Cunning and Ambition. Book One

Гарри встретился с остальными членами команды в раздевалке и нервничал, сидя на скамейке, пока Флинт рыскал вокруг них, как разъяренный медведь. Другие игроки не выглядели так, будто сильно переживают — все они играли в команде в прошлом году — они скорее были агрессивно-радостно взволнованы. — Я знаю, что вы все точно готовы выйти туда и показать этим львам новые приемы, которым вы научились, — пророкотал Флинт, и команда оживилась и обменялась злорадными взглядами. — Но сдайте немного назад в этот раз, ладно? — эти его слова вызвали несколько хмурых взглядов и слабых протестов. — О, закройте ваши чертовы рты. Это всего лишь Гриффиндор — я не хочу, чтобы вы тратили нашу новую стратегию на такую жалкую команду. Они не выигрывали больше одной игры за сезон, а у Вуда больше энтузиазма, чем мозгов. Лучше сохраните силы для Рэвенкло — у них теперь тоже новый ловец, и она выглядит так, будто на самом деле знает, как пользоваться мозгами. Несколько человек фыркнули. Конечно, Рэвенкло будут сражаться с умом. Флинт нахмурился, и это заставило всех заткнуться. — А теперь вперёд, надерем им задницы! Если мы не разгромим их с оглушительным счётом, я заставлю вас нарезать круги, пока вы не упадете замертво от истощения, вы это поняли? Ответом на его речь были крики «ура», и он жестом приказал им построиться. Гарри молча последовал за ним, чувствуя легкую тошноту, но Флинт вдруг сграбастал его за плечо и отвел на пару шагов в сторону. Глядя ему прямо в глаза, Флинт потрепал его по плечу, так, будто хотел подбодрить, но преуспел только в том, что хорошенько его встряхнул. — Поттер, я буду пристально следить за тобой. Мы не можем позволить себе, чтобы ты сейчас всё испортил, не так ли? К тому же эти близнецы будут сидеть у тебя на хвосте весь матч, и я не хочу, чтобы оказалось, что я потратил все эти усилия, тренируя тебя, чтобы тебя сломали в первой же игре, — он ещё раз встряхнул Гарри и развернулся, чтобы присоединиться к команде. Минуту Гарри стоял, раздумывая о том, что этот факультет делает с ним, если такая речь кажется ему вполне нормальной. Но тут его размышления были прерваны криками — это болельщики звали команду — и он побежал догонять её, вскакивая на метлу и взмывая в воздух. Примерно три четверти школы свистело, и среди них было довольно много гриффиндорцев. Однако он мог видеть и небольшие группки болельщиков из других факультетов. У Рона в руках, кажется, был маленький слизеринский флаг, который, впрочем, был практически закрыт красным и золотым и той одеждой, которая была на нём самом. Но он все же несильно махал рукой, и крошечный флаг развевался над ним в ответ. Мадам Хуч вышла вперёд и сделала быстрое предупреждение, чтобы играли честно, определенно адресованное Флинту, который просто ухмыльнулся ей, а потом Вуду. Затем мячи выпустили, и Гарри перестал видеть что-то, кроме размытого моря цветов. Он пытался следить за снитчем, игнорируя комментарии Ли Джордана по поводу начала игры, но еле заметный блеск золота быстро скрылся из виду. Он поднялся над полем, медленно нарезая круги вокруг него и зачарованно наблюдая за игрой. Он видел ее на картинках, но это было ничто по сравнению с гудением адреналина в крови и изящными движениями игроков в действии. Он увидел, что Флинт наблюдает за ним, и вернулся к своему заданию, крутясь и разыскивая снитч. Ловец Гриффиндора, долговязый брюнет с пятого курса, который выглядел слишком длинным для своей метлы, следил за ним, рассудив, что намного проще просто следовать за Гарри, чем постараться найти снитч самому. Мальчик подумал о том, чтобы указать ему, насколько совершенно не по-гриффиндорски это выглядит, но понял, что его совет не вызовет ничего, кроме усмешки. Вместо этого он ринулся вверх, ухмыльнувшись, когда парень последовал за ним, а потом сделал крутую петлю и полетел вниз почти под прямым углом, наслаждаясь силой игры и бьющим в лицо ветром. Другой ловец попытался сделать то же самое, но это закончилось тем, что он чуть не свалился с метлы, — и после этого он держался от Гарри на приличном расстоянии. Гарри мог слышать, как Джордан говорил что-то про скрытые действия, но он не был уверен, о нём это было или о другом слизеринце, — и, на самом деле, ему было плевать. Вместо этого он медленно следил за всем полем, немного расстраиваясь отсутствию каких-либо признаков шарика. Конечно, было намного тяжелее заметить его из-за всего этого движения, отвлекающего Гарри, но, по-хорошему, он должен был увидеть хотя бы намек на снитч к этому времени. Он развернулся и полетел обратно к своей стороне поля, как раз немного выше колец, надеясь, что его новый ангел-хранитель поможет ему, и зная, что близнецы вряд ли захотят направить бладжер в эту сторону — они могли помешать своим охотникам забить гол или просто послать опасный мяч прямо в руки загонщиков другой команды. Не заметив знакомого блеска, Гарри опять поднялся выше - только для того чтобы почувствовать, как его метла рванулась в его руках. Он крепче сжал древко и посмотрел вниз, на метлу, ничего не понимая и почти опрокинувшись с неё, когда она снова рванула в сторону, на этот раз гораздо сильнее. И вскоре она уже совершенно дико брыкалась, и ему приходилось цепляться за неё изо всех сил, чтобы не потерять оставшиеся крохи управления. Раздались громкие ахи, когда люди начали замечать его борьбу, и Гарри слышал, как Джордан говорит, что он потерял контроль над своей метлой, но это было слишком мягко сказано для того, что с ним творилось. Гарри мог чувствовать, как ускользает его власть над этим предметом, и маленькая, драматичная часть его мозга, которая почему-то говорила голосом Драко, начала зачитывать текст прощания с миром. И в тот момент, когда одна рука Гарри окончательно соскользнула с метлы, и он почувствовал, что падает в сторону, чья-то огромная лапа схватила его, и Гарри целиком сняли с метлы и переместили за плечи Флинта. Капитан схватил и метлу Гарри, но та продолжала извиваться в его руках, как будто хотела стать змеей и уползти прочь. Он боролся с ней в одной руке какое-то время, напрягая выступающие мускулы и стараясь удержать метлу так ровно, как это было возможно, и в то же время крутил головой, осматривая публику и наконец остановившись на местах для учителей, где также сидели Малфои. Хотя Гарри не мог видеть, кого именно Флинт искал — широкая спина закрывала ему обзор — он почувствовал, как лицо горит от стыда. Отличный способ представиться родителям Драко и поблагодарить их за метлу. Потерявший всё оставшееся терпение, Флинт пересадил Гарри таким образом, чтобы тот сидел перед ним в безопасности, а потом запустил руку в свою форму и вытащил палочку, пробормотав несколько заклинаний, которые, как полагал Гарри, отменяли сглазы и проклятия. Наконец метла перестала брыкаться, успокаиваясь и ведя себя вполне нормально. Гарри взобрался на неё, как обезьянка, легко поднимаясь вверх, и Флинт кивнул ему, возвращаясь к кольцам, которые, к счастью, никто не пытался атаковать, пока они были недееспособными — и это было очень хорошим поступком со стороны гриффиндорцев, честно говоря. Гарри посмотрел на мадам Хуч, которая моргала, глядя на него в абсолютном шоке, со свистком во рту, очевидно, готовая подуть в него, — и показал ей большой палец. Она слабо показала то же в ответ. Снова кивнув ей, Гарри поднялся ещё выше, на этот раз замечая снитч практически мгновенно. Вместо того чтобы ринуться за ним, он огляделся в поисках ловца Гриффиндора и увидел, что тот немного ближе к шарику, но глядит в противоположном направлении. Сейчас он не обращал на Гарри никакого внимания и держался подальше, как будто боялся, что взбесившаяся метла может быть заразна. Воспользовавшись этим небольшим преимуществом, Гарри подлетел поближе к снитчу, не выпуская его из виду, но стараясь выглядеть настолько безразличным, насколько мог. Как только дистанция между ними сократилась, Гарри резко полетел вперёд, преследуя улетающий снитч. Парень быстро заметил это и устремился следом, противопоставляя свой опыт превосходной метле Гарри. Они летели бок о бок одно волнующее мгновение, вздымая траву на поле, когда маленький золотой шарик метнулся в сторону Гарри. Он потянулся к нему, чувствуя пальцами его очертания, но тут же испытывая тошнотворное ощущение толчка вперёд — другой ловец, не рассчитав расстояние, врезался в него, из-за чего он полетел вперёд и упал на землю. Тишина опустилась на поле, пока все застыли в ожидании, чтобы посмотреть, насколько он травмирован. Гарри медленно сел, определенно чувствуя будущие синяки и боль от них, но не такую, как если бы что-то было сломано. Вместо этого он чувствовал что-то у себя во рту, и он выплюнул это, схватив снитч до того, как тот успел воспользоваться, новообретенной свободой, и подняв его в воздух. Трибуны Слизерина взорвались, сопровождаемые большим или меньшим энтузиазмом от Хаффлпаффа и Рэвенкло. Также слышались вежливые, разочарованные аплодисменты от Гриффиндора, которому, в общем-то, было не на что жаловаться, потому что они видели, что команда Флинта играла, на удивление, достаточно чисто. Флинт приземлился рядом с ним и сильно стукнул его по спине в качестве поздравления, из-за чего Гарри чуть снова не растянулся на земле. Глаза Гарри нашли Драко и Пэнси, которые хлопали, бешено махали и улыбались. — Гарри Поттер поймал снитч! Слизерин побеждает! После горячего душа Гарри переоделся обратно в обычную мантию и вышел из раздевалки, чувствуя усталое удовольствие. Пэнси, Драко и Рон ждали его. Гарри пришлось признать, что видеть здесь Рона, выглядевшего достаточно расслабленным, хотя и немного возмущенным, в этом красном с золотым рядом с его однокурсниками было странно. — Все нормально? — спросил Рон; его лицо было розовым от волнения. — Ага, — ответил Гарри, улыбаясь. — Как я провёл мою первую игру? — Блестяще! — Пэнси стукнула его по спине и обвила его руку своей. — Хотя немного необычно. Не думаю, что кто-либо когда-либо ловил снитч своим ртом. — Не думаю, что в этом состоял его план, — рассмеялся Драко, закатив глаза. — Но то, что было — это было потрясающе. Даже не упоминая о том, что шесть учеников Рэвенкло должны мне за то, что мы выиграли игру! Гарри фыркнул. — Очень рад, что смог удовлетворить твои финансовые нужды, Драко. — Ладно, мне нужно вернуться в башню. Некоторые люди и так уже послали в мой адрес несколько язвительных и крайне неприятных взглядов за то, что я поддерживал тебя, — Рон пожал одним плечом. — В любом случае, ты играешь лучше, чем наш ловец, просто... не говори им, что я сказал это. Гарри проследил, как Рон ушел, помахав напоследок, а потом они с Драко и Пэнси направились к своей общей комнате. — Твои родители отправились домой? — Да. Они хотели сказать тебе, что ты отлично справился и что они приносят свои извинения, что не могут отпраздновать с тобой — у моего отца завтра утром важная встреча. — Гарри, — спросила Пэнси, когда они спускались вниз по лестнице в подземелья, — что случилось с твоей метлой? — Понятия не имею. Страх первой игры? Может, я повлиял на неё своей нервозностью? — Мы ужасно волновались. Ты мог упасть! Гарри улыбнулся Пэнси и похлопал ее по руке, уверенно сжав. — Я в порядке, так что можешь не волноваться, а то ещё поседеешь. Пэнси послала ему драматичный взгляд, положила голову на его плечо, и они трое громко засмеялись, заходя в общую комнату. Комната взорвалась аплодисментами, конфетти посыпались на пол, а из палочек вылетели искры. Гарри упал на диван вместе с Драко и Пэнси, и взял кучку галеонов и сиклей - вознаграждение и благодарность от тех, кто ставил на него. Ему давали кучи шоколадных лягушек и пачек Берти Боттс, сопровождая их поздравлениями и хлопками по спине. Это было немного слишком. Гарри рассмеялся, откусил кусок шоколадной лягушки и откинулся назад, счастливо напевая. Он мог бы привыкнуть к этому! Он взял желтую конфету из пачки, которую Пэнси с трудом открыла, и нерешительно надкусил ее, прежде чем забросить остатки в рот, поняв, что у неё вкус попкорна. В противоположной части комнаты он увидел четверокурсника, который выдыхал дым и пламя, и его брови взлетели вверх. — Что это? Какое-то заклинание? — Наверное, он съел парочку Перечных Чёртиков, — Пэнси начала жевать конфету до того, как распробовала, но заставила себя проглотить ее. — Иу! Требуха! — она сделала глоток тыквенного сока, чтобы перебить вкус. — Это такая волшебная конфета. Продается в нескольких магазинах, довольно вкусная. — Как думаешь, он угостит меня одной? — Гарри, — протянул Драко, посасывая какую-то конфету на палочке. — Ты Гарри Поттер. Ты Мальчик-Который-Выжил. К тому же ты только что выиграл первую игру сезона, — с этими словами Драко поднял его с дивана и подтолкнул по направлению к тому парню. Минутой позже Гарри упал обратно на своё место, разжевывая перечно-мятную конфету. Она была настолько ледяная, что во рту становилось горячо, и несколько секунд спустя дым клубился на его губах. Он выдохнул, удивленно подняв брови, когда маленькая, безобидная и яркая струя пламени вышла из его рта. Магия. Была. Великолепной. — Поттер, можно на пару слов? Гарри посмотрел вверх на Флинта, который выглядел недовольным, и нахмурил лоб, но кивнул и встал, как только последние признаки производимого конфетой эффекта исчезли. Он последовал за Флинтом в спальню и зашёл внутрь. Она была пуста, и Гарри огляделся. Он понял, что это была спальня Флинта, так как больше ничьих вещей он не заметил. — Что происходит? — Я подумал, что ты захочешь знать, кто заговаривал твою метлу сегодня на игре. Гарри вскинул брови. — Кто-то заговаривал мою метлу? Флинт коротко, резко кивнул. — Это был Снейп. Он тихо бормотал что-то все то время, пока твоя метла сходила с ума. Гарри примерз к полу, его тело онемело, и он в шоке смотрел на то, как Маркус развернулся и ушел обратно на вечеринку так небрежно, как будто он просто сообщил Гарри о погоде. ~*~ Гарри ждал перед дверью Снейпа, чувствуя тошнотворную смесь страха, смущения и предательства. Он даже не был до конца уверен, почему находится здесь — Драко и Пэнси без обиняков сказали ему, что они считают, он должен просто пропустить встречу и остаться в комнатах, в безопасности. Пэнси даже предложила подделать письмо от его имени (Гарри не был уверен, что хочет знать, откуда она вообще узнала, как это делается), в котором будет сказано, что он болен и не сможет прийти. Но Гарри подумал, что в нём, наверное, есть что-то гриффиндорское от его родителей, потому что он не смог так сделать. Он должен был знать, что профессор сделал. В конце концов, у него было много возможностей убить Гарри фактически каждую неделю — почему бы ему было неожиданно захотеть его смерти во время игры? Может, — предположила часть его, — он просто ждал такой возможности, чтобы его невозможно было обвинить. Ведь было бы действительно подозрительно, если бы ты умер в его кабинете, верно? Особенно, когда должен был просто читать. Но если бы ты варил зелье, и что-то случилось... Гарри сглотнул, посмотрел вниз, на котел, который он держал, и переступил с ноги на ногу. Он просто должен быть осторожен, вот и все. Набравшись храбрости, Гарри взял котел в одну руку и, неловко оглянувшись, постучал в дверь. Она тут же открылась, и, войдя внутрь, Гарри увидел профессора Снейпа, сидящего за столом с палочкой в руках. Он подавил инстинктивное желание вздрогнуть и вместо этого принялся изучать лицо мужчины. На самом деле, он был не более, чем слегка раздражен — Гарри, возможно, опоздал на пару минут из-за того, что так долго ждал снаружи. И, опять же, после всех их встреч один на один, у Гарри все ещё были проблемы с тем, чтобы прочитать нечто большее в выражениях лица профессора. — Займите своё место, мистер Поттер, — протянул Снейп, медленно поднимаясь. Гарри кивнул и направился к своему обыкновенному месту, рядом с которым теперь стоял стол. Он поставил на него котел и настороженно проследил, как профессор прошёл в кабинет и принялся доставать ингредиенты. Он оглянулся на Гарри. — Если можете, достаньте с полок ту книгу, которую я давал вам читать, и откройте ее на странице двести сорок восемь. Медленно кивнув, Гарри встал и с неохотой подошёл к полке. Он аккуратно извлёк книгу, волнуясь, что она могла быть каким-то образом заминирована. Честно говоря, это было глупо с его стороны — зачем было убивать его с помощью полок, когда скоро котел наполнится, возможно, опасной жидкостью — но он не мог перестать чувствовать себя в опасности. Когда книга без проблем оказалась в его руках, Гарри подавил желание облегченно вздохнуть и вернулся к столу, листая страницы. Страница двести сорок восемь оказалась Зельем для излечения фурункулов, и Гарри нахмурился. Это было совершенно не опасное зелье — они делали его на самом первом уроке Зельеваренья. Он взглянул на профессора, который возвращался с полными руками ингредиентов. Снейп увидел его реакцию и понял бровь. — Зелье для излечения фурункулов, которое мы будем готовить сегодня, составлено по новому рецепту — то, которое Вы видели до этого, было придумано несколько десятков лет назад, а это немного более сложное, — последнее слово он протянул, его голос стал ещё ниже, чем когда-либо, и Гарри распахнул глаза. — Все будет нормально, если Вы не будете... отвлекаться, - он замолчал, послав Гарри многозначительный взгляд, и мальчик понял, что был необычно тих слишком долгое время. Заставив себя чуть-чуть улыбнуться, Гарри поднял взгляд и посмотрел мужчине в глаза. — Простите, сэр. Меня просто ещё немного трясет после вчерашнего. Выражение лица Снейпа не изменилось ни на йоту; черные глаза пристально смотрели в зеленые. — Это вполне понятно, мистер Поттер. Думаю, я должен впредь не сводить с Вас глаз, чтобы предотвратить подобные случаи. На этот раз Гарри громко сглотнул и слегка кивнул, надеясь, что профессор подумает, что это просто нервы. Следя за Снейпом краем глаза, Гарри начал готовить ингредиенты. Он выявил несколько комбинаций, которые могли быть взрывоопасными в определенных условиях, и почувствовал, как его нервозность резко усилилась. Когда зелье было наполовину готово, Снейп заговорил. — Будьте аккуратны, добавляя следующий ингредиент. Этот шаг может быть опасным, — его голос был шелковистым, а глаза пристально смотрели на макушку Гарри. Не в силах больше выносить это, Гарри затушил огонь взмахом своей палочки и отшатнулся от котла, чувствуя, как сердце колотится в горле. Снейп резко спросил: — Мистер Поттер? — и это звучало в равной степени смущённо и зло, и он обернулся, чтобы посмотреть Гарри в глаза. — Почему Вы это сделали? — спросил тот, выставляя всю смелость и браваду, что у него есть, как щит, так что он не выглядел настолько испуганным, насколько был. — Зачем Вы заговаривали мою метлу? Снейп разинул рот — на самом деле разинул рот — глядя на него. — Как ты смеешь? Гарри затряс головой и осторожно шагнул назад, к двери. — Флинт видел Вас! Он видел, как Вы бормотали, когда посадил меня к себе, — сделав ещё шаг к двери, он выпрямил спину. — Так почему Вы хотели, чтобы я умер? Шок профессора превратился в злость, и он впился пальцами в свой стол — убрав их от своей палочки, как с осторожностью отметил Гарри. — Ты, неблагодарный мальчишка! — прорычал профессор. — Я пытался спасти тебя! Гарри открыл рот, чтобы возразить, но был прерван взмахом руки. — Я не заговаривал твою метлу — я противостоял тому, кто это делал! Я пытался предотвратить твоё падение вниз, к смерти, глупый мальчишка. Ты об этом подумал? — Нет, не подумал, — отозвался Гарри, сам начиная злиться. — Потому что у меня много врагов, не так ли, профессор? Что бы там ни произошло в ночь Хеллоуина, это сделало меня сиротой и, насколько я могу судить, целью номер один для огромного количества по-настоящему страшных людей, — он напрягся и ещё отступил назад, так что теперь он находился в одной секунде от того, чтобы выскользнуть за дверь. — Поэтому скажите, какую Вы вообще можете иметь причину видеть меня живым? Снейп моргнул, а потом угрюмо произнёс: — Мои причины — это мое личное дело, Поттер! У меня нет никаких причин оправдываться перед тобой. — Нет, есть! Это моя жизнь!, — Гарри знал, что он перегибает палку, но не мог заставить себя быть осторожнее. — Насколько я понимаю, все, у кого нет причин видеть меня живым, хотят, чтобы я умер. И пока Вы не скажете мне, зачем Вам нужно было защищать меня… — он ещё отступил, не зная, как закончить эту... угрозу? Мольбу? В течение долгого момента профессор смотрел на него, а потом покачал головой. — Я признаю, что у меня есть причины, но они не для Ваших ушей. Гарри посмотрел на него в ответ, очень стараясь, чтобы его лицо не выражало ничего. Этого было недостаточно. — Я... я не думаю, что должен находиться здесь. Я увижу Вас на уроке, профессор, — сказав это, он повернулся и бросился прочь, игнорируя то, что профессор звал его. Он должен был знать лучше, в самом деле. Это была его собственная вина — ему не стоило доверять этому человеку.