Мой дивный новый мир!

Электронный будильник на прикроватной тумбочке сдавленно пискнул и замолчал. Твердая рука успела нажать нужную кнопку до того, как устройство разбудило второго жителя просторной комнаты. Мужчина с волнением взглянул в красивое лицо любовника и, убедившись, что тот продолжил крепко спать, поднялся с кровати. Винсент не в первый раз пытался сохранить сон Кике, вновь всю ночь единолично разгребавшего отчеты от персонала и солдат. Командиру отряда облака не нравилась ситуация, ставшая на базе Мельфиоре привычкой. Закуро, Дейзи и Блюбелл не проявляли интереса к своим подчиненным и попросту забивали на свои прямые обязанности, свалив все дела по кураторству на Кике. У отряда грозы не было хранителя из погребальных венков, и все дела давно перешли под руководство облака Маре. Лишь один Торикабуто следил за своими людьми, но не желал делиться вообще какой-либо информацией по поводу их деятельности и зачастую подменял изображения на камерах иллюзиями, отчего Кике приходилось выуживать отчеты клещами, чтобы иметь хоть какую-то картину происходящего в самом скрытном из отрядов. Бьякуран был боссом семьи, но не считал нужным вникать в ее внутренние проблемы, он вел отдельную игру на пару с Ирие Шоичи и не удостаивал вниманием своих подчиненных. Конечно же, во всех отрядах были люди, что стояли после каждого из погребальных венков и обязаны были следить за порядком в отряде в отсутствии главнокомандующего, но и они нередко нарушали правила. Единственным исключением был Винсент, всегда вовремя отчитывающийся перед Кике о нуждах и деятельности отряда облака. Парадокс, но именно о своей сотне солдат Кике не беспокоился, зная, что те в надежных руках. Отряд облака был образцом дисциплины, чего нельзя было сказать о прочей обстановке на базе Мельфиоре. Один человек не мог справиться со всем происходящим на базе. Около тысячи человек, миллионы камер и бессчётное количество помещений. Даже имея доступ к большинству следящих устройств, за исключением лаборатории и комнаты босса, Кике часто упускал из вида явные нарушения. Солдаты, одуревшие за полгода от безделья, вместо тренировок или чтения убивали время азартными играми или пьянством, за которым нередко следовал мордобой. На земле – эти люди были элитными мафиози, привыкшими к красивой дорогой жизни, они любили отдыхать с громким размахом, посещали бордели, казино, рестораны, имели по несколько домов и квартир в разных уголках земного шара. Разумеется, к своим заданиям они относились серьезно, и неудачи случались редко, но после каждой миссии они возвращались к яркой жизни, наполненной дорогими удовольствиями. Никто из этих людей не знал, зачем их поместили на базу и почему не дают конкретных указаний. Им просто было сказано ждать. Но чего ждать? Шли месяцы, а задания так и не появлялись. Некоторые, особенно смелые, задавали вопросы капитанам отрядов или даже обращались к самим погребальным венкам, но никогда не получали внятного ответа, отчего энтузиазм стал плавно угасать, уступая место лени и праздному образу жизни. Сексуальное воздержание так же сказалось на настроении солдат. Повезло тому, кто имел любовника или любовницу среди присутствующих на базе, но те, кому не посчастливилось обзавестись парой или хотя бы найти желающего помочь в решении пикантной проблемы, начинали звереть. Женщинам, не желающим заводить с кем-либо сексуальную связь, везло меньше всего. Их было гораздо меньше мужчин. И теперь даже дурнушкам было сложно пройти мимо стаи изголодавшихся самцов, не получив предложение перепихнуться. Кике становилось все сложнее сдерживать нарастающее недовольство, но он не смел сказать боссу об этой проблеме. Хранитель облака дорожил доверием, оказанным ему Бьякураном, назначившим его своей правой рукой, и он боялся не оправдать возложенных на него надежд. Винсент видел, сколько сил ежедневно вкладывает любимый человек, чтобы сгладить острые углы и наладить обстановку на базе. Капитан отряда облака, не имея нужного влияния, мог помогать лишь тем, что снимал с Кике заботу о собственном отряде. - Ты опять выключил будильник? – сонно улыбаясь, хранитель облака окликнул любовника, поспешно натягивающего форму Мельфиоре. - Сейчас только семь, а ты лег в пять, - мужчина нахмурился, следя за Кике, неспешно распускающего волосы из тугой косы, в которую он собирал их на ночь, чтобы они не рассыпались по всей кровати, - и так на протяжении всей недели! Извини, но сегодня я не дам тебе и палец о палец ударить! Это окончательное решение, обжалованию не подлежит! - Хо-хоу, не надо так злиться. Я выспался! – Кике взбил тяжелые локоны и откинул их за спину. Облако Маре поднялся с кровати и подошел к любовнику, обнимая его за талию. - Уверен, синяки под твоими глазами – не последствия плохо смытого макияжа, - съязвил мужчина, зная, что ужалить Кике можно было только одним способом – нелестно высказаться о его внешнем виде. Улыбка на мгновение слетела с губ хранителя облака, но тут же засияла еще ярче, чем прежде. - Спасибо, что заботишься обо мне, - теплый любящий взгляд бирюзовых глаз встретился с серыми глазами Винсента. На этот раз командир отряда облака не смягчился под чарами своего ослепительного любовника, продолжая хмуриться. - Ты никуда не пойдешь, - спокойно произнес Винсент, холодным тоном подчеркивая, что не намерен больше уступать Кике и разрешать ему решать проблемы всей базы в одиночку. - Можем вместе позавтракать, а после… - Нет! Ты никуда не пойдешь! – отчеканил капитан отряда облака свое окончательное и бесповоротное решение. Кике терпеть не мог ругаться, но понимал, что не может выполнить желание любовника и сделать себе выходной. - Я ненадолго. - Нет! - Там простая проблема. С закрытого склада исчезло несколько бутылок виски… - И что? Это проблема кладовщиков! И вообще с каких пор ты стал интересоваться такой ерундой? - Увы, но на этот раз это моя проблема. Пропавший виски принадлежал Закуро. Ты же понимаешь, чем это может обернуться, если он узнает? - Отдам ему из личного бара, мне не жалко. - Не выйдет. Он пьет определенную марку, и эти бутылки отложил для себя лично. - Так пусть с этим разбирается кто-нибудь другой! - Как ты думаешь, кто сможет разобраться, если Закуро разозлится? Не легче ли предотвратить проблему до ее появления? Винсент замолчал. Он понимал, что Кике прав, но гордость запрещала ему уступать. На этот раз его «нет» будет окончательным, чтобы не говорил ему любовник. - Ты никуда не пойдешь! – мрачно повторил капитан отряда облака, начиная терять уверенность. - Винсент, не заставляй меня, - Кике отстранился от Винсента, и еле заметное пламя окружило кольцо Маре. Кике всем сердцем ненавидел такие моменты. Он понимал, что принижает силу любовника, грозясь использовать свои уникальные способности против него. Винсент перехватил изящное запястье облака Маре и сердито взглянул в бирюзовые глаза. Кике больше не улыбался. Он хотел мирно решить конфликт, но, кажется, сейчас это было невозможно. Хранитель облака молчал, молчал и его любовник. - Мне пора, Винсент. Пожалуйста, - первым нарушил неловкую паузу Кике и потянул руку на себя, желая освободиться от сильных пальцев, удерживающих запястье. - Нет! – командир облака еще сильнее сжал запястье Кике, а после одним ловким движением свободной руки снял кольцо Маре с пальца погребального венка. - Что ты… Отдай… - ахнул Кике, когда колечко с двумя серебряными крылышками оказалось в руке Винсента. Кике слишком долго боролся с собственными эмоциями, не решаясь использовать силу против любимого человека, что тот воспользовался моментом и отобрал самую ценную вещь, находящуюся в распоряжении облака Маре. В миг Кике почувствовал, как у него подкосились колени, как усталость, до этого терпимая, благодаря силе кольца, навалилась с неистовой силой. - Это не смешно! – Кике сердился и пытался отнять свою вещь, коря себя за глупую ошибку. Недопустимо, если кто-нибудь узнает об этом инциденте. Он – правая рука Бьякурана так глупо лишился кольца. - Я не смеюсь, просто сегодня ты никуда не пойдешь! – Винсент видел беспокойство в глазах любовника, видел то, каким уязвимым он стал без своего главного оружия. Но он никому не скажет о том, что произошло, и не станет подрывать авторитет любимого человека. - Винсент! – сердито, почти повышая голос, назвал имя капитана своего отряда Кике и скрестил руки на груди, прекращая глупые попытки отнять свою вещь. Без кольца облако Маре не мог покинуть комнату, и, чтобы это не произошло наверняка, Винсент надел истинный атрибут себе на палец. Удивительное чувство тут же охватило командира отряда облака, в него будто вдохнули всю энергию вселенной, двигаться стало легче, а тело переполнилось новой силой, которую до жути хотелось тотчас опробовать. Фиолетовое сияние окружило Винсента, и Кике в ужасе отшатнулся к кровати, обессиленно опускаясь на нее. Он не верил своим глазам. Почему кольцо не отвергло чужого человека? Неужели оно так легко могло поменять владельца? Разве не он один может управлять безграничной силой, скрытой в истинном атрибуте Маре? Желание опробовать невероятную мощь почти захлестнуло Винсента, но растерянный несчастный взгляд любовника в миг отрезвил мужчину. «Что же я такое творю…» Командир облака погасил пламя и подошел к Кике, беря в ладони его лицо. Погребальный венок отмахнулся от любовника, не желая с ним контактировать. Кике был по-настоящему подавлен. Кольцо его предало. Теперь он понимал, что далеко не избранный, раз кольцом с такой легкостью мог управлять кто-то другой. «Меня так легко заменить?» Погребальный венок нервно закусил губу и потер переносицу. Неужели Бьякуран его обманул, сказав, что только он способен быть владельцем чертового кольца? А может, Джессо попросту ошибся, выбрав его? «Что это? Сомнения… Я вновь начинаю сомневаться в себе?» - Кике мотнул головой, отгоняя неприятные образы прошлого, внезапно вспыхнувшие перед глазами. Прошлое уже многие годы не напоминало о себе, но благодаря плену в тюрьме Варии, вновь вернулось в жизнь погребального венка. Страхи никуда не исчезли, они толстыми корнями закрепились в подсознании. А теперь вновь вырвались на свободу, желая поглотить новый сияющий уверенностью облик Кике. Столько времени понадобилось, чтобы перевоспитать и полюбить себя, превратиться из человека, о которого все вытирали ноги, в талантливого лидера. Но, похоже, что все это был лишь огромный самообман. Все изменения, произошедшие с Кике после встречи с Бьякураном, были иллюзией, и сейчас эта иллюзия рассыпалась подобно карточному домику. - Эй, Кике… - Винсент уже проклял себя за то, что перегнул палку. Погребальный венок молча посмотрел в глаза любовника. Взгляд был потухшим и бесконечно-несчастным. Совесть Винсента незамедлительно отреагировала мощным пинком под дых. И мужчина, забыв о своих требованиях, снял кольцо Маре и вложил его в ладонь Кике. Лучше бы он разрешил любовнику работать в невыносимом режиме, чем видеть его таким подавленным. Кольцо выпало из расслабленной ладони облака Маре и беззвучно упало на пол, утопая в мягком ворсе ковра. - Я переборщил, больше такого не повторится, - Винсент опустился на колени перед сидящим на кровати Кике, не обращая внимания на злосчастный кусок металла у своих ног. Кто его вообще дернул отобрать атрибут, на который он не имел права покушаться? - Ты тут ни при чем, - еле слышно отозвался Кике. Винсент взял ладони любовника, мягко поглаживая большими пальцами светлую кожу, словно прося прощение за содеянное. Он не понимал, почему Кике отреагировал так остро на вроде бы безобидную выходку. В самом деле Винсент не стал бы присваивать себе чужую вещь и отдал бы в конце концов. Командир отряда облака начал догадываться, что причины смены настроения Кике не в его проступке, а в чем-то, что уже много лет грызет облако Маре. Во взгляде погребального венка была непритворная боль, которую Винсент обещал искоренить, когда впервые увидел. Командир облака не только не смог навсегда оградить любовника от душевных переживаний, но и сам стал причиной их возвращения. *** Миновало три года, как Винсент вступил в ряды Мельфиоре, два – как дослужился до звания командира отряда и добился расположения Кике. Винсент был вне себя от счастья, когда самый удивительный человек во всей огромной семье Мельфиоре ответил ему взаимностью. Новый командир отряда и не надеялся, что Кике – недосягаемый и прекрасный - посмотрит в его сторону. Винсент просто всегда был рядом, помогал, старался быть хорошим другом и надежным заместителем, но до последнего не решался открыть свои чувства, появившиеся еще очень давно - в момент их первой встречи. Тогда Винсент еще не понял этого чувства и просто погнался за желанием узнать Кике - таинственного грустного незнакомца. Кике был ошарашен признанием капитана своего отряда, когда тот открыл ему свое сердце. - Я надеюсь, ты не прогонишь меня, после всего, что я тебе наговорил, - угрюмо начал Винсент, не выдерживая долгого молчания Кике. «Он злится? Я раздражаю его? Почему он не улыбается? Что значит это выражение лица?» - Таких, как я, у тебя тысячи, наверняка тебе пишут толпы фанаток в социальных сетях и не только. И среди них уж точно есть достойные кандидатуры. И вообще ты нормальный, а не как я… В общем, прости… Ты звезда, ты правая рука Бьякурана и негласный лидер всей семьи, а я… Бессвязную речь Винсента оборвал долгий горячий поцелуй. Серые глаза распахнулись, первые несколько секунд командир облака не верил происходящему. Его целует – он, тот, о котором он мечтал уже столько лет, чьи поцелуи ему могли только сниться в самых сокровенных мечтах. - Звезды притягивают своим сиянием многих, но никто не решается протянуть руку, опасаясь сгореть в жарком пламени. И никто так никогда и не узнает, что пламя звезды на самом деле – холодное, и она замерзает от одиночества, - завершив поцелуй, произнес Кике с мягкой улыбкой. После этих слов начался самый счастливый период в жизни Винсента. Он буквально носил на руках предмет своего обожания. Долгие разговоры, страстные поцелуи и бурные ночи увлекли обоих любовников, когда облако Маре окончательно открылся Винсенту и больше не натягивал на лицо доброжелательное выражение в моменты грусти. Прошло чуть больше года, но ни разу лицо Кике не омрачилось сильным переживанием или тоской. Винсент считал это личной заслугой, ведь до этого он, пусть и редко, но замечал тень грусти во взгляде облака Маре. Поначалу любовники пытались скрыть свою связь, но из-за обилия камер на базе об их свиданиях вскоре стало известно всей верхушке Мельфиоре. Но Джессо было плевать, с кем спят его подчиненные, Блюбелл и Дейзи не особенно интересовались подобными вещами, Закуро тут же забыл об этой информации, так как никакой ценности она для него не несла, а Торикабуто попросту промолчал, не желая лезть туда, где его мнения не спрашивали. Прочие подчиненные и персонал не знали о романе правой руки Бьякурана с заместителем его отряда. Кике и Венсент не стали открываться общественности, хотя некоторые слушки все же просачивались в солдатские ряды. Знание немногих не мешало любовникам наслаждаться друг другом, разумеется, не забывая о своих обязанностях в Мельфиоре. Все изменилось более полугода назад, когда Кике не вернулся на новую базу, находящуюся за гранью миров, и оказался в лапах Варии. Целый месяц Винсент не находил себе места и не раз обращался лично к Бьякурану, мысленно обвиняя именно босса семьи в пропаже любимого человека. Он просил организовать спасательный отряд, он собирал подписи прочих членов семьи, желающих вытащить Кике из логова врага, а их оказалось более семидесяти пяти процентов, что, безусловно, говорило о невероятном доверии, оказанному облаку Маре. Все старания в итоге оказались напрасными. Подписи проигнорировали, отряд не создали, не смотря на огромное количество желающих вступить в него, да еще впаяли всем по выговору за несанкционированный митинг. Джессо не слышал своих людей, ведь нашел занятие поинтересней, чем спасение правой руки, – занимался иллюзионистом Вонголы, круглосуточно трахая его в своих апартаментах. Будучи боссом, Бьякуран никогда не был лидером, каким был Кике. Командира отряда облака бесило желание Джессо вести скрытые игры, злость жгла изнутри, когда он думал, что Кике оказался в плену из-за идиотского просчета. Неужели нельзя было рассказать свою задумку погребальным венкам и попросить их подыграть? Как Джессо вообще догадался разыграть предательство собственной семьи в самый разгар битвы? Чего он хотел добиться? Взглянуть в изумленные лица хранителей, когда они окажутся вне поля боя, да и вообще за гранью миров? Посмотрел. Только количество лиц оказалось меньше, чем было задумано. Дейзи телепортировали во время боя с Хибари Кеей, заменив хранителя солнца на иллюзию Торикабуто, а кольцо Маре подделкой. Хранитель тумана благодаря своим талантам иллюзиониста и мастерски сыгранной партии в захвате демонической линзы Спейда, был в итоге посвящен в план Бьякурана и поэтому смог вместе со своими подчиненными некоторое время обманывать не только Вонголу и их отряд наемных убийц – Варию, но и играть по поручению босса против своей собственной семьи. До Винсента не сразу дошло, почему Блюбелл по прибытию так громко ругала Рокудо Мукуро и его ученика - Франа, говоря, что они обманули ее своими дурацкими иллюзиями. Но как такое возможно? Иллюзиониста Вонголы телепортировали на базу в критическом состоянии незадолго до финального сражения, и он никак не мог быть вовлечен в бой. Винсента так же удивляло, что на базу вне миров уже неделю прибывали солдаты с разных уголков земного шара, и ни один из них не говорил об этом напрямую с главнокомандующим своего отряда, и тем более не знал о существовании новой базы и цели их общего сбора. Все, как один, были удивлены и растеряны. Творилось что-то необъяснимое, и Винсент решил докопаться до истины. Копать долго не пришлось, ответ лежал на поверхности, стоило лишь немного пораскинуть мозгами. Сопоставив все нюансы, временные рамки и получив некоторую информацию у солдат тумана, которые прибыли на базу позже всех и являлись соучастниками обмана, Винсент понял, что по приказу Бьякурана Торикабуто вместе со своим отрядом играл против всех остальных Мельфиоре. Погребальный венок Тумана скрывался все это время за личиной Рокудо Мукуро, который в свою очередь никогда не принимал участие в этом бою. Злости командира отряда облака не было предела, если бы он только мог, то собственными руками придушил Бьякурана за такие выходки. Дурацкая игра Джессо измотала оставшихся погребальных венков, и, когда на сцене появился Гост – огромное внеземное существо с кольцом Маре грозы на среднем пальце правой руки, Блюбелл и Закуро не смогли увернуться от его атаки. «Смертельные» лучи, больше напоминающие щупальца гигантского спрута, пронзили Дождь и Ураган Маре на глазах врагов, и они исчезли. Вонгола, как и Кике, решила, что Бьякуран предал свою семью, присвоив силу хранителей Маре себе. Атака Госта вытягивала пламя посмертной воли у всех, кто был им наделен, но основной ее задачей была телепортация союзников на новую базу. Казалось, что лучи били наугад. Но это было не так. Те лучи, что ударяли по «пустым» местам, на самом деле переносили оставшихся на поле боя солдат Мельфиоре, скрытых иллюзией невидимости. Но Кике не зря был сильнейшим из всех погребальных венков, он ушел от «губительной» опасности и обрек себя на мучительный плен, едва по-настоящему не оборвавший его жизнь. На мольбы Винсента о помощи откликнулся лишь Торикабуто – предатель, из-за которого Кике и попал в лапы врагов. Командир облака ненавидел этого человека не меньше Бьякурана, но о личных амбициях следовало забыть, когда на горизонте начинал маячить хоть малейший шанс на спасение любимого человека. Торикабуто пообещал договориться с Шоичи и сквозь телепорт отправить на землю материальные иллюзии, которые могли бы разведать обстановку и по возможности спасти пленного хранителя облака. В силе истинного погребального венка не стоило сомневаться, и Винсент ждал результатов. Кике вернулся спустя двое суток после разговора капитана облака с туманом Маре. Винсенту было плевать, чья заслуга – возвращение любимого – Джессо или его хранителя тумана. Эти двое никогда не заслужат его уважения. *** Первые два дня Винсенту было запрещено посещать палату Кике, поэтому он околачивался у двери, желая хоть что-нибудь узнать, и сходил с ума от волнения. Капитан отряда облака считал огромной несправедливостью, что все погребальные венки уже навестили облако Маре, а он не имел доступа к тому, кого любил всем сердцем. Только на третий день он смог войти в палату и то, что он увидел, повергло его в настоящий шок. Худое мертвенно-бледное существо с глазами, казавшимися неестественно огромными на остром почти прозрачном лице, сидело на койке, облокотившись спиной о подушку. Запястье правой руки было перевязано бинтами, на которых кое-где проступили бурые пятна крови. Голова и торс так же были обмотаны бинтами, а на открытых участках тела можно было без труда заметить россыпи уродливых синяков, меняющих свой цвет от черно-фиолетового до грязно-желтого. Винсент не сразу узнал в этом существе своего Кике, ставшим лишь тенью себя прошлого. От львиной гривы бирюзовых волос медикам пришлось избавиться, чтобы провести срочную операцию на голове и откачать жидкость, появившуюся в черепной коробке после избиения. Один из последних ударов был настолько сильным, что оставалось загадкой, как Кике не только остался жив после него, но и смог совершить попытку к суициду. На обычно гладко выбритом лице появилась неопрятная щетина, а красивый макияж глаз сменился черными кругами. Гармоничная мускулатура растаяла, и кожа обтянула кости. Складывалось впечатление, что она вот-вот лопнет под их давлением. Все, что так притягивало Винсента, сейчас исчезло. Капитан облака молчал, молчал и Кике. Облако Маре знал, кто вошел в его палату, но у него не было сил поднять взгляда на любимого после всего, что ему приходилось делать по чужой воле. Он был противен сам себе. Когда Винсент все узнает, от былой любви не останется ничего кроме жалости и отвращения. А новый облик Кике только поспособствует этому. Но оно и к лучшему. Хранитель облака ненавидел сам себя, считая грязным и недостойным, он не смог сопротивляться пыткам и сдался воле мучителя. Он уже не в первый раз сдается… Крупные капли упали на белый пододеяльник, растворяясь в переплетении волокон. Длинные пальцы сжались в кулаки, сминая ткань постельного белья. Заметив это, Винсент вздрогнул и очнулся будто ото сна. Что на него нашло в самом деле? Вместо того, чтобы обнять того, кого он так страстно мечтал увидеть, из-за кого не спал ночами, он стоит как истукан у двери и не может вымолвить даже приветствия. Ну и что, что Кике изменился, это по-прежнему ЕГО человек, а как он выглядит – совершенно неважно! Капитан облака уверенно прошагал к больничной койке и аккуратно, боясь навредить, обнял Кике. Худое существо задрожало в объятиях и вроде бы на мгновение успокоилось, но тут же последовал резкий толчок, Винсент разжал руки и с недоумением взглянул на любовника. - Нет… Уходи! Ты не можешь. После всего, что было, ты не можешь! – облако Маре шептал неразборчивые фразы, его губы дрожали, а по щекам катились крупные слезы. - Я не знаю, что было, но мне все равно, я остаюсь, - Винсент нахмурился. Он ни за что не оставит Кике в таком состоянии, даже если тот начнет швыряться в него предметами и осыпать проклятиями. - Тебе не может быть все равно. Я, - Кике запнулся, вдыхая через рот, - я предал тебя! Винсент стал мрачнее тучи, переваривая слова облака Маре, а Кике тем временем продолжал. - Я думал, что все погибли. Бьякуран, Дейзи, Закуро, Блюбелл, Торикабуто. Я хотел умереть, я бы умер, я не хотел возвращаться к тому, кем был раньше, но я так сильно хотел увидеть тебя, что... Винсент, понимаешь, мне не сказали о твоей смерти. И я попробовал выжить, чтобы убедиться, что с тобой все в порядке. Я делал ужасные вещи, чтобы сохранить себе жизнь. Я не прошу меня простить и не прошу меня понять. Я предал тебя и нашу… любовь. Время от времени Кике замолкал, вытирал рукой лицо, мокрое от слез, и продолжал говорить. Лучше он скажет все сразу, чем будет оттягивать момент, мучиться сам и мучить любовника. Винсент слушал молча, не перебивая, но чувствуя, как в глубине души клокочет ярость, чувство, совсем не свойственное такому уравновешенному человеку, как он. И ярость эта не была адресована Кике, винившего во всем себя, эта ярость была направлена на Джессо и всех тех, кто знал о розыгрыше, но не посчитал нужным сказать о нем облаку Маре. - Но когда он сказал, что солдаты Варии разбили последний отряд Мельфиоре… Он сказал, что отряд пытался вытащить меня, сказал, что ты вел этот отряд, а потом… Что он убил всех вас… - Кике подтянул ноги к груди и уткнулся носом в колени, обнимая их и содрогаясь всем телом от рыданий, которые уже не мог сдержать. «Торикабуто, я убью тебя за это!» Винсент с силой ударил кулаком по прикроватному столику, отчего стеклянная крышка разбилась на множество острых осколков, а лежавшие на ней фрукты разлетелись по сторонам. Мелкие порезы на руке были проигнорированы капитаном отряда облака. Все его мысли заняла жуткая правда, которая всплыла на поверхность. Погребальный венок тумана - Торикабуто - намеренно позволил варийцам найти его иллюзии. Он разыграл спектакль! «Будь прокляты все эти игры!» Подлец разыграл подложную смерть поискового отряда и смерть Винсента. Гад будто знал, как лишить Кике последней воли и погасить оставшуюся надежду. Но сейчас не время думать о мести, и даже сообщать Кике, что против него сыграл свой же. «Вот только какой в этом смысл? Или все это ради места правой руки Бьякурана, которое ублюдок занял в отсутствии Кике? К черту…» - Кике, я люблю тебя! – теплая рука обняла содрогающиеся от рыданий плечи. – И я благодарен всем богам вселенной, что ты жив! - Отпусти, Винсент, я предал тебя, ты не можешь… - слабые пальцы попытались снять с себя теплую руку командира отряда облака. - Прекрати! Это ты не можешь говорить мне, что я могу, а что нет! – Винсент сильнее прижал к себе Кике правой рукой, а левой приподнял острый подбородок и заставил любовника смотреть в свои глаза. – Не смей винить себя, слышишь? Ты не предавал меня и не предавал нашу любовь! - Мне пришлось изменить… - Замолчи, пожалуйста! – Винсент оборвал робкие объяснения Кике, положив указательный палец на его губы. Огромные бирюзовые глаза с мольбой взирали на любовника. Хранитель облака Маре безмолвно просил отпустить его, ненавидел себя, не считая достойным заботы, которую проявлял Винсент. - Кике, что бы тебе не пришлось делать там, это не имеет никакого значения здесь! Ты пытался сохранить свою жизнь, и ты ее сохранил! Не представляю через что пришлось тебе пройти, но ты самый удивительный человек, которого я знаю! Не думаю, что кто-то продержался бы в аду, а я уверен, именно адом и был твой плен, столько, сколько смог ты. Кому здесь и следует винить, и проклинать себя, так это мне! Кике протестующее замотал головой, но Винсент остановил его. - Это я оказался неспособным слабаком и не смог помочь тебе! – капитан облака сглотнул, отпустил Кике и встал на колени перед кроватью, обхватывая прохладные пальцы любовника. – Я не хочу, чтобы ты себя считал недостойным меня, ведь это я не стою и твоего мизинца. Однако я твердо уверен, что весь прошлый месяц мы оба старались найти друг друга. И, пожалуйста, когда это, наконец, случилось, не оставляй меня и не прогоняй. Кике слабо потянул Винсента на себя, заставляя подняться с колен, и печально улыбнулся. Тогда капитан облака понял: они обязательно справятся! *** Рядом с Кике всегда были люди. Блюбелл и Дейзи почти круглосуточно сидели в палате заместителя босса, чем раздражали Винсента, который не мог и часа побыть наедине с возлюбленным. Бьякуран заходил каждый день, будто стараясь загладить свою вину перед хранителем Облака и предлагал сладости. Даже Закуро и тот несколько раз являл небритую физиономию, чтобы удостовериться, что Кике идет на поправку, и чтобы разогнать толпившихся у палаты солдат, которым доступ внутрь был воспрещен, но которые уже завалили пространство у двери различными гостинцами. Подчиненные искренне переживали за здоровье Кике и с удовольствием отдавали тепло своему лидеру, которое он некогда вдохнул в их сердца. Уже через полторы недели Кике понял, что может просить Дейзи вылечить его, ведь опасность жизни миновала, а желание жить вспыхнуло с новой силой. Он был нужен своей семье, и он не мог их опять оставить! Через две недели Кике был абсолютно здоров: он вернул себе прежний вид, воскреснув яркой птицей феникс из горстки пепла. Хранитель облака смог вернуть и свою роскошную шевелюру, открыв коробочку ада на своей груди. Уникальная сила использовалась лишь мгновение, но кое-кто из солдат успел перепугаться, наткнувшись на голову спинозавра у себя в ванной. В честь возвращения Кике была устроена грандиозная вечеринка, куда пригласили всех членов семьи Маре. Рядовые выражали хранителю облака свою признательность и поздравляли с выздоровлением. Облако Маре был тронут, ведь поток людей шел к нему весь вечер, из-за чего он и шагу не мог ступить. Винсента уже начинала раздражать толпа, все время крутившаяся возле его любовника, но он ничего не говорил по этому поводу, понимая, что сейчас Кике важно вернуть уверенность в себе и своих силах. Погребальный венок улыбался и выглядел жизнерадостно, но капитан отряда облака продолжал замечать грусть в его глазах. Той ночью Кике, наконец, спал не в палате, а в своей комнате рядом с Винсентом. И только тогда капитан облака понял, как далеко был от истины. Ночные кошмары мучали облако Маре, он начал разговаривать во сне и кричать, пытаясь кого-то прогнать. Винсенту приходилось будить Кике и успокаивать, сжимая в своих объятиях. Ничто не прошло бесследно. До этого горячий и страстный Кике стал отстраненным и холодным. Он не мог вести себя, как прежде, за что постоянно извинялся. Капитан облака злился, но не из-за поведения Кике, а из-за того, что на его любовника свалился целый воз проблем, которые необходимо было решить за время его отсутствия и реабилитации. И Кике зашивался, не жалея сил. А ведь ему следовало отдохнуть и восстановить свое психологическое здоровье. Тогда Винсент думал, что хуже уже быть не может, но он ошибался. Джессо созвал погребальных венков и устроил массовую вылазку на землю. Эти миссии длились недолго, но после последней Кике вернулся сам не свой. Капитан облака не сразу понял, в чем дело. Но позже осознал, с каким трудом Кике подчинился приказу и вырезал юных хранителей Вонголы, не способных оказать достойное сопротивление. Тот бой нельзя было назвать боем, это была резня, шансов выжить в которой у слабых подростков не было. - Ты убил их лишь в одном мире, но они будут жить в других, - успокаивал любовника Винсент. И казалось, что понемногу Кике стал отходить. Он стал спокойнее спать и оказывал больше внимания любимому человеку, пока командир отряда облака собственноручно не разрушил хрупкую идиллию, едва воцарившуюся в их маленьком мирке, отобрав и примерив кольцо Маре. *** - Кике, сколько раз мне стоит извиниться, чтобы ты пришел в себя? – капитан облака положил голову на колени любовника, будто преданный пес, ожидающий, когда хозяин обратит на него внимание. - Ты ни в чем не виноват, - уже в который раз бесцветно повторил Кике, продолжая сидеть будто мраморная статуя – красивая, но не живая. - Я вижу, что ты чего-то недоговариваешь! Что тебя беспокоит? - Не важно. - Нет, это важно! – Винсент вспылил и резко поднялся на ноги. "Да что с ним такое?" Облако Маре точно был чем-то обеспокоен на протяжении долгого времени, но Винсент и не догадывался, как далеко уходят корни проблемы. Капитан облака всем сердцем желал помочь, но не имел понятия, что следовало делать. Собственное бессилие и неопределенность бесили. - Мне уйти? - Да. Винсент развернулся и уверенными шагами направился к двери. Он натянул сапоги и уже повернул дверную ручку, как его обняли со спины и уткнулись носом в плечо. Кике думал, что хочет побыть один, но, когда любовник стал собираться, испугался, что больше не сможет перенести одиночества. - Я расскажу. Я расскажу тебе все. Ты узнаешь, кем я был до того, как попал в Мельфиоре…