Самый ценный дар

      – Фати-ирр, я не хочу к русалкам! – на умоляюще-жалобный голос змей лишь насмешливо фыркнул и подтолкнул человечка кончиком хвоста, чтобы тот быстрее складывал вещи для небольшого путешествия. Отказываться от своей затеи Фатирр не собирался, несмотря на демонстративные вздохи Лэя и намеренно-замедленные движения. Нет. Его человечек просто не понимает, зачем всё это нужно – к русалкам сплавать требовалось по двум причинам.       Во-первых, Лэю нужно развеяться. Змею льстило, что мальчишка безумно много времени проводил рядом с ним, но добровольно ограничивать его мир лишь одним существом не хотелось. Слишком скучно. И неправильно. Вот русалки и не дадут Лэю зачахнуть в одиночестве. А ещё... чешуйчатая морда улыбнулась, пока подопечный был занят. А ещё Фатирру нужно стать с мальчишкой по-настоящему близким. Змей испытывал острую потребность в этом, но без вмешательства магии Лэй мог получить несовместимые с жизнью травмы – русалки знают, как этого избежать. Недаром те учились у сирен – самых похотливых и прожорливых существ.       Змей плавно переместился и прошёлся языком по щеке своего расстроенного человечка, отвлекая от невесёлых мыслей и всяческих опасений. Как глупо бояться чего-то, когда он ни на мгновение не оставит Лэя одного. Фатирр окутал чувством защищенности своего человека, и плечи мальчишки тут же расслабленно опустились. Лэй аккуратно залез вместе с мешком со всем необходимым на морское существо.       – Я готов. Но давай плыть помедленнее, хорошо? Я никогда не видел, что находится дальше горизонта, – змей уловил в интонации подростка лёгкий стыд, но разве был он виноват в том, что рождён человеком? Ласково протарахтев что-то, Фатирр легонько боднул в плечо мальчишки своей чешуйчатой мордой, образами обещая, что покажет самое чудесное, что только есть в этом мире.       Помня просьбу человечка, Фатирр плыл неторопливо, плавно изгибаясь в воде, на всякий случай отгородив Лэя прозрачной сферой, ведь хрупкому существу не стоило мокнуть. Зато ветер развевал отросшие волосы мальчишки, и тот с удовольствием подставлял ему лицо, заставляя змея то и дело оглядываться, чтобы видеть горящие восторгом глаза. И Фатирр осознал, что хочет лицезреть этот восторг всегда – и не важно, что станет причиной: он сам или же что-то ещё. Главное, чтобы Лэй всегда светился. Змей тихо проворчал, отворачиваясь и понимая кое-что ещё: у него появилась самая настоящая слабость. Этот мальчишка... Морское создание тихо фыркнуло и немного ускорилось, чтобы быстрее отвлечься на общение с русалками.       – Фатирр... – змей гордо вздёрнул голову, когда мальчишка с любопытством привстал, держать за его наросты и вовсю разглядывая небольшой остров, на котором отдыхали русалки. Те не расплывались при виде своего покровителя, потому что не испытывали страха к нему – лишь уважение.       Поскольку не все особи могли изъясняться на человеческом языке, обычно пробуя с возрастом, Фатирр подплыл к скалам с той стороны, где расположился молодняк, а не малышня – Лэю с ними было бы комфортнее. Змей очень бережно подхватил мальчишку хвостом, пока тот держал собранные вещи, и плавно опустил на берег. Русалки с любопытством поглядывали на мальчишку, особенно нетерпеливо топырил ушки один из детёнышей, который по виду был младше Лэя лет на пять. Он ещё не понимал человеческого языка, но само присутствие человека, которого принёс их покровитель, удивляло и заставляло его медленно подползать поближе.       Фатирра уже поманили к шаману, показывая, где тот отдыхает, потому что в каждый визит змей приплывал именно к нему – Лэй немного потерянно взглянул ему вслед, прижимая мешок к груди, но тут его за локоть тронул молодой русал.       – Здравствуй, – глубокий мелодичный голос буквально зачаровал мальчишку с первого звука, он даже на мгновение забыл об ушедшем Фатирре. – Зачем Великий Змей привёл тебя сюда, человеческое создание? – вопрос немного смутил, потому что Лэй и сам не знал, а с Фатирром они это не обсуждали.       – Я... голос Великого Змея для людей. Я понимаю его, – Лэй перевёл взгляд на любопытного детёныша русалки, его ушки очень забавно подёргивались, вызывая улыбку. – Я здесь просто для того, чтобы вы знали обо мне. И я буду рад узнать, чем вы живёте, – объяснение вышло довольно невнятным, но русал кивнул ему, принимая. – А кто этот... малыш? – Лэй указал глазами на детёныша и протянул было к нему руку, но тот перепугался и показал острые зубки, клацнув ими. – Ох... прости.       – В таком возрасте мы ещё не способны учить вашу речь. Он не понимает, – пояснил русал и уже строже обратился к детёнышу на их языке. Не только по интонации было понятно, что малыша ругают: перепончатые ушки поникли, а голубовато-серый хвост нервно водил из стороны в сторону.       – О... не нужно, я сам виноват, – Лэй оборвал речь взрослого и попытался поймать взгляд детёныша, улыбнувшись ему. Теперь он медленней протянул руку, ласково касаясь перепончатого ушка, и малыш довольно заурчал, ластясь к тёплому человеку. На душе у Лэя от этого действия стало спокойней.       Таким мальчишку и застал Фатирр, когда вернулся от шамана (тот успел вдоволь насмеяться над переданной просьбой-образом змея, впрочем, всё равно подробно объяснив). Лэй смеялся в окружении русалок, жестикулируя и что-то активно обсуждая, пока маленький детёныш умостил свою голову у него на колене, перестав бояться, внимательно слушая и шевеля ушками.       И змея кольнуло изнутри что-то тёмное.       Он замер, наблюдая за берегом, подавляя возросшее желание смыть всех хвостатых тварей подальше от своего мальчишки. Хорошо Лэю должно быть лишь с ним. Но стоило мальчишке поднять голову и улыбнуться Фатирру, махнув рукой, как весь гнев морского существа сошёл на нет. Змей медленно выдохнул и стремительно скользнул в воде к берегу.       – Можно мы останемся здесь ещё? Так интересно... – глаза Лэя сияли, и змей в задумчивости склонил голову, через силу заставляя себя согласиться. Идея познакомить своего человечка с русалками с каждой минутой казалось всё менее желанной, даже вызывала отторжение. Это его человек и ничей больше.       Несмотря на связь, несмотря на отголоски эмоций Фатирра, мальчишка почти не замечал их – слишком хорошо оказалось рядом с мелодичными существами, а детёныш, который успел к нему привязаться, так трогательно жался, что оставить их хоть на мгновение Лэй был не в силах.       И чтобы не сотворить непоправимое, змей медленно погрузился под воду, уплывая и пытаясь отгородиться от чужих эмоций. Он заберёт мальчишку позже, когда тот наиграется.       Это ощущение, будто бы его оставили, Лэй игнорировать уже не смог – улыбка погасла, и он с тоской взглянул на небольшие волны, скрывшие след змея. Лишь тихое урчание маленького русалыша дарило покой, и Лэй протянул к нему руку, поглаживая по голове.       Но не этого он хотел.