Самый ценный дар

      Лэй оказался очень болтливым мальчиком. Очень смелым болтливым мальчиком, что лишь усугубляло положение. Фатирр тяжко вздохнул, и его дыхание шевельнуло русые волосы, заставив мальчишку замолчать и широко улыбнуться – этого змей тоже не понимал в нём. Его глаза напоминали Фатирру спокойное море, и это тоже привлекало в человечке.       Перед линькой чешуйчатый всегда грелся верхней частью тела на камнях, поэтому сейчас лежал, размышляя, устроив голову поближе к своей жертве, чем тот и беззастенчиво пользовался: тонкие пальцы то и дело касались тёмных чешуек между крыльями носа, заставляя их владельца ворчать в притворном недовольстве.       – Знаешь, я впервые услышал тебя в пять лет, – Фатирр уставился на мальчишку одним глазом, щурясь, потому что за прошедший месяц тот так и не рассказал, почему добровольно предложил стать его жертвой. – Это очень испугало. Твой гнев и раздражение – их никто не чувствовал, а я и не понял поначалу, чьи они, – вновь неловкая улыбка, и Лэй обнял свои колени, отводя взгляд. Даже по меркам людей он был хрупкий и нескладный, и ему до сих пор не верилось, что морское существо его не тронуло. Впрочем, в нём и есть-то было совершенно нечего. Человечек вновь улыбнулся своим мыслям, и Фатирр несильно боднул его руку своей щекой – там было поменьше наростов.       – Я столько расспрашивал о тебе у всех подряд. Глупый тогда был. И маленький, – змей на этих словах фыркнул, потому что считал: в мальчишке это по-прежнему осталось неизменным. – Фатирр! Я не маленький! Мне шестнадцать! – Лэй возмутился, словно читал его мысли, и змей шевельнул плавником, отфыркиваясь, будто смеялся, а потом резко приподнял голову, потому что имя его мало кто знал в этом мире. Пристальный взгляд заставил мальчишку растеряться и неловко дёрнуть плечом.       – Не знаю... само с языка сорвалось, – он вздохнул и робко придвинулся к змею, устраиваясь в изгибе шеи, переходящем дальше в туловище. Руки помимо воли потянулись, обнимая чудовище. – Я не верил тем, кого приносили в жертву, а ты их возвращал. Хотя некоторые храбрились и рассказывали, что они сбегали. Без героической схватки, конечно, ведь посланца богов обижать нельзя, – Фатирр попытался скрыть рычащий смех, потому что в своём желании поклоняться, по его мнению, люди доходили до абсурда.       – О тебе всякое говорят, ты же знаешь, – тон человечка был серьёзен, поэтому змей попытался успокоиться. – Но сейчас я всё больше уверяюсь, что те люди лгут, – Фатирр демонстративно закатил глаза, считая это очевидным, и после очередного вздоха потёрся о торчащее плечо, двигаясь неторопливо. Конечно, о нём сочиняли множество всяких небылиц – людям чем-то ведь стоило занять свободное от страха время.       – Я вижу, что ты помогаешь нам, проводишь столько ритуалов, делая море спокойным, а наше небо чистым, – в голосе Лэя звучали неподдельные благодарность и восхищение, что заставляло змея раздуваться от гордости. Хоть один человечек его по-настоящему понял. Кончиком языка он коснулся тёплой щеки, выражая своеобразную благодарность за это понимание, и мальчишка замер, смакуя новое ощущение от этого касания.       – Приятно, – он смущённо почесал нос и продолжил: – Прошло уже достаточно времени, и я подумал, что нам стоит появиться на людях – я так хочу стать твоим... голосом, – Лэй в последний раз потёрся о чешую и встал на ноги, осматриваясь, а после переводя взгляд на змея. – И тогда тебя оставят в покое. Нас оставят, если ты позволишь быть рядом. Я привык ощущать тебя, – ещё одно неловкое признание, и узкая ладонь коснулась приподнявшегося кончика хвоста.       – Иногда мне кажется, что понять тебя легче, чем остальных, – мальчишка снова как-то по-особенному улыбнулся, и змей заворочался, принимая решение появиться на людях. Вот только стоило своего посланника приодеть соответствующе.       ***       Морской змей удовлетворённо оглядел свою работу и с нетерпением подтолкнул мальчишку к зеркалу. И тот ахнул. На него смотрел в отражении кто-то очень красивый и богатый. Лэй сделал шаг вперёд и неверяще коснулся зеркала. На его голове был изящный золотой венок с переливающимися камнями цвета чистого неба. Мальчик завороженно тронул ладонью струящуюся белоснежную ткань, что до колен окутывала его тело, делая похожим на жреца – он не ожидал подобного. Лэй опустил взгляд ниже – икры оплетали золотые лианы, а на ногах была обувь на кожаных ремешках. На шею человека змей аккуратно повесил огранённый голубой кристалл – он хранил отпечаток магии Фатирра. Мальчишка задыхался от восторга, разглядывая столь ценные подарки, видя, что они подходят ему так, будто бы только и ждали его появления.       – Спасибо!.. – он выдохнул, чувствуя дрожь во всём теле, и несдержанно потянулся к змеиной морде, обнимая и на эмоциях целуя нежную чешую на носу. Фатирр опешил, потому что это прикосновение пока было самым странным из всех, что позволял себе бесстрашный человечек. Легонько щёлкнув мальчишку по носу, морское существо погрузилось в воду почти полностью, будто бы скрываясь от восторженного взгляда и новых объятий. Лэй иногда вёл себя так, словно и нет ему дела до чешуи, клыков и всего устрашающего вида зверя – это сбивало Фатирра с толку, но он не мог бы сказать, что подобное внимание оказалось ему неприятно. Всё иначе. Хотелось ластиться к ласковым рукам как маленький змеёныш. Фатирр взбаламутил воду, стараясь избежать подобных мыслей, но стоило только взглянуть на человечка, как они возвращались вновь. Только теперь сияющие обожанием глаза приносили змею умиротворение.