Снегопад.

Я обожала встречать утро рядом с Габриэлем. Особенно когда он еще спит. Во сне он почему-то всегда прижимал меня к себе, собственнически и властно. Я задавалась вопросом: как у вампира может быть такая теплая и мягкая кожа? Ответ, конечно же, был простым, но мне не хотелось об этом слишком много думать. Глубоко вздохнув, я спиной прижалась к его мускулистой груди и опустила глаза, рассматривая его руку на моей. - Не спится? – расслабленно спросил Габриэль, мягко чмокнув меня в макушку. Алина с Иорданом уехали еще вчера, не дождавшись утра. Как бы ни было стыдно признавать, но я была рада этому: представился случай побыть с Габриэлем наедине. Он, очевидно, подумал о том же, так как прошептал мне в волосы: - Тебе стоит подумать о другом жилище. Это становится слишком маленьким. - Ага, - вздохнула я. – А еще лучше какой-нибудь коттедж, где ближайшие соседи в полукилометре. Мы с Габриэлем еженедельно тренировались, изучая разные виды самообороны. Это было несколько неудобно с нашими силами и скоростью в центре пусть маленького, но города, поэтому мы выбирались за его территорию. - Есть у меня несколько вариантов, я постараюсь выбрать наилучший, - пообещал Габриэль, проводя рукой по моему бедру. Я возмутилась и, обернувшись к нему, заявила: - Я сама могу выбирать. То, что ты мужчина, не значит, что я все время буду слушаться тебя. Вампир приподнял брови и усмехнулся так, что у меня перехватило дыхание. - Правда? А я-то думал, ты именно это и будешь делать. - И не надейся, - покачала головой я. Вампир тихо засмеялся и притянул меня к себе, поцеловав. Где-то на полу зазвонил мобильный Гейба. - Перезвонят, - пробурчал Габриэль и продолжил свое занятие. Но телефон не переставал звонить, отвлекая нас друг от друга. - Кто может трезвонить так настойчиво? – проворчал вампир, поднимаясь с кровати. - Кажется, я догадываюсь, - фыркнула я. Взяв в руки телефон, Габриэль снова вернулся в кровать. - Не самое удобное время, Бальтазар, - сухо проговорил он. Я угадала. Звонил мой любимый папочка. - Гейб, доброе утро, - проговорил радостным тоном Бальтазар. – Извини, если разбудил. - Я не спал, - вздохнул Гейб, хитро глянув на меня. – Просто был немного занят. Я игриво прикусила нижнюю губу и потянулась к лицу Габриэля. - Я звонил Ане, а её телефон выключен. Не знаешь, почему? – спросил Бальтазар. Должно быть, вчера я переборщила, когда в порыве страсти кидала вещи в разные стороны, и телефон отключился. Габриэль протянул мне телефон, и я ответила: - Привет, Бальтазар. Он не возражал, когда я называла его именем, а не «папа». Все еще не могла привыкнуть к такому родственничку. - О, Аня, привет, - голос мужчины был очень радостным. – Я думал, что после вчерашнего праздника ты будешь долго спать. - Мы только проснулись, - сообщила я, переворачиваясь на спину. - Вы только?... О… - протянул Бальтазар удивленным голосом. – Так вы с Габриэлем все-таки встречаетесь? - Угу, - промычала я. – Бальтазар, ты что-то хотел? Мы тут немного заняты. - Понимаю, - его голос был полон игривой насмешки. – Я просто хотел сообщить, что в ближайшие два дня приеду… и не один. Остатки сна моментально слетели с меня. - С кем ты приедешь? – голос у меня был подозрительный. Бальтазар засмеялся: - Тебе пора познакомиться с братцем. Я села, прикрывшись одеялом. - С Ричардом, верно? - О, ты помнишь его имя, - явно обрадовался отец. – Это хорошо. На лице Габриэля было написано удивление. Должно быть, и он не думал, что Бальтазар так скоро захочет познакомить своих детей. - Где вы остановитесь? – спокойно спросила я. Воспитание не позволяло не спросить этого. - Не волнуйся об этом, - произнес Бальтазар. – Я бы хотел позвать тебя на ужин… Впервые вся моя семья будет в сборе. Я нахмурилась. Габриэль не шевелился, застыл, словно боясь того, что я сейчас скажу. И правильно боялся. - Если ты так настроен воссоединить семью, - с улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, сказала я, – то воссоединяй полностью. Повисла тишина. - О чем ты? – почти через минуту спросил Бальтазар. - Как же? – удивилась я. – Кроме Ричарда у меня есть еще сестра… Настя. Её имя я тоже запомнила. Габриэль устало спрятал лицо в ладонях – я затронула больную тему отца. - Настя отказалась от своего наследия, - процедил Бальтазар. О, я умела разозлить отца – хоть и знакома с ним всего ничего. - Когда ты убил её любимого, - закончила я. – Я знаю всю историю. Жду тебя и Ричарда с нетерпением, Бальтазар. Я отключила телефон и прильнула к Габриэлю. Он обнял меня и прошептал в волосы: - Неужели тебе так нравится его злить? На моем лице появилась грустная улыбка: - И да, и нет. Я ведь действительно хочу встретиться со своей сестрой. Габриэль крепче сжал меня в объятиях и, нежно поцеловав, сказал: - Нужно было сразу об этом рассказать. Я знаю, где живет Настя. Я отстранилась и удивленно посмотрела на вампира. - Ты знал и ничего мне не сказал? Габриэль почти безмятежно смотрел на меня. Он пожал плечами: - Ты никогда не поднимала эту тему. Ладно, в этом есть и моя вина, согласна. Но она небольшая. - Где она сейчас? – вздохнула я. - Не так далеко, как должна быть. Настя в Екатеринбурге. Я приподняла брови: - По-твоему, это не далеко? Габриэль начал одеваться. Пришлось последовать его примеру. - Всю жизнь Настя избегала отца, и весьма успешно – конечно, благодаря моей помощи. Её основное правило – не находиться в одной стране с Бальтазаром. - Окей, - протянула я, застегивая бюстгальтер. – Она знает обо мне? Вампир эффектно натянул футболку и глянул на меня: - Я рассказывал ей о тебе через месяц после событий в Шотландии. И она не горит желанием знакомиться с тобой. Я застыла на месте, забыв про расческу. - Почему? – недоуменно спросила я Габриэля. Мужчина передернул плечами: - Потому что я случайно обмолвился о том, что ты похожа на Бальтазара характером, и он сам предпочел тебя Ричарду. Я начала расчесывать волосы, но почти не замечала этого, так как глубоко задумалась. - Значит, Настя боится, что я так же жестока, как и Бальтазар? Габриэль наблюдал за мной непроницаемыми глазами. - Жестокость Бальтазара распространяется исключительно на оборотней. Он не может смириться со смертью матери. Это его безумие, его одержимость, но не его характер. Бальтазар превосходный стратег, он умен, хитер и прекрасно владеет ораторским искусством. Все это ты взяла от него. Но Настя видит в нем только кровожадность. Я снова задумалась. Настя не желает замечать в отце хорошие черты, я же сразу перешла этот барьер – уж слишком он был похож на меня, чтобы обвинять его во всех смертных грехах. Снова зазвонил телефон Габриэля – на этот раз просто сообщение. - Это Иордан, - вампир пробежал глазами по телефону. – Алина ворчит на него, но в целом начинает расслабляться. Они на территории Аделины. Я была удивлена, когда недавно Габриэль рассказал мне о политическом строе вампиров. Надо же, мир разделен на восемь частей, и вампиры строго следят за порядком на своей территории. Сам Габриэль являлся правителем вампиров России и близлежащих стран: Казахстана, Узбекистана, Украины, Латвии, Литвы и Эстонии. Не знаю, удача или просто совпадение то, что именно на его территории живу я. Но самое обидное было то, что ни ведьмы, ни оборотни, ни даже фейри не знали об этом. Я всегда думала, что каждый вампир сам себе хозяин – конечно, после того, как создатель отпустит его. Аделина Савски – дитя Габриэля и повелительница вампиров во всей Европе. Не знаю, почему, но Габриэль испытывал ко всем вампирам, созданным им самим, почти отеческую любовь. Он иногда рассказывал мне о них, и в глазах его я видела удивительную мягкость. Я вспомнила вчерашний разговор. - Гейб, - позвала я. – Вчера, когда мы разговаривали с Иорданом, ты и он как-то странно себя вели. В чем дело? Наверное, я впервые видела на лице Габриэля сомнение. Он некоторое время молчал, потом признался: - Я приказал Иордану не провоцировать Алину. - Что это значит? – прищурилась я. Габриэль встревожено посмотрел на меня, словно боясь моей реакции: - Иордану нравится Алина. Я удивленно приподняла брови: - Ты имеешь в виду?.. Габриэль кивнул: - Алина его сильно зацепила. Что очень странно. Иордан предпочитает хрупких и нежных девушек, которых нужно спасать от собственной тени. Однако влюбился он в твою сестру – сильную духом, смелую, дерзкую и немного грубую. Алина полностью противоречит его идеалу. Я почти улыбнулась. Вместе Иордан и Алина смотрелись… необычно. Другого слова я не нахожу. - Но почему ты воспротивился их отношениям? – поинтересовалась я. Вампир приподнял брови: - Неужели не понимаешь? Алина подвергалась пыткам у Саида. Она стала тем, на кого долгое время охотилась – вампиром. Почти вся твоя семья против Алины. Она потеряла возлюбленного и вырвала сердце Саиду голыми руками – не думаю, что влюбленность Иордана поможет ей вернуться в норму. Тем более что она раздражалась при любом упоминании меня или Иордана. Наш разговор плавно перешел в кухню. Габриэль налил мне и себе кофе. В последнее время я заметила, что он вел себя на кухне как полноправный хозяин, что, собственно, мне нравилось, хоть вслух этого не говорила. - Ты не прав, - возразила я. Габриэль приподнял бровь в стиле «я всегда прав». – Стоило сразу поговорить об этом со мной. Я же делюсь своими проблемами – когда-то ты сам сказал, что любая мелочь важна. - И что же ты предлагаешь? – спросил вампир. Он поставил передо мной кружку ароматного горячего кофе. - Да, Алина раздражается и злится на вас с Иорданом, но только потому, что ей нужно показывать свой характер. Она не может просто сидеть и молча наслаждаться депрессией. Если бы Иордан начал ухаживать за Алиной, то она отвергала бы его. Но Иордан, как и любой вампир, азартен. Его интерес будет только разгораться. Я верю, что он не будет её преследовать как сумасшедший фанат – он сделает все исключительно разумное, чтобы привлечь Алину. Если он покажет себя как твердый и сильный мужчина, то Алина не устоит. Габриэль некоторое время пристально смотрел на меня, затем признал поражение: - Я позвоню Иордану. - Не надо, - я покачала головой. – Сейчас они сами разберутся в своих чувствах. - Ты очень умна, - поставив кружку на стол, заметил Габриэль. Я только улыбнулась. Но улыбка тут же увяла, едва я вспомнила о сегодняшнем приеме. Габриэль словно прочел мои мысли. - Ты справишься со своей семейкой. - Знаю. Мы вышли из квартиры одновременно. Габриэль предлагал довезти меня до особняка покойного дедушки, но я отказалась, решив вызвать такси. - Я провожу тебя до машины, - не унимался Гейб. В итоге я согласилась на это. Мы ждали такси у подъезда, когда перед нами остановилась дорогая иномарка ярко-красного цвета – к сожалению, я не смогла точно определить марку автомобиля. С водительского места выскочила высокая блондинка в короткой норковой шубке. Уверенно шагая на своих ужасающе высоких шпильках, женщина томно покачивала бедрами. Едва я успела удивиться, как у незнакомки хватило смелости надеть в минусовую температуру в середине зимы очень короткую мини-юбку, как она воскликнула, повиснув на шее Габриэля: - Любимый! Я так скучала! Я удивленно раскрыла рот, не в силах что-то сказать. Женщина всем телом прижалась к моему возлюбленному и зашептала что-то определенно непристойное на ухо. Габриэль с трудом отцепил от себя блондинку и нахмурился: - Хватит, Кира. Мы расстались десять лет назад. Кира повернула голову в мою сторону и презрительно фыркнула: - Это все из-за этой? Я не обиделась и не заревновала. В чувствах Габриэля сомневаться не приходилось, а Кира просто оскорблена пренебрежительным поведением вампира, вот поэтому и бесится. Далее разговор пошел на иностранном языке, которого я не знала. Может быть, испанский или итальянский. Конечно, было любопытно наблюдать за ссорой Габриэля и Киры, но время поджимало. - Ребят, вы поругайтесь как-нибудь без меня, - заметила я, глянув на часы. Встав на цыпочки, я чмокнула вампира в щеку и спокойно заметила: - Заедешь за мной в семь, ладно, Гейб? Габриэль кивнул и виновато мне улыбнулся. Я передернула плечами, мол, появление Киры не сильно взволновало меня. Я села в такси и назвала адрес особняка моего покойного дедушки. Там меня уже заждались мои родственники. Вежливо поздоровавшись со всеми ведьмами и колдунами рода Майер, я нашла Арсения, моего троюродного брата, и, потрепав его по голове, спросила: - Как твоя учеба, студент? Арсений криво улыбнулся и заверил меня: - Успокойся, сестренка, я лучший в своей группе. Если идея с Советом Семи Рас пройдет удачно, то после того, как Совет войдет в свою полную силу, я хотела передать свое место в Совете именно Арсению. Он это знал, и поэтому стал более внимательно учиться на юридическом, чтобы не подвести всех ведьм. - Анна Майер, - насмешливо протянули позади меня. – Тебе уже двадцать четыре года, а ты все еще не носишь мою фамилию. Я вздрогнула от этого голоса. Резко развернувшись, я увидела того, кого желала бы видеть на другом конце нашей огромной страны. К подоконнику прислонился очаровательный русоволосый парень с каре-зелеными глазами. На лице его была приветливая улыбка, вводящая в заблуждение моих родственников. Мужчина выглядел очень соблазнительно в черных джинсах, черной кожаной куртке и белоснежно-белой майке. Я сказала соблазнительно? Ха! Да он выглядел катастрофически, просто невероятно сексуально. - Что ты здесь забыл, Александр? – хмуро бросила я. Каждый, кто хоть как-то знал меня, заметил бы недружелюбие и несвойственную мне грубость по отношению к мужчине рядом. Семья старалась не обращать внимания на нас, занимаясь приготовлениями к праздничному столу. И лишь Владлен, двоюродный дядя, заметил: - Это я пригласил Сашу на праздник. Я подумал, что вам будет приятно снова встретиться. Вы ведь не виделись почти три года. А, теперь все ясно. Дядя Влад, а с ним и вся семья, недовольны тем, что я встречаюсь с вампиром – и не просто с вампиром, а с самым старейшим и сильнейшим из их магической расы. Поэтому они решили свести меня с Александром Смольяниным, с тем, кто глубже всех забрался в мое сердце. Чего греха таить – он и сейчас вызывал во мне симпатию. Но все по порядку. У дедушки Романа были консервативные взгляды на уклад жизни ведьм, поэтому он с детства всем нам подыскивал суженого или суженую. Так сказать, устраивал помолвки. Таким образом он устроил браки моего родного дяди Игоря, отца Алины, с ведьмой Розой, тети Тамары, родной дочери и его убийцы. Так он сломал жизнь Глеба и почти разрушил жизнь его дочери Мирославы. Правда, двух своих сыновей Роман любил сильнее и предоставил тем выбирать своих жен самим. Он пытался навязать жениха и Алине, но по понятным причинам безуспешно. Дедушка и мне выбрал нареченного. Правда, не колдуна. Этим браком он хотел создать союз между местной стаей оборотней и ведьмами, поэтому выбор пал на сына альфы стаи. Не трудно догадаться, что это был Александр – назвать его «Саша» даже язык не поворачивается! На самом деле я была не против этого брака – мне очень нравился Александр. Он старше меня на два года, он должен был быть умнее меня, но это не мешало ему в мои шестнадцать затащить меня в постель. Оборотень поразвлекался со мной недельку и свалил – ах, извините, уехал учиться в Москву. Я, дура наивная, четыре года ждала его, ночами мечтала об очаровательном оборотне, придумала все детали нашей свадьбы. Я-то поступила в местный ВУЗ, в Москву не уезжала. Когда мне исполнилось двадцать лет, Александр вернулся и снова соблазнил меня. Мы с ним год встречались – пока я не узнала, что параллельно со мной Смольянин спал с другими девушками – с волчицами из своей стаи, с девушками из ночных клубов… да со всеми, кого он находил привлекательной. Когда я сказала ему, что знаю правду, оборотень искренне удивился: «Так чего ты хотела? Моя звериная сущность просит то, чего ты дать не можешь. Если бы я спал только с тобой столько, сколько хочу, то измотал бы тебя до смерти. И вообще, у тебя есть ощутимое преимущество – ты станешь моей женой. Разве этого недостаточно?». Я представила нашу семейную жизнь – и ужаснулась этой перспективе. Послав Александра так красочно, как и Алина бы не послала, я перестала контактировать со всеми оборотнями в моем городе, так как Смольянин стал вторым оборотнем в стае – после Данила Дроздова. Некоторые волки до сих пор недоумевают, почему я отвернулась от них – они привыкли считать меня парой Александра. Роман был недоволен моим выбором, но, когда я призналась ему о настоящей причине нашего разрыва, дед согласился, что такое унижение ведьма Майер не должна воспринимать как должное. - Мы можем поговорить наедине, котенок? – мурлыкнул оборотень (хотя как вервольф может мурлыкать?). Я направилась в библиотеку дедушки. Когда Александр зашел следом за мной, я плотно закрыла дверь и гневно спросила: - Что тебе нужно от меня? Александр, сев на стол, наклонил голову и голодным взглядом окинул мое тело. Он облизнулся и заметил: - Ты и представить не можешь, чего и как много я от тебя хочу, Аня, - ухмыльнулся он. Я искренне полюбила Габриэля и полностью вытеснила из головы мысли о Захаре, но… Будь проклята моя магическая сущность! Из-за наследия отца я страдала нимфоманством – в моем случае побочным эффектом от сущности русалки. И взгляд Александра меня возбудил. Пришлось напомнить себе, что я – самый сдержанный человек в нашей семье, поэтому мне почти удалось вернуть свое самообладание. - Ты бы не пришел по приглашению дяди Владлена, если бы не искал собственную выгоду, Смольянин, - резко бросила я, скрестив руки на груди. – Выкладывай. - Разве трудно догадаться? – удивился Александр, впервые глянув в мои глаза. – Я хочу вернуть тебя. Я не сдержала смешка: - Возможно, я тебя удивлю, но я встречаюсь с Габриэлем. Александр поморщился, как от вкуса лимона. Он до конца расстегнул крутку и бросил её на спинку кресла. - Я лучше него. Подумай только, твой парень старше тебя в тысячу раз! Ты ему быстро наскучишь. Я не говорила, что все мои дни рождения что-то – в этом случае кто-то – всегда портило праздник? Именно за это я не любила этот день. - Я не собираюсь слушать этот бред, - я покачала головой и собралась выйти из комнаты, но оборотень окликнул меня: - Анют, глянь на то, что я тебе принес. Я обернулась и увидела в руках Александра довольно увесистую тетрадку. Должно быть, он прятал её под курткой. - Что это? – подозрительно спросила я. - Подойди и прочти, - Смольянин протянул мне тетрадь, но со стола не встал. Любопытной Варваре, как говорится… Но мне было до жути интересно, что же в этой тетради. Поэтому я подошла к оборотню и взяла из его рук тетрадь. Так получилось, что я случайно прикоснулась рукой его колена. Я не отодвинулась и, раскрыв тетрадь, начала читать содержимое. «Елена Априенова, умерла в девятнадцать лет от потери крови. Кирилл Боголюбов, умер в тридцать пять лет. Свернута шея. Янина Калинина, умерла в возрасте двадцати двух лет от передозировки снотворного...» Последнее имя я прекрасно знала. Это настоящее имя ведьмы-перебежчицы, бывшей любовницы Габриэля, которая его предала ради власти под началом Саида. Насколько я знала, Ясмин в виде безымянной старухи (я на ней случайно использовала свою магию, забрав почти всю жизненную энергию) доживала свои дни в доме для престарелых на севере Шотландии. Вся тетрадь была исписана неизвестными мне именами. Я глянула на последнюю страницу и прочла: «Гахиджи (фамилия неизвестна), умер от потери крови. Лэйла (фамилия неизвестна), разорвано горло. Табия (фамилия неизвестна), оторвана голова и выпита вся кровь». - И что это? – поинтересовалась я. Александр выглядел чрезвычайно довольным собой. - Это люди, принявшие смерть от руки твоего… возлюбленного. От последнего до первого убитого. Я недоверчиво приподняла брови, пристально посмотрела на Александра. И почувствовала, что он говорит правду. Вообще-то, я и так знала, что Габриэль не ангел. Просто не обращала на это внимания. Но… целая тетрадь? Я растерялась. Уже не обращая внимания на Смольянина, села на кресло и опустила глаза на тетрадь. Это же сколько жизней Гейб забрал в течение своего долгого существования?.. Нет, об этом мы с Гейбом поговорим вечером. Сейчас другая проблема – Смольянин. - Ты, должно быть, здорово постарался, чтобы добыть эту информацию, - я поднялась с кресла и встала перед Сашей, скрестив руки на груди. Оборотень вгляделся в мое непроницаемое лицо, и его карие глаза с зелеными крапинками (это самые потрясающие глаза, которые я когда-либо видела) расширились: - Я не узнаю тебя. Я приподняла правую бровь, поощряя Сашу к продолжению. - Где та боязливая ботаничка, которая смущалась каждый раз, когда я только снимал куртку? У меня вырвался смешок. Когда встречаешься с парнем, четыре тысячи лет изучавшим искусство любви, смущению нет места. Смольянин встал передо мной. Чтобы посмотреть ему в глаза, мне пришлось приподнять голову. Почему все парни, которые обращают на меня внимание, очень высокие? Мне голову надоело постоянно запрокидывать. Саша взял меня за талию и, без труда подняв, повернул, посадив на то же место на столе, где до этого сидел сам. - Теперь я вижу перед собой умную и жесткую предводительницу ведьм, - тихо проговорил оборотень, приближая свое лицо к моему. – А еще очень, очень сексуальную девушку… Я разозлилась. После всего, что Смольянин сделал, он еще пытается соблазнить меня?! Толкнув оборотня в грудь, я едва не вскрикнула. Совсем забыла о том, что, когда испытываю сильные эмоции, мои физические способности выходят за грани человеческих. Поэтому сейчас от удара в грудь Саша отлетел на несколько метров. Я соскочила со стола и, подойдя к ошарашенному оборотню, зло бросила: - Очень, очень сексуальная девушка, - я изобразила страстный шепот Саши. – Больше не доверяет парням со звериной сущностью. Подойдя к креслу, я взяла куртку Саши и бросила ею в мужчину, при этом холодно добавив: - Тебе лучше уйти.