Глава 7
21 октября 2015 г., 20:37
Вместе с любовью всегда приходит боль. Чем глубже в ней тонешь, тем больнее.
Нана Осаки. Нана.
Спалось Оосаве неважно. Она всю ночь ворочалась, бормотала во сне, пару раз вскакивала на кровати, тяжело дыша. "Ловите её!.. Хей, как насчёт того, чтобы поцеловать мне обувь?.. Смотри не захлебнись тут, дура очкастая!.." - Ненавижу, - Инрин резко поднялась с подушки, сжимая майку в области сердца, и рвано дыша. Это был кошмар - за ночь уже третий. Оосава посмотрела влево - кровать Курамори была такая же, как вчера. Темноглазая встала, умылась, позавтракала - а подруга так и не объявилась. В душе колыхнулось волнение, а уже одетая девушка побрела к выходу из общежития, надеясь, что она встретит Рейко хотя бы в школе. Назло гадкому настроению, которое сидело где-то глубоко в недрах земли, на улице сияло ослепительно-яркое солнце, щебетали пташки, а природа радовала теплом и счастьем, которое Оосаве было сейчас так же далеко, как и возвращение домой. Ветерок чуть качал пряди волос, словно играя с ними, ласкал кожу, но внутри словно натянулась струна, готовая лопнуть в любой миг. - Оосава, доброе утро! - Инрин обернулась, увидев позади Тоцуку Такеру. Бог Моря радостно улыбался и, подойдя к девушке, пошёл рядом с ней. - Праздник вчера был восхитительным! Особенно сжигание чучела в конце! Завораживающее зрелище! - Заметив, что черноглазая никак не реагирует на его слова, парень вышел чуть вперёд с тревогой и беспокойством рассматривая её лицо. Словно увидел что-то невиданное ранее. - Эй, что случилось? Ты сегодня какая-то пришиблённая. - Во-первых, я - конченая дура. - Инрин хмуро выдохнула, явно не собираясь пояснять первый пункт. - А во-вторых, Рейко-тян ни сегодня утром, ни вчера вечером в общежитии не появилась. Я волнуюсь. - Пропадать днями и неделями для самой Оосавы было нормально, но Курамори не была похожа на человека, который может гулять непонятно где, не предупредив никого. Темноглазой Рейко напоминала такой милый комнатный цветочек, который загибается, стоит только единожды нарушить режим полива. - Да... Это действительно странно... - Бог Моря чуть почесал макушку. Насколько он смог сопоставить мнение о Курамори: она никогда не сделает что-то спонтанно, или хоть кого-нибудь не предупредив. - Может она уже в школе? - Я очень на это надеюсь, - девушка только мрачно выдохнула, поправляя лямку сумки. Почему-то Инрин преследовало ощущение, что и в академии Рейко не будет. Опасения подтвердились, Курамори не было в классе, и со звонком она не пришла. Ранее появившийся страх постепенно перерос в откровенную панику. Где искать Рейко тоже было загадкой. Многие боги удивлённо шушукались, спрашивая, почему Курамори сегодня нет в школе. И только Бальдер сидел с видом совершенно раздавленного человека, а вот Локи буквально светился от переполнявшей его радости. - Оосава, - Юи подошва к Инрин, как только прозвенел звонок на перемену, - где Рейко-тян? - Если б я знала, - тихо цыкнула Инрин, стукнувшись лбом об парту. - Мне и самой интересно, где её черти носят, - темноглазая недовольно скривилась и отвела взгляд от Локи, чьё счастливое лицо вызывало сейчас только рвотный рефлекс. - Но вы в одной комнате живете... - Юи несколько недоумевала; когда она пришла с ярмарки, то увидела записку, что завтрак и бенто в холодильнике, а ужин на столе. - Она не возвращалась? И вчера её на закрытии ярмарки не было. - Да, мы живём в одной комнате, но я не её нянька, - раздражённо бросила Оосава. Хотя в словах Кусанаги была доля правды - Инрин должна была знать, куда направилась подруга. Но она не знала, и поэтому в словах Юи Инрин увидела скрытый упрёк. - Она ни ночью, ни утром в общежитии не была. - Может, пойдём, поищем её? Вдруг что-то случилось? - Аполлон подошел к девушкам. - Надо найти её! - Да хватит вам уже, - Лаватейн медленно тянул слова, точно кот обожравшийся сливок. - Она не маленькая девочка, а вы с ней носитесь. Даже если что и случилось, я этому только рад буду. - Заткни свою чавку, зажигалка ходячая! - фыркнула Инрин, после ночных кошмаров неспособная на сильную и активную злость. Так бы Лаватейн повторно получил по лицу, но плохие сны у девушки высосали все соки. - Все уже поняли, что ты редкостная дрянь, очередного подтверждения не надо. Бог Огня на эти слова только недовольно скривился, но промолчал и снова принялся качаться на стуле. Парень был несказанно рад, что главной проблемы рядом нет, а значит, Бальдер легче перенесёт её отсутствие в его жизни. - Пойдем искать вечером. Сейчас нужно отсидеть уроки, а потом ещё отработать. - Цукито был спокоен, как удав, налопавшийся на пару лет вперед. - Работа... - уныло протянула Оосава, расплывшись по парте как желе. - Какая гадость. Идея вечерних поисков вроде как всех устроила, и Инрин в том числе, только вот отрабатывать темноглазой не хотелось, особенно после вчерашних полётов на пегасе. На уроках просидели как на иголках и в итоге, кратко сопоставив план поисков на вечер, разошлись разными дорогами. - Ин-Ин... - Аполлон выглядел подавленным, словно ему было ужасно больно. Но болело где-то там, глубоко в душе. - Я тебя вчера чем-то обидел? Прости меня, пожалуйста. - Простить за что? - Инрин удивлённо осмотрела Агана Белеа. - Всё нормально. С чего ты решил, что обидел меня? - Оосава не могла понять, чего вдруг о подобных вещах бог печётся. Перед темноглазой никто никогда не извинялся, несмотря на всю причинённую боль. - Ты вчера так резко убежала, и я заметил... - парень немного покраснел и отвёл взгляд, рассматривая тротуарную дорожку под ногами. - У тебя в глазах была боль, словно я сделал что-то очень плохое. Прости, пожалуйста! - последние слова бог Солнца почти прокричал и низко поклонился. - Ты ч-чего?.. - от изумления девушка сделала шаг назад, зрачки сузились, став размером с булавочные головки. Оосава гулко выдохнула, зарывшись пальцами в волосы. - Просто... Пойми, я не привыкла к доброте. Все, кто, когда либо, относился ко мне хорошо в итоге оказывались дрянными предателями. А я не умею определять, каковы намерения людей, когда они начинают общение со мной. - В-Вот значит как... - Аполлон ненадолго задумался, а потом подошел к Оосаве почти вплотную. В изумрудных глазах горело пламя решимости. - Больше можешь не бояться! Я не дам тебя в обиду! Обещаю. Инрин смотрела в зелёные глаза, будто кролик на удава. Темноглазой совсем не хотелось доверять богу. Они знакомы чуть больше недели, она его совсем не знает, и Агана Белеа не знает её тоже, но почему вопреки всему этому Инрин от подобных слов сейчас почувствовала себя счастливой? По щеке пробежала солёная дорожка, ещё одна, и плечи начали подрагивать от беззвучного плача. Дрожащей рукой девушка утёрла слёзы, но они натекли снова, и Инрин шумно шмыгнула носом. - Ну вот... Дура сопливая... - сквозь всхлип хихикнула Оосава, пытаясь утереть слёзы, капающие по подбородку. - А-а... Прости, прости! - Слезы совсем пошатнули мир парня. Он уже и не понимал, где ошибся на этот раз, что довёл её до слёз. - Прости, пожалуйста! Я не хотел тебя обидеть! - Агана Белеа подошёл к девушке, робко, точно боясь спугнуть, обнял её за плечи одной рукой, другой нежно поглаживая по волосам. - Прости... - почти прошептал парень с таким видом, словно сам вот-вот заплачет. - Ты... не виноват... - в очередной раз громко шмыгнув, Инрин начала тереть красные от слёз глаза. - Я просто... Впечатлилась. Мне такого никогда не говорили. - Просто неправильно это, что девушку обижают. Так нельзя поступать. Нельзя играть с чужими чувствами. - Аполлон почти незаметно улыбнулся и, сжав в своей руке ладонь Оосавы, пошёл вперед. - Я буду тебя защищать! Больше никто не посмеет тебя обидеть! - Я и сама защитить себя могу... - разве что только по привычке возразила Инрин, но на сей раз выдёргивать ладонь не стала. Вытирая свободной рукой глаза, темноглазая просто шла за Агана Белеа, пытаясь сдержать желание улыбнуться во все тридцать два зуба.* * *
Рейко не осталась на остаток праздника, просто ушла с ярмарки, даже никого не предупредив. В душе бушевала целая гамма самых разнообразных эмоций, и девушке срочно требовалось избавиться от них. Спешно приготовив еду подругам, Курамори захватила рисовальные принадлежности и ушла в оранжерею. Там было тихо, не было суеты и не было тех, кто стал бы спрашивать, почему у русоволосой девушки глаза на мокром месте. Ведь ответить на этот вопрос Рейко сама была не в силах. Девушка как одержимая рисовала до самого утра, один лист сменял другой: лица, пейзажи - всё слилось в невероятный калейдоскоп красок и эмоций. В итоге, поймав себя на мысли, что буря в душе постепенно угасает, Курамори решила не идти сегодня на учебу, а сразу пойти на работу. Кратко предупредив учителя Тота, в надежде, что он скажет остальным, кареглазая направилась в кафе. Работа окончательно смогла дать душе покой, но ближе к вечерней смене (когда они с богами приходили на работу) девушка поняла, что начинает выдыхаться. Ела она последний раз вчера за общим завтраком, да и бессонная ночь тоже давала о себе знать не в самую лучшую сторону. В итоге, договорившись с одним из духов, Рейко прошмыгнула в зону персонала, попросив у барменов стакан крепкого чая с сахаром. Глюкоза могла помочь на небольшой срок вернуть силы и не дать упасть в обморок. С этим праздником, подготовкой к нему, завтраком, сделанным для богов, нервотрёпкой и последними часами организм находился на последней грани.* * *
Бальдер так сильно торопился, что пару раз растянулся на асфальте прямо посреди пешеходной зебры. Бог даже ушёл на работу раньше других скандинавов. Лишь одно двигало его сейчас вперёд - надежда на то, что Рейко пришла хотя бы на работу, а если нет, то тогда Хрингхорни быстро всё отработает и отправится на поиски. Ради этой цели и несколько лишних синяков получить не жалко. В кафе парень буквально влетел, чуть не врезавшись в одного из официантов, и понёсся в раздевалку. Наспех натянув форму и завязав передник, Бальдер спешно шагал по коридору, на ходу собирая волосы в кривой хвост. Парень так спешил, что врезался в кого-то. Послышался жалобный вскрик и звон битой посуды. - Прошу прощения, - бог Света опустил взгляд и увидел наполовину лежащую на полу Рейко. Возле девушки лежали осколки битого стекла, бывшего когда-то стаканом с горячим чаем. - Рейко!- всё смешалось в этом возгласе - и облегчение, и удивление, и испуг, и нотки волнения. Хрингхорни тут же упал на колени, собирая осколки в карман передника, а затем схватил Курамори за руку и поднял девушку на ноги. - Где ты была? Все так волновались. Я боялся, что с тобой что-то случилось! - в голосе был слышен упрёк, ничем не прикрытый, самое натуральное недовольство. - Я... Я здесь была... - От достаточно резко падения мир немного поплыл, как растекающаяся краска. Тихо охнув, девушка посмотрела на свой бывший чай. - Я предупредила учителя Тота... - Голос был каким-то дрожащим, даже чуточку жалобным. Перед глазами резко потемнело и, девушка, потеряв равновесие начала падать, но эта слабость длилась недолго и русоволосая смогла выпрямиться. Бальдер на всякий случай коснулся ладонью спины Курамори, чтобы предотвратить падение, если оно будет. - Тот нам не сказал ничего, - парень вздохнул. - Почему тебя не было? - Я... - Рейко смущённо залилась краской. Она ведь собиралась держаться от Хрингхорни как можно дальше, а вместо этого снова фактически находится в его объятьях. И вот как ему объяснить то, почему она не пришла в школу? - Я не очень хорошо себя чувствую, вот и не пришла на уроки... - И ведь почти не пришлось врать, ведь Курамори сейчас больше всего напоминала привидение. - Надеюсь, ты не заболела? - с взволнованным лицом Бальдер коснулся пальцами лба, но температуры у девушки не было - наоборот, она была холодной, словно Курамори остывала. - Нет. Просто устала... Бальдер-сан, может, отпустишь меня? - Рейко было как минимум неуютно. - А? Если тебе неприятно, то ладно... - бог убрал руки. В девушке что-то изменилось - она выглядела не просто усталой, а истощённой во всех смыслах и выжатой, как лимон. Хрингхорни с трудом верилось, что это обычное недомогание, но после вчерашних событий спрашивать было как-то неловко. Но и отпускать Курамори не хотелось. - Мне не неприятно... Просто я ведь обещала Локи-сану... - При упоминании имени лучшего друга Бальдеру показалось, что кто-то безжалостно принялся рвать его душу и сердце когтями. Зачем Локи встает меж ними? Может ему самому нужна Рейко, а он мешает? - Это нечестно и неправильно... - Почему ты позволяешь Локи решать за тебя, с кем тебе общаться? - Хрингхорни невольно сжал руки в кулаки. - Ты не должна его слушать! - Он знает тебя куда лучше и если я, в самом деле, представляю для тебя угрозу, то лучше держаться от тебя на расстоянии, - Рейко бледно улыбнулась. Почти как тогда, словно и не улыбка вовсе, а лишь жалкое искривление губ в её подобии. - Да не представляешь ты никакой угрозы! - обиженно чуть ли не выкрикнул Бальдер. - Мне виднее, чем Локи, что для меня опасно, а что нет. - Лаватейн явно наговорил Курамори лишнего и бога Света это раздражало - Прости... Я пойду ненадолго присяду... - Курамори, держась за стену, направилась в сторону своей раздевалки. Хоть там и не было кровати, зато было достаточно уютное кресло. К тому же, этот разговор высасывал из девушки последние силы, голова начала кружиться сильнее. Бальдер не пошёл вслед за Рейко, только грустно смотрел ей в спину. - Завтра приди в академию. Пожалуйста, - по интонации просьба походила на приказ, Хрингхорни совсем не хотелось отпускать девушку. Рейко ничего не ответила, лишь почти незаметно вздрогнула и, чуть прибавив шаг, скрылась за дверью своей раздевалки. Пальцы тут же рванули ленту на шее, словно она начала её душить, после чего, фактически обессиленная Курамори, рухнула в кресло, закрыв глаза. Ситуация совсем вышла из-под контроля, ведь если раньше проблемой был только Локи, то сейчас к ней добавился ещё и Бальдер. И нельзя было сказать точно, с кем девушке приходилось труднее.
