Мой дивный новый мир!

Утро, если такое значение вообще применимо к перерывам между бодрствованием и сном в этом пространстве, началось с резкой головной боли. Похмелье явилось варийцу во всем своем великолепии: во рту будто насрали коты, хотелось пить и блевать одновременно, голова шла кругом, а из-за не до конца вернувшегося зрения, мир плавал будто в тумане, отчего начинало мутить еще сильнее. Мечник сел на кровати, как он вообще на ней оказался - он не помнил. Обычно он спал только на диване, спать с врагом было для него неприемлемым. Задница отозвалась саднящими ощущениями, и воспоминания прошлого вечера лавиной рухнули на голову варийца, которую он до боли сжал руками. - Блять! - тихо выругался себе под нос хранитель дождя. Как можно было допиться до такого состояния, чтобы не просто переспать со своим злейшим врагом, но и согласиться стать его любовником. - И тебе доброго утра! - ехидно поприветствовал свою новоиспеченную пассию хранитель Урагана. Скуало вздрогнул и дернулся в сторону, он настолько был занят руганью со своей гордыней, что попросту не заметил лежащего рядом Закуро, который внимательно наблюдал за ним с самого момента его пробуждения. Щеки предательски вспыхнули, мечник отвел взгляд, делая вид, что его заинтересовала дырка в обоях от неудачно затушенного бычка. Тяжелая пятерня опустилась на макушку и взлохматила и без того обильное гнездо на голове мечника. Скуало отбил руку и поднялся с кровати. Только сейчас до него дошло, что из одежды на нем только безразмерная майка со старыми пятнами из-под какого-то соуса. Лицо варийца стало не просто красным, а пунцовым. - Я тут совершенно ни причем, в ванной тебя развезло окончательно! Я час держал твои волосы, пока ты блевал, и еле вытащил, когда ты решил, что спать в обнимку с унитазом – лучшее решение в твоей жизни. Надеть что-то кроме этого у меня не вышло, уж извиняй! - отозвался Закуро. Метания мечника его забавляли, наверное, принять все произошедшее и смириться дождю Варии все же будет сложно. Вариец нервозно поежился, обещая себе вскрыться, если узнает еще что-то о себе. Вздернув нос, он прошел к шкафу и стал искать, чем прикрыть срам. Закуро проводил взглядом округлые ягодицы и облизнулся, намереваясь в ближайшее же время их хорошенько потискать. В шкафу творился жуткий бардак, невозможно было понять, где начинается одна тряпка и заканчивается другая. Вещи представляли собой единый ком, хорошо, что этот ком хотя бы был чистым. Внезапно раздался четкий стук в дверь, и с перепугу Скуало буквально запрыгнул в первые попавшиеся безразмерные штаны. - Открыто! - каркнул Закуро и, убедившись, что его любовник выглядит более-менее прилично, хотя яркие засосы на его шее слишком явно говорили о том, что они тут не плюшками баловались, снял защитный барьер с двери. В комнату вошел хранитель Облака. Его лицо было мрачнее тучи, а твердая походка не предвещала ничего хорошего. Кике оглядел комнату, взгляд серьезных бирюзовых глаз смерил мечника и тут же пригвоздил Закуро. Хранитель Урагана нервно сглотнул. - Эй, Кике, ты чего такой хмурной? Выпить не хочешь? - попытался начать неловкий разговор Закуро. - Ты все-таки опять это сделал! - с ледяным презрением в голосе констатировал факт правая рука босса. - Впрочем, неважно, теперь тебе это не только разрешено, это прямой приказ сверху. - Что?! - Закуро вылупил глаза на хранителя Облака. - Собирайся, Скуало, ты возвращаешься в тюрьму! - обратился заместитель босса Маре к мечнику. - Ага! Хуй тебе, а не его в тюрьму! - Закуро все еще пытался быть дружелюбным, во всяком случае в своем понимании, но не заметил, как поднялся с кровати угрожающей горой. Ни один мускул на лице Кике не дрогнул. Кольцо облака вспыхнуло фиолетовым пламенем, и в ту же секунду лозы какого-то странного растения окутали варийца, превращая в недвижимый кокон, он даже не успел выразить возмущения, как его рот закрыла одна из лиан. Препираться с крикливым мечником у Кике не было ни сил, ни желания. - Кике, да что с тобой?! Что ты творишь? Если ты разозлился из-за его внешнего вида и этого беспорядка, - ураган Маре указал на обляпанный былой страстью диван, - так все было по общему согласию! Он согласился быть моим! - замахал руками Закуро. Лицо облака Маре стало еще мрачнее, он повернулся к мечнику. - Это так? Лицо пленника запылало, он опустил взгляд, но кивнул в подтверждении слов Закуро. - Мне правда очень жаль, - устало вздохнул хранитель облака и потер правый висок, - я не могу ничего с этим сделать... - Ни черта не понимаю! Что теперь-то не так?! Все по согласию, никакого членовредительства, все, как я тебе обещал! - продолжал оправдываться ураган Маре, будто мальчишка, которого строгий учитель отчитал за чужой проступок. Кике в очередной раз тяжело вздохнул и, пододвинув одно из двух кресел, опустился в него. - Шоичи сегодня утром передал прямой приказ Бьякурана-сама. Мечника следует вернуть в камеру и подвергнуть длительным пыткам. - Что за хуйня?! - сердце пропустило несколько глухих ударов, Закуро взглянул на побелевшего варийца. - Какое дело боссу до него? Он не знает ничего, чего бы не знали мы! Он только что просрал битву колец! Это же начальный этап его личности, блять! - Не в этом дело... - в груди больно закололо, Кике увидел искреннее беспокойство в глазах обычно безразличного ко всему хранителя Урагана. - Дело в остальных пленных. Путы с силой сжали Скуало, отчего он сдавленно взвыл. Закуро же, заметив, что делают с его мечником, вспыхнул и, срывая футболку с груди, ударил сияющим кольцом в отверстие встроенной коробочки резни. Ну уж нет, никто не смеет причинять боль его варийцу, даже если это единственный друг в этом богом забытом месте. Оставшаяся одежда лопнула, черты лица изменились, руки стали когтистыми лапами, толстый хвост с гневом ударил по краю кровати, снося резной набалдашник. - Мне нет дела до остальных пленных, Скуало принадлежит мне! - грохочущий рык разнесся по комнате. В прыжок Закуро оказался рядом с мечником, который все-таки успел потерять сознание из-за сильного давления. Кике этого и добивался. Когти тираннозавра распороли лозы, освобождая Скуало из плена. Ураган Маре бережно прижал свое сокровище. Он не отдаст его, даже, если этого требует сам босс. Кике не препятствовал Закуро, он грустно улыбнулся и, кажется, сглотнул невидимые слезы. А ведь у этих двоих был шанс на счастье. В бирюзовых глазах плескалось вселенское сожаление. Но пока Скуало не пришел в себя, нужно объяснить урагану Маре причины, из-за которых их разлучат. - Шоичи открыл мне часть плана Бьякурана-сама, так как я был резко против этого приказа и просил его отменить. Один раз я уже не смог настоять на своем, и семья понесла непоправимые утраты, - последнюю фразу Кике проговорил тихо, но его пальцы сжались в кулаки. Он никогда не простит себе казни невиновных, устроенных по прихоти Рокудо Мукуро. - Сейчас я сделал все, что было в моих силах. Не забывай, будущий Скуало спас мою жизнь, и я перед ним в долгу! Я умолял оставить его тебе, убеждал, что он может быть полезен семье. Я даже отказался подчиняться, пока не увижу Бьякурана-сама лично и не получу объяснений. Я был уверен, что это очередные козни Рокудо Мукуро. Бьякуран-сама никогда не опускался до подобных приказов, ты же знаешь! Закуро это знал и знал, что грядет настоящий пиздец, если сам Кике - живое воплощение преданности и послушания отказался подчиниться боссу. Мощные лапищи сильнее укрыли варийца, немигающий звериный взгляд впитывал все эмоции заместителя босса. Если потребуется, ураган Маре прорвется к Бьякурану и заставит его пересмотреть свое решение. - Закуро, хранители неба нужны боссу для сбора их пламени посмертной воли. Тюрьма является огромным пламя приемником. Пока пленные верят, что могут освободиться, они тратят свою энергию. А эта энергия поддерживает существование всей базы! - Брехня! База существовала хренову тучу месяцев до того, как появились пленники! - Потому что Бьякуран-сама все это время поддерживал базу за счет своего пламени, но такое длительное использование способностей сильно ударило по его здоровью! Я видел его, Закуро, он болен! На столько болен, что даже не проснулся, чтобы поговорить со мной! Шоичи сказал, что пока Бьякуран-сама восстанавливается, база существует на энергии пленных. - Да пусть существует хоть на дерьме мамонта! Мечник тут причем?! - Закуро достали все эти хитровыебанные планы, в которых он ничерта не смыслил. Если от пребывания вне миров одни только неудобства, не проще ли забить и, наконец, вернуться хоть на какую-нибудь землю! Была бы такая возможность у Закуро, он давно так и сделал. - Позволь мне продолжить! С некоторых пор поток пламени резко уменьшился. Дино и Тсунаеши все еще выдают необходимое количество энергии, но вот Занзас и Тимотео тратят лишь самую малость, необходимую для поддержания нужной температуры тела и не дают ничего сверх этой меры. Ты точно заметил, что в тюрьме очень и очень холодно, но этот холод не вредит обладателям пламени неба, а сподвигает их неосознанно отдавать энергию для сохранения своей жизни. - Так и причем тут бесполезный хранитель дождя? - перебил в очередной раз Закуро. - Его пламя не подходит боссу! Скуало не может генерировать тепло, он и так подхватил простуду от тамошних температур. К своему сожалению Закуро начинал догадываться, к чему ведет Кике. - В этом-то и дело. Пока ты издевался над мечником, ты выводил ВСЕХ хранителей из себя. И они стремились выбраться активнее, чтобы спасти его, следовательно, тратили больше пламени посмертной воли. На одно только поддержание нужной температуры для обогрева варийца тратилось неплохое количество пламени неба. Этого пламени хватало для стабильной работы нескольких этажей базы. Не думаю, что тебя это утешит, но даже, если эта версия мечника погибнет, останутся еще миллиарды в других параллельных мирах, которые будут жить долго и счастливо. Шоичи обещал возместить твои "неудобства" и выбрать любого на твой вкус, как только Бьякуран-сама вылечится и будет способен перенести кого-то из другого мира. Вся сущность Кике отрицала приказ, но одна жертва спасала всю базу, сотни жизней. Повисло тяжелое молчание. Закуро придется выбирать, что ему важнее: босс, протянувший руку помощи в самые страшные дни его прошлого, верная сотня собутыльников отряда урагана, все-все-все Мельфиоре или мечник, с которым он знаком пусть и не так давно, но которого не готов потерять. - Другого такого не будет! Он выбился из сценария! - пальцы крепче сомкнулись на плече Скуало. - Им там что пытать больше некого? Чем тебе прихвостень Каваллоне не вариант? Он тоже не хранитель неба! - упрямо выпалил Закуро, продолжая прижимать к себе варийца, который понемногу начал приходить в себя. - Советую запереть его в ванной комнате, этот разговор не для его ушей! Закуро взглянул в открывшиеся серо-стальные глаза, в бледное напряженное лицо, и сделал так, как сказал правая рука босса. Вариец молча опустился на край джакузи, когда дверь закрылась. Сейчас решалась его судьба. Накатила черная апатия, света в конце тоннеля он уже не видел. Договор с Закуро о финальной битве лишался всякого смысла, если его вернут в тюрьму. Хотя, наверное, самому красноволосому ублюдку по душе такой приказ, ведь, как выяснилось, это хранитель облака запретил над ним издеваться, а теперь разрешение снято, и все вернется на круги своя. Только теперь игры станут еще изощреннее, ведь Закуро узнал его слабости. Пальцы судорожно сжали плотную ткань безразмерных штанов, как же он устал. И ведь на быструю смерть теперь тоже рассчитывать не стоит. Комкая ткань, пальцы нащупали что-то инородное. Мечник выудил из кармана плотную бумажку, которая каким-то образом там оказалась, и развернул. Цветной листок оказался старым поляроидным снимком. С изображения на Скуало взирало несколько человек: красивая молодая женщина лет двадцати пяти с небесно-голубыми глазами и длинными светлыми волосами, ниспадавшими на плечи, красноволосая малышка лет трех с такими же голубыми и ясными глазами, как у блондинки. "Ее мать? Тогда... " - мечник впился глазами в лицо молодого худощавого мужчины с копной красных волос и яркой улыбкой, в котором Скуало узнал хранителя Урагана. В голове не укладывалось, как этот счастливый юноша превратился в то, чем являл себя нынешний Закуро. Улыбки на лице урагана Маре, если и появлялись, то скорее напоминали смесь едких ухмылок и звериного оскала. Опрятная одежда мужчины на фото даже близко не походила на то, что напяливал на себя мельфиоровец, Гладких щек и вовсе мечник никогда не видел у погребального венка. Вариец перевернул фото: "Любимому мужу и папе от твоих конфетных мурлык" - гласила надпись, а внизу была аккуратно выведена дата создания. Фото было сделано десять лет назад. Дверь со скрипом отворилась, и мечник едва успел спрятать снимок в карман штанов. - Выходи, - потребовал Закуро, вновь принявший человеческий облик. Мечник молча вышел из ванной и иронично склонил голову, смотря то на одного погребального венка, то на другого. Кике по-прежнему был мрачнее тучи, но в глаза хранителя урагана и вовсе было страшно смотреть. Пустой ледяной взгляд человека, который то ли собирается убивать, то ли умирать. - Я так понимаю, что предложение о быстрой смерти больше не актуально? - горько усмехнулся мечник. - К сожалению, - вздохнул Кике и поднялся с кресла. - Я хотя бы могу узнать причину? - Ты враг, и ты должен стать рычагом воздействия на хранителей неба, твои пытки усмирят их. Для сохранения твоей жизни они прекратят пользоваться пламенем и оставят надежду на побег, - Кике намеренно дал ложную информацию. Вариец обязательно попросит забить на его существование и использовать всю силу для освобождения. Мечник точно перескажет слова заместителя босса Мельфиоре, но этим только усилит попытки пленников разбить свои клетки. - Что же, тогда мне проще откусить себе язык и сдохнуть, - мечник осклабился, желая незамедлительно исполнить угрозу. От него и так не было никакой пользы, но это все же лучше, чем стать предателем и никчемным куском дерьма, обузой для босса и прочих хранителей. - Этого не будет, - фиолетовая вспышка, и новая порция пут в одно мгновение оплела тело варийца, затыкая рот растительным кляпом. Острые зубы впились в лозу, брызнул горьковатый сок. Закуро сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не разорвать оковы к чертям собачьим. - Закуро, у тебя четыре часа, чтобы попрощаться, после ты отведешь его в тюрьму и выполнишь приказ. Ты понял? - Да... - мрачно отозвался хранитель Урагана. - Мне правда очень жаль, - тихо произнес хранитель Облака и вышел из комнаты, сеть пут растаяла, отпуская мечника. - Что-то не вижу радости, тебе же разрешили продолжать! - рассмеялся Скуало в лицо хранителя Урагана. - Наш договор тебе больше не нужен, ты можешь дальше пытать, избивать и насиловать! Ну, где же твоя чертова радость? - мечника потряхивало от собственного бессилия, и он выплевывал ядовитые слова, чтобы хоть как-то перекрыть нарастающую в душе панику. Закуро шагнул к Скуало и сгреб того в охапку, крепко прижимая к себе. Мягкое тепло коснулось прохладной кожи. - Хуй им всем, а не тебя! Ты уникален! Не отдам, даже, если мне придется заключить контракт с самим дьяволом. Мечник удивленно заморгал и застыл безмолвной статуей. Крепкие объятия разжались, Закуро вытащил из шкафа чистую униформу и поспешил переодеться, натянул высокие сапоги, захватил разбитый планшет и вышел из комнаты, барьер за ним сомкнулся. Уже за дверью мечник услышал, что Закуро говорит с кем-то через наручный коммуникатор, но слов не разобрал. Возможно ли, что погребальный венок ослушается приказа и поступит по-своему? Иначе как объяснить такую решимость? "Даже, если так, будет на один труп больше..." - подумал мечник, садясь на кровать и зачем-то доставая смятую фотографию из кармана. У него осталось всего четыре последних часа спокойствия. *** - Повтори еще раз! - самодовольно улыбаясь, пропел красивый молодой мужчина и хитро сверкнул разноцветными глазами. - Я - Дон Пэдро - фея огня, пришел просить об услуге самого умного, сильного и красивого иллюзиониста на свете! - зло прорычал сквозь сжатые губы хранитель урагана Маре, стоя перед Рокудо на одном колене и склоняя голову в знак покорности. Ну ничего, придет время, и эта фальшивая мразь ответит за его унижения, но пока нет иного выхода, как сыграть в его игру. Закуро потратил слишком много времени на поиски Мукуро. Хорошо, что в этот раз удалось связаться с Торикабуто, и он дал наводку, где искать разгульную шлюху босса. Но три с половиной часа пролетели в одно мгновение, а Закуро так и не решил проблему. Если Кике заберет Скуало лично, то точно отстранит ураган Маре от этого задания. А тогда к мечнику приставят незнакомого палача, который... Желваки зло заходили на лице, а крепкие кулаки сжались. Он не позволит никому прикасаться к его мечнику. - Великий слушает тебя, о, фея огня! - Мукуро с любопытством следил за диким зверем, склонившимся у его ног. Должно быть, случилось что-то серьезное, если он пришел просить иллюзиониста, которого так ненавидит, об одолжении. - Мне нужно, чтобы ты скрыл Скуало ото всех камер, и создал видимость того, что он находится в тюрьме. Тонкая бровь иронично изогнулась. Просьба не была сложной. Поддерживать такие иллюзии многие дни, особенно, когда Рокудо разобрался с нестабильностью своей силы, не составит труда. Пламя тумана - единственное, которое может продолжать работу без вмешательств своего хозяина, который в свою очередь может находиться хоть на другом краю вселенной. Создавал же Рокудо для Хроме органы многие годы, сам при этом находясь в тюрьме Вендикаре. Но что за странная просьба. - Оя-оя! Неужели ты его замучил до такой степени, что Бьякуран смилостивился и отправил на тюремный курорт? - Нет! - рявкнул Закуро, прерывая саркастичные выводы иллюзиониста. - Наоборот! Он хочет, чтобы я его пытал. Рокудо присвистнул. - Зачем Джессо нужна такая бессмысленная кровожадность? Пересмотрел все порно на базе и требует онлайн трансляций? Закуро вспыхнул, вскочил на ноги и схватил наглеца за ворот рубашки. До боли хотелось сломать эту тонкую шею и вырвать змеиный язык. Шелковая ткань треснула. Иллюзионист замолчал, но не прекратил нагло улыбаться. Поняв, что переборщил, погребальный венок разжал пальцы. - Ку-фу-фу! - тихий смешок слетел с губ иллюзиониста. Внутренняя борьба хранителя Урагана его забавляла. Рокудо не сомневался, что Закуро прихлопнул бы его без сожаления, будь у него такая возможность. Но сейчас ему остро нужны способности Мукуро, поэтому приходится идти против своих желаний. - Я так и не услышал, зачем Джессо нужно, чтобы ты мучил варийца в тюрьме? Закуро шумно втянул носом воздух, понимая, что следующие его слова навеки заклеймят за ним звание предателя собственной семьи. Но потом скудное воображение подкинуло ему сцену, как Генкиши прикасается к его мечнику, и тот стонет под ним, не в силах сопротивляться. Выбор был сделан. Бьякурану же не составит труда заменить своего хранителя урагана на более верную копию. Какая разница, кого переносить в эту реальность: мечника или копию Закуро. - Так вот зачем была вся эта многоходовочка, - задумчиво протянул Рокудо, когда погребальный венок пересказал информацию, полученную от Кике, - но что-то тут не складывается. - Я рассказал все, что знаю! - рассвирепел хранитель Урагана. На лишние препирательства не осталось времени, через десять минут мечник должен оказаться в тюрьме. А будет ли это искусная иллюзия или настоящий вариец - зависело от Мукуро. - Что ты можешь мне предложить за эту услугу? - иллюзионист скрестил руки на груди. - Это! - Закуро протянул Рокудо белый планшет с разбитым экраном. - Оя-оя, данные Мельфиоре, хорошая попытка, Закуро-кун, но к вашим устройствам у меня нет доступа, - в руках Мукуро материализовался такой же планшет, только экран был целый, а на тыльной стороне красовалось несколько разноцветных наклеек с морскими обитателями и сердечками. "Дура Блюбелл просрала планшет!" - Закуро закатил глаза. - К моему будет, - хранитель урагана включил устройство, и алое пламя окружило разбитый экран, - думаю, двое суток проработает без проблем. Тебе хватит, о самый талантливый иллюзионист в мире? Закуро протянул устройство Мукуро, который оценил подыгрывание погребального венка. Длинные пальцы со странными кольцами, которые на этот раз были лишь умелой иллюзией и скрывали кольцо Маре, заплясали по виртуальной клавиатуре. По запросу открывались новые и новые данные. Фотографическая память жадно впитывала информацию, пока широкая ладонь не накрыла экран. - Твоя часть сделки! - потребовал мельфиоровец. - Ах, это! Это уже готово! - Мукуро взмахнул рукой и в воздухе появилось изображение того, как Закуро ведет мечника в тюрьму и тут же сменилось на пустую комнату хранителя урагана. - В твоих интересах, чтобы настоящий Скуало остался у меня, иначе я придушу тебя собственными руками, понял? - Не беспокойся, дон Пэдро, как только ты войдешь в комнату, твой драгоценный мечник будет там же, где ты его и оставил. Сейчас моя иллюзия находится поверх твоего барьера, воздействуя только извне. Как только ты впустишь мое пламя, оно скроет Скуало ото всех кроме тебя и меня. Камеры не будут распознавать ни его, ни его действий, ни ваших с ним взаимодействий, - многозначительно улыбнулся иллюзионист, отчего у Закуро нервно дернулся глаз. - Что касается иллюзий в тюрьме, то пытки будут сделаны по высшему разряду, хотя для достоверности я бы хотел знать о них чуточку больше. Как и все то, что происходило между вами в тюрьме. Для этого мне нужны воспоминания мечника и, разумеется, твои. Ну что? Позволишь мне покопаться в его симпатичной головке? - промурлыкал Рокудо. О гипер интуиции босса Вонголы Мукуро знал не понаслышке. Даже младшего Саваду будет сложно обвести вокруг пальца. Через некоторое время он может начать сомневаться в реальности происходящего, если хоть одна деталь покажется ему подозрительной. Важно проработать спектакль до мелочей. И раз уж иллюзионист все равно собирался начать слежку за тюремным блоком и планами Вонголы, то почему бы не получить от пребывания в тюрьме дополнительную выгоду. Иметь в должниках погребального венка может быть очень полезно! В это время Айрис спокойно впустила в тюремный блок иллюзорного Закуро и его пленника и открыла камеру, удивившись, что хранитель урагана умудрился потерять ключ, который она ему доверила. - Вот и первый прокол! - шикнул Мукуро себе под нос. Закуро расслышал слова иллюзиониста и нахмурился. - Что не так? - Пока все в порядке. Мечник в камере, а ты, сославшись на дела, запер его и ушел. Рискованно начинать, не имея всей информации. Проводишь до своих покоев? - обворожительно улыбнулся иллюзионист, планшет исчез в его руках, а сам он направился к выходу из очередной нагло узурпированной комнаты. *** Мечник громко протестовал, не желая делиться своими воспоминаниями с иллюзионистом. Там было слишком много того, что он хотел навеки стереть из библиотеки своей памяти, и о чем не стал бы распространяться даже под страхом смерти. - Блять, Скуало, ты же понимаешь, что, если ты не сделаешь так, как тебе говорят, Савада раскроет обман. - Значит, хуевый из него иллюзионист! - язвительно выкрикнул мечник. Рокудо устало помассировал виски, как вообще можно договориться с этим пустоголовым бараном. Никакие аргументы не склоняли варийца открыться перед иллюзионистом. Забившись в дальний угол и активировав пламя посмертной воли, он не подпускал к себе ни Закуро, ни Мукуро. У первого уже начинало кончаться терпение, если оно лопнет, он силой пробьет его барьер, вытащит упрямца и скрутит для неприятной, но жизненно необходимой экзекуции. В руках Мукуро материализовался планшет, и он что-то набрал на треснутом стекле. Над экраном вспыхнул голографический график. - Оя-оя, Скуало-кун, а теперь смотри сюда, - иллюзионист указал на круг, разделенный на несколько цветных секторов. Самый большой участок был выкрашен зеленым, и поверх него красовалась большая цифра 78 и символ процента. Два других секторы были выкрашены в красный и желтый цвета. На желтом было написано значение в 6 процентов, на красном - в 16. - Гипер интуиция Вонголы способна распознавать иллюзии в семидесяти восьми случаях из ста! В шести процентах он подвержен сомнениям, и только шестнадцать процентов - вероятность того, что обман пройдет. Если хоть одна деталь покажется Тсунаеши-куну подозрительной, он не купится! - С чего мне верить какой-то непонятной схемке? Может, ты ее только сейчас придумал! - огрызнулся мечник. - Он что вообще ничего не знает? - иллюзионист с укором взглянул в глаза Закуро, едва не проболтавшись, что Скуало - единственный пленник, до которого так и не дошла полная информация о способностях Бьякурана. - Нет... - Что я не знаю? - вариец прекратил бушевать и превратился в сплошное внимание. - То, что вот эта вот штучка, способна показать людям Мельфиоре любые данные о человеке, его жизни и способностях. В этой плоской коробочке хранятся знания изо всех параллельных миров, которые небезызвестный Джессо собрал благодаря миллионам версий самого себя в этих мирах. Челюсть Скуало отвисла, но он не хотел принимать сказанное за действительность. - И Дон Пэдро любезно отдал эти знания мне в обмен на то, чтобы я подменил твою симпатичную мордашку в камере своими иллюзиями. Но все будет тщетно, если из-за твоего упрямства, предательство Закуро-куна окажется напрасным. - Дай на секунду! - Закуро вырвал планшет у иллюзиониста, что-то напечатал и сунул мечнику под нос. Вариец столкнулся со своим резюме, отчего его глаза удивленно расширились. Тут было все: от места рождения, имен родителей, до множества комбинаций техник, многие из которых ему еще предстояло изучить. Были графики характеристик личности, где были отмечены сильные и слабые стороны характера. Список бывших и будущих партнеров, все, вплоть до цвета трусов. - Вот, как ты... - наконец, до варийца дошло, как Закуро так легко уклонялся от его лучших атак, но пропускал некоторые абсурдные, созданные им на ходу. Вот, как он надавил на его гордость и упрямство и заставил стать его любовником. Вот он весь в этой маленькой электронной коробочке! - Делай, что нужно, - погасив пламя, мечник сел на кровать и отложил планшет. Скуало затравленно зыркнул исподлобья на иллюзиониста, и на бледном лице вспыхнул яркий румянец. Вариец не сомневался, что Рокудо использует полученную информацию против него, будет шантажировать, но сейчас такой расклад все же был в приоритете публичным унижениям, которые ожидали его, если обман раскроется. И так у него все еще остается шанс на победу над Закуро и побег. «Чертов босс, надеюсь, ты не будешь сильно впрягаться за жизнь моей иллюзии! Просто подожди еще немного!» Закуро с облегчением выдохнул, но задумчивое сосредоточенное выражение лица мечника ему не понравилось. Но обошлось без членовредительства, а на остальное похер. Мукуро расплылся в довольной улыбке и подошел к кровати. Садясь подле мечника, он положил руку ему на лоб, и прикрыл разноцветные глаза. Пламя тумана окутало руку иллюзиониста, тут же проникая в самые тайные уголки сознания варийца. Для Скуало процедура была безболезненной, навалилась усталость, мысли спутались, превращаясь в кисель. Но для Рокудо погружение в сознание мечника отозвалось резкой головной болью, воспоминания последних месяцев жизни варийца оказались невыносимой пыткой для иллюзиониста. Ситуация перекликалась с обманом, который пережил сам Рокудо, но была в разы хуже. Ведь никакой кошмар, сотканный из пламени тумана, не сравнится с реальными пытками и болью. - Животное, - холодно произнес Мукуро, наконец, убирая ладонь со лба Скуало, и адресуя злой взгляд Закуро. Воспоминания мечника напомнили Рокудо о его ненависти ко всей мафии. Эти организации, творящие зло по всему миру, должны быть уничтожены. Закуро никак не прокомментировал высказывание Мукуро, его мнение не интересовало погребального венка. Но искренняя злость во взгляде иллюзиониста рассмешила ураган Маре. Надо же, иногда и с лица этого лжеца спадает маска притворства. - Забирай мои воспоминания и закончим на этом! - подытожил Закуро, которого уже начинало раздражать нахождение иллюзиониста в его обители. Мукуро молча поднялся с места и так же коснулся лба Закуро, но вместо приятной сонливости мозг погребального венка прошибла резкая боль, будто тысячи игл одновременно впились в черепную коробку, пронзили ее и впрыснули в каждую поврежденную клеточку едкую кислоту. Закуро стиснул зубы, едва не падая на колени, но в последний момент стерпел и остался стоять. Иллюзионист нарочно протащил ураган Маре по всему пути воспоминаний со дня знакомства с мечником, не забывая совмещать его действия с болью, страхом и унижениями, которые испытывал вариец. Пусть прочувствует обратную сторону своих действий. Но Закуро оказался устойчивее, чем предполагал иллюзионист. Когда-то давно погребальному венку было так больно, что это все пустяк. Ту прошлую боль нельзя перекрыть. Закончив, Рокудо убрал руку со лба хранителя Урагана. Взгляд Закуро изменился, а в уголках глаз выступили едва заметные бусины слез. Неужели сожаление? "Нужно было копать глубже!" - подумал Рокудо, но тут же откинул эту мысль, сообразив, что «глубже» копать опасно даже с учетом всех договоренностей. Он помнил, что рассвирепевший Закуро терял разум и превращался в ураган ярости, сметающий на своем пути и своих и чужих. Ничего, Мукуро еще забьет его имя в поисковике базы Мельфиоре. - Надеюсь, тебе понравилось! - зло скривился иллюзионист, взмахнул рукой, и планшет, оставленный на кровати, исчез. - Как-нибудь обязательно повторим, - выплюнул слова хранитель Урагана. Сволочь иллюзионист специально сделал для него процедуру невыносимой. Но благодаря лживой змее он узнал все, о чем переживал его вариец. Смотреть на свои действия под обратным углом оказалось жутко. Гордыня мечника - вот, что не давало ему ни секунды покоя, разъедало все существо кислотной рекой. Страх, что о его внезапно проявившихся слабостях узнают все, что его выставят на посмешище, что он предаст семью, разочарует босса. Именно эта боль убивала каждый день варийца. - Буду ждать! - произнес Рокудо и растаял в воздухе. Закуро задумчиво взглянул на мечника, который, прислонившись к спинке кровати, спокойно сопел, на губах играла легкая полу улыбка. В отличие от погребального венка иллюзионист даровал хранителю дождя приятный сон, чтобы буйное сознание хоть немного восстановилось ото всех пережитых им событий. И за это ураган Маре был благодарен Рокудо. - Надеюсь, когда-нибудь я смогу заслужить твое прощение, - хранитель Урагана смахнул отросшую челку с лица мечника и накрыл его одеялом. Дико захотелось выпить и накуриться, этот день был невероятно долгим...