Тридцать второе шоссе

Уилл спал. На его лбу выступила испарина, а сбивчивое тяжелое дыхание сменялось громкими выдохами. Ему снилось, что он лежит на берегу моря, прямо на зыбком и мокром песке, похожем на вселенскую губку, готовую до бесконечности впитывать соль и воду. Над ним раскинулся мрачный серый небосвод. Ощущения покинули Уилла. Он едва различал запахи и цвета, но где-то в глубине его подсознания шевелился змей тревоги. Животный страх побуждал встать и бежать прочь с побережья, но тело казалось неимоверно тяжелым, как целая планета, парящая в невесомости космоса. Уилла знал - останься он здесь, и нечто дурное случится. Оно настигнет его. Оно приближалось, медленно, но верно, как стекает капля воды по оконному стеклу. Медленно. Но однозначно - к цели. Вода прибывала и убывала, он слышал её плеск. Где-то вдалеке прозвучал горн. Звук призыва. После него, очевидно, выходят на тропу войны. Однако Уилл был лишен и оружия, и возможности встать. Что-то в песке зашевелилось, словно песчинки ожили. Спину Уилла будто щекотали сквозь мокрую, пропитанную песком и солью рубашку. - Кто здесь? Он спросил, но голоса своего не узнал. Не узнал, кажется, и языка, и слов, и алфавита. Вопрос превратился в шум, нарушивший плеск воды. "Словно я под кайфом,"- подумал Уилл, и его губы искривила глупая, почти беспомощная усмешка. Он напоминал себе младенца, лежащего в колыбели, в вынужденном положении созерцавшего потолок детской и подвесной мобиль с игрушками. Звук горна повторился. За ним последовал легкий порыв ветра, донесший до Уилла шепот. - Кто..? Но свой вопрос Уилл так и не задал. Язык не слушался. Песок, шевелившийся под ним, стал гораздо сильнее. Это были мелкие зверьки, тысячи мелких зверьков, которые принялись двигаться, а вместе с ним начал двигаться и Уилл. Его тащили по песку, как добычу. Горн прозвучал в третий раз. Уилл проснулся.

***

- Не удаётся открыть и этот шкаф, сэр, - рассеянно пробормотал мужчина, габаритами превосходящий Кроуфорда в два, а если выпрямить его вечно сгорбленную спину, то и в три раза. Джек отдал приказ обыскать кабинет доктора Лектера, однако не преследовал намерение крушить дорогую, а местами и старинную мебель. Что привело к неутешительным последствиям - целый отряд бойцов бестолково шарился по углам, не в силах открыть ни один из замков, а Ганнибал, как оказалось, позаботился о безопасности своего имущества. - А вот этот ящик, кажется... Прежде чем Кроуфорд успел выкрикнуть "Нет!", тяжелое дыхание вкупе с пыхтением сменилось жутким треском. Кабинет начал поддаваться грубой силе. Джек вздохнул, испепеляя взглядом виновника шума и мысленно извиняясь перед доктором Лектером за причинённый ущерб. - Здесь какие-то рисунки, сэр, ничего интересного. Кроуфорд выхватил стопку бумаг у подчиненного. - Если под твоими руками ломается даже дерево, то к бумаге не смей прикасаться. Джек уже собирался вложить листы в гостевую книгу Ганнибала, зная, как сильно доктор ценит своё хобби, когда его внимание привлек знакомый профиль. Воровато оглядываясь и чувствуя себя по меньшей мере любопытным школьником, который подглядывает в родительскую спальню, Кроуфорд сделал несколько шагов назад, чтобы оказаться в тени книжного стеллажа. Под набросками волчьей пасти, эскизами черепов и несколькими пейзажами оказалась серия портретов... - Сэр, насчет записей в гостевой книге... - Подождите! - рявкнул Джек, вздрогнув. Ещё раз оглядевшись, он снова опустил глаза. - Чёрт тебя побери. Бормоча невнятные ругательства, он был вынужден признать - с листа на него смотрел Уилл Грэм. Детали переданы точно. В особенности глаза - каждая ресница прорисована тонким грифелем. Следующая страница - Уилл Грэм, на этот раз со спины (менее узнаваемо, однако карандаш художника сумел перенести на бумагу характерную сутулость и привычку держать руки в карманах). Следующая страница - Уилл Грэм. На этот раз спящий на кресле, влажные кудри прилипли ко лбу, как у мальчишки, видящего эротический сон. Следующая страница - Уилл, мать его, Грэм. Поправляющий, чёрт бы их побрал, очки. Дальше Джек смотреть не смог. Хотя любопытство готово было трансформироваться в пар, выходящий из его ноздрей, в голове прозвучал строгий голос бабушки. "Не копайся в чужом белье, Джек! Никогда!". А следующий эскиз уж точно был связан с бельем, даже судя по тем мелочам, которые Кроуфорд успел разглядеть за пару секунд. - Сэр, так в гостевой книге... - Да, да. Джек поспешил сложить рисунки в правильном порядке и спрятать их за пазуху, надеясь, что больше никто этого не увидит. На лбу его выступила испарина, которую он промокнул бумажным платком. - Что там гостевая книга? - Мы нашли карту между страниц. - Карту? - Карту таро.