* * *
Курт вернулся домой абсолютно потерянным. К своему удивлению, он застал дома Рейчел, но всё встало на свои места, когда оказалось, что она уже уходила: они с Финном помирились и собирались провести выходные вместе. Подождав, пока за ней закроется дверь, Курт опустился на пол, прислонившись спиной к стене. Правильно ли он поступил, признавшись Блейну в своих чувствах? Он только вышел из длительных отношений, конечно, он не будет готов к чему-то серьёзному. Ждал ли Курт чего-то серьёзного? А чего вообще он ждал? Он так был сфокусирован на том, что нужно выплеснуть свои чувства наружу, что не дал себе время подумать: а что дальше? Они с Блейном начнут встречаться? Съедутся, поженятся и заживут долго и счастливо? А что будет, если Блейн не захочет романтических отношений? Смогут ли они сохранить свою дружбу? Один раз сохранили, когда она была на грани провала… Но сможет ли Курт дружить с человеком, который его отверг? Курт сполз ещё ниже, уже ложась на пол и соединяя руки на груди. Нет, конечно, он сможет дружить, у него нет выбора, он не может без Блейна. Не важно, что он ответит, они всё равно будут вместе, пускай не как пара, но как друзья. Они никогда не расстанутся, никто и ничто не сможет их разлучить. Курт застонал и закрыл глаза руками. Всё-таки он хотел большего, чем быть друзьями. Он хотел всего с Блейном, он хотел «долго и счастливо». Господи, зачем нужно было пить эти шоты, которые, очевидно, ударили ему в голову. Зачем нужно было признаваться Блейну в чувствах, всё ведь было так прекрасно. Ага, до тех пор, пока он не встретил бы кого-то другого. Курт вздохнул и медленно поднялся с пола, бредя на кухню и наливая себе стакан воды. Кто вообще захочет быть с таким эмоциональным калекой. Он же не умеет любить и принимать любовь. Зачем Блейну нужен такой, как он? Стрелки часов приближались к двум ночи, Курт не мог заснуть. Он не мог отпустить мысли о том, что он поступил как придурок, признавшись Блейну в любви пьяным посреди дешёвого бара. Любой бы на месте Блейна сбежал из этой ситуации и подождал бы, пока друг проспится и заберёт свои слова обратно. Курт рывком сел на постели и включил небольшой ночник возле кровати. Достал из прикроватной тумбочки блокнот и карандаш — они у Курта были разложены по всей квартире: мало ли где настигнет вдохновение. Сейчас его состояние было противоположностью вдохновлённости, но работа часто спасала его от тяжёлых мыслей. Он начинал рисовать и уходил в себя, отгораживаясь от внешнего мира. Рука потянулась к чистому листу, и Курт сделал несколько первых штрихов. Через десять минут он уже чувствовал себя спокойнее, на бумаге появлялось платье эпохи регентства, и Курт представлял, что он работает на съёмочной площадке «Бриджертонов». Карандаш успокаивающее скользил по бумаге, и Курт с довольной улыбкой осмотрел свой набросок. Вполне недурно для двух часов ночи и полного отчаяния. Раздался звонок в дверь. Курт недоуменно отложил блокнот и карандаш на тумбочку. Неужели Рейчел вернулась посреди ночи? Забыла ключи?.. Кто ещё это мог быть в такое время? Курт тихо подошёл к двери и аккуратно заглянул в глазок, стараясь не выдать своего присутствия. За дверью стоял Блейн в распахнутой куртке и с порозовевшими от холода щеками. Хаммел растерянно открыл дверь, встречаясь с Андерсоном взглядом. Тот тяжело дышал: видимо, бежал по лестнице, его глаза горели, а на губах светилась улыбка. Они стояли так несколько минут: Курт непонимающе хлопая глазами, а Блейн — пытаясь выровнять дыхание. Немного придя в себя, Блейн заговорил: — Курт, я не знаю, о чём я так долго думал, — он сделал небольшой шаг вперёд, переступая порог квартиры. — Ты моя первая любовь, всегда ей был и всегда будешь. Я мечтал об этом признании три года, — он сделал ещё шаг, оказываясь всё ближе к замершему в прихожей Курту. — Я тоже люблю тебя, Курт. Блейн сделал последний разделявший их шаг вперёд, обхватил лицо Курта прохладными ладонями и, помедлив несколько секунд, давая возможность остановить себя, накрыл его губы своими, нежно целуя. Курт же позволял себя целовать, пытаясь осознать происходящее и отмереть. Спустя десяток секунд он наконец почувствовал, что к нему вернулась способность двигаться, и притянул Блейна к себе за талию. Курт не мог поверить, что это происходит с ним, что его целует Блейн Андерсон. Он сам сделал первый шаг, сам коснулся его губ. Курту было позволено целовать Блейна, и в этот раз не нужно было ни перед кем извиняться. Блейн постепенно углублял поцелуй, скользя в рот Курта своим горячим языком и переплетая его с языком Курта, который чувствовал, что начинает заводиться, и не был уверен, стоит ли ему испытывать по этому поводу какую-то неловкость. Но в следующий момент Блейн издал тихий стон, и Курту показалось, что температура в квартире подскочила на десяток градусов: так жарко ему стало и так невыносимо хотелось снять с себя и Блейна всю одежду. Курт решил начать с куртки Блейна, аккуратно стягивая её и одной рукой засовывая куда-то вглубь стоящего в прихожей шкафа. Освободившись от немного сковывавшей движения верхней одежды, Блейн вытянул руки, кладя одну на затылок Курта, а другой зарываясь в его волосы. Губы Блейна, его нежность и страсть, одновременно выплёскивающиеся в поцелуй, пьянили Курта, он всё крепче прижимал к себе Блейна, ощущая, как в штанах твердеет, и только надеялся, что для Блейна это всё не было слишком, потому что сил сопротивляться у него не оставалось. Через несколько минут Курт понял, что его член вжимается в такой же вставший член Блейна, и он задрожал всем телом от осознания, что Блейн тоже его хочет. Больше не было никаких «а если», не было невзаимности и страхов, были только они вдвоём в слабо освещённой прихожей Курта. Блейн на несколько секунд оторвался от его губ, переводя дыхание и глядя ему в глаза, а после снова поцеловал Курта, делая шаг на него и слегка подталкивая к стенке. Через несколько мгновений Блейн уже вжимал Курта в стену, а руками снова горячо обхватил его лицо: положил большие пальцы на щёки, а остальные — ближе к затылку, и его указательный палец оказался на чувствительном месте за ушком. Блейн укусил нижнюю губу Курта и втянул её в рот, заставляя того всхлипнуть. Курт скользнул руками ниже, опуская их с поясницы на аппетитный зад Андерсона, сжимая половинки и вжимаясь в Блейна как можно сильнее. От этого Блейн снова простонал Курту в рот, и это был самый сладкий звук, который Хаммел слышал в своей жизни. Блейн снова оторвался от губ Курта и принялся прокладывать дорожку из поцелуев от его подбородка к шее и ниже к ключицам. — Я так хочу тебя, — прошептал Курт и тут же испугался, что произнёс это вслух. Да, это было достаточно очевидным, но всё же вот так открыто говорить о своих желаниях Курту было неудобно, тем более о своих желаниях по отношению к Блейну. Андерсон оторвался от его шеи и посмотрел в глаза своим потемневшим медовым взглядом. — Я тоже хочу тебя, — слова Блейна прозвучали гораздо громче и смелее. — Пойдём в твою комнату, — он решительно отстранился от Курта, беря его за руку, и потянул в сторону спальни Курта. Пока они шли до комнаты, Курт немного пришёл в себя и понял, что нужно собрать всю свою волю в кулак и поступить как ответственный взрослый, а не как озабоченный подросток, который не может думать ни о чём, кроме секса, видя объект своей страсти. Поэтому, когда Блейн снова принялся целовать его в шею, маленькими шажками продвигая их к кровати, Курт настойчиво заглянул ему в глаза. — Блейн, ты уверен, что нам стоит.? — Курт многозначительно поднял брови. — Я имею в виду, между нами всё так быстро происходит. Блейн мягко толкнул Курта на кровать, нависая над ним сверху и так же смотря в глаза, не отрываясь. — Если ты считаешь, что три года — это быстро, боюсь спросить, что для тебя медленно, — усмехнулся Блейн. — Я понимаю, о чём ты, — серьёзно продолжил он, — но я в порядке, клянусь, и я хочу тебя, как никогда никого не хотел, — он наклонился за поцелуем, но затем снова отстранился. — Но если для тебя это слишком быстро, то всё окей, мы можем остановиться в любой момент, только скажи. — Ни за что, — прошептал Курт и подался вверх, ловя губы Блейна и вторгаясь в его рот языком. Блейн начал стягивать футболку Курта, заставляя того подняться, чтобы снять её через голову, мгновенно припадая поцелуями к его обнажённой груди, облизывая сосок и втягивая его в рот. Курт захихикал от этих щекотных действий, и Блейн переметнулся к его губам, пытаясь заткнуть его поцелуем. Курт принялся расстёгивать рубашку Блейна, пуговку за пуговкой открывая его прекрасную смугловатую кожу, а затем отбрасывая рубашку куда-то в сторону к футболке. Блейн не позволил Курту опередить себя и потянул за резинку его пижамных штанов, снимая их до колен и припадая губами и топорщащемуся через брифы члену. Курт захныкал от того, каким приятным и одновременно недостаточным было ощущение губ Блейна сквозь ткань. Но Блейн не стал заставлять Курта ждать и, приподняв резинку брифов, тоже стянул их, снимая вместе со штанами, полностью обнажая Курта. Затем он поудобнее устроился в ногах Курта и взял его член в руку, медленно проводя по всей длине и вырывая из Курта протяжный стон. Курт всё ещё чувствовал себя на грани реальности, всё казалось каким-то невероятным сном, от которого так не хотелось просыпаться. Блейн был полуобнажённым в его постели, страстно целовал его и трогал в самых откровенных местах. В следующее мгновение Блейн взял член в рот, и Курт чуть не задохнулся от переполнивших его чувств. Это было в миллионы раз приятнее его фантазий. Ни один его нафантазированный Блейн не мог сравниться с настоящим потрясающим мужчиной рядом с ним. Блейн принялся медленно насаживаться ртом на член, облизывать его и снова выпускать изо рта с пошлым звуком, при этом поддерживая зрительный контакт с Куртом, который так сильно хотел смотреть на Блейна, но иногда просто не мог: его глаза закрывались от удовольствия, и он проваливался в какое-то небытие. Блейн сфокусировал своё внимание на головке члена, облизывая её как мороженое, собирая языком выступающую смазку. Он то брал её глубже в рот, посасывая, создавая эффект вакуума, то выпускал с громким чавкающим звуком, от которого у Курта сносило башню. Через некоторое время Блейн наигрался с головкой и принялся насаживаться на член глубже и чаще, вырывая из Курта бесконечные стоны удовольствия. Он чувствовал, что подводит Курта к краю, когда тот протянул руки к волосам Блейна и подал голос: — Подожди, стой, я хочу тебя ближе. Блейн понял просьбу и подполз на кровати выше, чтобы лежать на одном уровне с Куртом. Тот принялся дрожащими руками расстёгивать его джинсы, и Блейн замер в предвкушении. Джинсы были сняты, боксёры стянуты, и взгляду Курта предстал толстый, приятной длины член Блейна, подрагивающий от недостатка внимания. Курт провёл большим пальцем по щёлке, размазывая выступившую смазку по всей головке, и принялся энергично двигать рукой по стволу, вырывая из Блейна жаркие вздохи. Через полминуты Курт чуть замедлился и потянулся к лицу Блейна, и тот сразу прильнул к нему в поцелуе, закусывая нижнюю губу Курта, пытаясь передать через поцелуй свою страсть и желание, медленно сжигающее Блейна изнутри. Курт обхватил оба их члена, прижимая их друг к другу, и принялся двигать рукой, заставляя себя и Блейна утопать в разливающемся по телу удовольствии и грозящемся затопить парней. Курт двигал рукой всё быстрее, вырывая из Блейна всё более громкие и отчаянные стоны, и через несколько минут оба парня кончили, изливаясь на руку Курта и постель между ними. Несколько мгновений они лежали не двигаясь, переживая силу оргазма. Блейн обессиленно перекатился на спину, а Курт потянулся к тумбочке за влажными салфетками, пытаясь немного убрать последствия их страсти. Вытерев руки, он придвинулся к Блейну, обнимая его и утыкаясь носом в плечо. — Останешься? — с надеждой спросил Курт, отчаянно желая прижаться к Блейну и не отпускать его всю ночь. Или лучше никогда. Блейн повернул голову в сторону Курта, на его лице сияла такая счастливая улыбка, которую Курт, казалось, раньше никогда не видел, и просто кивнул, обвивая Курта руками в ответ.* * *
Курт проснулся в объятиях Блейна, не сразу понимая, как тот здесь оказался и почему это подозрительно похоже на продолжение его сна. Ему понадобилось несколько минут, чтобы понять, что произошедшее вчера не было его бессознательной галлюцинацией, что они действительно занимались сексом, что Блейн кончил от рук Курта и уснул в его постели. Курт чувствовал себя самым счастливым человеком на Земле. Он хотел незаметно выскользнуть из постели и приготовить Блейну завтрак, но тот сонно потянулся и открыл глаза, устремляя свой пронзительный карий взгляд на Курта. — Хотел улизнуть от меня? Между прочим, это твоя квартира, — со смешком напомнил Блейн. — Пойман с поличным, — Курт поднял руки вверх, сдаваясь. — Вообще-то я хотел принести тебе завтрак в постель. — Это очень мило, Курт, но пожалуйста, не уходи, давай лучше пообнимаемся, — Блейн протянул к Курту обе руки, и тот послушно залез обратно под одеяло, придвигаясь к парню. Блейн обвил Курта руками и притянул к себе как можно ближе, утыкаясь носом в его щёку и оставляя нежный поцелуй на линии челюсти. — Не могу поверить, что обнимаю тебя в постели, — с улыбкой пробормотал Блейн. — Это я не могу поверить, что ты обнимаешь меня в постели, — возразил Курт, кладя свои руки поверх рук Блейна и нежно поглаживая их. — Я такой дурак, Блейн, — выдохнул он. Блейн поднял на него непонимающий взгляд, и Курт продолжил: — Я знал, что ты ко мне неравнодушен, и я тоже был в тебя влюблён, но мои страхи затмили собой всё остальное, и я им позволил. — Чего же ты боялся, солнце? — Блейн приподнял голову, внимательно заглядывая Курту в глаза. — Знаешь, кажется, я боялся влюбляться. Я думал, что сильные чувства приносят только боль и страдания, я думал, что у нас ничего не получится, а если получится, то я обязательно всё испорчу, разочарую тебя своими страхами, проблемами и неуверенностью в нас. Я не умею быть в отношениях. Я думал, что я не смогу быть тебе хорошим парнем. — А сейчас ты что думаешь? — Блейн хитро прищурился. — Сейчас я всё ещё не уверен, но я хочу попробовать, — робко признался Курт, опуская взгляд на их переплетённые руки. — Курт… Ты идеален в своей неидеальности, — Блейн потянулся к губам Курта, нежно касаясь их и потираясь о его нос своим. — Нет никакого рецепта, как быть хорошим бойфрендом. В каждых отношениях мы оба заново учимся, узнавая друг друга, разговаривая друг с другом. Самое главное — хотеть быть вместе и слышать друг друга. Я не могу гарантировать тебе, что между нами всё будет хорошо, — Блейн посерьёзнел, — но я сделаю для этого всё от меня зависящее. — Я тоже сделаю всё, — пообещал Курт, беря в свою руку ладонь Блейна и переплетая их пальцы. — Да? — в глазах Блейна запрыгали смешинки. — Даже завтрак? Курт с улыбкой выпутался из объятий парня, надел футболку и послушно отправился на кухню, слыша за спиной топот босых ног. — Я помогу, — пояснил догнавший его Блейн, обнимая Курта за талию со спины. — Я же тоже должен стараться для наших отношений. — Так мы уже в отношениях? — обернувшись, спросил Курт со смешком, но в его интонации сквозила надежда. — А ты хочешь, чтобы мы были в отношениях? — Да… хочу, — смущённо ответил Курт. — И я хочу. Значит, мы в отношениях, — подвёл итог Блейн, целуя своего теперь уже точно бойфренда. Они готовили скрэмбл с помидорами и зеленью, любовно перекидываясь шуточками и взаимными подколками, обмениваясь лёгкими поцелуями и нежными касаниями невзначай. Курт словил себя на мысли, что вот так выглядит счастье.