и взглянул на Нила, как бы спрашивая «можно?». — На улице. Я спокойно вышел из-за стола, Нил уставился в кружку, где было пиво, и задумчиво разглядывал дно. Я подозвал официанта и попросил ещё две кружки пива на наш стол, затем, пройдя по тёмному коридору, вышел на улицу. Начинало темнеть, мы оба и не заметили, сколько времени просидели за двумя чертовыми кружками в тишине. В голове было много разных мыслей по поводу происходящего. Я достал сигарету, зажал её между зубов и начал прокручивать колесо зажигалки. Она не хотела зажигать пламя, но я был слишком настырен. Сигарета всё-таки была подожжена, и уже кончик пылал красным огоньком. Я вдохнул и почувствовал, как приятный дым проходит по всему телу, и это помогло расслабиться. Стряхивая пепел с кончика сигареты, я уставился в небо. Фиолетово-лиловые полосы, плавно перетекающие в красные лучи зашедшего солнца. Луну уже было видно, хоть и часть её была скрыта за облаком. — Дай мне, — повелительный тон заставил меня обернуться к выходу из бара и увидеть там Сандерсона. Я слегка опешил от его «просьбы», но протянул ему руку с сигаретой, которую он оперативно так перехватил. — Ты же не куришь. — Не сегодня. Мы ещё немного постояли, пока он выкуривал мою сигарету. Потом, заметив, что я наблюдаю, Нил поднёс мне сигарету ко рту, и я затянулся. Затем он опять сделал вдох, и я решил всё-таки развеять обстановку. — Что-то случилось? — Я повернулся к нему всем телом и внимательно разглядывал его глаза. Сероглазый мужчина в миг погрустнел, но, посмотрев в землю и затушив сигарету, выдал ответ: — Джанин в больнице, — чего-чего, а этого я не ожидал. Увидев мой удивлённый взгляд, он продолжил, — её утром сбила машина. Состояние не критическое, если тебе интересно, но она сильно пострадала. Мне позвонили из больницы перед интервью. — Нил пошаркал ногой по земле и чего-то ожидал от меня. Я предложил вернуться в бар и выпить чего-нибудь покрепче, чем пиво. И через пару минут мы уже сидели напротив друг друга за столом, выпивая изумрудный абсент. Когда алкоголь уже ударил нам обоим в голову, мы вновь начали разговор. — Знаешь, Мэтт, — Нил немного путал буквы в словах, но суть я уловил, — мне кажется, происходит что-то странное, — он замолчал — засмотрелся на меня и продолжил, когда уже отвёл взгляд на абсент, – ну, не беря в счёт Джанин. Я про нас. — Что ты имеешь в виду? Я отхлебнул ещё немного сильного спиртного напитка, и слегка съехал под стол. Нил опёрся локтями на стол и, увидев мою пьяную рожу, съезжающую под стол, рассмеялся. Мне нравилось, когда он смеялся. Его смех — это нечто особенное, он жесткий и таинственно привлекающий. Готов слушать его вечно, как и сам голос Нила. — Ты ше пашимает, — начал было мой собеседник, но из-за большого количества спирта в крови что-то вразумительное он сказать не мог. Я улыбнулся и переспросил, но так и не понял, что он хотел сказать. А вот следующая фраза выдалась понятнее: — А хотя, забудь, — Нил махнул рукой, а я приподнялся на диване и сел нормально. Затем так же, как и он, опёрся локтями на стол и потянулся ближе к лицу Нила, он не сводил с меня глаз, и моя голова кружилась, а нервы пошатывались. — Я думаю, я понял, о чём ты. Я бы завалил тебя на этот… — резко замолчал. Что это я собирался такое сказать? Нельзя говорить то, что думаешь, это отталкивает людей. Но алкоголь рушит границы, и, кажется, Нил понял окончание моей фразы. Сложилась довольно неуютная ситуация, но Сандерсона, похоже, всё устраивало. И, о, чёрт, мой взгляд привлекли его губы. Они манили меня, звали к себе, что бы я соприкоснулся с ними. Нил потянулся ближе ко мне, и вот его губы стали ещё ближе. Ещё чуть-чуть. Совсем немного. Мы соприкоснулись носами, я уже был готов к поцелую, но…Я вдруг отпрянул. Меня переклинило. — Нет, Нил, так нельзя. У тебя же жена, дети, — Я убрал локти со стола слегка разочарованный, но уверенный, что сделал хороший поступок. Нил был в недоумении, и его брови сообщили мне, что он не впечатлен. А затем он случайно задел рукой бокал, когда облокачивался на спинку дивана, и тот разлетелся на куски, ударившись об пол. С одной стороны, хорошо, что ничего не было. Это всё абсент, его действие чуть не обратило нас в целующуюся парочку, а после такого последствий уже не избежать. Но с другой… Сразу же прибежала миленькая молодая официантка, убрала разбитый бокал, осколки которого так красиво сверкали, когда на них попадали яркие лучи, принесла вместо него новый и сказала, что запишет разбитый бокал нам в счёт. Я посмотрел Нилу в глаза, и, когда наши взгляды пересеклись, у меня кровь остановилась в артериях. Мы оба выпали из реального мира, и казалось, что время шло очень медленно. Это прекрасно, я мог дольше наслаждаться с ума сводящими глазами Нила. Когда прекратилась та, другая реальность, Нил встал, скинул куртку и сказал, что ему надо отойти. «Да без проблем, иди» — ответил я. Пока он уходил, я разглядывал его спину, то, как его мускулистые руки завораживали, и то, как его волосы взъерошились, всё это создавало особую картину такого брутального привлекательного мужика, только пьяная походка портила всё. За время, когда его не было, я развалился на диване, смотря в потолок, задумался о происходящем. Неужели Нил чувствует то же самое, что и я? Я встал и попытался залезть в карман, но из-за опьянения не смог. Решил выйти совсем, и встал перед столом, облокотившись одной рукой на него, чтобы достать из кармана ещё сигарету. Но, только успев открыть пачку и достать одну из них, как мою руку перехватывает другая, так знакомая мне рука. — На сегодня тебе хватит, Мэттью, — прозвучал бас у меня над ухом. Сандерсон выбил сигарету на пол у меня из пальцев, и, поворачивая мою руку, развернул всего меня к себе. Я уставился ему в шею, так как Нил был повыше, но затем перевёл взгляд на лицо. Он всё ещё держал мою руку в своей, и я оказался взаперти: спереди Нил, сзади стол. Но мне нравилось. Эта близость, на которую меня подпустил к себе Нил, заставляла мою кровь бегать быстрее по организму, и ритмичнее биться сердцу. Он улыбнулся, взглянул на меня и сжал в объятиях. Этого я вовсе не ожидал. Я положил голову ему на плечо, обхватив накачанную спину руками, а он прижался щекой к моей голове и прижимал к себе. Я чувствовал его учащённое сердцебиение, и то, какой он горячий, то, как он силён и как он дышит мне в затылок горячим воздухом. Остановить бы это мгновение навсегда. Я бы смог обнимать его вечно. Я не знаю, сколько мы так простояли, но когда Нил начал меня отпускать, я не дал ему это сделать. — Остановись, мгновение, ты прекрафно. — промямлил я, упираясь щекой в его плечо. Я слышал, как он пытался смеяться и что-то сказать, но напрасно — язык заплетался.