Мой дивный новый мир!

- Хроме-тян! Хроме-тян! Ты меня слышишь?! – десятый взволнованно вглядывался в округлое бледное личико молодой девушки. Аккуратные губы дрожали, а из единственного, но поражающего своей красотой темно-лилового глаза, катились блестящие бусины слез, оставляя на нежной коже мокрый след. - Тсуна! – мужчина в черной шляпе осек повзрослевшего ученика. – Ты нарушишь ее контакт с Мукуро! И тогда мы никогда не узнаем истинных целей Бьякурана! Строгий голос как всегда подействовал на босса Вонголы и он, опустив взгляд, отошел от девушки, сам не замечая, что от волнения начинает выворачивать собственные пальцы. Повзрослев, Савада не перестал беспокоиться за каждого члена своей семьи. Безмолвные слезы его хранительницы тумана, на голове которой покоился тяжелый металлический шлем с кучей мерцающих кнопок и длинных проводов, уходящих куда-то под потолок, и Шоичи, сидящий у потухшего монитора и нервно отбивающий пальцами по столу цикличный ритм, только накаляли ситуацию, пугающую своей неизвестностью. Небо Вонголы прошелся по небольшой лаборатории несколько раз, стараясь успокоиться и убедить себя, что все под контролем. В такие моменты он хотел распрощаться со своей гиперинтуицией, из-за которой по всему телу проносилась волнами нервная дрожь, и хотелось то ли бежать, то ли атаковать. *** Сознание, преодолевшее пространство и время, перенесшееся за пределы реального мира, наконец-то, встретилось с ним. Крепкая нить, соединявшие их разумы большую части ее жизни, была безжалостно оборвана. Но она искала его всегда, того, кто поддерживал ее жизнь, того, кто подарил ей эту самую жизнь и разрешил жить дальше, встретить друзей и обрести семью. - Мукуро-сама… - тонкий голос нарушает тяжелую тишину мрачного пространства. Последняя их мысленная встреча проходила под яркими теплыми лучами солнца, они стояли под огромной цветущей сакурой, чьи лепестки, опадая, устилали мягкую траву под ногами, создавая белоснежно-розовый ковер. Нежные прикосновения легкого ветерка, аромат цветов... Сейчас это место даже близко не было похоже на то, где она встречалась со своим дорогим учителем. Девушку окружала хмурая реальность: бесконечное поле с пожухшей травой, окутанное белой липкой дымкой тумана. Холод, тоска и отчаяние пробирались в самое сердце. - Мукуро-сама, вы здесь?! – повторяет свой вопрос иллюзионистка, и он все так же зависает в воздухе без ответа. Хроме делает пару шагов, но пространство будто вытягивается, заставляя ее остаться на том же месте. Она не знает, что делать. Она не понимает, почему учитель, не оставлявший ее никогда на долгое время, сейчас не хочет идти на контакт. Хранительница тумана пытается вновь и вновь достучаться до дорогого ей человека, но он не выходит на контакт, однако она абсолютно уверена, что он слышит ее. - Простите меня, Мукуро-сама, но мне очень нужно с вами поговорить! – она использует силу, в руках материализуется трезубец, удар тонким древком по увядшей траве, яркая вспышка, и иллюзия начинает осыпаться. Серые осколки ненастоящего неба опадают вниз, и тут же исчезают. Всего лишь пара секунд, но перед глазами проносятся самые страшные воспоминания учителя. Она видит его истощенного и едва живого на кровати, с проколотым сгибом локтя, от которого вверх тянется трубка капельницы, против воли наполняющая умирающее тело жизненной энергией. Она видит сияющее самодовольством лицо босса Маре. Она видит, как день за днем волю ее учителя ломают унизительными процедурами, а как только он едва восстанавливается, то принуждают к противоестественной связи. Она чувствует его эмоции, и слезы скатываются по щекам. Хроме предчувствовала неладное, поэтому попросила Шоичи не выводить ее разговор с учителем на общее обозрение. Но ужасы, до боли тронувшие доброе сердце, только усиливаются. Девушка видит последний кошмар ее учителя. Видит акт насилия, но что-то настораживает ее. - Зачем ты явилась?! – он появляется перед ней, обрывая все воспоминания, которые каким-то образом не смог уберечь от посторонних глаз. Он не улыбается, он зол. Это не тот Рокудо Мукуро, которого она знала, это жестокое и затравленное существо, сузившее свой кругозор до банальной уродливой мести. - Мукуро-сама, мы все волновались… - начинает иллюзионистка, но не успевает закончить, так как ее обрывают на полуслове. - Вонгола подослал тебя, как это мило, - его слова пропитаны ядом, а плотно сжатые губы вытягиваются в некое подобие улыбки. И она вновь видит что-то подозрительное и неестественное в его поведении. - Передай ему, что я не нуждаюсь в его заботе! У вас нет ни шанса против Джессо, ваши технологии устарели… Она не слушает его, она пристально глядит в разноцветные глаза и вскоре находит то, что ее так смутило. Иллюзионистка повторно бьет трезубцем о землю, и сияющий поток пламени ударяет в голову ее учителя. От неожиданности он падает на одно колено и обхватывает голову руками. Часть его воспоминаний начинает плыть. - Мукуро-сама, ваши последние воспоминания были иллюзией, вас обманули. Ничего из этого не было, я докажу вам! - Хроме тверда, она больше не заикается и не боится высказать правду, она начинает действовать. Мукуро учил ее долгие годы, но теперь пришла пора и ей открыть ему глаза. Его гордость уязвили, и он, упиваясь собственными страданиями, не заметил очевидного. Пусть его и застали врасплох, в момент, когда он не мог пользоваться своими способностями, но природный дар распознавания иллюзий он не утрачивал, однако предпочел поверить в игру, которую ему навязали, и после казнить невиновных. Ведь если задуматься, Рокудо проигнорировал очевидные факты, которые мог сам заметить. Почему на его теле не было никаких следов насилия? Потому что его вылечили пламенем солнца? Тогда почему осталось несколько красных следов на шее от игр с Бьякураном или противная ссадина на пальце, которую он получил, когда вилкой открывал банку с краской, которую стащил, чтобы в очередной раз разрисовать стены? Пламя солнца должно было уничтожить все раны, включая эти, но они остались… Вывод напрашивался сам собой. Мысли больше не путаются, и иллюзионист, наконец-то, видит реальную картину произошедшего. Хроме вытащила из вражеского пламени всю важную информацию прежде чем, развеять его. И теперь девушка способна показать учителю все, что было на самом деле. Вот он заходит в тепличный блок, вот садится под дерево, вот засыпает, дальше едва заметное пламя наполняет все пространство, и на его лице проявляются тревога и отчаяние. К нему никто не прикасался, его не трогали, а лишь посмеялись и зачем-то подставили ни в чем неповинных людей. Но легче от этого не становится. Он зол, но его сознание окончательно прояснилось. - Спасибо, моя милая Хроме, - Рокудо поднимается на ноги, реальность вокруг трансформируется, и вот они вновь на солнечной поляне под раскидистыми ветвями цветущей сакуры. Девушка не смогла понять, кто жестоко поиграл с ее учителем, но он в отличии от нее уже знает ответ. На всей базе только один человек способен его обмануть, вот только какая с этого выгода. Иллюзионист решает оставить свое знание при себе и продолжить играть в оскорбленную жертву перед Бьякураном. К тому же, пока он не в настроении – Джессо дает ему некоторые поблажки и не сдерживает силу. - Я отдам тебе все свои знания, но тебе не стоит часто приходить ко мне, иначе ты себя раскроешь, - иллюзионист подходит к девушке и, убирая мягкую челку с ее лба, легко касается его губами. Иллюзионистка вздрагивает и открывает глаза в лаборатории, встречаясь с взволнованными нетерпеливыми взглядами. - Мукуро-сама жив, и он поделился всем, что знает, - Хроме снимает с головы шлем и поднимается с кресла. Взмах тонкой ручки, и одна из стен лаборатории превращается в план базы мельфиоре вне параллельных миров.