У больших мальчиков крошечные сердца

- Ты правда делала это? – шепчет Май. - Что? – покрепче обнимаю его. - Ну, я слышал, что все девушки на чужих свадьбах думают о своей, - целует меня в висок. Мы кружимся в медленном танце. - Глупости какие, - фыркаю. – Я думала о том, какие Масо с Дейзи красивые, о том, что они признались друг другу в любви впервые сегодня, и о том, что я ни за что на свете не хочу возвращаться в Лос-Анджелес, - отстраняюсь, смотрю на него. - Останемся здесь жить, - отмахивается он. - Ага. Корову доить я умею, у куриц отберу все яйца. Эдуардо покажет, как делать вино, и все. Я здесь своя. - О, моя конфетка! – смеется он. – Приехать в деревеньку и начать тут жить, вовсе не значит стать деревенщиной. Тебе еще учиться и учиться, - нежно целует меня. - Знаешь, чего бы я действительно хотела сейчас? Пожить денек-другой в хижине в лесу. - И я был бы не против, но послезавтра мне нужно быть на работе. - Твой ресторан подождет, - будто упрашиваю его остаться. - У меня съемки, Холи, - сообщает. - Я не знала, - смущаюсь. – Расскажи. - Мини-сериал, - отмахивается. Очень интересно. - Это песня друзей, - играет заглавная тема из сериала. - Спасибо за танец, мисс О’Доннелл, - Маттиа нежно целует меня в середину ладони, а потом прижимает к себе так сильно, что у меня трещат ребра. – Я счастлив, что ты рядом, - шепчет, напоследок целует меня и отпускает. Мы занимаем свои места. Долгий тост произносит мама Дейзи, периодически плачет, рассказывает, какой прелестной малышкой была ее дочка, какие сказки она любила, и как она рада, что, наконец, сказка ее девочки сбылась. О! Даже я растрогалась. Мой тост, к слову не был сентиментальным, скорее обычной историей и пожеланием счастья молодой семье. На очередном танце я подвернула ногу. Мне не слишком больно, но лучше дать ей отдохнуть, да и переобуться не мешало бы. Тихонько поднимаюсь в свою комнату. Дверь открыта. - Мне правда пора, - голос Маттиа. Я замираю. С кем он разговаривает? Надеюсь, не притащил сюда свою Франческу? Не должен. Я видела ее с мужем внизу. – Нет. Обещаю. Тут очень холодно. И вообще никаких развлечений кроме алкоголя, - он разговаривает по телефону. С кем? И почему он врет? – Какие фото? О, Господи, Карла ты опять? - Карла? – шепчу. Что за идиотизм? На фига он с ней разговаривает? - Да! Это наши дети, которых мы прячем в Италии. Я говорил уже! Хлоя просто зашла и сняла нас, пока мы возились с малышами! – он злится. Он о том фото, на котором мы с ним, и Седи с Паблито. Хлоя разместила фото в своем инстаграм, и видимо, его посмотрели не только родственники. Да и подпись на итальянском была наимилейшей: «Мои малыши со своим дядей и его любимой невестой». Мне понравилось, что она так меня назвала и не стала ничего спрашивать, вообще сделала вид, что не видела ничего. То есть сейчас Карла предъявляет ему претензии по этому поводу? Очень интересно. А Маттиа, как настоящая тряпка пытается сгладить углы. - Смирись, черт возьми! Со свадьбы будет куча фотографий! – рявкает он. – Она мой лучший друг и я не собираюсь оправдываться перед тобой! – шагает по комнате. – Сука! – вскрикивает. А потом бормочет что-то непонятное, но я разбираю, что пытается себя успокоить. Бесшумно спускаюсь на второй этаж, и начинаю громко петь, снова поднимаясь по лестнице. Пусть не подозревает, что я что-то слышала. - Какая песня интересная! – встает у меня на пути. - Про узкие джинсы. Я ногу подвернула. - Тебя понести? – протягивает мне руку. - Прилягу, - игнорирую его вопрос. - Что-то случилось? – идет за мной. - Нога болит, - фыркаю. – Иди, я скоро приду. - Побыть с тобой? - Нет. - Ты обижена на что-то? - Нет, Маттиа, - вытаскиваю подушку, осторожно опускаюсь на кровать. Чего обижаться-то? Ты втайне болтаешь со своей Карлой, а мне только и остается радоваться. – Я вместе с Клер и Майклом скоро поеду в город. Дейзи попросила украсить их с Масо номер по ее указанию. - Я с вами. - Как хочешь, - закрываю глаза. Пожалуйста, уйди. Я тут расплакаться собираюсь, ты мне мешаешь. - Можем тоже снять номер, - кладет мои ноги на свои колени, стягивает с меня туфли. - Предпочитаю спать на этой кровати. - Холи! – рычит. Я игнорирую его. – Ладно. Отдыхай, - встает. – Сука чертова, - выходит из комнаты. Покрепче зажимаю губу зубами. Только не хнычь! - Эй! Май сказал, что ты здесь одна, - входит Клер. - Я Джованни на ногу наступила, он ее отдернул, ну я и подвернула свою, - отмахиваюсь. - Так больно? – подруга укладывается рядом. Свожу брови – о чем она? – Плакать собиралась? - Он со своей Карлой разговаривал. По телефону. Объяснял, почему нас двоих фотографируют. Оправдывался там перед ней. Что за мужчины мне попадаются? - Попадаются? – прыскает она. – Может пора повзрослеть? - Чего? – приподнимаюсь. - Ну да, - кивает Клер. – О! Рик стал такой тряпкой! – передразнивает меня. – Митя хороший, но недостаточно хороший чтобы отпустить меня в Италию, а потом снова принять. Маттиа развлекается с актрисой, а я всего лишь не хотела уважать его и его просьбы. - Чего? – ты, какого черта меня не поддерживаешь? - Да! Да, Холи! И не нужно так смотреть. Пора понять, что подстраиваться должна и ты тоже. Никто не обязан твои желания исполнять. Он попросил тебя не ехать на протест не потому что решил покомандовать, а потому что боялся за тебя. - Там было спокойно, - опускаю голову. - Он не мог этого знать! – рявкает. – Как и ты, пока не приехала туда. А теперь нечего удивляться, почему он такой плохой все еще встречается с Карлой! Она, наверняка не сбрасывает его со счетов! А он знает, что ей на него не наплевать. Уяснила? – кивает. - Иди к черту, ладно? – отворачиваюсь от подруги. - Конечно! Всегда проще меня послать, чем признать, что не права. Ты всегда такой была! И с родителями ты не общаешься, и с сестрой, потому что характер у тебя – дерьмо! - И ребенка я потеряла из-за характера? – сейчас точно разревусь. - Частично, - соглашается. – Вернись ты в Анахайм, послушайся ты родителей – сейчас бы малышке было десять лет. - Идиотка! Это вообще не твое дело, - встаю с кровати. - Да, Холи, - кивает она. – Вся твоя жизнь вообще не мое дело. Просто каким-то странным образом я люблю тебя, и хочу чтобы ты была счастлива. - Ненавижу! – рычу. – Ненавижу за то, что ты вечно оказываешься правой, - выхожу из комнаты, спускаюсь вниз. Мне нужно выпить! Дейзи с Масо изображают утят, танцуя под дурацкую детскую песенку, а все вместе с ними. Я встаю рядом с Фабио, он угощает меня своим пивом. - Ты не танцуешь? – пялюсь на него. Он берет мою ладонь и прикладывает к своей шее. Она вся мокрая. – Фу! – отдергиваю руку. - Еще не остыл, - улыбается мне. – Зажигал с этой твоей подругой. - С Клер? – раскрываю глаза. - Ага. Бачата. - Клер Хоуп танцевала бачату? Она ненавидит бачату, - улыбаюсь. - Ну, это ей не помешало уделать меня, - разводит руками. - Она со мной наверху была минут десять как. Ты весь мокрый, а на ней и не следа, - хлопаю ресницами. - Да это для нее было, как тик-так проглотить. Она ничего такая. У них с этим громилой серьезно? – во взгляде дикий огонь. О! Как я соскучилась по этому молодому задору, Господи! - Поверь мне, - хлопаю его по плечу. – Кроме того она тот еще тиран. - А так и не скажешь. Я видел ее как-то в утреннем шоу, она милая такая, а как пахнет! У меня просто… - болтает он. В поле зрения попадает Маттиа. Он недолго осматривает присутствующих, перебрасывается словами с сестрами, и наконец, минут через десять, замечает меня, идет минуя стариков. - Ну, что, как дотанцуют сицилиану, сразимся в тарантелле? – сжимаю ладонь Фабио. - Ну, в ней меня точно не перетанцевать! – качает он головой. – Я к диджею, - уносится. - Брось, Холи, - голос Маттиа сбоку. Иди к черту! – Слышишь меня? - Ну, что? – закатываю глаза. - Тарантеллу не зря не танцуют в таких длинных юбках! Твое платье не для этого танца. - Поучи меня, ага, - не собираюсь его слушать. - Ты покалечишься, - хватает меня за руку. - Ты покалечишься, - передразниваю его. Сицилиана заканчивается и из динамиков льется, наверное, самая узнаваемая итальянская музыка. – Позаботься о Карле, - бросаю ему и картинно разворачиваюсь. У! Как круто я, наверное, смотрелась сейчас, драматично и страстно! - Холи! – но он не дает мне закончить мою прекрасную актерскую игру, останавливая. - Боишься, что я станцую лучше тебя? – отхожу от него два шага, собираю подол моего длиннющего платья на уровне коленей, забираю из рук Фабио бубен. – Ну, что? – смотрю на Маттиа. - Да, отсоси! – широко улыбается мне и встает в один ряд с парнями. Все начинается спокойно, мы двигаемся не слишком быстро, и почти все синхронно. Но через полторы минуты, когда я начинаю уставать, ругаю себя за то, что мои вторые туфли не сильно отличаются высотой каблука от первых, и я не разулась вовсе. И, конечно, дважды, с грацией беременной коровы, чуть не сваливаюсь на доски пола. - Хватит! – рычит Маттиа, берет меня за руку и выводит из беседки, подальше от веселящейся толпы. - Опозорилась, - хмурюсь, пока мы идем за сарай на невидимую скамейку. - Да лучше станцевать криво, чем сломать лодыжку. Чем ты думала? - А ты неплохо танцуешь, оказывается, - смотрю на него. Достаю из кармана пиджака пачку сигарет. - Спасибо, блин, большое! Я знаю! – рявкает. – Сверкала там своими трусиками. - Ничего я не сверкала! – закуриваю. - Но могла бы! - Отвали, ладно? – опускаю задницу на мокрое дерево. О! Кто-то снова будет бегать в туалет всю ночь! - Если ты перебрала с алкоголем, не нужно становиться такой озлобленной! Я попросил не танцевать в такой юбке. - Так юбка не при чем! – ору. – Это все каблуки. - Ну в том то и смысл! Зацепила бы подол каблуком и полетела вниз! О, Господи! Да, что с тобой такое, а? - Просила же, чтобы отвалил! – рычу, отворачиваюсь. В памяти всплывают слова Клер. Он же просто переживал за меня! Выбрасываю сигарету, поворачиваюсь к Маттиа. – Прости меня! – крепко обнимаю его за шею. – Прости, - повторяю. – Я сегодня услышала, как ты с Карлой разговаривал. Сама не своя, - отстраняюсь. - Мне теперь с ней не разговаривать? – смотрит мне в глаза. - Нет. - Окей, - кивает. – Почему? Дай мне причину. - Нет. Общайся, - понимаю, что не могу запрещать ему. – Вы же встречаетесь. - Мы не то чтобы встречаемся, - отводит взгляд. – Я устроил ее в этот мини-сериал, над которым сам работаю. - Понятно, - я не разревусь! Ни за что на свете! – Пойдем, - сжимаю его руку. - Все нормально? - Да, - улыбаюсь. Надеюсь, искренне. – Повеселимся, пока ты не уехал, - целую его в губы. Остаток вечера мы танцевали так, что я перестала чувствовать собственные ноги, а вина выпили столько, что почти сразу как мы выехали в центр Чинизи меня укачало, и я отключилась, уложив голову на колени Маттиа. Почти два часа нам с Клер понадобилось, чтобы украсить номер молодоженов по личному эскизу самой невесты. - Ты в курсе, что мы выпили шампанское, которое подарил отель? – подруга трясет пустой бутылкой. - Ты серьезно? Я думала, ты ее с собой принесла, - икаю. Клер рассеянно качает головой. – Внизу есть бар, - выхожу из номера. Ни Майкла ни Маттиа нигде нет. Понятия не имею, где ошиваются эти итальянцы. За барной стойкой крутится парень. За этой стойкой я познакомилась с потрясающим молодым человеком с красивыми карими глазами. Он был хорош. - Сеньорита? – парнишка уставился на меня. - Кристалл. Одну бутылку. А, хотя давайте две! Это же Дейзи и Масо. Знаешь, они сегодня, наверное, не успели выпить ни бокальчика, - ищу карточку. Он смотрит на меня, раскрыв глаза. – Не понимаешь? – машу руками. – Черт! – фыркаю. – Уна! – протягиваю ему указательный палец. - Ага, - кивает он. - Бутылка! Бутылка! – повышаю голос за каким-то чертом, будто от этого понятнее станет. - Лука! – окликает парня мужской голос, говорит ему что-то. Я оборачиваюсь, и радость сейчас реально убежит мне в штаны. - Орсино! – вскрикиваю. Он аж рот открыл. - Моя американка, - тянет ко мне руки. - Привет! – обнимаю его. – Холи, - напоминаю ему свое имя. - Я помню, - улыбается мне. Врет. – Ты прямо принцесса! – осматривает мое платье. - Свадьба, - развожу руками. - Твоя? – дурацкий вопрос. - На свою я оденусь пошикарнее, и не в пурпурное, - улыбаюсь. – Попроси у своего мальчика продать мне две бутылки Кристалл. Твой отель подарил моим друзьям бутылочку, но мы с Клер ее выпили, - хихикаю. - Так ты просила одну. Уно – это одна, - улыбается, ой, мне наплевать, я пьяная. Орсино поворачивается к бармену и что-то говорит ему на итальянском. В это время мне звонит Маттиа. - Мы почти все. Я только возьму шампанское, и можем возвращаться. Я проголодалась. - Твой жеребец не угостит тебя ужином? – хмыкает он. - Май, - нахожу его глазами. Он стоит у машины метрах в пятнадцати от входа. – Мы просто болтаем. - Ну и к Нери пускай он тебя привезет, - кладет трубку. - Номер 218 на имя Масо Нери. Шампанское в их номер, и в их счет. Мне пора, - крепко сжимаю ладонь Орсино и уношусь к машине. Чего я так испугалась? Пусть думает все, что ему заблагорассудится. Я ведь и вправду просто разговаривала с Орсино. Ни на что не намекала ему, и ничего не хотела. - Истерика, - фыркаю, усаживаясь в машину. - Неужели ты бы так поступила со мной? – залезает следом. - Я ничего не сделала. - Я видел. - Ну так я тоже видела. Тебя и Карлу. Вот так вот! – прислоняю ладонь к носу. – Только я купила у парня шампанское, а ты поехал трахать эту актрисульку. Мы не в расчете. Окей? - Да уж… Шутка не удалась, - улыбается. - Я тысячу раз говорила тебе – у тебя нет чувство юмора! – рявкаю. – Пошел к черту! Я тебе ничего не должна и ничем не обязана. У тебя есть девушка, так что шути с ней! Придурок, - отворачиваюсь. Я прямо сейчас дико его ненавижу и хочу убить. К счастью засыпаю, как только мы начинаем двигаться. Спасибо моей болезни. К тому моменту, как мы возвращаемся, гостей в беседке уже не оказывается, а столы пусты. Я так хотела есть! В кухне не решила пробираться через толпу к холодильнику. Ничего, поем завтра. После душа пробираюсь в свою комнату. Маттиа уже спит. Он такой скучный! Прыгаю на кровать, вытягиваю из под себя мокрое полотенце. - Жарко! – фыркаю, отталкиваю от себя горячее тело моего итальянца. - Ты достала! – рычит он. – Чего? - Я есть хочу, - шепчу. - Сейчас пойдем, - кивает, присаживается. – Оденься, - смотрит на меня. - Я тебе такой не нравлюсь? – встаю на колени, начинаю извиваться. - О! Я обожаю твои пьяные голые танцы, но… - не договаривает, разражается искренним смехом, потому что я плюхаюсь на него. – Я так люблю тебя, моя алкоголичка! - Вы идете? – за открывающейся дверью стоит Джорджио. – О, Боже! – кричит. - Нет! – визжу я. - Джо! Холи! Джо, закрой глаза! – Маттиа пытается меня укрыть. - Я пошел! – брат уходит. Мой живот сводит спазм от смеха. - Он видел все, - еле получается выговорить. - Одевайся, пока мы не одни во всем доме, ладно? – Маттиа встает с кровати. – Держи, - протягивает мне легинсы и футболку. - Мне будет стыдно, - накрываю лицо майкой. – Давай не пойдем вниз. - И ты умрешь с голоду, - помогает мне одеться. – Какая же ты пьяная. - И сейчас буду пить еще, - встаю. – Не ругай меня, моя подруга вышла замуж, - крепко обнимаю его за шею, целую в губы. – Я и на твоей свадьбе напьюсь, - отталкиваю его и спускаюсь вниз. Напьюсь и убью твою жену!