У больших мальчиков крошечные сердца

- Нет, Масо! Ты не слушаешь. Мать твою! Мы не будем покупать у них! – орет Маттиа. Псих чертов. - Они повзрослеют хоть когда-нибудь? – бормочет Дейзи. - А мне нравится, - улыбаюсь. – Я так давно не переговаривалась с сестрой, что наслаждаюсь их перебранкой. Это весело, - зеваю. - Послушай меня, и не надо лепить сюда свои идиотские идеи! - Хватит орать! – не выдерживает Масо. – Последние сорок минут ты просто орешь и ничего толком не объяснил. Скажи мне, я пойму! - Ты же сказал, что сам! – фыркает старший брат. - Дочитала? – Дейзи переворачивается лицом к солнцу. - Ты в трех предложениях повторяешь одно и то же. Смысл клятвы в том, чтобы сказать несколько вещей сразу. Что любишь, что уважаешь, может какую-то шутку или понятное только вам слово, - развожу руками. – А ты тут только про уважение и твердишь. Только разными словами. - Ты просто законченный баран! – ругается Масо на брата. - Можно потише? – поднимаю голову. Нери пронзают меня злобными взглядами. - Я тебя поняла, - поворачивается подруга. – Но, я не уверенна, что люблю. - Чего? – раскрываю глаза. – Ты серьезно? - Ну, да. Мы вместе. Только и делаем, что болтаем, целуемся, трахаемся. Нам интересно друг с другом. - Но? – развожу руками. - Достал! – вскакивает Масо. – С тобой вообще невозможно работать! Боже мой! Ты наказание, а не брат! - Хватит орать! Сколько можно? – не выдерживаю. – Я ее вообще не слышу из-за вас. Вы можете работать в другом месте? - Заткнись, О’Доннелл! С тобой тут вообще никто не разговаривает. Иди загорай в другом месте, - орет Маттиа. – И вообще ты не замерзла? Опять простудишь свою промежность! - Ты совсем придурок? – откладываю блокнот с клятвой Дейзи. - Холи, не стоит, - подруга пытается остановить меня. - Как ты можешь говорить мне такое? Как ты можешь говорить это при них? При нем? – тычу пальцем в Масо. - Все нормально, Донни, - улыбается младший брат. - Масо, не лезь. Пойдем! – Дейзи уводит мужа. Мы остаемся с Маттиа вдвоем. - Почему ты так поступаешь со мной? – встаю с кресла. - Ты влезла в наш разговор. Поэтому тебя не должна удивлять моя реакция. И ты сама разговариваешь со мной, как с куском дерьма. И ты почувствуй себя так же. Приятно? - Ты настоящий засранец. Клянусь, я ненавижу тот день, когда ты принял приглашение прийти на радио, придурок. - Хватит! – больно сжимает мой локоть. – Хватит меня так называть! Достала, сука! Проваливай к чертям! – отпускает меня. - Как же я тебя ненавижу, - рычу. - Мне наплевать на твои чувства ко мне. Иди отсюда! – легонько отталкивает меня. Семеню в сторону сарая, быстро смахиваю слезы со щек. Он такой урод! Я хочу его убить. Мне нужно покурить. Оказывается, за сараем старая скамейка, рядом ржавое ведро. Кажется, это единственное место во всем дворе, которое не видно из дома. За первой сигаретой идет вторая. Я успокаиваюсь, четко осознаю, что уже не злюсь на Маттиа, а люблю, будто с каждой минутой все больше и больше. Но он все равно придурок. Я полдня хожу по комнатам и раскладываю чистые полотенца для гостей, Майкл возит за мной тележку с ними. Рассказывает про учебу, дополнительные занятия и любимый раздел в архитектуре – пошел по стопам своего дяди Нико. Мне нравится, что он так серьезно относится к обучению, не будет болтаться по свету, занимаясь неизвестно чем. Семья Риззо в полном составе и даже жених Сильвии Дантре приезжает как раз перед самым ужином. Я несказанно рада видеть их всех. Такие чувства вызывают только самые близкие родственники, коими они не являются, но приятное тепло от разговора с ними растекается по душе. Мне не хватало этого чувства. В обеденной снова происходит что-то похожее на неапольский базар ранним утром: все галдят, очень громко. - Как мне услышать свои мысли? – Дейзи смотрит на меня растерянным взглядом. Я хохочу. Мне тоже было не по себе, когда я впервые оказалась здесь. - Не слушай мысли. Слушай окружающих, - сжимаю ее ладонь. – Завтра, когда приедут остальные, ты вообще с ума сойдешь. Спроси совета у свекрови. Она знает, как здесь выживать. - Просто постараюсь не оглохнуть. Как прошло с Маттиа? Кстати, где он? Я его после вашей перепалки не видела. - Может, шляется по Чинизи. Мы пообзывали друг друга, поорали, разошлись. Я боюсь признаваться самой себе, но, похоже, это конец, - сжимаю губы. Дейзи, похоже, не знает, что ответить и глупо улыбается мне. Отличная перспектива! Дейзи и Масо поженятся еще раз, у них родится малыш, и они позовут меня на праздник. Там будут гости, а среди них Маттиа со своей девушкой, или он вообще женится на Карле и будет мозолить мне глаза. А я так и буду жить одна, потому что полюбить больше не смогу. Майкл, Фабио, Рея, Сильвия и Дантре уезжают в центр на какую-то вечеринку. Дейзи и Масо тоже собираются, и подруга уговаривает меня поехать вместе с ними. Я объясняю, что Маттиа непонятно где потерялся, а если я приеду без него, могут возникнуть вопросы. Или еще лучше он будет уже там и зажимать какую-нибудь итальянскую страшилищу. - Ты у меня такая красивая! – тяну подол юбки Дейзи вниз. – Не простудись накануне свадьбы. Не выходи курить на улицу. Ты так танцуешь, что разгоряченная выйдешь на улицу и подхватишь ангину. Сейчас температура опустилась до пятнадцати градусов, - наставляю подругу. - Обещаю, большая мамочка, - улыбается она. – Уверенна, что не хочешь с нами? - Уверенна, - киваю. – Посижу на кухне и послушаю уморительные истории от Нери, а потом свалю в комнату, выпью снотворного, или бутылочку вина и завалюсь спать пока этот придурок не вернулся. Где бы он там не был. - У меня есть кое-что получше снотворного, - подруга роется в своих вещах и достает косяк. - Ты везла травку через границу? – раскрываю глаза. - Я не дура, Холи. Это из запасов братьев. Масо и Джо сами собирали ее где-то в горах, когда еще были подростками и хранили на чердаке в старой коробке, где раньше жили хомяки, - морщится. - Эй! Сколько мне ждать? – шипит у двери Масо. - Отпускаю! – выставляю ладони вперед. - Старушка с нами не едет? – улыбается. - Я здесь вообще-то! И я младше тебя, - шлепаю Масо по заднице. – Повеселитесь там, - целую его в лоб, будто благословляю. Выхожу из комнаты, спускаюсь вниз. Бабуля собирает пазл, что очень странно, Энни натирает бокалы, а Джулиана гладит салфетки. - У него не оставалось шанса. Это страшная болезнь, - хмурится Холли. Я тихонько сажусь на пустующий стул. Энни подмигивает мне. – Он очень плохо выглядел, руки тряслись очень сильно… Ужас! Если я, не дай Бог, переживу Эдуардо… - Мама! – восклицают в один голос женщины. - Холли, - улыбаюсь я. - А что мама? Мы ведь не молоды! Я лишь молюсь, чтобы он не мучился. Я сойду с ума… - Спокойной ночи, - не хочу слушать на ночь такой грустный разговор. – Для моих снов вредно такое. - Иди, детка. И нам пора спать, - кивает Энни. - Сладких снов, - ухожу. Принимаю душ, поднимаюсь к себе, переодеваюсь. Взгляд задерживается на завернутой в папиросную бумагу травке. – А! К черту все! – заворачиваюсь в длинный кардиган, сбегаю вниз, натягиваю на ноги сапоги, спускаюсь в кладовую, хватаю первую попавшуюся бутылку с полки и выбираюсь на задний двор. Теперь у меня есть свое место для курения. В сарае горит свет. Заглядываю. Внутри никого. Только три старые машины, столярный станок, стопки стульев, столов и куча утвари для сада. Если свет горит значит так нужно. Мне по фиг. Прохожу, усаживаюсь на скамейку. - Как холодно, - выдыхаю. Хватаю бутылку. Сейчас станет теплее. Отвинчиваю крышку, делаю глоток. Это не вино, это домашний джин. Включаю на телефоне музыку, закуриваю. – О, Господи! – какой мягкий вкус. - Ты чего тут делаешь? – голос сбоку. Я взвизгиваю. - Ты совсем придурок? – бросаю в силуэт Маттиа крышку от бутылки. - Просил же меня так не называть! – рычит. - Ну так и я не просила тебя доводить меня до приступа! – выдыхаю. - Ты не поехала на вечеринку и решила устроить ее здесь? – присаживается рядом, забирает из моих рук косяк. - Ага, - делаю глоток джина, выключаю музыку на телефоне. - Поздно уже. - Ну так ты можешь валить спать, и оставить меня в покое. Это вип-вечеринка. Считай, тебя не пропустили на входе. - Я вошел, - шепчет мне. – И не раз. А вот с твоей стороны не позвать меня, это прямо наглость. - Иди, Маттиа. Мне сегодня еще всю ночь с тобой спать. Позволь отдохнуть, - смотрю на него. - И не говори что не тащишься от этого, - касается кончиком носа моего уха. Из последних сил отталкиваю его. - Ты не можешь сначала орать на меня, как утром, а сейчас приходить и вот так бесстыдно флиртовать! - Флиртовать? – смеется. – Да я же издеваюсь над тобой, дурочка! – встает со скамейки и вальяжно уходит. В сарае слышится шум, очевидно, пошел туда. Меня начинает трясти от гнева. Он просто поиздевался? Да еще и сообщил мне об этом вот так? Да что он себе позволяет? - Эй, Нери! – встаю в дверях. Он стоит у столярного станка, протирает какие-то детали. Сейчас, в свете ламп я вижу какой он грязный: майка, джинсы, лицо, руки в черных пятнах. - Иди спать, О’Доннелл! – отмахивается он. Ну уж нет. Покрепче сжимаю горлышко бутылки, а потом размахиваюсь и бросаю ее чуть выше головы моего итальянца. Осколки стекла не сильно разлетаются по сторонам, и падают на пол. Маттиа даже не пугается. Резко разворачивается и летит ко мне. - Ты совсем идиотка, что ли? – больно сжимает мой локоть, дергает на себя, и я попадаю в сарай. Он закрывает за мной дверь. – Да что с тобой такое происходит? Ты мне чуть голову не разбила! – гремит. - Ты не можешь так со мной поступать! Обманывать меня, изменять, орать на меня и издеваться тоже не можешь! Я не позволю! – рычу. - Я тебе не изменял, дура! – отпускает меня. - Врешь! – с всепоглощающим удовольствием отвешиваю ему звонкую пощечину, и не ожидаю пощечины от него. Не больно. Вообще не больно. Да и не обидно. Ощущения вообще очень странные. Маттиа испуганно смотрит на меня. - Холи. Черт. Прости, - он нервничает. – Я правда не хотел. Это все… - Заткнись! Иди ко мне, - бросаюсь ему на шею. - Как же ты меня бесишь, стерва чертова! – шепчет между поцелуями. Его пальцы быстро расправляются с узлом на кардигане, с трусиками. – Знала, что так получится? – улыбается мне. - Я после душа. Не льсти себе! - Сука! – почти швыряет меня на стол. Я смеюсь. Мой любимый! Стаскиваю с него грязную майку, впиваюсь в его грудь. Я сейчас кусок плоти из него вырву. – Как же я скучал! – тихонько выдыхает мне на ухо, и я не сдерживаю стон. - И я скучала, - тяжело сглатываю. – Поцелуй меня! – прошу. Маттиа больно впивается пальцами в мои бедра и дарит мне невероятно нежный поцелуй. - Ты меня испачкал, - смотрю на свои колени, натягивая трусики. - Искупаемся, - застегивает ширинку на своих джинсах. Притягивает меня к себе, целует. – Так у нас перемирие? - Скажем так временный мораторий на ведение боевых действий, - обвиваю его шею руками. - О’Доннелл, я тут без тебя с ума сходил! – шепчет, снова целует меня. - Да. Я в курсе, - шагаю в дом, Май за мной. - Хлоя разболтала? - Ага, - улыбаюсь. Снова целую его и мы входим в дом. В кухне сидят Масо и Дейзи. – Вы чего так рано? – торможу. - Там одни малолетки, и музыка бум, бум, бум! – объясняет Масо. - Откуда вы вдвоем идете? – улыбается Дейзи. - Просто совпадение, - бросаю эту чушь на ее раздумья и скрываюсь в темноте комнат, вслед за Маттиа. Мы полночи лежим прижавшись друг к другу и разговариваем. Без умолку. Про политику, родителей, про Масо и Дейзи и их свадьбу, которая уже послезавтра, про друзей, мои страшные сны и неспокойный перелет. Маттиа засыпает раньше меня, а я еще, наверное, час пялюсь на его лицо в свете луны, заглядывающей в окна.