У больших мальчиков крошечные сердца

Рано утром выпутываюсь из горячих объятий. Невероятно, я еще злюсь на Маттиа! Очень сильно! Быстро одеваюсь, отыскиваю в сумке ручку. «У меня срочные дела. Оставь ключи у консьержа», - оставляю записку на столике у двери. Четыре квартала иду пешком, почти час пью кофе в французском бистро. Какого хрена меня так волнует эта Дафна? Красивая ли она? Нравится ли она Тео? Она красивее меня? Какие у них отношения? Любовь? Просто секс или что-то очень красивое и платоническое? Нет! Мне не важно! Мне наплевать! Еще только чувств к этому итальянцу мне не хватало! Искала простого секса – не получила его. А вместо него что? Чувства? Ну уж нет! Не хочу! Ни за что на свете! Мне лучше уехать. За месяц я остыну, успокоюсь. Может, закручу роман с молоденьким ирландским сыном фермера. Маттиа трижды звонит мне, но я отклоняю входящие. Тихонько шагаю в сторону дома, курю. - Привет, Эндрю. Я могу забрать свои ключи? – улыбаюсь консьержу. - Холи! О, мисс Холи! – всегда рад мне. – Угощайтесь. Моя дочь научилась печь. Они с женой полвечера прокрутились на кухне, - протягивает мне коробку с печеньем. - Коричные? Обожаю! – беру сразу три. – Черноволосый парень не оставлял мои ключи? - Мистер Нери! Да! О, да! – отмахивается. – Отличный парень. Такой милый. Пригласил в свой ресторан, сказал, что я обижу его, если соберусь платить, - болтает. – Он хороший. Не упусти его, - качает головой. - Ты и про Риккардо так говорил, - улыбаюсь. - И Рик тоже был хороший. Ты выбираешь хороших, - отдает мне ключи. - Спасибо, - улыбаюсь. Откусываю печенье. Очень вкусное! Открываю дверь. В моей квартире пахнет мужчиной. Красивым, чувственным. И подушка им пахнет, и полотенце в ванной. И, наверное, каждая вещь, к которой он прикасался. Может, и я тоже? В моей сумке билеты с открытой датой. Мила сказала, что я должна вылететь как можно скорее. Благодаря моей собранности и неприхотливости, чемодан готов к отъезду уже через час после начала сборов. Оставляю Клер сообщение на автоответчике, говорю, что мне необходимы эти деньги, что я буду скучать и обязательно привезу ей алмаз, который найду в шахте. У меня ночной рейс. Это к лучшему. Просплю все время перелета, не буду нервничать. Не питаю особой любви к самолетам, лучше выпить снотворного и хорошенько выспаться. Апрельский Мэн невероятно противный. Моросит дождь, солнца не будет, ветра нет, но невероятно холодно. Получше запахиваю куртку, она недостаточно теплая. Нужно будет купить что-то потолще. В деревне нет моего мобильного оператора, поэтому телефон мне не нужен, здесь нет гостиниц, лишь небольшой постоялый двор. В моей комнате помещается лишь диван и письменный стол. Душ и туалет всего один на пять комнатушек, интернет только в крошечном здании – местной мэрии. А что? Не плохо! Меня устраивает. Буду работать в полную силу, общаться с местным населением, а по вечерам читать. В местной школе отличная библиотека. Каждый день обед и ужин по расписанию. К счастью, миссис МакКормак виртуозно готовит. Конечно, не изысканная кухня от Маттиа, но сытные и такие типичные ирландские блюда. - Поэтому, когда он целовал меня, детка, клянусь, мои панталоны оказывались на полу! – разводит руками Аерин – хозяйка дома. Мы громко смеемся. - Наверняка Тревор был отличным парнем, - улыбается красавчик Джейкоб. Он синеглазый австралиец. Приехал получить практику в настоящих шахтах. Ему всего двадцать пять! И это меня жутко заводит. Мы сошлись на том, на чем нормальные люди сойтись не могли – на ссоре. Я беседовала с одним из старейших шахтеров, расспрашивала о строительстве первой шахты и, сама того не замечая, начала рассуждать о переоцененных камнях. Джейк работал рядом, весь грязный, в смеси пыли и дождя. Почему-то остановился, когда услышал наш разговор и сказал, что у меня смешной акцент. Я сказала, что его акцент самый идиотский. Конечно! Это же австралийский! Он бросил мне что-то саркастичное, я не осталась в долгу. Все закончилось тем, что я просто покинула поле боя. Недовольно-сердитая и немного возбужденная. Какого же было мое удивление, когда я столкнулась с ним в коридоре постоялого двора. Молча пошли каждый по своим делам, но встретились за первым ужином, потом за ланчем и ужином, и снова столкнулись в ванной. Не устояла, когда он постучал в мою дверь, стоя передо мной в одних боксерах. Он так смотрел на меня, так страстно и горячо дышал мне в шею. Его поцелуи были глубокими, прикосновения нежными, а язык вытворял что-то такое невообразимое, что я выкрикивала всякие неприличные слова, заставляя себя не выдрать клок светлых волос из головы австралийца, зажатой меж моих бедер. А потом он взял меня. И это было так жестко, что я готова была уползти от него по стене. Понятия не имела, что я захочу просто уползти по стене от парня. Голова Джейка покоится на моей груди, он спит, тихонько дыша прямо на обнаженную кожу. Наш роман закончен, это была последняя ночь. Я благодарна ему, что он разбавлял скучные вечера своим присутствием. Мое расследование, длиною в семьдесят с лишним страниц рукописного текста и полсотни фотографий закончено, через два дня я сяду на автобус, доеду до Портленда и улечу домой. Обратно в город, который не вызывает у меня никаких чувств. Может, стоит позвонить родителям? Приехать в Анахайм? Устроить им сюрприз, наконец, объяснить сестре, как все было на самом деле. Я не видела их… Постойте-ка… Да, не видела родителей и младшую уже девять лет. Хотя… Черт! Анахайм в часе езды от Анджелеса, но нас разделяет вовсе не расстояние.