У больших мальчиков крошечные сердца

«Пытался тебя разбудить. Как ты уже поняла – безуспешно. Надеюсь, твое утро будет приятным, а завтрак вкусным. Позвоню, как только самолет сядет в Кеблавике. Умоляю, забери Альду себе. Я не знаю, зачем мы переступили черту, но пока я нисколько не жалею», - листочек с несколькими словами. Какой красивый почерк! Прямо каллиграфия. Сладко потягиваюсь, прижимая листочек к носу. Это не сон! - Альда! – зову. Никакой реакции. – Альда, иди сюда! – приподнимаюсь на локтях. Спустя пару минут кошка появляется в дверях спальни. Недолго медлит, прежде чем запрыгнуть на кровать. – Хочешь переехать ко мне? А? – провожу ладонью по золотистой шерсти. Она смотрит мне в глаза. Кажется, немного удивлена. – Конечно, ты не хочешь. Тут ты во дворце, зачем тебе квартира? – улыбаюсь, улавливая довольное мурлыканье ласковой кошки. Она неторопливо прошлась по моей квартире, пару минут рассматривала свой туалет, который теперь расположился под ванной, заглянула в каждую комнату, и устроилась на моей кровати. Придется позволить этой принцессе все! Усаживаюсь на диван. Прижимаю ладони к лицу. Визжать нельзя, не стоит. Неужели это вправду случилось? Да. Случилось. Его вещи валялись на кресле, мои на полу у кровати. Моя кожа все еще пахнет его кожей, волосы его волосами. Во рту все еще ощущаю его вкус, вкус его кожи, его губ. Прокручиваю в памяти нашу ночь. Его объятья, прикосновения, поцелуи и… О, Боже! Не могу перестать улыбаться… И каждый день мучаю себя вопросами. Что теперь с нами будет? Как вести себя? Стоит делать вид, что ничего не было? Или наоборот? Позвонить ему? И что скажу? Спрошу как долетел? Я и так знаю, что долетел он неплохо. Написал же. Нужно найти предлог. Но какой в этом смысл если он не хочет меня слышать? Наверняка думает, что произошедшее между нами было ошибкой. Хотя… Он же сказал, что хочет этого, что он подумал уже ни раз над этим. С того гребаного сообщения от Маттиа, что они приземлились в Рейкьявике прошло уже две недели. Я влезу на стену, вот-вот. От тоски по нему хочется выть на луну. Как я проживу без него целых три месяца? Наверное, снова впаду в депрессию и буду ныть всем подряд. Но, судя по моему месяцу, у меня есть жизнь, я живу без него! У меня есть друзья, которые скучали по мне, у меня появилась новая одинокая подруга – Дейзи. Они с Билли расстались еще три недели назад, а я так была занята своей депрессией, что даже ни разу не поинтересовалась как у нее дела. Она грустит, и немудрено, ведь они с Уильямом были вместе с самого колледжа. Сейчас она в раздрае, понятия не имеет какого это быть одной. - Билли съехал, и теперь у меня целый пустой шкаф. Полки в ванной теперь не ломятся от нашей с ним косметики, - говорит она. – Я зажмуриваюсь, а перед глазами его сонное лицо, - сжимает губы. По ее красивому лицу катятся слезы. - Он ведь не умер! – злится Клер. – Раз ты так страдаешь – вернись к нему. - Эй! – пихаю подругу в бок. – Все так просто? Вспомни себя после расставания с Адамом! - Она злится. Я тоже злилась, а сейчас сил нет. Я просто тоскую. И тоскую не по нему, а по нашим отношениям. Ну, в то время, когда они были хорошими. Когда мы не спорили из-за ужина, закрытых штор, постели, одежды и слишком громкого дыхания по ночам, - всхлипывает. - Все было настолько плохо? - свожу брови. - Хуже, - выдыхает. – Он пришел с работы, разделся до трусов, схватил пакет чипсов и пошел дополнять пейзаж дивана, - улыбается. – Я попыталась вытащить его покататься на роликах, он сказал, что устал. Предложила погулять хотя бы по району, после чего была послана ко всем чертям. Терпение закончилось. Мы орали друг на друга полночи, оставшуюся ночь плакали, прижавшись друг к другу. Позавтракали, и начали собирать вещи Билли. Мы решили, что врозь нам будет легче. - Я рада, если это так, - обнимаю ее. - Через месяц опять будут вместе, орать друг на друга, - фыркает Клер. - Чего ты такая злая? – не понимаю. - Ты не выслушивала ее нытье весь месяц – я уже не могу это слушать, - уходит в ванную. - Прости ее, - шепчу. - Она начала орать на меня с самого начала, не через месяц, - качает головой. Клер? Та, которая проводила со мной все свое время, когда я потеряла малышку? Та, которая была со мной каждый тяжелый день – сейчас не может вынести тоску девушки по возлюбленному? Я поговорю с ней, обязательно поговорю. Так не должно быть. – Как ты? Что-то в тебе изменилось. Глаза горят, - Дейзи убирает прядь волос от моего лица. - Так заметно? – густо краснею. - Да от тебя несет эндорфинами, - улыбается, шмыгая носом. - Я и Маттиа. Четыре недели назад, - зажмуриваюсь. Дейзи визжит. - Клер! Хоуп! Рокс! Сюда иди! – кричит. Клер выбегает, натягивая штаны. - Чего? Он отдал розу? Кому отдал розу? Кристи? - Холи и Маттиа переспали, - сообщает Дейзи. - Гонишь! – раскрывает глаза. Я качаю головой. – Наконец-то! И тебя порадовали? – наклоняется она, очевидно обращаясь к моей промежности. Закатываю глаза. Как маленькая. - Он просто уехал на три месяца. Решил так попрощаться, - вздыхаю. – Ну и порадовать меня, - широко улыбаюсь. - И как это было? - Как в дорогом порно, - опускаю голову. - У! Как интересно! Расскажи. - Не буду! – отмахиваюсь. – Ты больная? – толкаю Клер. - Он делал вот так? – начинает как-то странно танцевать имитируя что-то странное лишь отдаленно напоминающее секс. Мы с Дейзи смеемся, надрывая животы.