Оборотень и дриада

Неделю спустя — Ну что, Эрон, наконец-то у меня выходной! Ровена потрепала пса по голове и задумалась. Прошла уже неделя со дня последней встречи с Дереком. Девушка чувствовала, что рассталась с оборотнем не очень хорошо. Их беседа на парковке, его приглашение пообедать вместе — все это наводило на мысль, что она понравилась молодому мужчине. Хотя, возможно, «понравилась» — слишком поспешное и смелое слово, но Ровена вспоминала, как они беседовали за тем совместным завтраком и после, в дороге до ее студии, и понимала, что ей было легко с ним. Да, она не говорила всей правды о себе, но это и ни к чему. Слава богу, что Дереку не пришло в голову поинтересоваться у нее, с чего вдруг на человеческую девушку напали оборотни. Все и без ее объяснений выглядело логично: ночь, полнолуние, еще не научившиеся контролировать себя новообращенные оборотни. Ну, по крайней мере, один из них. Ровена видела этого оборотня три года назад. Вот только тогда он еще был человеком. Она помнила их всех, всех, кто объявил охоту на ее семью, всех, кто приложил руку к ее почти полному истреблению. Она надеялась, что оставила этот кошмар позади, когда приехала в Бейкон Хиллс, но, очевидно, ошиблась. Девушка смутно догадывалась о том, что этот новообращенный узнал ее так же, как и она — его. Да, молодые оборотни становятся безумными во время полной луны, и оставалась слабая надежда на то, что он забудет ее лицо, когда придет в себя утром. Но, судя по всему, не в этот раз. Вряд ли ей так повезет, а значит, глупо продолжать надеяться на спокойную жизнь. Она не знала, что за история произошла с этим человеком, как, когда и при каких обстоятельствах он стал оборотнем, но единственный шанс выяснить это — вернуться в Орландо, а как раз этого девушка пока делать не собиралась. Когда у Ровены было такое настроение, когда она переставала понимать, чего желает, когда начинала запутываться в своей жизни, она танцевала. Не в классе и не для того, чтобы кого-то научить, а для себя — только для себя. Но ей не хотелось делать это в доме. В данный момент девушке нужен был простор, а что может быть лучше и просторней, чем лес? Дерек давно уже привык к своему одиночеству. Конечно, есть Скотт, есть даже Стайлз, черт его побери с его гиперактивностью, но друзья Скотта — все-таки не его друзья. Его команда сплотилась вокруг нового Альфы, и это было естественно. Да, его принимали, мужчина был уверен, что ради него они пойдут на многое, так же как и он — ради них. Но все же Дерек держался обособленно. Он стал Омегой, но не пожалел об этом, получив способность полностью оборачиваться в волка. Проанализировав свое состояние в то время, пока он был Альфой, и нынешнее, он пришел к выводу, что тот, кем он стал сейчас, — лучший для него вариант. Его дядя, который, напротив, будучи Омегой, всеми способами пытался добиться статуса Альфы, жаждал власти, да и сейчас наверняка не смирился со своим положением, был ему хорошим примером. Дерек помнил о том, как он сам желал власти, но заметил это только сейчас, когда потерял ее. Это желание делало его жестоким, и лишь взгляд на себя со стороны спустя время помог понять, что в том не было необходимости. И сейчас в его жизнь внезапно врывается новый человек — просто соседка, просто девушка, которая начала нравиться ему своей непосредственностью, искренними зелеными глазами и частой улыбкой. Конечно, в его жизни были женщины, правда, последние две — Дженнифер и Брэйден — надолго в ней не задержались. Одна оказалась чокнутым дараком, одержимым жаждой силы и мести, а вторая — охотником. С Брейден ему было хорошо, но он не ощущал спокойствия, тепла, не было в этих отношениях чего-то важного, что лишь подтвердилось, когда, получив очередной заказ, девушка просто уехала без объяснений. Да и кому, собственно, нужны были эти объяснения? Дерек делил с Брейден постель, но не сердце. А Ровена… За их короткое общение он успел почувствовать что-то неуловимо-светлое, настоящее в ней, хотя и прекрасно понимал, что девушка не так уж проста. Что ему это подсказывало — инстинкты, интуиция, опыт — мужчина не знал, но принял как факт. Душу она перед ним не распахивала, но и не врала, умудряясь удерживать тонкую грань между двумя чертами, когда ложь может ранить, а правда — привести за собой беду. Он чувствовал влечение к девушке, хотя, может, данное слово и не самое подходящее, скорее, это была просто потребность общаться. Оборотню не хотелось терять контакт с новой знакомой. Всю предыдущую неделю они не разговаривали. Первое время он был зол на Ровену, а главное — на мальчишку, который помешал его планам. Позже, когда уже слегка остыл, мужчина начал понимать, что никаких причин сердиться на девушку у него нет: она не его собственность и имеет право проводить время, как захочет. Последние же два дня он просто придумывал предлог для того, чтобы постучать в дверь ее дома. Правда, придумывалось не особо хорошо. Дерек брел по лесу, размышляя о том, каким образом он сможет узнать больше о своей соседке, не привлекая ее внимания, когда услышал музыку. Стоп. Музыку? В лесу?! Оборотень резко остановился и прислушался. Звук доносился откуда-то слева, и не только звук. Дерек почувствовал также и запах. Ее запах. Он пошел по нему и через пару минут увидел Ровену. Девушка танцевала на берегу небольшого озера. Когда Дерек был помладше, он часто проводил здесь время с друзьями. И вот теперь это озеро нашла Ровена. Мужчина не подходил близко — тонкий волчий слух и так улавливал мелодию. Ровена не заметила присутствия зрителя. Она продолжала танцевать. Дерек не мог оторвать взгляд от ее гибких движений, плавных шагов. Было что-то отчаянное в ее одиноком танце посреди леса на берегу озера. Почему девушка здесь? Почему она танцует под песню, в которой поется о бессилии? И почему ему начинает казаться, что ей больно? Как такая светлая и искренняя девушка может понимать, действительно понимать, что это такое? Он смотрел, как она остановилась, когда песня закончилась, а потом просто ушел. В этот момент Дерек понял, что он не единственный, кому так много известно об одиночестве.