Мой дивный новый мир!

Мечник стремительно шел на поправку. Синяки, ссадины и ожоги полностью зажили, легкие вернулись в норму, появился аппетит и жажда к жизни. Закуро держал свое обещание и не прикасался к мечнику. На удивление Скуало хранитель Урагана оказался весьма удобным соседом. Большую часть времени Закуро предпочитал смотреть телевизор или отлеживать бока на широкой кровати. Иногда он разорял свои запасы спиртного, но, напившись, обычно засыпал или уходил продолжать банкет в компанию своих подчиненных и возвращался только через несколько часов. Свое существование вариец мог бы даже назвать комфортным, если бы не одно значительное «но»: зрение по-прежнему не вернулось к нему. Не смотря на недуг, Скуало отлично ориентировался в пространстве, его пламя огибало предметы, создавая в голове четкие схемы местности. Вскоре мечник вернулся к физическим тренировкам. Зря он ждал со стороны Закуро насмешек в свою сторону, ураган Маре не комментировал и не препятствовал занятиям варийца. - Как ты собираешься победить меня, если ни разу за все время не провел ни одной тренировки? – не выдержав, задал вопрос Скуало. Спокойствие и бездействие погребального венка вводили мечника в ступор. - Не думаю, что это будет совсем просто, - зевая, отозвался Закуро и выключил телевизор. Ничего интересного там больше не показывали. За время нахождения на базе Мельфиоре он пересмотрел почти все нормальные фильмы, что были в распоряжении внутренней сети. Остались только дрянные бабские сериалы и мультики для детей. - Но разве твои метания по комнате можно назвать тренировкой? Мечник обиженно вздернул нос. Ураган Маре был прав. Пространства для отработки маневров категорически не хватало. Нормально выходили лишь самые простые упражнения общей физической подготовки.  - Чего надулся? Боишься, что, если не будешь отлеживать бока, как я, проиграешь? – язвительно усмехнулся хранитель Мельфиоре. - Не проиграю! – огрызнулся мечник. - Проверим? – золотые глаза вытянулись в хитрые щелки. Мечник не мог видеть выражения лица Закуро, но его уверенность в победе сбивала варийца с толку. - Да! – рьяно выпалил Скуало. Отклонить вызов не позволила гордыня. Но разум настойчиво шептал, что еще слишком рано вступать в серьезный бой с таким противником. - Армрестлинг! – скрипнула кровать, Закуро поднялся со своего места. - Что? - Игра в армрестлинг, - пояснил Закуро, - как бы ты ни был силен, сейчас тебе не победить в настоящем бою. Но ты можешь попробовать выиграть у меня в этой простой игре. Скуало зло клацнул зубами. Пренебрежительное отношение хранителя Урагана раздражало. - Условия? - Без пламени. Играем один раз. На правых, - уточнил Закуро, вспоминая, что кисть левой руки варийца заменена механическим протезом. Не хотелось бы сломать его, а потом выпрашивать у Шоичи замену, - и, если не ссышь, то на желание! - Пошел ты! Играем! - мечник сгреб с журнального столика ворох какого-то хлама и, усевшись на колени, поставил локоть правой руки на гладкую поверхность. Ждать оппонента не пришлось. Закуро подошел ближе, откинул ногой пустую бутылку, уселся напротив Скуало и поставил локоть на столешницу. - Насчет три, - выпалил вариец и сжал горячую ладонь хранителя Урагана. Закуро уже и забыл, какие прохладные пальцы у дождя Варии. - …три! – закончил отсчет мечник, и обрушил силу своих мышц на руку погребального венка. Проморгав начало, ураган Маре едва успел остановить напор варийца. Тыльная сторона его ладони замерла в сантиметре от проигрыша. Давление на руку Скуало усилилось, Закуро медленно возвращал игру к начальной точке. Вариец до боли стиснул зубы. Хватка оппонента была железной, но и он не уступал. Суставы сводило, от напряжения лбы покрылись испариной. Никто не собирался проигрывать в этой битве. Противостояние было долгим. Руки наклонялись то в одну сторону, то в другую. Хлопок, и тыльная сторона руки варийца коснулась столешницы. В использовании грубой силы Закуро оказался лучше. Возможно, решающую роль сыграла банальная разница в возрасте и весовой категории. Но победа была честной. Довольно хмыкнув, ураган Маре отпустил кисть мечника. Дождь Варии молча убрал руку и поднял голову, обращая невидящий взор, скрытый бинтовой повязкой, на хранителя Урагана. Закуро ожидал всего, чего угодно: злости, растерянности, досады или грусти, но не улыбки на бледном лице. - Ты прав. Сейчас я не могу победить тебя. Как-то слишком спокойно мечник отреагировал на поражение. С чего бы вдруг? Закуро нахмурился. - Твое желание? – голос мечника едва дрогнул, и он опустил голову. Улыбка исчезла. Закуро заметил, как подтянусь плечи варийца, и сам он будто стал меньше. Мысли мечника читались во всем его облике. Решил, что за проигрыш последует что-то, за что потом ему будет стыдно. Ураган Маре не сомневался, что Скуало сделает все, кроме того, что может навредить остаткам его семьи. Такой человек слишком серьезно относился к данным обещаниям. Но если Закуро хочет хоть сколько-нибудь уменьшить ненависть варийца к себе, не стоит пользоваться этой ситуацией в угоду собственной похоти. - Выпей со мной!  – нарушил молчание хранитель Урагана и поднялся с места. По стеклянному звону вариец понял, что Закуро достал из винного шкафа бутыль и поставил на столик, который еще с минуту назад был их маленьким рингом. - Это твое желание? – мечник удивился и нервно сглотнул. - Что-то не устраивает? Или есть идеи получше? – рассмеялся хранитель Урагана, разливая терпкий напиток по емкостям. Мечник замотал головой и схватил бокал, пока Закуро не передумал и не изменил свое желание. Терпкий напиток обжег горло, и Скуало закашлял. Дождь Варии в отличие от своего босса не был привычен к спиртному. Из глаз предательски брызнули слезы, проступив сквозь тонкую ткань повязки. Закуро не выдержал и прыснул с смеху. - Завались! - едва откашлявшись, хрипло рявкнул мечник. - Да уж! Собутыльник из тебя никакой! Неужели придется изменить желание и выдать тебе морковный сок? - погребальный венок продолжал посмеиваться, чем вывел Скуало из себя. Мечник вскочил на ноги и бросил бокал в стену, отчего несчастный разлетелся на множество осколков. - Если я сказал, что выполню твое желание, то так и сделаю! Легкое голубое пламя окружило стол. Поняв, где находится полная бутылка, Скуало схватил ее и стал с жадностью поглощать содержимое. Янтарные глаза Урагана Маре широко распахнулись, даже ему было бы сложно влить в себя полную бутылку, не поморщившись. Где-то тут был подвох. И Закуро быстро его обнаружил. Концентрация пламени дождя у лица и горла мечника стала сильнее. "Каким-то образом заблокировал вкус? Ха! Умно! А ведь совсем недавно не знал, что владеет племенем." Кадык мечника перекатывался под тонкой кожей, из уголков губ скатилось несколько крупных капель огненного напитка. Содержимое бутылки таяло, будто к ней присосался измученный жаждой путник, которому не посчастливилось забыть дома тару с прохладной водой. Единожды надев кольцо Маре, вариец смог распознать всю уникальность собственной силы, но ее подобное использование удивило даже Закуро. Успокаивающий дождь. Хранитель Мельфиоре никогда не приписывал значимых свойств этому виду пламени, считая его одним из самых скучных и бесполезных. То ли дело Облако, копирующее и изменяющее размеры любых предметов, Солнце, исцеляющее любые раны, в конце-концов, его собственный Ураган... Да, их юная хранительница дождя - дура Блюбелл - неплохо завлекала самоуверенных врагов в ловушки, созданные своей энергией. Те, подобно бабочкам, летящим на свет, велись на ее безобидную внешность и, сочтя легкой целью, попадались. Девчонка подманивала глупцов на необходимое для активации атаки расстояние и заключала их в коконы своего пламени. Вскоре несчастные задыхались. Кокон сжимался, уплотняя воздух, а вот кислород, необходимый для дыхания, заканчивался в считанные минуты, ведь связь с внешним живительным резервуаром была утеряна. Пленники либо теряли сознание, либо умирали от удушья. Все зависело от желания хранительницы. Помимо этого Закуро видел смешные попытки Блюбелл создавать лезвия своим пламенем. Такой ножичек по его мнению больше служил для игры, нежели для фактических атак. Ах. Ну и коробочка со взрывными ракушечками, как он мог забыть. Вот только коробочке плевать, какое пламя в нее вдуют, в ней заложена базовая способность. Поэтому хранитель Урагана единственный из погребальных венков, кто не имел идиотского бокса, ибо разбираться еще и с его изучением было западло. Хватит с него заученных вражеских техник. И так весь мозг вытрахали! Но вот дождь Скуало... Мечник, раз завладевший кольцом Маре, смог удивить. Дура Блюбелл точно показала ему какие-то азы, решая за его счет отыграться на Закуро. Вариец не только понял непрошенный урок, он смог усовершенствовать полученные знания. "Дети-подростки, чахнущий старик. Не мне осуждать Бьякурана-саму, но неужели во всех параллельных мирах не нашлось никого более достойного?" Барьер, меч, щит, иглы, мгновенная трансформация пламени дождя в любой вид режущего оружия, сжатие и замедление любых молекул, направленные атаки, а вот теперь еще и умение облегчить свою жизнь нестандартными методами начали изменять мнение Закуро о способностях пламени Скуало.  И вечно хранитель Урагана Маре забывал, что только этот успокаивающий вид силы мог состязаться с его. Только Дождь был противовесом, способным охладить и обуздать его невероятной силы пламя. Потенциал этой версии мечника начинал преобладать над другими, выходить из сценария. В других параллельных мирах вариец никогда не пользовался кольцами истинной силы: кольцо дождя Вонголы  всегда переходило в руки ее хранителя - Ямамото Такеши, а попытаться захватить кольцо дождя Мельфиоре Скуало бы никогда не пришло в голову. Дождь Варии всегда ставил в приоритет развитие профессиональных боевых навыков, и не полагался на силу пламени. Оно и коробочки с животным служили скорее вспомогательным инструментом, нежели ведущей силой. Когда погребальному венку было приказано изучить способности варийца, еще тогда, в мире, откуда он был родом, он не сильно переживал, даже встретившись со старшей версией мечника. Кольцо Маре и прошитая на генетическом уровне способность к трансформации обеспечивали разрушающей мощью, нужно было только постоянно поддерживать защитный барьер. Меч и слабое пламя слабого кольца, пусть и с наличием вспомогательного бокса, не пробили его защиты и атак и были уничтожены. Но и в тот раз погребальный венок решил не убивать проигравшего мечника. Кажется, стоит заглянуть в свое досье, чтобы понять, какая из черт его характера, разложенных в заумных раздражающих графиках отвечает за эту… Милость? Гибкий мозг молодого варийца быстро сориентировался в положении вещей в этой реальности. Практически сразу Скуало понял, что тот, кто не владеет пламенем посмертной воли, никчемный слабак и отброс. Да, наверное, так бы он и сказал. Путь воина здесь не так важен, важно лишь пламя и наличие кольца в качестве его усилителя. Скуало начал применять свое пламя нестандартно: замедлял свои жизненные процессы, преобразовал в плотную ауру, окружающую все тело, и изучал предметы, находящиеся вне поля его зрения, а теперь, к тому же, каким-то образом заблокировал вкусовые рецепторы. Повторный доступ варийца к кольцу уровня силы Вонголы или Маре станет решающим для всех мафиозных семей. Закуро не очень понимал, как мечник конкретно сейчас сделал блокировку вкуса, но что-то подсказывало ему, что человек, с детства обучаемый ведению войны, может неплохо разбираться и в медицине и других естественных науках, которые могут стать верными союзниками на поле боя. - Все! Я выполнил твое желание! - пустая бутылка демонстративно стукнула дном о столешницу, хранитель Урагана задумчиво поднял взгляд. "Да уж, не поддерживай я свой барьер даже в пьяном угаре, точно бы остался без башки!" - Разве? - ураган Маре иронично склонил голову набок, отвлекаясь от размышлений. - Выпить со мной не означало вылакать литр виски в одно рыло. А теперь еще заблюешь тут все. - Ничего я не заблюю... - Скуало икнул, голова пошла кругом. Контролировать пламя стало сложно, отчего стала теряться ориентация в пространстве. Дабы не опозориться и не врезаться в какой-нибудь предмет, Скуало решил сесть. Но по иронии не рассчитал несколько сантиметров и с размаху ударился коленом о край столешницы, разражаясь матерными ругательствами, чем развеселил погребального венка. Или не развеселил? Короткая усмешка была запоздалой.                     - Ужраться за минуту - это талант! - едко прокомментировал Закуро. - Я трезвый, - возмутился вариец, но его раскрасневшееся лицо говорило об обратном. Язык начал заплетаться. Пламя дождя погасло, и слепой мечник полностью потерял связь со внешним миром. Сердито скрестив руки на груди, он решил переждать это отвратительное состояние. Вот только у Закуро на этот счет были иные соображения. Внезапная удача узнать истинного варийца или повод звать горничную для уборки, когда его начнет рвать?                                - Если трезвый, то время выполнить мое желание нормально! Метнись к винному шкафу и принеси новую бутылку и стакан, а затем разлей на двоих!  - подтрунил ураган Маре, не чувствуя более пламени дождя, способного помочь мечнику в перемещении. - Так и сделаю! - шикнул Скуало и попытался подняться. Тело не слушалось, в ушах гудело, но упрямство взяло верх, и вариец оказался в вертикальном положении. Шаг, второй, и вот дождь Варии спотыкается о какой-то мусор на полу и летит четко головой в стеклянную дверцу винного шкафа. За секунду до катастрофы его перехватывает за талию сильная рука. Закуро так и не понял, спасал ли он свои запасы алкоголя или все-таки голову неудачливого алкаша, за которым пристально следил с последней искры его погасшего пламени. - Продолжишь меня убеждать в своей трезвости? Или все-таки признаешь, что я прав? - горячее дыхание обжигает ухо варийца, по телу проносится стадо мурашек. - Да в твоем чертовом бардаке, кто угодно может споткнуться! - упрямится Скуало и резко убирает руку Урагана Маре. От прикосновения сердце пропустило несколько глухих ударов, а в памяти вспыхнули позорные картины последнего раза. Щеки сильнее залила краска, и мечник отступил назад. Закуро не сразу понял странную метаморфозу в поведении варийца. Но смекнув, в чем дело, хитро сузил глаза. Он запомнил, что может вызвать эту реакцию, хотя на алкоголь она была наложена впервые. Но нет, это не опьянение, очередная порция самобичевания, пожалуй. - Можешь врать самому себе сколько угодно, факт остается фактом! - Я не вру! - А не врешь так же, как не любишь секс? От такой неприкрытой наглости у мечника отвисла челюсть, а слова застряли в глотке. - Да-да, Скуало, сколько еще ты собираешься врать себе, что близость тебе отвратительна? Мечника затрясло от бессильной злобы, а лицо по цвету уже напоминало спелый помидор. Чем крыть такое обвинение вариец не мог придумать. - Ублюдок! Да я... я... да я вперед вскроюсь, чем у меня на тебя встанет, долбанный извращенец! Как ты вообще мог решить, что можешь вызвать у меня что-то кроме отвращения? - Хах! Заметь, я ни слова не сказал о себе. Что за мысли роятся в этой пошлой головке? - Закуро шагнул к мечнику и приподнял его лицо за подбородок. Жаль, что его глаза скрыты повязкой, по ним бы он точно отгадал настроение варийца. Погребальный венок поймал себя на мысли, что уже скучает по этому живому непокорному взгляду. Ладонь урагана Маре была отбита через секунду, а мечник отпрянул назад. Как назло позади оказался мягкий борт дивана, подло ударивший под колени, и дождь Варии встретился задницей и спиной с мягкими мебельными  подушками. Путей отхода больше не было. - Ставлю кольцо Маре на то, что я прав! - ухмыльнулся Закуро, наблюдая за метаниями варийца. - Готов принять такое пари? - Да! - выкрикнул мечник, но тут же захлопнул варежку, на задворках опьяненного сознания проскользнула мысль, что ничем хорошим для него принятие таких условий не закончится. С другой стороны, если Закуро проиграет кольцо, дождь Варии сможет сразиться с ним, убить и выбраться из комнаты, ставшей для него личной клеткой. - Какие условия? Под градусом горячий темперамент взял вверх, и мечник совершенно забыл, что ураган Маре и так обещал сразиться с ним без кольца, когда вариец поправится. Но слишком невыносимо терпеть эти насмешки, и пора доказать, что все они – беспочвенные фантазии больного ублюдка, и не имеют никакого отношения к реальным желаниям Скуало. - Если я смогу довести тебя до оргазма за три минуты, то ты станешь моим любовником по доброй воле. Ну не трясись ты так, насиловать я тебя больше не собираюсь. И наш договор о битве, когда ты будешь готов, остается в силе. Если твои слова правда, то у тебя на мои действия даже не встанет, и тогда я отдам тебе свое кольцо. После ты без труда выйдешь отсюда. Удержать тебя я вряд ли смогу, но фору обещаю. Все просто, не правда ли? Мечник нервно впился пальцами в мягкую обивку дивана. Его потряхивало. Если он согласится, то ему опять будет стыдно. Но, разве победив, не докажет ли он самому себе, что не является конченным извращенцем? Всего три минуты... Да ему всегда на самостоятельную разрядку требовалось куда больше времени… - Как я пойму, что прошло три минуты? Мои глаза не позволят мне убедиться в честности пари. - Не проблема, - Закуро оглядел комнату и, найдя планшет, взял его и поставил обратный отсчет. - Триста... Двести девяносто девять, двести девяносто восемь, - чеканил приятный женский голос. - На ста восьмидесяти начнем, поэтому самое время тебе снять свою одежду! А мне, хах, подготовиться! - Закуро хищно облизал губы и ушел в ванную. Мечник нервно сглотнул, пальцы не слушались. Расставаться с одеждой совершенно не хотелось. - Не вздумай мне что-то вколоть! - выкрикнул дождь Варии, напрягаясь от звуков открывающихся полок. - Ты слишком хорошего обо мне мнения, - вернувшись, Закуро довольно оглядел ежившегося мечника. Все-таки вариец справился со своей одеждой, и теперь стыдливо прикрывал пах. - Сто девяносто девять, сто девяносто восемь... - с обратным отсчетом в душе назревала настоящая паника. Что если мельфиоровский гад прав, что если Скуало и впрямь врет самому себе, боится признать свои желания, считая их чем-то недостойным? - Сто восемьдесят четыре, сто восемьдесят три, - прохладное тело обдало жаром, но не опаляющим и удушающим, а приятным и согревающим. - Сто восемьдесят два, - крепкая мозолистая рука убирает с лица выбившуюся прядь серебряных волос и заправляет за ухо. Разве руки с мозолями могут быть у того, кто отлеживает бока? Ураган Маре завороженно глядит на притихшего варийца, которого от напряжения уже мелко потряхивает. Вот она - единственная его неуверенность в своей силе и правоте. - Сто восемьдесят один! - сердце готово выпрыгнуть из груди, когда его заботливо укладывают на кровать. - Сто восемьдесят! - его губы накрывают жарким поцелуем, и он буквально задыхается. "Не отвечать, не отвечать, не отвечать!" - мечник прикидывается сломанной куклой, не отталкивает Закуро, но и не дает ему реакций, которые он хочет от него увидеть. Ураган Маре усмехается в губы хранителя Дождя и на миг отстраняется, чтобы тут же припасть губами к белоснежной шее, покрыть ее россыпью поцелуев - полу укусов, спуститься ниже к груди и поцеловать затвердевшие соски. Мечник прерывисто выдыхает сквозь сжатые губы и до крови прокусывает губу. Он не был готов к происходящему. Еще никогда он не чувствовал таких интимных прикосновений. Не позволял кому-то так себя ласкать. Внизу живота появилась приятная тяжесть, а ведь мучитель даже еще не трогал его там. "Успокойся!!!" - мысленно кричит на себя дождь Варии и заставляет пламя зажечься и парализовать свое собственное тело, уменьшить чувствительность и заглушить противоестественные реакции. - Играешь не по правилам, Скуало? Думаю, что за это в праве взять штрафную минуту! - горячая волна проносится по всему телу хранителя Дождя. Пламя урагана не причиняет боли, но уверенно испепеляет слабую попытку сбежать от собственных ощущений. Мечник как-то по-детски поджимает губы. Ураган Маре усмехается. "Сто..." - говорит обратный отсчет, и Закуро решает, что больше нет смысла медлить. Когда он выиграет, у него еще будут часы и дни, чтобы насладиться и изучить это прекрасное создание от макушки до кончиков пальцев ног. Его ноги разводят в стороны, внутрь проникает палец, обильно смазанный чем-то. Мечник выгибается и выпускает воздух сквозь сжатые губы. Грубая подушечка изучает шелковые стенки, пока, наконец, не находит заветную точку. Массирующими настойчивыми движениями Закуро срывает с губ мечника первые стоны. Кровь приливает к паху. Вариец больше не может скрывать свое возбуждение, из-за этого весь его вид становится каким-то несчастным. - Шестьдесят восемь, - чеканит планшет. Еще есть шанс выиграть, нужно просто не кончить за минуту. Легко сказать: «просто». Мельфиоровский гад слишком хорошо знает, что делает. Изучает все робкие эмоции, читает, как открытую книгу. Возможно, не будь в крови алкоголя, не будь он лишен зрения, сдержать себя вышло бы лучше. К первому пальцу добавляется второй, движения внутри тела становятся увереннее. Член призывно прилипает к животу и пульсирует от перенапряжения, требуя внимания. На нежной головке выступает прозрачная капелька. - Ах... я не... - вариец пытается что-то сказать, но его губы накрывает властный поцелуй. Лавина удовольствия срывает последние блоки мечника, и он отвечает на поцелуй, поначалу робко и неумело, но вскоре его яркий темперамент берет верх, и он со всей страстью, на которую был способен, целует ураган Маре. Закуро удивленно моргает, нет, он знал, что сможет добиться ответа от своего молодого любовника, но думал, что вряд ли это выйдет с первого раза. Усмехается в губы варийца и отстраняется. - Десять... - пошли последние секунды. Скуало уже не слышит обратного отсчета, превратившись в сплошной комок наслаждения, он жаждет этой близости. И жаждет разрядки. Его рука машинально потянулась к своему паху, но была перехвачена крепкой ладонью хранителя Урагана. - Не сейчас! - шепчет Закуро и ускоряет темп. Разочарованный стон слетает с губ варийца, и он подается бедрами навстречу. - Пять... Голова идет кругом, Закуро на мгновение останавливается, вынимает пальцы и смотрит на раскрасневшегося и перевозбужденного хранителя дождя. Тот не понимает, почему его оставили в покое. - Не... останавливайся... - должно быть, вариец повредился рассудком, раз просит о таком. Самодовольная ухмылка озаряет лицо хранителя Урагана. - Три... Его пальцы резко входят до упора и несколько раз надавливают на заветную точку. Мечник с хрипом выгибается, и струя белой жидкости начинает порциями вырываться из перевозбужденного органа, пачкая живот и обивку дивана. - Один... - завершает отсчет голос. Грудь тяжело вздымается, с разрядкой приходит осознание произошедшего. Сквозь повязку вновь проступают мокрые капли. Погребальный мудак был прав, он грязный конченный извращенец. А теперь еще и его личная блядь. Кончить от одних только пальцев внутри. Ведь мельфиоровец так и не притронулся к его члену. Этот позор не смоет даже смерть. Да, как и все прошлые, после которых он все равно выживал. Вариец закрывает лицо руками и поджимает ноги. Закуро с несвойственной ему нежностью смотрит на поникшего любовника. Да, теперь мечник принадлежит ему, пусть пока не душой, но точно телом. Мельфиоровец убирает руки от лица варийца и снимает намокшую повязку, отбрасывая в сторону. Глаза мечника крепко зажмурены, но несколько крупных соленых капель все-таки пробиваются из-под трепещущих ресниц и скатываются по щекам. - Ты идиот, Скуало! - Закуро встряхивает варийца и усаживает напротив себя. - Это ты заебал себя своей же гордыней! В сексе нет ничего ни грязного, ни стыдного. От резкой хватки мечник открывает глаза, мир выглядит размытым пятном, но вот постепенно начинают проявляться нечеткие очертания. Вариец трет веки, и его взгляд замирает на лице хранителя Урагана. Он его видит. Плохо, размыто, но точно видит. - Зрение вернулось? - неуверенно спрашивает хранитель Урагана. Глаза мечника все еще выглядят болезненно-красными, но пелена спала, и радужке вернулся ее серо-стальной цвет. Вариец кивает. Четкости все еще нет, предметы будто подтянуты легкой дымкой, но он способен их различать. Сними мечник повязку на неделю раньше, он не был бы так удивлен произошедшим. Нет, конечно, он снимал тряпицу для того, чтобы сменить и закапать целебные капли, но делал это только в ванной и не считал нужным включать там свет. Слепому это без надобности. - Что же, вот ты и стал на шаг ближе к нашему бою, - усмехается Закуро, но в глазах мелькает какая-то горечь, благо ни он сам, ни едва вернувший зрение мечник не может ее распознать. - Я проиграл... - Скуало будто не слышит слов мельфиоровца и покорно склоняет голову. - Что я должен делать в качестве твоего любовника? Как тогда, в тюрьме? Или что-то еще? - голос дрожит. - Какой же ты все-таки непробиваемый! - ругается в ответ ураган Мельфиоре. - В качестве моего любовника ты можешь расслабиться и получать удовольствие. Я уже говорил, что не собираюсь тебя насиловать. - Но что тогда? - непонимающий взгляд обращен к хранителю урагана. Закуро страдальчески закатывает глаза, громко вздыхает и берет в ладони лицо мечника. Да, тот и правда не понимает, что от него хотят. Борется с желанием то ли ударить, то ли принять прикосновение. - Скажем так, секс - только приятное дополнение. И если я не увижу твоего желания, я и пальцем тебя не трону. В остальном же это просто приятная компания, совместные просмотры фильмов, вечера за кружкой виски, ой, прости, морковного сока... Гордый темперамент вспыхивает, мгновенно сменяя апатию и смущение, и мечник с силой бьет Закуро в грудь. Удар поставлен и уверен. "Успокаивающий дождь. Ага. Конечно." - Пошел ты! Я могу пить виски! Рука у Варийца тяжелая, и Ураган Маре трет ушибленные ребра, но в золотых глазах плещется неподдельная радость. Скуало принял его условия. Вот только уже через пару недель этому хрупкому перемирию настанет конец. Их бой не за горами. И с каких пор вообще Закуро стало интересовать будущее. - Верю-верю, - примирительно хмыкает мельфиоровец и накрывает губы мечника поцелуем, крепко удерживая его за талию. Ответом на дерзость был злой, чувствительный укус, грозящий вырвать кусок мяса. Скуало  впервые почувствовал солоноватый привкус крови хранителя Мельфиоре, но ответом Закуро были ловко просунутые в припухшее колечко мышц пальцы, ласково раздвинувшие нежные стенки и надавившие на его интимное местечко. Мечник со стоном разжал зубы. - Нет... - вариец уперся рукой в грудь хранителя Урагана, его лицо вновь запылало от смущения. Пальцы настойчиво поглаживали заветную точку. Вместо того, чтобы оттолкнуть мельфиоровского гада, Скуало прижался к нему. Алкоголь давно взял верх над разумом, являя хранителю урагана только его обрывки. Возможно, поэтому мечник и не пил. Для представителя босса потерять лицо - немыслимо. - А твое тело считает иначе. Расслабься и позволь себе получить удовольствие, - как большой кот промурлыкал Закуро, вынул пальцы и уложил мечника на лопатки, нависая над ним. - Я не хочу... - попытался возразить мечник, но хранитель Урагана обхватил ладонью его член и несколько раз провел вдоль основания. Опавшая плоть тут же отозвалась на ласку и стала заново наливаться кровью. - Скуало-Скуало, - цокнул языком Закуро, глядя на притихшего варийца. Мечник поборол стыдливость, схватил хранителя Урагана за ворот майки и притянул к себе, утягивая в жадный поцелуй. От смены настроения варийца уже в голове Закуро застучало, и в глазах застыло удивление. Он не ошибся, выбрав этого парня в фавориты. Мечник еще проявит себя, когда откажется от глупой гордыни, прекратит самобичевание и позволит себе наслаждаться сексом. А пока важно научить его. Их языки переплелись, легкие посасывания сменялись полу-укусами, каждый стремился взять верх, не желая проигрывать в этом танце страсти. Закуро коротко усмехнулся в поцелуй и его пальцы нежно огладили чувствительную головку. Вариец выгнулся навстречу и застонал. Эта отзывчивость распаляла собственную похоть, но она подождет. Отстранившись, Закуро вновь стал покрывать тело молодого любовника поцелуями, кажется, кое-где на бледной коже расцвели собственнические метки. Скуало расслабился и отдался этим ощущениям, впрочем, выбора у него все равно не было. Горячий язык по очереди очертил ореолы сосков, острые зубы легко прикусили небольшие холмики, срывая с губ мечника очередные стоны, и он толкнулся пахом в руку хранителя Урагана. - Какой ты нетерпеливый! - отметил мужчина, игнорируя намек варийца. Скуало сердито поджал губы и покраснел до кончиков ушей. Алкоголь все еще не выветрился, из-за чего первобытные инстинкты продолжали брать верх над разумом. Дорожка поцелуев прошла от груди до живота, горячее дыхание обожгло нежную головку. Хранитель Урагана удобнее устроился между разведенных ног мечника, и его язык заскользил по ровному стволу. От неожиданности мечник распахнул глаза, от этих действий его прошибло будто током. Ответом ему был золотой насмешливый взгляд исподлобья. Одной рукой придерживая член у основания, он вобрал его в рот. Вариец выгнулся навстречу, колени задрожали. "Что творит этот извращенец?" Ни тени отвращения, только желание полного обладания отражалось в немигающих глазах. Закуро выжмет все стеснение из своего любовника, он откроет ему мир удовольствия и заставит принять свою чувственную природу. Посасывания сменялись размашистыми движениями крупной ладони, мечник комкал пальцами обивку дивана, стонал и метался. Эти чувства такие новые, но такие прекрасные. Как он вообще мог столько лет прятать их от самого себя. Серебряные волосы блестящими змеями рассыпались по мягкой обивке, замутненный взгляд был направлен куда-то вверх, с припухших губ сорвался очередной стон, когда в его тело вновь вошли пальцы любовника. Этой двойной пытки он не выдержит. Несколько массирующих движений, и он изливается в рот хранителя Урагана. Закуро впитывает всю его страсть без остатка и отстраняется. Язык по-змеиному слизывает последнюю каплю с нижней губы. Янтарные глаза с вертикальными зрачками изучают красивое тело, обессилевшее от пережитого удовольствия. Мечник слышит, как расстегивается ширинка брюк хранителя Урагана, и во взгляд варийца возвращается осознанность. Инстинктивно Скуало вжимается в диван и пытается свести ноги, понимая, что будет дальше. - Я не причиню тебе боли, - бархатный голос с хрипотцой успокаивает, и мечник разводит дрожащие колени. Это их договор, так ведь? Он слишком хорошо помнил, чем заканчивался для него этот вид секса. Разрывы, кровоподтеки, невозможность сходить в туалет, унизительное лечение... Закуро отмечает это робкое доверие, и он не собирается его терять. Он обильно смазывает свой крупный член и медленно толкается внутрь узкого отверстия. Смазки более, чем достаточно. Головка преодолевает подготовленное колечко мышц и скрывается внутри дрожащего тела. Скуало закусывает губу, но на этот раз боли практически нет. Предшествующие оргазмы расслабили организм, и он готов отдать себя в ответ. Ураган Маре хрипло выдыхает, входя до упора, но не спешит начинать двигаться. Стенки кишечника пульсируют, плотно обхватывая горячий член. Мечник прикрывает глаза и пытается привыкнуть к распирающим ощущениям. Закуро терпеливо ждет, и только когда вертикальная морщинка на лбу варийца разглаживается, начинает медленно толкаться в упругое тело. Почти сразу хранитель Дождя отзывается тихими стонами. Там, глубоко внутри, начинает вновь расцветать страсть. Неужели это тоже может ему понравиться? Легкие нотки боли, все-таки пробились в коктейль возбуждения, когда ураган Маре ускорился, но сделали процесс только ярче. Член вновь налился кровью и прилип к плоскому животу. - Ты удивительный! - Закуро наклоняется к отзывчивому любовнику и шепчет на ухо смущающий комплимент. Вариец не отвечает, но в ответ толкается навстречу. Повторять дважды не нужно, Закуро закидывает стройные ноги на плечи и ускоряется. Член с хлюпающим звуком входит и выходит из открытого припухшего отверстия, мошонка то и дело бьется о ягодицы. Мечник дрожит под этим напором, но на этот раз не от страха и боли, а от ощущения приближающегося финала. Закуро и сам понимает, что долго не продержится, слишком долго он воздерживался от этой близости, а теперь получил то, о чем мог лишь мечтать: доверие и согласие варийского гордеца. До этого он видел лишь отвращение и боль на лице хранителя Дождя, но теперь они сменились на похоть и безграничное удовольствие. Еще несколько толчков, и мельфиоровец изливается внутрь любовника, тут же обхватывает его член и подводит к финалу несколькими движениями. Мечник тяжело дышит, кажется, этот марафон полностью его измотал. - Повторим? - Закуро выходит из растраханной дырки, вытирает член какой-то тряпкой, кажется это была его грязная майка, и заправляется. Крови нет. Замечательно. - Издеваешься? - вариец сводит ноги и пытается сесть. Из него что-то вытекает, неприятно... - Есть такое! - смеется хранитель Урагана, дарит мечнику сухой поцелуй в висок и отходит к кровати, достает из тумбочки сигареты, по привычке поджигает одну из них от своего пламени и закуривает. Пряный дым доносится до носа мечника. Вариец морщится, сгребает свою одежду и скрывается в ванной.