Мой дивный новый мир!

Они умирали долго и мучительно, и я никак не препятствовал этой расправе. Я не был до конца уверен, что эти несчастные были виновны, но в этом был уверен ты. Нет, твоя ненависть была непритворной, ты обрушил на голову этих мужчин все муки ада, которые смог призвать в этот мир. Если бы не вечный круговорот рождения и смерти, который вот уже долгие годы преследует меня, я и сам бы мог повредиться рассудком. Знаю, тебе бы этого хотелось, думаю, ты даже на это надеялся. Иначе ты бы прогнал меня... Лопается кожа, кровь брызжет из рваных ран, вопли и мучительные стоны срываются с искусанных губ. На что я вообще надеюсь? Верю ли, что, свершив месть, ты станешь прежним? Наверное, какая-то глупая часть меня верит в это. Я подарил тебе их жизни, подорвав веру семьи и своего самого преданного хранителя, а ведь он так просил за них. Все ради того, чтобы вернуть твое расположение и оттянуть свое поражение. Да, я опять проиграл. Не смог уберечь тебя, не смог перевоспитать. Игра пошла по самому гадкому сценарию. Теперь мне придется тебя убить, но как же я этого не хочу. До боли сжимаю кулаки и отхожу к панорамному окну. Не хочу слышать крики этих несчастных. Все закончилось, ты молча проходишь мимо меня и выходишь из комнаты. Это конец. Что-то мокрое попадает на запястье. Что это? Мои слезы? Я плачу? Неужели за последние полтора месяца я привязался к тебе на столько, что мысль, что я могу тебя потерять навсегда так сильно ранит. Навсегда – слишком долго. Возможно стоит в очередной раз подыскать новую версию тебя из параллельного мира, перенести на базу и начать все заново. Это откатит мой главный план, придется потратить всю скопленную энергию, но гарантии удачного исхода все равно не будет. У меня больше нет на это сил. Я столько раз пытался, и всегда все заканчивалось одинаково. Рукавом стираю соленые дорожки с щек. Где-то в глубине души надеюсь, что еще есть шанс. Пусть пройдет время, я не буду тебя трогать, позволю разобраться в себе и случившемся. А у меня еще есть дела. Пламя неба вспыхивает на моих ладонях, направляю его на искореженные трупы, которые ты любезно оставил в моей комнате, и оно в миг съедает их, превращая плоть в пепел. Я не знаю, что мне делать дальше. Разве что вернуться к главному плану? Ускорить его воплощение на столько, на сколько это возможно. Ни на что другое я сейчас не способен. Нажимаю несколько кнопок на серебряном браслете, прямо в центре комнаты появляется сияющая дверь. Непросвещённому может показаться, что в этот проход нельзя войти, но я тяну за ручку и оказываюсь в своем тайном убежище. Никто кроме меня и Шоичи не знает о нем. Маленькая ясная комната, в центре которой стоит небольшой пьедестал, верхняя его часть скрыта стеклянным куполом. Под куполом расположена большая мерцающая золотом кнопка. Когда все будет готово, я нажму на нее. А пока… Подхожу к пьедесталу и кладу руки с двух сторон от купола. Пламя потоком вырывается из моего тела, борюсь с желанием оторваться от него, он поглощает мою силу, вытягивает из тела, но так и было задумано. Сегодня я отдам все свое пламя, возможно, лишь ослабев, я смогу забыться. - Бьякуран-сама, достаточно! – слышу металлический голос из динамика где-то под потолком. – Вам нельзя отдавать столько! Пожалуйста, прекратите. Глупый инвалид и тут лезет со своей заботой, следит за каждым моим шагом. Нисколько не сомневаюсь, что он видит все мои действия и не оставляет наедине ни в душе, ни в утехах с моим прекрасным иллюзионистом. Мой прекрасный иллюзионист… Горечь поражения царапает душу, становится тяжело дышать, пламя посмертной воли с каким-то хлопком окутывает все тело и устремляется в центр столба. Я уже не слышу уговоров Шоичи прекратить, становлюсь сплошным сгустком энергии, в висках пульсирует от перенапряжения. Кажется, из носа на пьедестал упало несколько капель крови. Мне все равно. В какой-то момент мир для меня гаснет, но это и к лучшему. Я так устал от этой бесконечной борьбы, от проклятия, в котором соединен сознанием с миллионами версий себя самого. Бесконечные знания то и дело вспыхивают в голове, будто я одновременно проживаю множество жизней. Вот я только начинаю делать первые шаги, а вот я уже лежу на смертном одре. Жизни и смерти переплелись в единый комок. Разные миры, разные судьбы, разные пути, но я един. Прекратить этот рой мыслей невозможно, он убивает, он сводит с ума. Ничто не может остановить непрекращающуюся связь с остальными версиями меня. В последнее время лишь игра с моим прекрасным иллюзионистом смогла достаточно отвлечь меня от хаоса моего размноженного сознания, что я даже на какое-то мгновение подумал, что могу позволить себе быть как все и просто радоваться сегодняшнему дню. - Бьякуран-сама, зачем? – открываю глаза и понимаю, что лежу на кровати в скрытом секторе лаборатории - маленькой комнатушке, в которой я обычно отлеживаюсь после использования своих сил. Никто кроме меня и Шоичи не знает о ней, как и о том месте, где я добровольно расстаюсь со своим пламенем. - Шо-тян, все в порядке, - убираю пухлые пальцы ученого со своего лба и выдавливаю дежурную улыбку. На самом деле все не в порядке, но видеть участливое лицо влюбленного Шоичи я сейчас не желаю. - Пожалуйста, оставь меня, я очень хочу спать, - нашариваю одеяло и накрываюсь им с головой, подчеркивая этим жестом, что не намерен сейчас продолжать разговор и уклоняться от нравоучений Ирие. Цокот металлических ног и тяжелый грустный вздох – последнее, что я услышал, прежде чем Морфей вновь забрал меня в свои объятия.