Сопротивление бесполезно

— Живее некуда, — серьёзно отозвался Степанов. — Чай уже остыл, — печально констатировала я, прикасаясь к кружке. — Ничего, и негорячий пить можно, — махнул рукой он. Я залпом опустошила свой сосуд, а потом случайно посмотрела на шоколадку. Точнее, на то, что от неё осталось. Да сосед просто издевается! Схомячить почти целую плитку шоколада за каких-то десять минут... невероятно. Внезапно на лоджии раздалось жалобное мяуканье. Парень вскинул голову, прислушиваясь. — У тебя есть кот? — изумлённо спросила я. За те несколько часов, что я здесь была, кот никак себя не проявил. Не мог же он прятаться всё время... — Кошка. Пучей зовут, — с неожиданной нежностью произнёс Свят. — Пуча! Кис-кис-кис! На зов хозяина в комнату забежала маленькая полосатая кошечка. Милая, но мне не очень нравятся коты. Собаки, на мой взгляд, куда дружелюбнее. — Приятно познакомиться, — я аккуратно взяла кошку за лапку и легонько потрясла. — Она боится незнакомцев, поэтому ты её могла не заметить. Но если привяжется к тебе, то берегись, — улыбнулся голубоглазый, чеша животик питомцу. — Постараюсь держаться подальше, — пообещала я, забирая последний шоколадный прямоугольник. — Посмотрим, как это у тебя теперь выйдет! — засмеялся Святослав. В этот момент Пуча спрыгнула с его колен и принялась тереться об мои ноги. От неожиданности я застыла и лишь слегка заторможенно погладила её. — Странно... У меня раньше была собака, вся одежда этим запахом пропахла, а ей плевать на это. Непонятная кошка, — задумчиво протянула, садя Пучу на коленки. Кажется, придётся полюбить котов, ибо я не могу найти в себе силы обидеть это милейшее создание. — Она ещё маленькая, — усмехнулся Степанов. — Это видно, уж больно она доверчивая. Стеф бы так просто не дал себя гладить, — заметила я. — У тебя кот? — в глазах соседа зажёгся интерес. — Эм.. Собака. Пришлось её в Минске оставить, — я с сожалением вздохнула, вспоминая любимого питомца. Как там бабушка с ним справляется? — Сочувствую. Я Пучу недавно из приюта взял, а уже прирос, — признался Свят. — О! — только и смогла произнести я. Снова повисла неловкая тишина. Я немного замялась и встала со стула, аккуратно опустив кошку на пол. — Я, пожалуй, пойду. Надо ещё поесть приготовить, и всё такое, — слегка запинаясь, попрощалась я и направилась к выходу. — Увидимся! — крикнул мне вслед блондин. — Ага, — я рассеянно кивнула и захлопнула за собой дверь. POV Свят Ну вот, эта недотрога нашла повод смыться. Уверен, она просто прикидывается, что такая вся невинная, и неловко ощущает себя рядом со мной. Хотя... может, остались ещё нетронутые пошлостью девушки? Маловероятно, но вдруг я наткнулся на именно такой редкий экземпляр? Что ж, тем интереснее будет наблюдать за ней и постепенно изменять. Конечно, не в лучшую сторону. Я с предвкушением улыбнулся сам себе. Ещё никто из тех девушек, на кого я нацеливал своё обаяние, не могла сопротивляться дольше недели. Ну, максимум — десять дней. Пуча просительно мяукала, обхаживая мои ноги, облачённые в слегка дырявые носки. Уже неделю руки не доходят зашить. И ещё пар пять их собратьев, ныне в выстиранном, но от этого не менее плачевном состоянии, висящих на лоджии. Эх, как же в лом... Я покормил кошку (корм сухой есть отказывается, зараза, а мясо только так!) и уселся на диван в зале, не включая телевизор. В квартире повисла гнетущая тишина. Я знал, что телек врубать бесполезно: всё равно в это время белиберду какую-то показывают. Не зная, чем себя занять, я принялся осматривать квартиру на предмет неубранной грязи. Хоть соседушка и ведёт себя довольно строптиво, но наводит порядок на славу. По паркету хоть на коньках катайся. От несколько непривычной чистоты настроение сильно приподнялось. А как же, солнышко в окно светит, погода хорошая, в доме чисто, кот на диване рядом мурлычет-что еще нужно для счастья? POV Влада — Я дома! — прокричала вошедшая в квартиру мама. — Чудесно. Крис, ты где была? — я высунула голову в коридор. — Какая разница? Это ничего не меняет, — философски произнесла она. — Лучше расскажи, как прошёл первый рабочий день. — Ну, я убралась, испила чаю вместе со Святом. Он нормальный, если поближе его узнать, — я осторожно опустилась на стул на кухне и стала наблюдать за мамой, готовящей суп. — Мне кажется, или этот парень тебе симпатичен? — мягко поинтересовалась Кристина, не оборачиваясь. — Эм... Разве что, самую капельку, — призналась я, глядя в окно. Ненавижу такие разговоры с тех пор, как ушла от Артёма. И парней ненавижу. Они в подавляющем большинстве — эгоистичные и лживые люди. Во всяком случае, мой личный опыт подтверждает это. Да и подруги вечно жалуются... — Не забывай того, что было в прошлый раз, когда ты доверилась первому встречному. Надеюсь на твое благоразумие, — мама ожесточённо мешала кипящий бульон. — Да, конечно, — я едва заметно кивнула и вернулась в свою комнату, где было тепло и светло. Но я чувствовала себя ужасно. Почему? Разве может ощущать себя хорошо человек, которому прямым текстом запретили влюбляться? Родители против любви. Даже женились они по расчёту. Что могут знать о чувствах? Меня переполняло ощущение собственной беспомощности. Наверное, подростковое упрямство сыграло, но если раньше мне даром не нужна была эта влюблённость, то теперь я твёрдо решила влюбиться. Хоть в кого-нибудь, неважно. Хорошо бы заставить Свята познакомить меня со своими дружками, парочка нормальных там быть должна. В таких деловитых раздумьях я валялась на одеяле минут сорок. За стеной возилась мама, гремя не до конца распакованной посудой. — Дорогая, ты знаешь, что сегодня мы едем за обоями и всяким таким? В четыре папа вернётся с работы, будем вместе выбирать, — донёсся голос Кристины с кухни. — Хорошо, — прокричала я в ответ, бегая по комнате в поисках нарисованной вчера схемы. Она нашлась на полу, слегка помятая и пыльная, но в вполне приличном состоянии. На часах три ровно. Хоть и не особо хочется, придётся идти и уточнять у Степанова точные параметры сахарницы, которую я должна купить взамен почившей по моей вине. — Тук-тук! — закричала я, легонько стуча костяшками пальцев по двери. — Да? — сосед открыл почти мгновенно, как будто стоял и ждал моего прихода. — Я тут по поводу своего долга... Принимаются заказы, — великодушно произнесла я, опираясь на дверной косяк. — Хм... Ну, купи белую. Да побольше, чтобы редко о ней вспоминать, — после минутного раздумья определился парень. — Ваши пожелания будут учтены. Ждите доставки на дом. Чао, бамбино, — я махнула рукой на прощание и скрылась в своей временно неуютной норке. Поездка за стройматериалами прошла на «ура». Выбрали как раз такие обои, что и хотели. За одно и краску с гвоздями приобрели, чтобы по сто раз не ездить в другой конец немаленького города. Домой мы приехали уже ближе к одиннадцати, обессиленные и навьюченные всякой всячиной. Не чувствуя ног, я отдала заспанному Степанову злосчастную сахарницу и удалилась, слушая приглушённые ругательства Свята, вероятно, поднятого с уютной постельки моим приходом. Вот уж не думала, что роковой соблазнитель ложится спать в одиннадцать часов вечера. Я в это время обычно вспоминаю о том, что неплохо было бы поужинать и, отлипнув от экрана ноутбука, прилипнуть к телефону. — Дочь, макарошки будешь? — в мою ничем неосвещённую комнату заглянул отец. — Не-е-ет, — я зевнула, проверяя сообщения благодаря всё тому же соседскому Wi-Fi (нам проводить связь только через неделю должны). Никому я не нужна, только от любопытной подруги несколько вопросов, да заявка в друзья. Дайте угадаю... Степанов. И он онлайн. Собравшись с духом, я решила написать ему. Очень странное ощущение — отправлять сообщение тому, кто находится в нескольких метрах от тебя, только за стеной. «Ты же вроде спал, когда я сахарницу приносила». Не умею нормально начинать диалог. «Теперь вот не сплю. Решил засыпать сахар, не откладывая на потом, спать расхотелось. Это всё ты виновата» — и гневный смайлик. Эх, валит с больной головы на здоровую. «Разве тебя не учили, что женщина всегда права? Я хоть и не женщина, но сейчас всё равно права» — надеюсь, он не увидит ничего крамольного во фразе «Я пока не женщина». «Тоже мне выискалась, восемнадцать лет, а ещё не женщина. Позор на твою седую голову!«» — всё-таки нашёл пошлость и тут. Что за парни? Сплошной беспредельный беспредел. «Я не это имела в виду... Ну да ладно, чего перед пошляками объясняться? Лучше спать пойду. Спокойной ночи озабоченным!» — веки в пору спичками подпирать, не хочется завтра быть вялой. «Спокойной :)» — вот и всё, что он смог ответить на моё сообщение. Мелочь, а обидно. Наскоро раздевшись и почистив зубы, я укрылась одеялом и практически мгновенно уснула, даже не ощущая твёрдости пола. Давно не чувствовала себя настолько усталой. Проснулась я от звука... а ни от какого звука я не проснулась. Было абсолютно тихо, да настолько, что в ушах появился характерный назойливый писк. Протерев глаза, я поднялась со своего скромного ложа и направилась на кухню, так как меня грыз жёсткий голод в сговоре с жаждой. Залпом выпив стакан ледяной воды, я включила музыку на полную мощность и, подпевая песне «Молодым», принялась готовить завтрак из обнаруженных в холодильнике и пригодных к употреблению продуктов. Я даже не удивилась тому, что Кристина ушла из дома, не оставив дочери чего-нибудь съестного. Это было в порядке вещей с тех пор, как мне исполнилось двенадцать, и она могла доверить мне плиту. Эх, верните мне мой 2007-ой... К двум часам дня (проснулась я примерно в полдень) на столе дымилась вареная картошечка в компании жареного минтая, которые я поедала под энергичное «Umbrella». За ритмичными звуками я едва расслышала противную трель звонка. — Чего надо? — рявкнула я, распахивая дверь и даже не посмотрев на визитёра. — Чё ты тут разоралась-то? — возмутился стоявший за порогом симпатичный шатен. — Это так, разминка. Ты по какому поводу в гости пришёл? Рекламки разносишь или как? — насмешливо поинтересовалась я, осматривая нежданного гостя. На обычного парня, что ходят по квартирам и именуются красивым словом «информационный менеджер», не больно-то похож. Одежда не из самых дешёвых фирм, из кармана наверняка дизайнерских рваных джинсов «лопата» выглядывает... — Да вот, к другу решил в гости зайти, сюрприз сделать, а его нет. Дай, думаю, к соседям зайду, вдруг знают? А тут такие люди, — незнакомец ослепительно улыбнулся, обнажая белые зубы выверенным движением ловеласа, привыкшего сходу покорять женские сердца. «Он довольно хорош» — промелькнула мысль в моей слегка замутнённой голове. — Если это был подкат, то довольно неудачный, — я улыбнулась, смягчая впечатление от грубых слов. — Бывает, — он пожал плечами и перенёс вес с одной ноги на другую, будто ожидая чего-то. — Ну, тогда до встречи. Если ты друг Свята, то уверена, что мы ещё увидимся. Я ведь типа его домработница, — я подмигнула пареньку, словив в ответ заинтересованный взгляд, который тотчас сменился задумчивостью, и собралась закрывать дверь, дабы возвратиться к ожидающему меня обеду. — До встречи, — он немного рассеянно кивнул и, обернувшись на прощание(с многозначительно двигающимися густыми бровями), захлопнул за собой хлипкую дверь коридора.