У больших мальчиков крошечные сердца

- Эй! Ты совсем не ешь! Сказала, что умираешь с голоду, - Сильвия сжимает мою ладонь. - Все вы девчонки такие, не можете есть на людях, - подключается Фабио. - Ты стереотипно мыслишь, - поднимаю взгляд на парня. - Поедешь с нами в город? – удивительно, как малыш Фабио похож на своих старших братьев! - Сегодня? – смотрю на часы. Это спортивные часы Маттиа. Я так и не вернула их ему. – Уже девять вечера. - Это танцы! – потирает ладони Рея. – Местные собираются на площади у одного из отелей и устраивают небольшие вечеринки. - Ух ты! – киваю. – Круто. Вот только я слишком устала, чтобы еще трястись с малолетками на дискотеке в отеле. - Вообще-то почти все внуки едут, - сообщает Майкл. - И Маттиа? – веду плечом. Рея кивает мне. – А кто это рядом с ним? - О! Это внучка друзей бабушки и дедушки. Она росла вместе со старшими кузенами и кузинами, - сообщает малышка. – Франческа. - Франческа… - шепчу. Бывают имена сексуальнее? – Тогда и я поеду, - киваю. Танцы – это то, что я действительно умею делать! Маттиа, Франческа, Алонсо с Верой уезжают на машине вчетвером. Тео не просто не зовет меня с собой, а даже не разговаривает и ни разу не посмотрел в мою сторону за все время ужина. Усаживаюсь рядом с Масо, пристегиваюсь. - Обожаю этот внедорожник! – он радуется как ребенок, заводя мотор. – У! – потирает ладони, смотрит на меня. – Эй! Кто испачкал твое личико в грусти? – поднимает мой подбородок одним пальцем. - Эта рыжая, - кусаю губу. - Франческа? – Май опрокидывает голову, глухо смеется. Дурной? Чего смешного? – Холи, она просто друг детства, не бери в голову! - Ага, - фыркаю. – Он ни разу не посмотрел на меня, даже не спросил, как я себя чувствую после такого похода. Это на него не похоже, - качаю головой. - То что было когда-то между ними, уже ничего не значит. - Между ними что-то было? И когда ты собирался… - замолкаю. В машину набивается вся молодежь – Майкл, Рея, Сильвия, Фабио. Всю дорогу не думаю об этом – в машине орет Эрос Рамазотти в обработке какого-то крутого итальянского диджея. Оказывается, двадцатилетний Майкл отлично поет. Такой типичный итальянский тембр. Я аплодирую мальчику. - Ты еще не видела, как мы с братом танцуем, - Фабио прижимает к себе Майкла. Он точно заигрывает со мной этим своим взглядом. - Жду не дождусь, когда вы, девочки, станцуете что-то страстное, - улыбаюсь, устремляя взгляд на дорогу. - У! Донни назвала вас девчонками! – хлопает в ладоши Рея. Мы тормозим у отеля, и я первая выпрыгиваю из тачки. Холли с мужем и Джованни с Тори уже поджидают нас за большим столом, где расположимся мы все. Маттиа и Франческа делают заказ у стойки. Крепко сжимаю кулаки. - Не ревнуй! – шепчет мне Тони. Он не особо разговорчивый. Кстати, впервые заговорил со мной. - Не ревную, - хмыкаю, отбрасывая волосы с плеча. – Что, так заметно? – морщусь. - Их отношения были так давно. Где-то там. В прошлом, - отмахивается. - Просто… Маттео мне ничего не рассказывал, и я немного удивлена такому близкому контакту, - опускаю глаза. – У них были отношения? - Ну да… Им было по двадцать семь – тридцать. Сто лет назад, - отмахивается. – Они встречались пару месяцев… Год… - У тебя большие проблемы с подсчетами, - хохочу, хлопая его ладонью по груди. - Мой любимый снова сплетничает? – меня обнимает девушка Тони Алексис. Она его девушка… У них уже трое детей, но она все еще его девушка. Они вместе семнадцать лет, но она все еще его девушка. Жуть какая. Неужели они никогда не хотели пожениться? Странные… - Все нормально, - быстро чмокаю Алексис в щеку и ухожу к столу. Туда как раз принесли несколько бутылок вина и кувшинов с местным белым пивом. Усаживаюсь на свой стул, двигаю к себе самый большой бокал с вином. Рядом со мной итальянское непередаваемое лепетание. Я поворачиваю голову. Рыжая Франческа что-то говорит мне. - Скузати… Эмм… Ио… Боже мой! – выдыхаю. – Нон парла итальяно, - машу руками. Она, кажется, понимает, но все равно что-то говорит мне. Идиотка. К ней подсаживается Маттиа. Он такой красивый, мама! Я чувствую его потрясающий запах… Он объясняет ей что-то. - Холи, - слышу единственное знакомое слово – мое имя. – Холи, это Франческа. Друг детства. - Она вообще не говорит по-английски? – улыбаюсь. - Ни слова не знает. Ты невежлива. Я представил вас друг другу, просто скажи, что тебе приятно познакомиться, - рычит. - Я не знаю, как это сказать, - нервничаю. - Скажи по-английски, я переведу ей. - Мне очень приятно, Франческа, - жму ее руку, и она тут же переключает все внимание на Маттиа. Ненавижу! Ненавижу! Делаю три больших глотка вина. Как оно надоело! - Эй, - поворачиваюсь к Сильвии. - Здесь нет ничего покрепче? - В баре точно есть, - шепчет мне. – Что предпочитаешь? - Виски, - киваю. - Сейчас принесу, - собирается вставать. - Не нужно. Я сама. - Мне все равно нужно туда. Там… Эмм… В общем мой парень приехал, - шепчет мне на ухо. - Твой парень? Из Лос-Анджелеса? – удивляюсь. Она кивает мне. – Специально приехал? - Да. Только не говори никому. Папа его не любит. - Почему? - Дантре – черный, - улыбается. - Ну и что? Только не говори, что твой отец – военный, миротворец оказывается расист. - Нет. Я просто предупредила. Папа боится, что я выскочу за него замуж, так и не окончив магистратуру. Рея с таким трудом поступила в университет, и отец боится, что я его так и не закончу. - Глупости, - прыскаю. – Ты же не собираешься замуж? - Вообще-то собираюсь, - кивает она. – Но мы договорились, что поженимся только после окончания магистратуры. Дантре учится вместе со мной. - Тогда я не переживаю, - хлопаю ее по колену. – Он уже здесь? Пойдем? Я уже не могу пить вино, - морщусь. Сильвия кивает мне, и мы встаем. Бросаю последний взгляд на Маттиа. Он что-то увлеченно рассказывает своей рыжей спутнице. НЕНАВИЖУ! Сильвия сообщает, что они с Дантре поднимутся в его номер, и просит, чтобы я ее прикрыла если у кого-то возникнут вопросы. Я обещаю, что сделаю все как нужно. Влюбленная оставляет меня в одиночестве у бара. Двигаю винную карту к себе. Пытаюсь увидеть хоть одно знакомое название. Глупая… Какая же я глупая – ни одной знакомой буквы. У меня словно приступ дислексии. И снова итальянская речь. Точно обращаются ко мне. Поднимаю голову. Напротив меня непередаваемой красоты карие глаза. Господи, Боже! - Не говорю… Эмм… Американка, - тычу в себя пальцем. – Нужен виски. Компренде? – зачем-то начинаю говорить по-испански, да еще и повышать громкость голоса. - Американка. Я понял. Не кричи, - уголки пухлых губ расползаются в разные стороны, и у меня перехватывает дыхание. Да, что это за остров такой, на котором мужчины соревнуются по красоте с Аполлоном? Оказывается у карих глазок пушистые ресницы, густые брови, темно-каштановые волнистые волосы, уложенные в модную прическу, и аккуратная борода. - Прости, - ух ты, у меня даже получилось не заикаться! – Местные не говорят на английском. - Я служащий отеля. Обязан знать языки. Так тебе чего? Виски? – белоснежные зубы оттеняет смуглая кожа. Мое женское Я валяется в сладком обмороке. - Я передумала, - скрещиваю ноги. – Текилу. - Какую предпочитаешь? – быстро ставит передо мной ледяной шот. - Голд, - выдыхаю. - Эмм… Нет. Ответ неверный, - качает головой. – Налью тебе сильвер, - быстро наполняет прозрачный сосуд бесцветной жидкостью. – Хотя бы без красителей. - Разбираешься в этом, да? - Я же за стойкой стою, - типа бармен, а я идиотские вопросы задаю. - Выпей со мной, парень за стойкой, - предлагаю. - Я вообще-то на работе. Да и поводов нет, - карие глаза блестят. - Я Холи, - представляюсь. - Орсино, - тычет длинным пальцем в свою грудь. - Выпьем за знакомство. Чем не повод? – веду плечом. Он запрокидывает голову, смеясь. - Окей, повод засчитан, - быстро наполняет еще один шот алкоголем. – Знаешь, как мы в Италии пьем текилу? - Научи, - смотрю на него. - Дай руку, - просит. Я протягиваю ему ладонь. Он проводит по ее тыльной стороне кусочком лайма, посыпает солью, ловко слизывает это, опрокидывает в себя шот, и бросает в рот ту самую дольку лайма. Я в шоке. Даже моргнуть не могу. - А можно я не буду облизывать твою руку? – выдавливаю из себя. Он смеется. - Ты смешная. Мне нравится, - кивает. – Отдыхай, - напоследок стреляет мне прямо в сердце своим горящим взглядом, и отходит к другому концу стойки, чтобы обслужить очередного выпивоху. Что это, блин, только что было? Он реально слизал соль с моей руки? Как сексуально это было! Тихонько бреду к большому столу, за которым расположились внуки Нери. Занимаю одно из пустующих мест. Распознаю в толпе танцующих Джорджио, Эллен, Веру, Рею, Микаэлу, Майкла и Франческу. Остальные живо обсуждают детские воспоминания, когда они постоянно собирались здесь, в Чинизи, в доме их предков. Маттиа слушает Алонсо, кивает в такт его речи и не отводя взгляда пялится на меня. Может у меня соль на подбородке осталась? Да нет, все чисто. - Пойдешь танцевать? – шепчу ему одними губами. Он отрицательно качает головой. Ну, нет так нет. Посмотрим, как я уделаю в танце твою престарелую подружку детства! Быстро осушаю бокал вина и уверенно встаю со стула. Тяну вырез на груди ниже. Понятия не имею, чего я там собралась оголять, но все же. Двумя простыми движениями поправляю складки юбки, и присоединяюсь к танцующим под заводную португальскую песню, исполняемую одним из аниматоров. В старших классах мы с Люси записались в танцкласс. Ходили на латино, современные, а по выходным посещали бальные танцы. Именно в танцклассе мы и познакомились с Клер. Оказалось, что жили на соседних улицах в Анахайм. С тех пор не расставались. Пальцы стучат по ладоням в такт барабанному бою, бедрами описываю восьмерки, окружности и прочие узоры. Я в своей стихии! И, кстати, Франческа просто отстойно танцует. Я настоящая идиотка! Соревнуюсь с человеком, который даже не подозревает об этом! Смеюсь над собой. Песня наконец, заканчивается, и ведущий вечера объявляет что-то на итальянском. Очевидно, представляет следующего исполнителя, или не представляет. Нужно углубиться в изучении итальянского. Еще пару секунд и из колонок льется потрясающий мужской вокал. Это как с песнями 3 Doors down – влюбляешься с первых же секунд звучания. И здесь я понимаю, что слышу что-то необыкновенно мелодичное, нежное и в тоже время наполненное эмоциями. Поднимаю голову, ухожу в сторону от слепящего прожектора и вижу знакомое лицо исполнителя столь замечательной песни. Это мой новый знакомый – Орсино. Стою сложив ладони и прижав их к груди, и слушаю, пялюсь на певца, как завороженная. Он обводит взглядом танцпол, стреляет карими глазками во всяких красоток, с одной из них устанавливает действительно длительный визуальный контакт, а потом мой взгляд встречается с его. Он улыбается мне одним уголком рта, быстро подмигивает и снова продолжает играть в гляделки с такими же завороженными слушательницами, как и я.