Чудеса на виражах

- Вполне в духе Ульрика, - задумчиво пробормотал Вольфрам, вырывая Ганса из вновь захлестнувших от воспоминаний эмоций. – А я-то думал, кто так отметелил Алекса, Кей с ним потом несколько суток носился так, будто тот уже концы отдает. Как я уже сказал, Улли не студент и далеко не беден, ему нет нужды выбирать альфу побогаче, он сам может трех альф содержать и при этом ещё откладывать на колледж детям. А Алекс… Алекса нечего опасаться, он не заинтересован в Улли так, как вы, - омега усмехнулся и поднялся, взяв кружки, безошибочно отправился на кухню. Гансу ничего не оставалось, как потащиться следом. - Я уже тоже не чувствую себя заинтересованным, - буркнул он, глядя, как гость нагло хозяйничает, разливая чай по двум чашкам. Не то чтобы он врал, но походив с синяками во все лицо недельку, определенно начинаешь смотреть на ситуацию по-другому. Особенно, когда всем вокруг жутко интересно, как же ты их получил. Причем, ладно бы пожалели – Ян с отцом смеялись чуть ли не до потери пульса, но хоть папа не стал издеваться, а даже утешающе обнял. Про начальство Куппер и думать не хотел – те тоже теперь будут жить больше ста лет. Вот Ганс и решил, что произошел сбой в природе либо все, что рассказывают про идеальные пары, дедушкины сказки. Как-нибудь он переживет без виденного всего-то тройку раз омеги. - Правда? – Вольфрам подал ему кружку и глянул в глаза снизу вверх. И Ганса словно под дых ударили: практически такие же голубые глаза, как у Улли. Правильно, конечно, наоборот: у Улли глаза как у отца-омеги. И волосы почти тон в тон. Омега довольно хмыкнул и потащил его обратно в гостиную. - Хорошо. А расскажите мне про другие встречи? - Вы и про них знаете? – удивленно вздернул брови Ганс. - Как раз про них я и знаю. Тем более трудно не заметить, когда твой сын сначала почти сутки проводит за компьютером, а затем с криком «Нашел! Теперь не денешься никуда!» несется чуть ли не голышом к выходу, - Вольфрам захихикал. Ганс тоже улыбнулся. А он-то дурак ещё думал, что над ним так судьба издевается, сталкивая нос к носу с отвергшим омегой. - Правда, явился обратно он с таким видом, будто сгоряча кого-то убил, тут же пожалел, а поздно – труп в наличии. Что он натворил? Теперь Гансу, конечно, стало понятно, как Улли оказался в том же клубе. С семьей Ганс не жил уже лет семь и, несмотря на вроде как частые семейные ужины и обеды, ужасно скучал. Потому что из-за несовпадения дней дежурств с отцами, из-за того, что Ян все ночи пропадал на своей станции, а до обеда его было не поднять, из-за того, что Юль наоборот ложился рано, чтоб не просыпать в школу, обеды часто срывались или не удавалось явиться всем. Страница в соцсетях была неплохим решением. Во-первых, он мог перекидываться фотками с братьями, Юль вот часто фотографировал втихую родителей. Во-вторых, они отслеживали, где могут пересечься хоть на полчаса. Конечно, Ганс в виду профессии писал обычно без подробностей и реже, но писал же! Да и по опыту знал, сколько раз выложенная вовремя в сеть фотография становилась алиби или могла побыстрее выйти на след пропавшего. В тот день они в комментариях договорились с Яном выбраться в клуб. Младшего тоже звали, но… Юль таких мест избегал, как и любые другие людные, впрочем. Они потягивали уже второй по счету виски, сидя за вип-столиками на первом этаже, когда Ганс увидел его. Улли выделялся в толпе: словно ангел стоял средь беснующихся чертей. В белой майке и шортах, в белых сандалиях с ремнями, оплетающими ноги до колен, с шапкой светлых волос – он казался тонкой статуэткой средь пестрой толпы танцующих. Вот они встретились глазами, и на губах ангела расцвела довольная улыбка. Улли медленно направился в их сторону, Ганс следил за каждым его шагом, но тут его дернули за руку. - Ты что, из реальности выпал? – недовольно поинтересовался брат, который сидел к Ульрику спиной, так что не мог того видеть. А ведь омега был уже совсем рядом. - Ян, будь добр никаких идиотских шуточек и замечаний. Вопрос жизни и смерти. - Что?.. – начал было тот, но на его плечи уже опустились чужие ладони. - Кого я вижу, - усмехнулся Улли. – Офицер Ганс и… - омега обошел стол и заглянул Яннису в лицо, - и, если не ошибаюсь, Каин Яннис Куппер – диджей, выступающий под псевдонимом Дракула, не так ли? - Именно так, красавчик, - расплылся в улыбке Ян, косясь на напряженно застывшего брата. – Я тебя тоже где-то видел… дай-ка вспомнить. - Красавчик – это мой отец, а я просто… - Птичка. Наглая, шумная и яркая птичка, - перебил его Ганс. – А где сегодня твое богатое сопровождение? - Ещё не явилось, - отмахнулся Улли, а затем улыбнулся. – А что, мне нравится. Птичка. Хороший образ, - и так улыбнулся, что Ганс вновь почувствовал, как просто забывает про реальность, завороженный чужим лицом. – Не знал, что ты знаком с такими людьми. Очарование тут же пропало, оставляя после себя стылую досаду. - Ты вообще ничего не знаешь обо мне, - грубо отозвался альфа. Но, как ни странно, Улли улыбнулся только шире. - Да, ты прав. - Что ты здесь забыл? - Где здесь? В клубе? А зачем люди приходят в клуб? Чтобы потанцевать, конечно, - и все-таки красивее улыбки Ганс не видел, и это причиняло ему боль. - Танцпол вон там, - указал Криспин направление. – Танцуй. Улли проследил взглядом за его вытянутой ладонью, а затем повернулся обратно и хмыкнул презрительно. - Я сказал, что пришел потанцевать, а не дергаться в конвульсиях, как паралитик. Ян хохотнул, да и Ганс против воли прыснул, находя образ подходящим, хотя и ядовито-злым. Улли наклонился вперед к Гансу, в миг захватывая его в плен своим ароматом, искрящимися весельем глазами, которые были на расстоянии какой-то ладони. Омега протянул руку и ухватил Ганса за выпущенную из хвоста прядь: - Хочешь, я покажу тебе, как надо танцевать, идеальный? Не особо понимая, на что требуется согласие, Ганс все равно кивнул. Улли тут же выпустил его волосы из своих пальчиков и скрылся в толпе. Подошел к барной стойке и, подозвав бармена, о чем-то с тем быстро переговорил, тот как-то слишком радостно разулыбался и уже позвал охранника. - Ганс, что это черт побери было? Кто это был? - Это Улли. Тшш, не отвлекай, - не отрываясь от слежки, отозвался майор Куппер. Охранник, придерживая Улли за пояс, провел к одной из дверей для персонала, где оба скрылись. Разочарованно рыкнув, Ганс повернулся к братцу, который с живым интересом смотрел на него. - Что? – несколько недовольно спросил Ганс. - Ничего, - расплылся в хитрой улыбке тот. – Не думаешь, что твоего мальчика повели к какому-нибудь местному владельцу или вип-персоне? Чтоб отсосал? Нет, Ганс так не думал, но теперь… Он зло ухватил Янниса за воротник, практически впечатывая лицом в стол. - Ганс, сдаюсь! – поднял руки младший. – Я ничего такого, просто по опыту таких заведений предположил. - Это было бы нелогично, - качнул отрицательно головой Ганс и отпустил-таки рубашку Яна. – Он хотел показать, как танцует. Следующий десять минут прошли в напряженной атмосфере, но тут вырубился основной свет в зале, остались только бледные лампы по бокам. Зато светом залило сцену. - Гости нашего заведения, прошу минуточку внимания, - объявил какой-то парень. – Нам с вами сегодня ужасно повезло. Один из уважаемых танцоров, пожелавший остаться инкогнито, выступит для вас и для нас. Поверьте, это стоящее зрелище. Администрация клуба уверена, что вы попадаете под очарование нашего гостя, поэтому просим вас соблюдать простые правила: на сцену не лезть, ничего туда не кидать, даже деньги – это не стриптиз-клуб, и постарайтесь воздержаться от непристойных выкриков. Во время этой речи, с потолка опустился длинный металлический шест и двое рабочих закрепили его в пазах на полу сцены. Ганс с ужасом понял, что сейчас будет. Со сцены все ушли, а свет приглушили. Если кто-то ожидал, что танцор выйдет сбоку, то глубоко ошиблись. Гибкое тело скользнуло прямо сверху, с добрых трех метров высоты. Медленно и плавно опустилось до самого пола, уперлось согнутыми руками в пол и резко вскинуло голову. Сначала показалось, что омега надел маску, но в следующий миг, повернувшийся прожектор высветил капельку пота ползущую по выкрашенной в черный коже. Улли нарисовал себе маску! Смотреть картинку: http://static.diary.ru/userdir/7/3/1/1/731140/83375138.jpg Сначала медленно Улли поднялся и будто, забыв про шест, начал двигаться. Выгибаясь все быстрее вместе с набирающей скорость песней в ритм со вспышками света. David Guetta – Lovers on the Sun Давай зажжем огонь, давай зажжем огонь, Пока пожар не охватит наши сердца. Пролей свет этого пламени на мир вокруг, Этот свет никогда не был таким ярким. Мы придумаем, мы придумаем, Как не дать холодной ночи Прорваться сквозь стены К нам, обуреваемым неистовыми чувствами. Утолив голод… Он, и правда, сверкал, будто охваченный пламенем в свете прожекторов. А на припев он оказался на шесте и так крутанулся, закинув ноги выше, а тело наоборот опустив к полу, что, судя по охам, ни одного Ганса посетил страх, что омега рухнет. Мы горим в этом пламени, Мы могли бы любить друг друга и на Солнце. Слишком горячая песня с учетом того, что танец вроде как посвятили Гансу. В полумраке сцены было четко видно фигуру в одежде, сияющей почти ровным синим под ультрафиолетом. И как волнующе и интимно на определенные движения майка собиралась у горла, открывая блестящую от пота кожу. Мы никогда не узнаем, никогда не узнаем, Что находится там, за дверью. Но я испытываю некое чувство, И это то чувство, за которое можно умереть. Просто закрой глаза, задержи дыхание, Потому что это так здорово! То, как двигался Улли, как вспышки света выхватывали его сияющее довольной улыбкой, переполненное эйфорией лицо – все это завораживало. У Ганса пересохло во рту, когда он подумал о том, что омега может не хуже сгибаться и в постели. Своим сильным, так нарочито легко удерживаемым в воздухе, телом. Улли парил, поднимался и опускался вдоль шеста, будто лично для него гравитация была отменена. И при этом он все-таки танцевал. Какие выкрики? Какие прорывы на сцену? Все были слишком ошеломлены, чтобы даже просто дышать. И танец Улли закончил, медленно опускаясь к полу, удерживая себя ровно горизонтально, хотя за шест он вообще зацепился только одной рукой. Но у самых досок тело резко рванулось и перевернулось на спину, раскинув руки. И в наступившей тишине было слышно, как тяжело дышит лежащий омега. Зал взорвался криками и аплодисментами. Ульрик поднялся и… Ганс был готов голову на отсечение поставить, что взгляд был направлен в ту нишу, где находился их столик. Улли поднес медленно к губам ладонь, а затем направил её в сторону Ганса, отправляя во всем известном жесте воздушный поцелуй. И будто почувствовав его реально, альфа дернулся. Омега тем временем спрыгнул со сцены, и теперь оказавшийся рядом охранник играл не символическую роль, пробираясь сквозь толпу к барной стойке. Всем альфам и бетам, и даже некоторым омегам, хотелось познакомиться с великолепным танцором. Они не дошли до барной стойки. Пару охранник-Улли окружили несколько человек, а затем охранник остался на месте, а омега пошел вместе с этими людьми к лестнице на второй этаж. - Как интересно, - проговорил Яннис. – Если не ошибаюсь, то твоего мальчика слева обнимает довольно известный ведущий шоу на телевидении, а с другой – актер сериала. Рядом же идет популярный по всему миру модельер. Четвертого не могу опознать, но он и стоит так, что лица не видно. А твоя птичка высоко летает. Ганс заскрежетал зубами. - Так что это было, Ганс? – уже совсем другим, серьезным, тоном спросил Ян. - А это – моя идеальная пара. Вот так сюрприз, - с непередаваемой насмешкой над самим собой процедил Криспин. Яннис Каин шокированно замолчал. - Даже не знаю, братишка, - наконец выдавил он, - порадоваться ли, что ты отхватил, кажется, самого сексуального омегу из всех, кого я видел, или посочувствовать. - Сочувствуй, - со вздохом отозвался майор и поднял свой бокал, намекая, что это тост. Дальше разговор потек, как обычно. В какой-то момент Ганса будто под локоть что-то толкнуло. Он отвел взгляд от брата и увидел стоящих у лестницы Алекса, с которым дрался, и какого-то блондинистого омежку. Алекс кивнул ему, как старому знакомому, привлекая тем самым внимание своего спутника к Гансу. Повернувшийся блондин, по мнению Криспина, никогда не сравнился бы с Улли, но было в его лице что-то странное, необычное… делающее его миленьким и, возможно, даже очаровательным. Ганс медленно наклонил голову в ответ. - А это кто? – как всегда неожиданно, заставляя дернуться, спросил брат. - А это тот, с кем я впервые дрался за омегу. - Этот? – удивился Ян. – Он же молоденький совсем. - Мышцы у него что надо, отделал меня тоже неплохо, но техника пока хромает, - защитил того Ганс. Парочка поднялась по лестнице и тут же подошла к Улли… который, идиот этакий, сидел, словно птичка на жердочке, на тонкой оградке этажа. Опасно покачнувшись на своем сиденье, Улли обнялся с пришедшими, причем омеге достались объятья ничуть не менее сердечные, чем Алексу. - Ты его глазами сейчас сожрешь, - хмыкнул Яннис. - Отстань. Что-то царапало плохой нотой сознание Ганса. Не раз спасавшая интуиция вопила дурным голосом. И явно об его омеге. Тот, видимо, почувствовав на себе пристальный взгляд, обернулся и махнул бокалом, салютуя альфе, а затем поманил кого-то, не видимого с ракурса Криспина, к себе. И поцеловал. В губы, явно в засос, но глядя при этом в глаза Гансу. Оценив разом окаменевшее лицо брата, Ян даже комментировать ничего не стал. - Схожу-ка я за ещё одной порцией выпивки, приятель. Нам она явно пригодится. Ганс не заметил, как Яннис свалил. Они все ещё играли с омегой в гляделки. Улли уже оттолкнул того, кого до этого страстно целовал. Поднявшись со своего места, Ганс пошел в его сторону. Ульрик следил напряженно, явно считая, что альфа сейчас поднимется к нему. Но нет, Ганс остановился прямо под «балкончиком», на котором сидел омега: так что теперь тому, чтобы увидеть альфу, необходимо было сильно перегнуться через оградку. Этого тот делать не стал – гордость взыграла. Вместо это Улли резко развернулся к своей компании, взмахнул руками, явно возмущенно что-то говоря, качнулся и… Случилось то, что предчувствовал Ганс. Как он сообразит потом, его внимание неосознанно привлек сильно отгибающийся в сторону столбик. Столбик бывший одним из двух, крепящих эту часть ограждения. Вот этот держащий столб и вырвало из пола. Улли вскрикнул и полетел спиной вниз. Почти четыре метра до первого этажа. Наверху раздались в унисон на разные голоса крики с одним именем, но Улли в тот момент уже был на руках у Ганса. Глядя в лицо спасителя испуганными глазами, Ульрик ещё не до конца понял, что случилось. Ганс не дал ему времени дойти до стадии истерики. - Меньше показушничай, крошка, - холодно произнес он. – И не будь придурком – не садись спиной к обрыву. - Тебя забыл спросить! - вполне ожидаемо возмутился омега. – Выискался тут идеальный спаситель! Решив не выслушивать дальнейшие оскорбления, Ганс развернулся и пошел в сторону, где возвышался над окружающими братец. Взял из его рук стакан, осушил разом до дна. - Пошли отсюда. Я уже навеселился, - мрачно произнес он, опустошая и стакан Яна.