У больших мальчиков крошечные сердца

- Какая интересная девушка, - осматривается Май. - Ага. Чуть трусиками размахивать не начала, - шагаю между своих коробок. - От кого? – Тео кивает на вазу с цветами. - Не важно, - улыбаюсь. - Действительно, - прыгает на диван. - Конверсы, Май! – рычу. - Конверсы, Май! – передразнивает меня, стягивая их с ног. – Ты моя лучшая подруга. Мне не наплевать, кто дарит тебе цветы, с кем ты спишь, - делает вид, что читает оставленную мной газету. Она на русском, вот смешной. - По-моему это, как раз вообще не твое дело! – плюхаюсь на задницу, двигаю коробку к себе. «Нижнее белье» - самая крошечная коробка из всех. При Маттиа я не буду открывать ее, отставляю. «Любятина», - почерк Тео. Это значит, что здесь мои книги. - Так от кого цветы? – отбрасывает газету, садится на коробку с кухонной утварью рядом со мной. - Вчера я шла домой. Мы уже перестали разговаривать. У «Шеннон» стоял парнишка. Кажется, он только что расстался с девушкой. И просто вручил мне букет, - говорю чистую правду. - Не обижай мой интеллект, Хол! – качает головой. – Давай вон ту коробку! С надписью «нижнее белье», - фыркает. Я опускаю голову, улыбаюсь. Ты ревнуешь, Маттиа! Ревнуешь! - Разбери лучше диски, - тычу на другой ящик. - Нет! Я лучше покопаюсь в твоем белье, - раскрывает коробку. – Ого! Какой симпатичный! – вертит в руках тонкий кружевной бра. – И такой миниатюрный, - смотрит на меня. - Ну, класть-то туда у меня все равно нечего, - отвожу взгляд. – Положи его обратно, я еще не вставила ящики в комод. - А я на что? – вскакивает, запускает руку в коробку, прижимает к груди все мои трусики и бра, шагает в спальню. – Холи! А где ящики? – орет. Я накрываю лицо ладонями. - Господь, помоги мне, - шепчу. – Они в больших ящиках внизу. - Это какая-то игра? Я должен пройти квест? - Нет, Май! Маленькие ящички в больших. Так их проще перевозить. - А где… - Отвали от меня! – ору. – Тебе скоро сорок, а ты не можешь разобраться сам? – встаю. Поднимаю коробку с кастрюлями и тащу их в кухню. За кастрюлями идет набор сковородок, тарелок, оставшихся целых бокалов и кружки. Расставляю все по полкам в шкаф, ставлю разогревать ужин. - Вино или джин? – кричу. Он молчит. – Эй! – вхожу в комнату. Он лежит на моей кровати, уткнувшись лицом в подушки. - Я разложил твое белье, - бормочет. Тяну ящик на себя, и вижу умилительнейшую картину – трусики лежат в высокой стопке друг на друге, как и бра. - Все понюхал? – решаю почему-то, что это будет смешно. - Как ты догадалась? – поднимается. Раскрываю глаза. Он серьезно? – Но никакого кайфа – они чистые. - Я даже комментировать не буду, - машу руками. - Тебе нужно купить другую кровать. - Так начинались два других наших разговора – про покупку квартиры и машины. Ты уже купил мне ее или отдашь свою? – упираю ладони в бока. - Вот еще! – фыркает. – Она просто не кажется устойчивой, - ерзает по ней, доказывая, что она шатается. - Просто у Честера руки растут из… - замолкаю. – Нужно подтянуть пару болтов. - Кто такой Честер? - Друг Патрика – хоккеист. Он помогал перевозить мебель и собирать ее. - Могла бы позвать нас с Масо, - встает. – Я бы позвал Кева, Ману… - У вас и без меня куча проблем. И вы не обязаны решать мои, - кусаю губу. - Ла, ла, ла! - Все. Ужин готов. Ты будешь вино, джин или пиво? - Я буду воду. С лимоном. Мне нужно поехать домой. Оставлять Масо одного сейчас нельзя. - Как он? – тяну Маттео в кухню. - Усиленно работает, вечером напивается. Два дня назад заснул в ванной, так и не раздевшись и не искупавшись. Вчера притащил домой ту официантку, которая от него без ума, а сегодня в ресторане не сказал ей ни слова. Накричал на поставщиков и расторг контракт с фермой, которая выращивает для нас осьминогов. Сказал, что ему надоел это прохвост-хозяин. Я оставил его в этом салоне, в котором официально делают массаж, а на деле минет. - Весело у вас, - ставлю нам тарелки с пастой. - Пахнет вкусно, - морщится. – Я не отравлюсь? - Тео! – рычу. – Это феттучини, баварские колбаски-гриль и острый соус! В точности по рецепту Паолы, - наматываю тесто на вилку, отправляю еду себе в рот. – Мама Мия! – как вкусно. Смотрю на Маттео. Он с каким-то пренебрежением осматривает содержимое своей вилки. – Давай, продолжай в том же духе, и я разрыдаюсь, а потом выгоню тебя! - Набери 911 заранее, - пытается шутить. Я меряю его испепеляющим взглядом, и он понимает, что для шуток время неподходящее. Долго жует. – Ммм! – кивает. - Тебе понравилось? – от трепета топаю ногами. - О! Холи. Я в жизни ничего хуже не ел, - смотрит на меня. - Прости… - глаза в секунду увлажняются. Я сейчас захнычу. - Холи! Я шучу! – сжимает мою ладонь. – Вкусно, правда. Клянусь, - чтобы доказать мне свои слова запихивает в рот сразу половину порции. Я облегченно выдыхаю. - Я впервые готовлю после Италии, и готовлю для тебя. Ты мой самый строгий критик, и мне важно твое мнение, а ты так со мной поступаешь! – шлепаю его по плечу. - Прости, - вытирает рот салфеткой. – Пасту лучше подавать сразу, как приготовишь, в разогретом виде она не такая вкусная. Соус не должен быть холодным, и ты переборщила с прованскими травами. Они слишком ароматные и не должны перебивать основной вкус чили. И вообще чили и прованские травы лучше не смешивать. Они разные, из разных кухонь и я не любитель фьюжн. К баварским колбаскам претензий нет, - улыбается. - Я испортила все, что приготовила сама, - выдыхаю. – Колбаски только разогрела на сковороде-гриль. - Помнишь совет, который я дал тебе, а ты сказала, что он идиотский и ты бы не заплатила за него ни цента? - Большинство твоих советов такие, - дую губы. - Не вредничай! – строго грозит мне пальцем. Уау! – Лучший соус к любому блюду – это голод. - Да! Точно! – шлепаю себя ладонью по лбу. - Так вот я был очень голоден и то, что сейчас осталось у меня в тарелке, и то, что я уже съел – очень вкусное! Клянусь. И я хочу вторую порцию, - быстро отправляет остатки себе в рот и протягивает мне тарелку. - Но у меня больше нет, - виновато улыбаюсь. - Холи! На семью нужно готовить много! - Но я готовила только на тебя и меня. - Ты не знала, что бывают семьи из двух человек? - Знала, - опускаю голову. – Хочешь доесть мое? – двигаю тарелку ему. Он отрицательно качает головой. – У меня есть конфеты. Лакричные. - Донни, лакрицу едят люди, чтобы дать понять окружающим, что они сумасшедшие придурки! - Да! Это обо мне, - допиваю пиво. После ужина Маттиа затягивает болты на ножках моей кровати, прикручивает полки в ванной и выносит пакет полный столетних кошачьих экскрементов после моего нытья. Подключает стиральную машинку, место для которой выделено в гараже и объясняет, как пользоваться сушилкой – ее у меня раньше не было. После часовой лекции о том, что мне пора бросать курить и раз уж я не брошу, то советует выходить на улицу и меняет батарейки в пожарной сигнализации. - Ты мой герой, настоящий воин! – протягиваю ему колечко его мамы. - Я твой воин! Да. Отличное предложение, - выставляет палец. – Я выйду за тебя, - кивает, я пытаюсь протиснуть кольцо дальше по красивому пальцу, но оно застряло чуть ниже ногтя. – Так и поеду, - крепко обнимает меня, целует в макушку. - Пока! – машу ему вслед. Он садится в машину, я возвращаюсь в дом. – Я буду жутко скучать! – хватаю полотенце, залезаю в ванную. Вода! Как приятно! Выключаю, намыливаю голову, повторяю танец Мика Джаггера. Когда начинаю мерзнуть, поворачиваю кран и жду воду. Нет! Ее нет! Ни капельки! - Эй! – дергаю кран. Ни капли! Вытираю лицо полотенцем, заворачиваюсь в шторку для душа. – Май! – кричу в трубку. – Что-то случилось с водой! Ее нет! Ни капельки! В чем дело? - Ты кран открыла? - Нет! Стою посреди гостиной а вода не льется! – рычу. - Ну тогда все нормально, - смеется. - Маттиа Энтони Нери! - Уже разворачиваюсь! – кладет трубку. Я замерзла! Только и успеваю вытирать с лица стекающую с головы пену. Холодно! Придется продолжить танец Джаггера. Дрыгаюсь, будто в меня бес вселился. - Ну и видок! – прыскает итальянец. Останавливаюсь, замираю. - Вода! Мне нужна вода! – трясу руками. Смотрю, как он проходит в ванную. - Нет! Воды нет! – кричит. - Спасибо, гений, - прижимаюсь к двери. - Что ты нацепила? – проходит мимо меня, я за ним. - Это шторка для душа, полотенцем вытираю лицо. У меня оно не одно, но я не подумала… - входим в гараж. - Я случайно перекрыл воду. - Случайно? – раскрываю глаза. - Я перекрыл ее, но забыл включить, - извиняется своей прекрасной улыбкой. - Она текла… - Осталась в трубе, - жмет плечами. – Пока, - обнимает мои голые плечи, и я замираю. По телу проносятся мурашки. У него горячие руки. Я хочу растаять в этих руках. – Иди, ты замерзла, - снова целует меня в макушку. – Фу! Кхе… - Поел шампуня? – отстраняюсь. – Ты мой гений! – хохочу. – Мой воин, - второй раз за вечер провожаю его. На этот раз он точно уезжает и больше не возвращается.