Mayhem at first sight

- …-я решительно отказываюсь понимать, кем ты себя возомнила?! С чего ты вообще решила, будто знаешь, что лучше для меня?! Ты глупый неповоротливый зборнак! - А не заткнулся бы ты, Циклоп-Недомерок. Я начала обычный разговор, а ты давай орать! Да ты себя со стороны не видишь, конечно, я знаю лучше. - Нас даже ничего не связывает! Как только мы найдём какой-нибудь транспорт, наши дорожки тут же разойдутся и, поверь, в следующий раз, когда ты и твоя рыжая мочалка объявитесь близ нашего корабля, у меня не дрогнет рука нажать на курок! - Ах, так? Мы прошли вместе такой путь, а ты просто возьмёшь и плюнешь на это? Ну ты и гад. Тогда проваливай, чего стоишь? Мы и сами найдём дорогу! Признайся, ведь это мы тебе нужны, а не ты нам! - Это неправда! Мне и за даром не нужна ни твоя помощь, ни твоё так называемое «участие»! Бе! Мне никто из вас двоих не нужен! - Ага, поори об этом ещё погромче - может, на корабле Злюки кто-то, наконец, услышит. - Гроп всемогущий, как же я тебя ненавижу! Наслушалась своего тупого дружка-хиппаря и возомнила себя Великим Судьёй? Она «знает, что для меня лучше»! Ха! Вы только посмотрите на это! Сейчас ещё скажешь, что это твоя забота?! Хороша забота, хочешь разлучить меня с домом и единственным подобием семьи, которое у меня есть! - Но Пип-… - А ты знаешь что? Я тебе не верю! Нет никакой заботы, её не существует, не в таких как ты или я! Так что прекрати притворяться. Не выношу обман. Я всю жизнь свою живу в обмане и иллюзиях, надоело. Надоели вы мне все. Что молчишь? Ну? Сказать нечего? Ну разумеется, нечего! О, Флёрт подери, как же… как же я тебя… как же ненавижу. На последних словах ищейка сорвался и подрагивающими руками со всей злости швырнул в зборнака подобранный камень. Только чтобы вспомнить, что его собеседница была воображаемой, когда камень перелетел узкую мощёную крупным булыжником улочку и отскочил от фонарного колпака. Кипя от злости, праведного гнева и какой-то неизвестной ему горечи, Пиперс отвернулся и издал совершенно не опознаваемый, но крайне эмоциональный звук в пустоту. Какая-то жуткая помесь придушенного писка, разгневанного вопля и бессильного рычания. Звучало это намного хуже, чем можно было бы себе представить, но звук был короткий и постояльцы этажом ниже страдали не долго. Надо сказать, Пиперс сейчас чувствовал себя сущим психом, но он больше не знал, как ещё ему справиться со всей скопившейся в нём за время путешествия горечью, кроме как читать самому себе нотации и воображать гипотетический диалог с предметом своей злости. - «Я тебя ненавиииижу»! – передразнил он сам себя тем, чему предполагалось быть дурашливой имитацией голоса зборнака, и тут же гневно сплюнул себе под ноги. Даже в его воображении Сильвия не растеряла своей хватки и с самым наглым видом продолжала издеваться над ним и придумывать всякие обидные остроумные прозвища. – Да катись ты отсюда, - ответил он сам себе и без сил рухнул на черепичный выступ крыши, вновь схватившись за коммуникатор. После произошедшего на холме инцидента, они сразу отправились к уже знакомой развилке у ярмарочного городка и свернули к местному поселению. Коренных жителей тут было немного и небольшой посёлок в основном составляли лоджи, хостелы, несколько постоялых дворов, одна столовая с каким-то экстремальным туром по местным традиционным деликатесам, пара магазинчиков и прокатный пункт. По сути, всё селение составляло собой всего одну безымянную улицу, заканчивающуюся в конце тупиком в виде почтамта и небольшой расчищенной площадкой, где играли в мяч дети. С другой стороны вплотную к зданиям примостились ещё палатки любителей экстремального и дешёвого отдыха – там горели костры, сидели различные существа со всякой аппаратурой, телескопами, рюкзаками, гитарами и шампурами. «Учёные и туристы, - охотно пояснил им хозяин одного из лоджей, показавшегося Сильвии и Вондеру наиболее приятным, - хотя в это время года - в основном студенты на практике. Они тут часто бывают», - пожал он верхней парой плеч и протянул им ключ от комнаты. Как оказалось, основной массой обитателей здешних мест были как раз упомянутые им учёные-геологи и сейсмологи, физики, студенты, трекеры, свободолюбивые путешественники вроде них самих, сами работники «летающего комплекса» (именно так, как оказалось, называлась вся эта островная система для туристов) и экскурсионные группы, с организаторами которых у постоялых дворов давно были заключены всевозможные договоры. - Скажите, у вас есть ещё одна свободная комната? Желательно, подальше от этой, - не утерпел Пиперс, доставая свой кошелёк. Сильвия выглядела оскорблённой, но промолчала и даже не взглянула в его сторону. - Сейчас не сезон, так что найдётся, если подождёте немного, - сообщил хозяин, перелистывая планы комнат с пометками заказанных. - Ничего, я никуда не спешу. И запишите на моё имя. Свободная комната и впрямь нашлась быстро, правда на верхнем этаже, в то время как Сильвия специально просила подыскать им что-нибудь на нижнем, дабы не тревожить лишний раз ногу ищейки крутыми ступеньками. Даже лёгкий подвывих с такими совершенно необязательными нагрузками мог перейти в полноценный вывих со смещением. Про свой собственный бок, по правде, она уже и думать забыла, поскольку тот давно не давал о себе знать – разве что рану всё ещё немного неприятно подёргивало, но в остальном он ей не мешал. Вондер предложил Пиперсу поменяться комнатами, но упрямый до ужаса Командир, внезапно вспомнивший про свою бедную покалеченную гордость, упрямо попёр наверх, начисто игнорируя рыжика. Он ещё подумывал снять у себя в комнате фиксатор, поскольку с ним ходить было ужасно неудобно, и он невольно припадал на перетянутую ногу не потому, что она болела или как-то ему докучала, а просто оттого, что была полностью обездвижена. Да и лента была наложена слишком туго на его вкус. Однако стоило только Пиперсу об этом подумать, как он поймал на себе строгий взгляд зборнака, явственно говорящий «Только попробуй – урою», и как-то резко передумал. В комнатах было пустовато и одиноко, и хотя Пиперса это никогда раньше не смущало, он прошёл свой номер насквозь, даже особо не осматривая, распахнул окна, впуская в помещение сквозняк, и, высунувшись на половину из окна, вытащил рацию. Та предательски молчала и показывала слабый сигнал. Сделав несколько неудачных звонков, он пришёл к выводу, что на крыше сигнал будет лучше, и решил подняться туда через примеченный ранее люк в коридоре. Только вначале нужно было хотя бы принять душ и поужинать. От краткой смены обстановки уличный воздух внезапно показался ему более знакомым. Несмотря на то, что Командир больше привык к жизни под крышей, а не под открытым небом, которая поначалу доставляла ему огромный стресс, сейчас звёзды над головой выглядели более привычными. Он уже успел приспособиться к такому странному стилю жизни за эти несколько суток, и теперь даже в уютной спальне и просторном зале внизу ему казалось, что на него давят стены, там тяжело пахнет пылью и не хватает свежего воздуха. Это было довольно странно, поскольку ищейке после нескольких ужасных «ночей» не пойми где, на голой земле, в четырёх стенах должно бы быть привычнее, комфортнее, спокойнее, но вместо безопасности он вновь чувствовал беспокойство и подступающий к горлу ком. Может быть, это его мучила совесть и обида, а может, он просто отвык быть один и без парочки чудаковатых странников чувствовал себя уязвимо и не на своём месте, - кто знает, Пиперс не хотел об этом думать. Он, наконец, остался один на один с собой, без трещащего над ухом Вондера с его глупыми шуточками, без Сильвии с её насмешливым фырканьем. Один… совершенно, абсолютно один. Странное чувство. Вроде, знакомое, но… как он раньше с ним справлялся? Пиперс никогда не задумывался, просто работал. А сейчас не было работы, не было никакого заделья. И он был один. В голове вначале было пронзительно пусто, даже так, очень приятно пусто, хоть и не привычно. А потом на него потоком обрушились невысказанные эмоции и заевшие записи их ссоры в голове. Командир даже забыл, зачем, собственно, сюда пришёл. Он справлялся со стрессом единственным известным ему способом – разговором с самим собой, даже не допуская мысли, что можно просто вернуться и поговорить с настоящей Сильвией. Помириться с ней, обсудить дальнейший план побега или экскурсию по островам и этот потрясающий вид с холма, как им было спокойно и хорошо, пока они не начали ругаться… разве оно того стоило? Определённо нет. Но Пиперсу казалось, что зборнак сейчас даже не захочет его видеть. Поэтому пытаться приблизиться к их с Вондером двери – гиблое дело. Хотя ему ужасно, безумно хотелось вернуться и высказать ей всё, услышать, что она скажет в ответ и, может быть, со спокойной душой лечь спать - в мире и согласии, скинув груз с души, решив все эти глупые проблемы и больше не маясь от мысли, что они злятся друг на друга. Но по горькому опыту он знал, что с Хейтером бы так не получилось. Даже если он на самом деле хотел, чтобы Пиперс к нему пришёл после какой-нибудь ссоры, он бы только наорал на него ещё больше и заперся в комнате. Тут наверняка будет то же самое. Им обоим просто нужно время порознь, чтобы остыть и выветрить из голов лишние эмоции. Видимо, делать ей свежую перевязку придётся только утром, если зборнак вообще подпустит его к себе. Пиперс надеялся, что состояние раны больше не ухудшалось, и они не занесли туда ненароком какую-нибудь заразу на той плавильне. Вондер мог бы проверить её и сам, но Пиперсу было важно знать, всё ли в порядке. «…беспечный пешеход… бежит дорога… заманчивую даль…» Лёгок на помине. Послышался шорох кроссовок по черепице и из-за трубы на дальнем конце крыши вырулил Вондер с банджо в руках. Наигрываемая им мелодия была не такой заводной, как обычно, какой-то лёгкой и напоминала чем-то бардовские баллады. Пиперс не знал текста и улавливал не все слова, но, судя по всему, пел он что-то про свой удел вечного путника и бесконечные странствия. «…бежит дорога… куда она зовёт?..» Рация всё предательски выдавала одни помехи. Пиперс всячески крутил колёсико на боковой панели и тыкал кнопки, пытаясь изменить настройки, но всё безрезультатно. Он даже не знал, банальное ли это отсутствие сигнала или кто-то глушит его звонки на базе. «…какой готовит поворот? Какой узор совьёт?» Чем ближе подходил странник такой непривычной, размеренной неспешной походкой, тем чётче становился его голос, и больше слов можно было разобрать. Пиперс слушал вполуха, больше сосредоточенный на дисплее. Ощущение почему-то возникало такое, будто кто-то нарочно глушит сигнал совсем рядом с ним. Ищейка с подозрением покосился на остановившегося в двух шагах от него странника и убрал комм обратно в карман. «…начало знаю, а итог – узнаю как-нибудь» Вондер убрал пальцы со струн и улыбнулся ему, будто ожидая оценки своему маленькому концерту, как в караоке. Пиперс только фыркнул и неопределённо качнул головой. Приняв это за положительный отзыв, странник присел рядом с ним и продолжил бездумно перебирать струны. - Красивая сегодня ночь, да? - Здесь всегда ночь. - Это не мешает ей быть очень красивой, - странник только беспечно пожал плечами и затянул какой-то заунывный мотив. Пиперс ещё в первый раз не слышал большей части песни и не уловил даже, что с чем рифмуется, но решил, что ему это неинтересно. - У тебя нет ничего менее воющего? После первых же аккордов следующей услужливо подобранной Вондером композиции у ищейки чуть несуществующие уши в трубочку не свернулись. - С приве-… - Ой, нет, только не эту! Терпеть её не могу. Давай, я верю, что в твоём репертуаре найдётся что-нибудь поинтереснее. Вондер на миг задумался, теребя крайнюю струну, но затем заиграл что-то достаточно бодрое, но не раздражающе скачущее или дико жизнерадостное. Пиперсу показалось, что это вполне оптимальный вариант, тем более что странник прекратил пытаться что-то петь, так что его это вполне устроило. - А у тебя здорово получалась Сильвия. Приятно знать, что даже в твоих фантазиях она не даёт никому спуску, даже тебе. Обычно, когда кого-то воображают, пытаются его мысленно принизить, я рад, что вас с Сил это обошло стороной. - И много ты слышал? – похолодел изнутри Командир. - Достаточно, - уклончиво ответил Вондер. – И, думаю, не я один. – После этих слов ищейка тут же попунцовел, что Вондер нашёл абсолютно умилительным и просто очаровательным. – Не волнуйся, Сильвия этого точно не слышала. А если и слышала, то не обиделась. Пиперс промолчал, не зная даже, что на это сказать. Вондер, видимо, сам раскручивать его на разговор не спешил и ждал инициативы от Командира, который не желал не о чём беседовать вовсе. Не дождавшись ответа, странник возобновил приглушённым шёпотом свои песнопения. На этот раз Пиперс разобрал намного больше слов и даже что-то умудрился запомнить. Снова было про дорогу, про свободу, про то, как путники оставляют позади свой дом и всё, что могло привязать их к одному месту, и никогда больше не возвращаются назад. Про то, как пленит это загадочное чувство и что же скитальцы, вроде самого Вондера, в нём находят. Пиперс никогда не понимал, как он и Сильвия могут так жить и почему они даже не пытаются найти себе дом, где они бы почувствовали себя на своём месте и при деле, но сейчас он начал понимать, что это просто такая их своеобразная идеология. Он не был готов её принять, но теперь мог допустить, что они и впрямь находят в ней что-то, чего не видят другие и он сам. - Ты делаешь это специально, чтобы я согласился с тобой и решил, будто бы твоя подруга была права, и вы прекрасно живёте? – спросил он, с прикрытым глазом, пытаясь успокоить нервы. – Тогда это не сработает. «Прелести» вашего быта меня всё равно не прельщают, как ты их ни прикрашивай. - Вовсе нет, это просто одна из моих любимых песен, - улыбнулся Вондер и откинулся на стенку трубы, возле которой они оба сидели, не прекращая играть. – А что, тебя это беспокоит? - Нет, просто от тебя можно ожидать чего угодно. - Может, вам с ней поговорить, Пипс? Сильвия, конечно, не сильно сговорчива, когда обижена, но зато она имеет привычку в такие моменты слушать в десять раз внимательнее, чем обычно. - Не буду я перед ней извиняться. Я просто сказал, что хочу домой, а она стала нести какую-то несусветную чушь. Ещё и злиться неизвестно с чего вдруг начала. Это я должен на неё злиться, а не наоборот. - Я понимаю, тяжело строить и налаживать отношения с существом, которое, как тебе кажется, не может оценить твоих вкусов, но-… - Да хватит уже об этом, Купидон недоделанный! – разозлился Пиперс, отворачиваясь от странника, но вдруг поймал на его мордашке хитрую улыбку. – Что? Почему ты так на меня смотришь? Перестань сводить нас, между нами нет ровным счётом ничего. Она даже не в моём вкусе и, уверен, я тоже совсем не в её. - Так тебя это беспокоит, - скорее утвердительно, чем вопросительно заявил Вондер. – Притом сильно, да? - С чего ты взял? – огрызнулся ищейка. - С того, что я сказал «отношения», как что-то нейтральное, а ты сам перевёл всё на романтику. Это очень мило, но я подразумевал любые отношения с важным для тебя существом в целом. - Сильвия мне не важна. - И снова неправда. Вот совсем ты не умеешь врать, Пипсик. Я тут меньше пяти минут, а ты про Сил сам уже несколько раз вспомнил. И снова её по имени называешь. - Это ничего не значит. Я просто обижен на неё. - На тех, кто не важен, не обижаются. Признай, тебе это не даёт покоя. - Ты пришёл, чтобы мне на мозги капать? Спасибо, у меня и без этого забот хватает. - Я пришёл, потому что решил, что тебе может понадобиться компания. Ищейка немного помолчал, отведя взгляд в сторону и поджав нижнее веко в тяжёлой задумчивости. - Я… не понимаю. Что такого я сделал, что она разозлилась? Я просто очень хочу домой, - наконец вздохнул он с самым несчастным видом и привалился к плечу странника, что для него самого в другое время было бы нонсенсом. Тот сочувственно потрепал ищейку по коленке и опустил банджо. - Я не стану тебе врать, я не понимаю тебя, хотя видит Брог, правда хочу, - медленно начал он. – Вся вселенная – мой дом. Но я охотно верю, что ты невероятно тоскуешь по Хейти и другим ищейкам. И я знаю, кто мог бы тебя понять. - Кто? - Сама Сильвия, и погоди меня отговаривать. Лучше послушай, что я тебе скажу. У вас с Сил общая проблема, как я заметил: вы оба не умеете говорить то, что действительно хотите, но при этом почему-то уверены, что все окружающие под своими словами имеют в виду именно то, что они сказали. А так почти никогда не бывает. Вот, что ты услышал, когда тебе показалось, что она сказала… что-то не то? - Она пыталась убедить меня, что на корабле мне должно быть плохо. Уверен, она была бы не менее зла, если б я принялся объяснять ей, что «ты на неё плохо влияешь». Ты ведь её семья, как и для меня Хейтер. Да и Брог с ними, ищейки тоже, как бы мы друг к другу все не относились. - Мне нравится, как ты рассуждаешь, - одобрительно покивал Вондер, ободряюще улыбаясь собеседнику. – Только истолковал её реакцию ты не верно. Не перебивай, пожалуйста, зай, - тут же мягко, но настойчиво добавил он, заметив, что Пиперс собирается что-то вставить. Командир оказался настолько заинтригован словами странника, что не обратил внимания на обычно раздражающее ласковое обращение. – Я просто вот что хочу сказать. Сильвия всего лишь хотела таким образом проявить опеку. Ты понимаешь, она ведь… совсем не как я. Она не странница по духу, она отправляется во все эти путешествия из-за меня, а не от того, что её влечёт зов дороги, как в этих песнях. Она такая же, как и ты. Сколько помню, Сил всегда говорила, что любая дорога и любое место для неё – не мир вообще, если мы не вместе. Ты хочешь обратно на корабль не потому ведь, что у тебя там комната и рабочий стол, а потому, что там Хейтер и твои сородичи, верно? – Пиперс едва слышно проворчал что-то про то, что он не относит себя к ищейкам, но перебивать странника не стал. – Да, я слышал, что дома и стены помогают, но… признай, уйди Хейтик в другое место и разбредись все дозоры по своим планетам, ты бы последовал за ним. Не оставаться же тебе на пустом корабле в одиночестве, верно? Потому что без них всех дом – это не дом. Дом там, где твоя семья, я прав? Командир молча покивал, соглашаясь со словами странника. - Тогда почему Сильвия считает иначе? - Она просто думает что-… хм. Как бы это правильнее-то сказать? Мы ведь с ней не сразу встретились. Она сбежала из дома, долго скиталась, перебирая разные занятия-… - Сильвия сбежала из дома? – удивился Пиперс, озадаченно округлив глаз. – Почему? - Думаю, не чувствовала себя там на своём месте. Только я тебе об этом не говорил, хорошо? Сил очень не любит, когда поднимают её прошлое. - Понимаю, - задумчиво хмыкнул Пиперс, ворочаясь и пытаясь устроиться поудобнее. – И что было потом? - Не могу точно сказать. Сильвия никогда не рассказывала, я не спрашивал. Но я как-то встречался с её бывшим напарником, думаю, дело в нём. - Бывшим напарником? – заинтересованно переспросил Командир. Он звучал очень удивлённо. – Не знал что она когда-то-… в смысле-… трудно вообразить себе Сильвию с кем-то в паре, кроме тебя. Вондер звонко рассмеялся. - А у меня есть один запасной вариант! Ладно, не бери в голову, - улыбнулся странник, заметив полный искреннего непонимания взгляд ищейки. – Понимаю, мы с Сил так давно вместе, мне и самому тяжело вообразить иначе. Тем более, после этого типа - Райдера. - «Райдер»? Погоди-ка, а это не тот ли преступник, что не так давно пытался ограбить сокровищницу Лорда Хейтера? - Эхе-хе, даа, об этом… вообще-то мы с Сильвией тоже там были. Не злись. Но да, это он, вы ещё, кажется, гонялись за ним, когда мы с Сил помогали милейшему семейству Хрусталей с переездом на Периндроте. - Та ещё сволочь, как по мне, - поморщился Командир. – А ведь я злодей. - Да какие же вы с Хейти злодеи! – хихикнул странник. – Милахи! Развеселившись, Вондер легонько подул ему в глаз, отчего ищейка тут же смешно зажмурился, наморщился и чихнул. - Во-первых, никогда больше так не делай, это неприятно, - обиделся Пиперс, машинально растирая глаз. – А во-вторых, Лорд Хейтер – самый успешный и влиятельный злодей нашей галактики! Был, пока ты не объявился на наши головы. Вондера это только повеселило. - Ай, брось, не будь таким букой! Какой ты всё-таки лапочка, неудивительно, что Сильвии нравится, когда ты корчишь такие рожицы. - Ей что нравится? - Попался! Я же говорил. - О, Глорже… ладно, так что там с этим Райдером? Долго они работали на пару? - Понятия не имею. Но, кажется, он ей нравился до поры до времени. Как друг, разумеется. Они довольно слаженно работали. - И почему разбежались? Ты постарался? - Ну что ты. Я и знать об этом не знал до недавнего времени. Но Сильвия как-то обмолвилась, будто бы его засосало в чёрную дыру, и она долгое время считала его погибшим. Или пропавшим без вести – разве ж его разберёшь. - Надо же. Это многое объясняет. - Что например? - Он объявился спустя столько лет, при том совершенно случайно, и ничего не мешало ему дать о себе знать, как только он вернулся в эту галактику. Это своего рода предательство. Тем более, я слышал со слов дозоров, что он пытался подсунуть страже вас вместо себя. Даже на мой взгляд это подло. - Зная твою верность, это неудивительно. Мне тоже было ужасно обидно за неё. Думаю, поэтому Сил так ценит в характере честность, преданность и сочувствие. Ты понимаешь, к чему это я? Пиперс напряжённо хмурился и тёр верхнее веко, ничего не говоря. Не дождавшись ответа, Вондер продолжил: - Ты спрашивал в начале разговора, почему Сильвия так завелась? Так вот тебе и ответ: она наконец разглядела в тебе эти качества и побоялась, что ты повторишь её историю. Вот и всё. И никакой тут тайны или лукавства. - Ну, положим, не все качества – тут ты погорячился, - сморщился командир, чувствуя, как странник придвинулся к нему ближе от того, что за время их задушевного разговора на улице похолодело. Пиперс и сам поёжился и запахнул куртку поплотнее, спрятав ладони в карманы. Пальцы нащупали что-то мягкое и тонкое и машинально извлекли это на свет. Голубая ленточка из гривы зборнака. Надо же, он про неё уже и забыл. – Значит, ты думаешь, что она поменяла своё мнение на мой счёт? Неожиданно. - Почему? Разве ты не поменял своё? - Не знаю, - честно признался Пиперс, бездумно теребя в руке ленточку. – Если бы мне кто-нибудь сказал, что меня будут беспокоить слова этого зборнака или что она там обо мне думает – я бы рассмеялся ему в лицо и послал в черную дыру. Теперь же я немного в растерянности. Ей только не говори об этом. - Не стану. Это ты ей лучше сам скажешь. - Вот это вряд ли. Флёрта с два я буду с ней говорить об этой чепухе. Ты-то ещё другое дело, для тебя это всё естественно. Хотя и в это я всё ещё слабо верю. Может быть, я сплю? - Если хочешь, могу ущипнуть. - Вот уж спасибо, не стоит. Что-то тихо запищало, Пиперс залез обратно в карман и вытащил рацию. Чтобы ленточка не мешала, он повязал её на антенну. Прибор показывал вновь появившийся сигнал, до этого заблокированный. Уже слабо надеясь на успех, Командир набрал ещё раз на пробу и стал ждать. Пошёл долгий дозвон, но отвечать ему никто не спешил. - Я думал, ты бросил звонить на корабль ещё утром, - заметил Вондер, со скрытой печалью поглядывая на экран. – И как успехи? - Всё также. Сильвия была права, я вряд ли дозвонюсь. Пиперс смотрел пустым взглядом на дисплей и почти отстранённо думал, что после разговора с Вондером эта идея потеряла свою привлекательность. Если он так и не сможет дозвониться – это будет просто обидно и в некоторой степени подтвердит мнение зборнака, которое он весь вечер так старательно опровергал, а если сможет – дела будут обстоять не самым лучшим образом. Хейтер прилетит, наорёт на него перед всей армией, наверняка жахнет током и публично унизит, а странников швырнёт прямиком в пыточную. Вначале он думал, что сможет убедить Хейтера, будто поймал двух его злейших врагов и преподнёс ему пленников на блюдечке, но сейчас понимал, что не сможет этого сделать. Просто не сможет. Не сейчас, когда они проделали вместе такой путь, трижды едва не погибли, но каждый раз спасали друг друга. Он только что осуждал бывшего напарника Сильвии за подлость и низость его поступка, но он сам будет ни чуть не лучше, если сдаст их на растерзание Хейтеру. Но и обмануть Лорда и помочь им потом сбежать он тоже не сможет. Возможно, даже физически, если события обернутся неприятно для него. Может, его даже постигнет общая вместе с ними участь - как предателя империи. Это всё равно, что находиться между молотом и наковальней. К тому же, из-за Сильвии в нём вновь взыграла гордость. Пока коммуникатор пищал в его руках, он с горечью думал о том, что хотел бы швырнуть его на мостовую вслед за камнем. Если его команде настолько плевать, он и без них вернётся. Тогда, даже если он вдруг узнает, что за это время стал всем не нужен – ему смогут сказать это в глаз. Прямо и открыто. И он узнает, права ли была Сильвия. И она не решит, будто он их предал. Да, пожалуй, так будет лучше для всех. В любом случае Пиперс пока не готов слышать, что ему скажет Хейтер после той ссоры. Командир уже положил палец на сброс, но внезапно устройство перестало пищать, щёлкнуло и выплюнуло шум помех. - …ём… Приём. Как слышно? – вырвался из динамика голос. Кажется, это был Грег. И у Пиперса, и у Вондера сердце пропустило по удару. – Это капитанский мостик, гово-… - голос оборвался писком, когда Пиперс зажал кнопку. - Что ты делаешь?! – зашептал от изумления Вондер. – Тебе ведь ответили! Перезванивай скорее! Ну! Перезванивать не пришлось, комм сам залился трелью. Теперь уже настойчиво пытались дозвониться до Пиперса и он почему-то также не спешил принимать вызов. Вондер искренне не понимал почему. - Ты знаешь, я тут подумал… а ведь Сильвии даже повезло с её напарником. - Это очень мило с твоей стороны, Пипсик, но тебе тут звонят! - Я не совсем про тебя. - О чём ты? Я что-то тебя не понимаю. Хочешь сказать, то, что её когда-то предали – хорошо? – недоумению Вондера не было предела. Пиперс напряжённо гипнотизировал экран разрывающегося комма. Он понимал, что, скорее всего, поступает очень глупо и безрассудно, даже попросту эгоистично, учитывая, что ещё совсем недавно за ними гнались охотники за головами, но прямо сейчас ему почему-то казалось правильным поступить именно так. К тому же, они уже набрались до населённого пункта, неужели они не найдут с утра хоть какой-нибудь захудалый транспорт? В конце концов, он обещал Сильвии, что отвезёт их на ближайшую планету с заправкой. - Сильвии повезло в том, что ей вовремя показали, кто в жизни лишний, а с кем судьба свела нарочно. Она учится на ошибках, - он уверенно сбросил вызов и выключил рацию насовсем, - а вот я нет… - добавил он уже тише, гладя маленький голубой бантик на антеннке. *** Сильвия ворочалась на кровати и никак не могла заснуть. Она сама не знала почему: подушка была мягкой, словно облако, одеяло надёжно защищало от ночного холода, и она была совершенно одна. Хотя, наверное, как раз это и было причиной её бессонницы – рядом никого не было, ни Вондера, ни Пиперса. Слишком тихо, слишком спокойно. Никто не бубнит над ухом, не ворчит, не смеётся, не играет на банджо. Даже не на кого прикрикнуть, чтобы не шумели. В голову лезли всякие неприятные мысли, и, по правде сказать, зборнак была к ним совершенно не готова. Особенно её бесило странное смешанное чувство, преследовавшее её с самой поляны: она была ужасна зла на Пиперса, но вместе с тем испытывала какое-то больное чувство – нет, не стыда или угрызений совести – а жалости. Она привыкла к тому, что они с Командиром всё время дерутся, и он постоянно злится на неё, но когда она говорила про Хейтера и корабль, его голос опасно дрожал (хотя, кажется, ищейка сам этого не заметил). В целом Сильвия не чувствовала себя настолько уж страшно злой, или обиженной. Ей было просто противно от самой ссоры. И от того, как они оба сорвались друг на друга. Ведь не того совершенно она хотела! Но Пиперс такой вспыльчивый, чуть что – сразу орать и обиженно размахивать руками. Непонятно, правда, чего она сама ожидала – знала же, что это его естественная реакция и не стоит воспринимать крики Командира всерьёз. Но она была слишком на взводе. Сильвия сама не понимала почему, но она чувствовала себя невероятно уязвлённой недоверием ищейки. Она хотела как лучше, а он так сорвался. «Не в своё дело она, видите ли, лезет»! Так если он сам разобраться не может! Лучше бы спокойно выслушал и подумал над её словами. Зборнак снова перевернулась на другой бок, мордой к стенке и, полежав немного, широко распахнула глаза. Спать не хотелось ни в какую. Эта глупая перепалка не заканчивалась в её голове, на что бы она ни пыталась переключить своё внимание. Вондер всегда говорил, что ложиться спать порознь и в ссоре нельзя. Можно дуться друг на друга целый день, но ни в коем случае нельзя засыпать со своими обидами в голове и по разным комнатам. «Даже если вы так и не помирились и тысячу раз злы и обижены друг на друга, ни в коем случае не расходитесь по разным углам. Можете кричать, дуться и показывать друг другу язык – но только не засыпайте в разных местах, - иногда говорил странник с тёплой улыбкой и огоньками в глазах. – Это очень вредно. Раз поссорились – значит, беспокоитесь, а друга нельзя волновать ещё больше своим отсутствием. Чувства и отношения более постоянны, а вот ссоры разгораются и затихают, и бросать из-за них кого-то на целую ночь – самое глупое, что можно себе вообразить. Из-за этого и душа заболеть может.» Кажется, он оказался прав - впрочем, как всегда. Решив покончить со всем этим, Сильвия поднялась с кровати, подошла к окну, ероша пальцами гребень, и выглянула на улицу. Снаружи едва слышались звуки банджо. По всей мостовой распластались жёлтые квадратики света из окон лоджа – всего шесть или семь, не так много для такого раннего вечера. Высчитав среди них окно Пиперса, зборнак задумчиво хмыкнула, осушила стакан воды и вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Второй этаж ничем не отличался от первого, и нужную комнату Сильвия отыскала быстро, но долго мялась на пороге. Почему-то вся та железная уверенность, с которой она сюда шла, куда-то вмиг улетучилась. Она несколько раз пыталась прокрутить их потенциальный диалог в голове, но каждый раз он заканчивался тем, что ищейка посылал её лесом, а она оставалась молча сидеть в его комнате, пока ему не наскучит её компания. Решив, что бесполезно сочинять диалог, которого может даже не быть, она собралась с духом и постучала в дверь. Никто ей не ответил. Посетила странная мысль, не слишком ли сильно и не чересчур ли слабо она постучала. Сильвия повторила попытку, но вновь никакого ответа. Она уже решила, что Командир попросту вышел, оставив свет включённым (мало ли, вдруг и на него иногда рассеянность нападает?), но внезапно с той стороны чем-то зашуршали и послышались шаркающие шаги. Насторожившись, зборнак подняла морду и заговорила, положив лапу на дверную ручку: - Пиперс, ты там? – Вот так вот. Даже смешно, что едва ли не первый раз, когда она зовёт его по имени, складывается вот так по-дурацки. Вондер был бы горд за неё, не прозвучи эти слова так почти по-детски неловко. – Открой, я не хочу разговаривать через дверь. – В комнате снова всё резко стихло, а у Сильвии от волнения и неловкости пересохло в горле. Она страшно сердилась на себя за то, что ведёт себя как сущая девчонка, но не могла перестать напряжённо помахивать хвостом. – Ты там? Пипс? – она очень не любила, когда её игнорируют, но это Пиперс, от него это более чем ожидаемо. Ей показалось, что с той стороны недовольно засопели. – Без обид, но я вхожу, ладно? – предупредила зборнак, прежде чем надавить на дверную ручку, но та не поддалась. Комната была заперта на ключ, а ломать чужую собственность было бы как-то неприлично. – Можешь не прикидываться спящим, я видела свет в окне. Брось, не упрямься. Не надо вести себя как Черепушка, я просто хотела поговорить. Слушай, я знаю, мы сегодня немного повздорили и, видит Брог, я сама не понимаю, почему мне из-за этого так неловко. Обычно я рада насолить тебе, но в этот раз чувство довольно паршивое. – На всякий случай Сильвия выдержала паузу, но, не услышав никакой реакции, понадеялась, что ищейка просто очень внимательно её слушает, и продолжила: - Я не знаю, разделяешь ли ты это ощущение, но надеюсь, что хотя бы не злишься на меня. И… я не знаю, может, хочешь выйти и поговорить? Когда что-то не так, мы с Вондером всегда это обсуждаем и, ну, не знаю, становится легче. Эй, Пипс? Ты там? Что, не хочешь? Совсем? Что ж… не буду тогда давить. Надумаешь – не стесняйся, ладно? – И снова тишина. От этого ужасного гнетущего звука зборнак чувствовала себя ещё хуже. Она ещё немного постояла, осматривая узкий коридор со световыми кристаллами вместо ламп на стенах, и, не дождавшись ответа, ушла. Никто не открыл дверь, не вышел, не окликнул, чтобы её остановить, не прошептал вслед тихое «я передумал». Ничего. Просто тишина. Вернувшись в комнату, Сильвия просто рухнула мордой в матрас и не сдержала раздражённого стона. Поведение Пиперса должно бы её бесить и выводить из себя, но вместо этого она чувствовала только липкое серое уныние. Пиперс не хотел её видеть, и это было серьёзно. А она думала, что всё это просто глупости… Дверь отворилась с тихим скрипом и её чуткое ухо уловило осторожные лёгкие шаги. «Вондер,» - тут же пронеслось в голове, хотя в глубине души ей хотелось надеяться, что это Пиперс передумал и догнал её. Но Пиперс бы постучал и уж точно не стал бы так тихо и крадучись пробираться в комнату на цыпочках, зная, что она только что была у него. - Всё в порядке, друг, заходи, я не сплю, - сдавленно позвала она и повернула голову на бок, к стенке. Напарник остановился где-то на границе света из дверного проёма и аккуратно приставил к стене звякнувшее струнами банджо. – Я попробовала сделать как ты советовал, но ничего не получилось, - решила сообщить зборнак. По мере того, как она делилась подробностями своей неудачи с другом, в её груди назревал большой тугой ком, временами мешавший дышать, отчего приходилось делать перерывы: - Он меня даже в комнату не пустил! Я попыталась поговорить через дверь, но всё без толку. Неужели так сильно разозлился? Да за что! Я ведь из лучших побуждений! Думает, один такой весь из себя «потерянный» тут? Хаха! Щас прям! Меня тоже сомнения достали. Одно дело – мы немного поладили и установили временный мир, но это же не означает, что я должна беспокоиться за него или что-то в этом духе! Не люблю все эти телячьи нежности. Мы не дерёмся и даже работаем вместе – для стандартного альянса этого более чем достаточно! – зборнак почувствовала, что приятель забрался рядом на кровать, и перевернулась на бок, пододвигаясь максимально к стенке, чтобы освободить ему место, но тираду свою не прервала и начала помахивать в воздухе свободной рукой. – Это глупо. Не понимаю, почему я ещё должна дёргаться из-за того, что он там думает обо мне или что не хочет со мной разговаривать? Это ужасно глупо, - повторила Сильвия скорее себе, чем терпеливо слушающему её Вондеру. Странник издал неопределённый задумчивый звук или же что-то сказал, но Сильвия его не услышала, потянулся и немного приспустил повязку на руке напарницы. Та непроизвольно дёрнула плечом и продолжила: - В смысле, нет, я знаю, что я не обязана это делать, но я не могу заставить себя думать иначе. Это неважно, но это важно! Ты понимаешь? Я не знаю, как ещё это объяснить. Брог, как же я зла, ты себе не представляешь… ненавижу этого коротышку-циклопа с тех пор, как он поблагодарил меня за то, что выслушала его глупое бормотание. – Как Сильвия ни пыталась, а не смогла выжать в голос ни каплю настоящей ненависти – разве что небольшое раздражение, всё ещё адресованное упёртости ищейки. – И зачем он стал так сносно себя вести… лучше бы продолжал бесить и злить меня своим присутствием. Я не хочу, не хочу заботиться о нём, - от негодования и безысходности Сильвия пару раз стукнулась лбом о стену, старательно жмуря глаза. Мягкие пальцы напарника аккуратно ощупали её руку сквозь бинты и, удостоверившись, что всё в порядке, старательно поправили повязку на плече. – Это ни чем хорошим не кончится. Я знаю это, просто знаю. И прошу, не пытайся меня отговаривать. Я знаю, что ты считаешь, будто в мире «нет ничего прекраснее и могущественнее силы любви», но тут это не работает. Это… совсем другое. Эх, ты всё-таки слишком сильно на меня влияешь, приятель. Так ведь не должно быть, верно? Всё как-то… запутанно. И неправильно. Ох, ладно, надеюсь, завтра мы спокойно поговорим и уладим это недоразумение. – Вондер тихонько хмыкнул и устроился рядом с ней. С тихим, неразборчивым бормотанием он прижался к тёплому боку зборнака и свернулся калачиком, готовясь ко сну, после чего издал самый утомлённый и очаровательный в мире зевок. Сильвия, наконец избавившаяся от своего противного комка в груди и испытавшая от этого величайшее облегчение, умиленно улыбнулась, чувствуя, как внутри неё разливается знакомое приятное тепло. – Фухх, спасибо, что выслушал, приятель, мне стало намного легче, - уже сквозь навалившуюся дремоту, пробормотала она, зарываясь носом в подушку и ласково подтаскивая к себе напарника хвостом. – Люблю тебя, спокойной ночи. - Спокойной ночи, Сил, - внезапно ответил ей «Вондер», голосом Пиперса. Зборнак в ужасе распахнула глаза и, заливаясь краской и потом, предпочла прикинуться спящей или дохлой, потому что на самом деле она склонялась ко второму варианту.