Волки воют на Луну

- Почему я должен идти? - старый Сендода Сумито был возмущен. Его никогда еще не вызывали в Главный Дом волков в таком тоне! Мало того, заявиться без приглашения! - Что этот Экубо себе позволяет! Почему Коя молчит в тряпочку? - Судо сжал плечи отца, пытаясь остановить поток бессмысленных брюзжаний. Ну накрутит он себе нервы, толку-то? Самому Судо предстояло остаться в доме на случай, если Сумито не вернется. Так хотел думать Судо, но на самом деле знал, что ему власть старик передавать не собирается, ему куда больше нравится самый младший сын - Хида. Хотя старый лис старательно пытается этого не показать и держит ребенка в черном теле. Быть может, дело бы кончилось плохо - матери у парня нет, отец безумно строг, но Хида был с рождения себе на уме, витал в облаках и, кажется, видел мир иначе, чем все остальные. Может поэтому он и едет сейчас вместе с отцом. Судо, конечно, совершенно не нравилось, что у него есть соперник (на самом деле не один), но еще двое сыновей давно жили своей жизнью совершенно не желая возвращаться по гнет старого тирана. Еще больше не нравилось Судо, что в качестве охраны с ними едет Конго Агон, но тут оставалось только вздыхать. Конго такой тип, что мог тут же развязать с ним драку, нисколько не боясь гнева Сендоды. Судо был уверен, в такой драке у него не было бы никаких шансов. Брат Конго - Унсуи, вежливо придерживал дверь такси, что-то нашептывая еле терпящему подобное брату. - Знаю я все, - ожидаемо процедил Агон. Сендода уселся позади, замолчав. Мысли его были довольно мрачные. Экубо не вел себя как Глава Дома, он вел себя подобно регенту и, кажется, тащился от этой роли. Будто тот, кому он служит совершенно сладок и прекрасен. Сендода Сумито не обманывался. Он прекрасно знал, какие “сласти” обожает Экубо. Чтобы страх прошибал до боли в висках, чтобы от количества адреналина трясло. Только такому он будет подчиняться и раболепствовать. Его вычурное раболепие Сумито тоже знал. Ему довелось быть как-то в Китае и познакомиться с совсем молодым в то время наследником рода Юнгшан. Хоун как раз собирался переезжать в Америку по делам необходимым роду. Так Сумито и познакомился с Мобом, конечно же, случайно. Просто так Моб не появляется, для этого надо кардинально вывести Хоуна из себя, довести до предела. И именно тогда он познакомился с Экубо, глаза которого горят маньячным блеском, а сам он пребывает в таком невиданном экстазе, что явно опасен для окружающих. Если бы Моб приказал убить всех вокруг, он бы так и сделал. Но Мобу нет нужды в приказах. Он сам способен на невиданное. Моб опасен. Это монстр, на которого нет управы. И никогда не будет, потому что нет у этого безумия сознания. Ходили, впрочем, слухи, что какой-то лисе это удается, впрочем, не без труда. Сендода догадывался кто это, но признавать не желал. Сейчас же его волновало другое. Почему здесь, в Японии, Экубо ведет себя так же? Что случилось в Главном Доме? Сендода прикусил губу. Ему совсем не нравилось то, что подсказывала ему интуиция. Хида рядом с ним мило улыбался, напевая песню, что играла в наушниках. - Сын, ты мне ничего не хочешь сказать? - этот вопрос он задавал не один раз. В этот раз Хида улыбнулся. - Ничего, что стоило бы тебе знать, отец. В этот момент Сендода почувствовал укол совести. Холодный и острый. Интуиция подсказывала, Хида знает, что происходит, но он не на его стороне. Мальчик уставился прямо, но, кажется, не видел ничего, что было впереди. Будто смотрел внутрь себя. - Мой друг вернулся, - его голос был другим, совсем чужим. Таким лисы, способные на это, вещают пророчества. Это Сендода прекрасно знал, отец рассказывал ощущения. Собственное сознание отъезжает чуть в сторону, и хоть говорит собственный голос, тембр невольно смещается. - И в этот раз я не дам ему погибнуть, чтобы они не задумали. А вот Хида уставился в игру на телефоне, будто так и надо. - Хида… - Сендода взял его за руку, привлекая внимание. - Это важно. Ты помнишь, что сейчас говорил? Хида равнодушно помотал головой. - Если ты о пророчестве, к вечеру вспомню. Еще ни разу не было иначе. Но ты же слышал? В чем проблема? Сморозил глупость? - Нет, сын. Конечно, нет. Подождем до вечера. Сендода выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Слишком общее обещание. Могло принадлежать кому угодно, хоть какому-нибудь лису восемьсот лет назад, а могло и… Конго Хиро. Сендода прикрыл глаза. Бессмысленно гадать. Это мог и волк сказать. ** - Сена… Как это понимать? - сказать, что Коя был в шоке, ничего не сказать. Мастер, вольготно устроившийся в его любимом кресле, и любимая жена с любопытством поглядывающая на весьма эксцентричный вид Кейгая…(еще и кофе ему предложила!) Тот заявился вместе с сыновьями. Еще присутствовал счастливый Экубо, часть его клики, в частности Минегиши, которого явно такое сборище нервировало, но за плечи его приобнимал Шимадзаки, стоя позади коллеги. Ироничный, с прищуром, взгляд мужчины отбивал всякое желание даже смотреть в их сторону. Парнишка Сё нагло уселся на подлокотник кресла Мастера и, кажется, был не прочь привалиться к его плечу и подремать, пока соберутся остальные. Кейгай, во всяком случае, казалось, против не был. Для него все здесь находящиеся были, вероятно, как дети, которым можно и простить всякие глупости. Коя это умом понимал, но интуиция подсказывала, что Сё относится к Кейгаю уж слишком по-свойски, как к настоящему родителю, по которому еще и соскучился. Идиллию добавляло то, как минутой ранее Кейгай погладил его по волосам. Ни дать ни взять, папаша! Еще и гордый за сына! Но Кобаякава Коя задавал вопрос даже не столько ради Мастера. Блондин, которого они ловили-ловили, да не выловили собственной персоной! Нагло и уверенно держал Сену за запястье. Не узнать эту лису было невозможно. Такой редкий цвет глаз был не характерен для их местности. Конечно, Коя знал еще одну троицу лисиц, которых разбросало по миру… Но и они, изначально, были не местными. Чей он сын? Уж точно не Джой. Тогда кого-то из ее сестер? Коя невольно поежился. И Джой из-за него досталось, а теперь ее племяннику. Старший Кобаякава хоть и поступался иногда совестью, но никогда про нее не забывал. К слову, Сена уже водил этого лиса в их святая святых! Коя, конечно, был бы против, но оставлять такого важного гостя, как Мастер, глупо, опасно и недальновидно. Мало того, Кадзуки был тоже не один. Спорить с Манабу-сан Коя всегда терпеть не мог. Потрясающая, холодная логика, иногда настолько убийственная, что хотелось забиться в уголок и помереть. Сегодня она была с сыном, с которым с порога было все ясно. Яблоко от яблони далеко не укатилось, разве что стало еще умнее и хитрее. Они не спешили заходить, ждали Сендоду, единственную официально приглашенную Лису. Хотя, само собой, он тоже не придет один. Коя предупредил, чтобы никакого Судо. Да и Сумито не дурак. С Экубо станется разодрать того при всех. Все сроки вышли - у Фея развязаны руки. Захочет отомстить за жену и ребенка - отомстит не раздумывая, нужен лишь незначительный повод. Кобаякава Коя глянул на брата. Шу был весьма напряжен, его люди тоже. Еще он сверлил гневным взглядом Экубо, но молчал. Кобаякава нахмурился. Похоже у Шу с Экубо были какие-то шашни, и сейчас Фей отклоняется от курса. Скорее всего, все это обоснованно. По большому счету Экубо никогда не сделает так, чтобы было плохо Главному Дому. Просто и не сделает так, чтобы было плохо Лисам. То, что от него требовали, как должностную обязанность, он исполняет более чем ревностно. Мастер молчаливо ждал. И вот, в зал вошел Сендода. Его сопровождающих - сына Хиду и Конго Агона Кобаякава знал достаточно хорошо. Хиду, как наследующего способности его великого деда. Конго Агона, как затычку в любой бочке. Причем весьма зубастую и опасную такую затычку. Насколько знал Кобаякава, в команде, которую организовал Сендода исключительно из лисов, Агон играл не последнюю роль. Мог даже за лайнмена выступать против волков. С одной лишь целью: показать, что он круче любого волка. Парень был наделен исключительной силой, поэтому Сендода прощал ему буквально все. Манабу-сан с сыном скромно прошли следом, Кадзуки тут же бросился их встречать. Кою неприятно удивило, как он их рад видеть, даром, что хвостом не вилял. Сендода воинственно глянул на Кою, попытался так же глянуть на Мастера, но слегка спал лицом. Вампир, официально приглашенный в дом, опасен. Да, даже там, его сковывают обеты, но получив приглашение, он все равно становится свободнее в действиях. И хоть обойдется без смертей, крови может быть попито немало. Не только в переносном смысле. Кейгай сложил руки на груди. - Я здесь, как представитель Главы клана Кровь, - сухо начал Мастер. - От Токио, само собой, и Америки, с разрешения Юнгшана. Допускаю, что Бразилия тоже против не будет. Как и Россия, Китай, и Африка. Тем не менее, настолько широкую встречу надо проводить лично. Кейгай усмехнулся. - Или хотя бы по Скайпу. - Или в Зуме, - сказал Сё. - Погоди, я только вчера Скайп освоил, - театрально нахмурился Кейгай, а потом очаровательно улыбнулся. - Но если настаиваешь, тебе придется все и устраивать. - Нет проблем, Мастер! - Сё был воодушевлен. Видимо, очень сильно хотел хоть чем-то помочь… только кому? Коя не знал. Незнание его нервировало. Кобаякава понял главное, он потерял представление о мире, потерял хватку, как таковую. - До меня дошли интересные сведения, которые заставляют отложить бирюльки, и начать играть по настоящему. Все здесь знают, что такое Последний Виток. Особенно Хида и Асам. Хида знает, что все пророчества в последнем витке исполнятся угрожающе быстро. А мы, Мастера, знаем, что пророчества Изначального, исполняются всегда. Главное, их правильно истолковать. Недавно, я получил одно такое. Среди волков поднялся возмущенный гвалт, но Фей рявкнул так, что кажется замолчал весь квартал. - Вам жить надоело? - поинтересовался он. - Изначальный давно ушел из мира. Он хотел уйти с демонами, он ушел, - хрипло заявил Сендода. У него вдруг заболела голова. Он догадывался, что скажет Кейгай. - Он обещал мне найти способ спасти Мастеров от обетов и вернуться, - сказал Кей, а потом поморщился. - Кого я обманываю. Спасти меня от обета. Он ушел, но обещал вернуться. Сендода вскинул голову, собираясь обличить Мастера во лжи. - Да, он сначала ушел, а потом мы стали Мастерами, - глаза Кейгая вспыхнули. - Изначальный всегда мог видеть больше, чем положено. Знал он и то, что придется родиться нам. - И он вернулся, - прошептала Михаэ. - Рей вернулся! Пожалуй, каждый из них читал легенды об Изначальном. Они были похожи на увлекательную книгу, оторваться было просто невозможно, но большая часть там была выдумкой. - Вернулся. Точно так же Мастером, потому что больше никем в этом мире он родиться не мог. У нас есть свои правила, которые не изменят даже Обеты. И он видел новый сон-пророчество. Кейгай окончательно посерьезнел, остальные тоже невольно напряглись. - Сначала я хотел освободить только себя. Умереть. Потом я понял, что Мастера, это невиданные сгустки энергии - Соборы. Энергию каждого из нас можно потратить на что-то дельное, так мне думалось. И даже цель нашлась. Сохранить волков и лис, как кланы оборотней. Ведь магия уходит из мира, и быть может этот Последний виток, будет для вас, как для оборотней, последним. Благая мысль, эгоистичная, поэтому мне трудно было убедить других Мастеров. Почему они должны жертвовать вечностью, пусть и такой ущербной, ради каких-то оборотней? Мы никогда и не дружили особо. Кейгай поменял ноги, печально вздохнул. - Пророчество говорит о том, что мир, лишенный магии Соборов - рухнет. Все шесть Столпов должны действовать сообща. Речь уже не об оборотнях, не о моем эгоистичном желании. Речь о целом мире! Договориться Мастерам - это полдела. Еще нужен Ритуал, толковый священник... Только Кровь не справится. Нам нужна мировая. И что точно нам не нужно, так ваши глупые склоки между оборотнями. - А ваши склоки не глупые? - тихо сказал Коя. Сендода хотел шикнуть на него, но не стал. Он сам был оглушен размером проблемы. А он-то только и думал, что об амерфуте последнее время! - Разве вам реально договориться? Вы больше двух на одной территории не собираетесь! - Больше двух? - хмыкнул Кейгай, но промолчал. Японский не родной, вдруг не так понял? - Проблема только в моем отце, - сказал вдруг Сё. - Остальных Кейгай, я думаю, убедит. Никому не хочется умереть. Но мой отец рассуждает иначе. Он хочет забрать энергию всех Мастеров себе, для своей свободы, а остальной мир его вообще не волнует. С такой силой, он надеется, что останется жив даже после полного его разрушения, и просто отправиться странствовать по другим мирам… - Ты уверен? - поджал губу Кейгай. - Я думал, даже для него мотивация неплоха... - Уверены, - мрачно сказал Фей. - Юнгшан не раз сталкивался с ним, но в последний раз они капитально поссорились. Тогда-то Судзуки и выдал все, как на духу. Экубо глянул в потолок. Что он там увидел, непонятно, но было ощущение, будто вдохнул носом прекрасные воспоминания. - Он так достал Хоуна, что вызвал Моба. - Моба? - прошептал Сендода, догадываясь. - Пробужденная кровь, только у Хоуна есть для нее свое имя, - пояснила Михае. Кажется, она была фанаткой, и много знала об этом клане. - Те, в ком проснулась кровь, могут использовать ее силы. Но обычно она дремлет, легко просыпаясь и исполняя волю владельца. Но Моб спит крепко, а вот если его разбудить, разозлив Хоуна, то случается настоящее бедствие! Говорят, что по силе, он сравним Мастером, только управлять им никто не может! Мечтательный тон вроде бы был неуместен, но женщина ничего не могла с собой поделать. Ее романтичная натура представляла Моба избавителем. Наступила странная тишина. Кейгай постукивал пальцем по подлокотнику и все. - У меня есть мысли, как убедить Судзуки. Либо он будет убежден, либо будет мертв, - холодно сказал Мастер. Коя глянул на Сё, но того, кажется, вердикт совсем не смущал. - Но ваша вражда должна быть прекращена сейчас же. Я в курсе, что в нее вовлечены еще и обычные люди. Они пытаются ловить лис и продавать… Так что волкам есть чем заняться, верно? Коя не мог сказать ничего против Мастеру. Все было логично, но совершенно неисполнимо. - Поэтому Главному дому требуется другой Глава. Тот, который не будет думать, что это нереально. Тот, который готов ради лис на все. Хотя бы ради одной. Сена невольно вспыхнул от взгляда Мастера. Да, он знал, что Кейгай скажет, как предложит. Но все равно, все было так смущающе и тревожно. - Кобаякава Сена. Выждав паузу, Мастер продолжил: - Предлагаю проголосовать всем присутствующим. Количество достаточное для такой смены, лисы тоже прилагаются. Прямо как в старину, когда вы дружили, смотрите как символично. Кейгай тут же поднял руку. Коя поразился, даже Шу поднял ее! Почти единогласно, кроме пары недоумевающих волков. Собственный сын отнял у него власть. Но не это пугало Кою. Кто хочет использовать Сену? Экубо? Или лис рядом с сыном может быть настолько хитрым, чтобы все это провернуть? Коя хлопнул глазами, до него вдруг дошло, что лис должен быть племянником Фею, пусть и не родным. Значит все это, так или иначе, дело рук Фея! Как он убедил этого Йоичи плясать под свою дудку? Как убедил настолько обольстить единственного сына? Коя был возмущен и хотел быть против, но не успел ничего сказать. - Ну все, пойдемте в Библиотеку, там столько всего нужного! - заявил Йоичи. - Мана, идем быстрей! Сена очаровательно улыбнулся. - Прости, папа. Я не могу позволить, чтобы с ними что-то случилось. Впервые, я нашел цель в жизни. И даже Главе Дома она вполне подходит. ** - Страшно? - поинтересовался Сена, ослябляя галстук и раскрывая верхние две пуговицы. Хирума недоуменно дернул ухом, он в этот момент как раз уселся на сенину кровать, проводя рукой по пледу. Сена полагал, что Йоичи думал о дне их знакомства, и он не ошибался. Только вот страха не было. - А что, так выглядит? - спокойно поинтересовался Йоичи. Он прилично устал. Такие переговоры, пусть он напрямую и не участвовал, выматывали. Но и после было достаточно стресса, хотя Хирума, конечно, вида не подавал. Михае он тут же понравился, казалась, она от него без ума. А вот Коя и некоторые волки вели себя весьма враждебно. Отец Сены, однако, смягчился довольно быстро. Будто для вида обозначив позицию, он расспросил про Экубо и родственные связи, и, покивав сам себе, предложил поужинать всем вместе. Вряд ли он ожидал, что Хирума останется на ночь, но тому откровенно лень было ехать обратно. Конечно, его решение не порадовало многих волков, которым совсем не хотелось быть с лисой даже под одной крышей. Они почему-то были уверены, что ночью Хирума всем глотки перережет. Сена напомнил, что Йоичи это его ответственность. Звучало неубедительно, на него окрысились сразу несколько волков, так что Хирума ожидал, что Сена сейчас на них рыкнет, но Кобаякава насмешливо пожал плечами. За него было кому порычать. И если Кадзуки не мог еще впечатлить абсолютно всех, то одной усмешки Экубо было достаточно. Уже когда волки с досадой развернулись, Сена сказал: - Власть сменилась не просто так, - дрожь прошлась по волкам, что замерли как вкопанные. - Советую это понять. Было тяжело даже дышать, не то что повернуться. - Лисы в этом доме - Гости. Йоичи - семья. Кого не устраивает, приглашаю на приватную беседу. Почему-то желающих не оказалось, хотя недовольные остались. Недовольные и испуганные. - Может неловко? - предположил Сена. - Зря ты их пугаешь, - сказал вдруг Хирума. - Хотя мне понравилось. Но ты же не я. Ты не хочешь править ни страхом, ни шантажом, ты должен войти в доверие, поразить очарованием… Сена усмехнулся, расстегивая пуговицы на рукавах. - Я не Кровь, Йоичи. Не Мастер. Я - Волк. Мы привыкли грызть. Рвать. За свою семью. Йоичи глянул на окно. Его это умиляло. Слишком сильно, стоило сдержаться, чтобы не краснеть, как девица на выданье. Кровать и жаркие воспоминания усложняли ситуацию. Хирума даже цыкнул. Какие-то странные фетиши, ей-богу. На волков, например. Вернее, на одного конкретного, но разве не странно как все у них началось? - О чем думаешь? - его повалили, прижимаясь. Сена залез рукой под рубашку, щекой улегся на грудь и тихонько выдохнул, расслабляясь. - О прошлом, - прошептал Хирума, не горя желанием комментировать. - Сдается мне, я знаю о каком, - явно флиртуя, игриво заявил Сена. Йоичи почти добродушно цыкнул. Потом попытался стряхнуть Сену с себя, но не вышло. Хирума тихонько застонал. Возбуждение накрыло его быстро и стойко от легких прикосновений рук. Те умело избавили его от штанов и белья. - Ты чего рукой глаза закрыл? - поинтересовался Сена. - Стыдно, что я тебя так сильно возбуждаю? Или то, что мы делаем это у меня дома, как тогда? - Тогда не было ничего, - пробурчал Хирума. - Ничего? - с улыбкой прошептал Сена. Он-то прекрасно понимал, что Йоичи смущается. Такого никто не видел, только Кобаякава знал, что может быть. Даже Мусаши такого увидеть не дано. - Напомнить, что было в ванной? Так как Йоичи молчал, Сена продолжил будоражить его прикосновениями. - Разведи бедра шире… - тихий шепот тоже возбуждал. Если говорят, что в голосе вампиров жило магическое очарование, то для Йоичи магия была только в голосе Сены. Мягкий и нежный, томно-очаровательный, а иногда жесткий и колкий, он был подстать обладателю. Совершенно неоднозначному, но еще юному волку. - Помнишь, я делал вот так… - прошептал Сена, погружая пальцы и растягивая. Хирума сжал челюсть, чтобы не стонать. Даже в тот день действовал парень умело, что и говорить, сейчас у него уже была сноровка в обращении с конкретным человеком. Йоичи не стал спорить, что в тот раз был другая поза, с Сены сталось бы, как всегда резко перевернуть и поставить на колени. Но лису, уставшему морально и физически сегодня, хотелось просто наслаждаться. Пусть он будет полу бревнышком, можно? Но и этого он не стал спрашивать, надеясь, что Сена разберется. Йоичи судорожно выдохнул. Волк навалился на него по всем позициям. - Не должно быть больно. - Не больно, - хрипло подтвердил Хирума. Сена действительно разбирался, доводя прелюдиями до такого состояния, что хотелось просить вставить (просить, он, конечно, не просил, но пару раз требовал). А в этой комнате действительно уже со входа царила атмосфера пошлых мыслей, естественно, только для них. Его руку убрали с лица. - Не закрываться. Я хочу видеть и целовать твои глаза. - У меня еще уши есть, - буркнул Хирума. - Да знаю я все твои эрогенные зоны, капитан. Расслабляйся, я продолжаю. Йоичи тихонько застонал, когда Сена взял его в оборот. - Чертовы волки… - Я все слышу, - Сена снова целовал его, двигаясь. - Чертовы… Потом стало трудно говорить, только пытаться не стонать, но и это не особо получалось. Чертов волк умел доставлять удовольствие.