Не забудется

      Дни шли, Ларин не переставал думать о парне, который теперь не останавливался у его постели, а сразу уходил, небрежно кладя таблетки на тумбочку. Видимо, Юлий ощущал неловкость. По началу Ларину было безразлично. Но постепенно стало не хватать той улыбки, которую медбрат дарил остальным, но которой так безразлично обделял его. О любви не может быть и речи, но что это, если не любовь? Сам для себя мужчина объяснить не мог. Юлий же в это время думал о многом. Что могло произойти в жизни у человека, который, кажется, с рождения был обречен закончить свои дни в полуразвалившейся квартире под шум воды в ванной? Это заинтересованность, не больше, но она порой превосходила любые чувства, посещавшие Онешко. Некое беспокойство замечала и его девушка, и Юлик долго не решался рассказывать ей про таинственного пациента, с которым, кажется, больше не удастся наладить какой-либо контакт. — Почему бы тебе вновь не поговорить с ним? Начни с банального: спроси, были ли у него посетители, готов ли он к выписке. Не робей. Кто знает, может, у вас сложится дружба.       Конечно, Юлик понимал, что о дружбе и речи идти не может, а на все те вопросы, с которых можно начать беседу, он и сам прекрасно знает ответы. И совсем скоро выписка, вряд ли они увидятся после. Стоило предпринять какие-то действия, но парень не знал, как подобраться к человеку, который презирает любое вмешательство в его жизнь.       Ларин не спал по ночам, не пил снотворное, собирая его под подушкой, перекатывая таблетки между пальцами, вспоминая о том, что дома остались ещё дозы. Но возвращаться к этой жизни не хочется, как, собственно, ни к какой. Выпить в один момент все то, что находится под головой, не запивая водой, давясь, сжимать зубы. Но его останавливает то, что он все ещё не хочет называть любовью. Представляется, как он мог бы жить, именно жить с человеком, который априори не может быть с ним. Надежда теплится на закоулках черной, как смоль, души. Попытаться, признаться. А после получить отказ, приехать домой и удавиться, в этот раз без предупреждения. Терять нечего.       Очередной обход. Улыбка в сторону одного пациента, второго. Исчезает, как только Юлий направляется в сторону Ларина. Тот замечает это, отчего становится неприятно. А все от того, что Дима сам задал такой тон их «отношений». Юлий робко кладет таблетки, собираясь тут же уйти, но мужчина останавливает его, крепко сжав запястье, до боли. Парень вскрикивает, привлекая внимание остальных обитателей палаты. Дмитрий тут же отпускает его, виноватыми глазами смотря на Онешко. — Стой, — произносит он уверенно, несмотря на неприятное ощущение вины.       Парня возмущает это, но он не уходит. Его сдерживает интерес, хочется знать, чего добивается человек, недавно оттолкнувший его. Юлий берет стул, вновь садясь напротив постели. Все тот же взгляд, прищур, иногда промелькивающий оскал. Ларин ещё не придумал, с чего начинать, но остановить Юлика удалось, теперь есть немного времени. Вопрос за вопросом проносятся в тумане вечно живущих в голове мыслей. Открыться? Это почти невозможно, да и кто такой этот парень, чтоб доверить ему самое сокровенное, что имел в жизни Дима. На этот вопрос есть ответ: Онешко за несколько дней стал тем, ради которого Ларин попытался бы жить, ради которого потратил бы все силы, чтоб вылечиться от зависимости окончательно. Одну зависимость бывает просто заменить другой. Ларин нашел эту замену, но приживется ли она? Это не алкоголь, не курение, это живой человек, имеющий свою жизнь, привычки. Но не попытавшись, Ларину не узнать ответа. Он вновь неуверенно сминает край одеяла в руках. — Ты старательно избегал меня. Забавно. Мужчина замолкает. Он не ждет ответа, а лишь смотрит на реакцию. Онешко увлеченно смотрит в ответ. Парень больше не боится, не стыдится, а вновь так же улыбается, частично радуясь тому, что Ларин вновь заговорил с ним. Удивительно, что пара слов иногда могут повлиять на общее настроение и отношение к человеку. — Я не уверен, что чувствую именно любовь, но странным образом все сложилось так, что ты мне нужен. Ларин замолкает, в этот раз окончательно. Внутри все горит, почти выжигая остатки того, что остальные называют душой. Онешко лишь вздрагивает от этих слов. Он не удивлен, его будто даже не задело сказанное Димой. И та заинтересованность, которая так долго гложила парня, моментально исчезает, сменяясь на безразличие. Молчание повисает в воздухе, давя на мужчину. — Извините, но я не могу ответить взаимностью. Вы интересный человек, безусловно, но не более того. Всего хорошего. С этими словами Юлик встает и уходит, оставляя Ларина наедине со своими мыслями и пустотой. Теперь на месте той самой души угли, в которые превратилась надежда на светлое будущее. Хочется разнести палату, но Дмитрий сидит, все так же сминая несчастное одеяло. Дома его ждет доза, которая, вероятно, будет последней. Осталось подождать несколько дней до выписки. Несколько дней до его самоубийства.