Не всё то золото, что блестит

      Руми потерял сознание. Герберт придерживал его в седле, Эхо охотно следовала за Бароном. Вернулись они уже заполночь. Агата стояла у входа, явно ожидая известий.       - Неси его в мою гостиную. – Это всё, что она сказала, прежде чем развернулась и скрылась где-то в полнейшем мраке усадьбы.       Герберт уверенно стащил мальчика с лошади и, прижимая его к себе, поднялся наверх. В темноте он видел как кошка. Всё же – демон. Да, прежней силы в нём уже не было, кровь Агаты его только отравляла, потому что была уже не человеческой. Прошло слишком много времени с того момента, когда Агата перестала быть человеком, а та кровь, которая магически обновляется, не просто не помогает демону – она для него губительна и отбирает силы. Потому и нужна была настоящая, человеческая кровь. Но не какая-то, а та, что похожа на кровь заключившего контракт с демоном. Правда Агата не тётя Руми, если посчитать, то… она его пра- прабабушка.       Устроив мальчика на мягкой софе, Герберт щёлкнул пальцами и все свечи в гостиной зажглись, камин ярко запылал. Он устроился рядом с Руми, ожидая хозяйку усадьбы. Та вошла стремительно, решительность чувствовалась в каждом её жесте. Она тоже что-то решила для себя и пришла с чёткой уверенностью, что никто не помешает ей совершить задуманного. В руках у неё был большой металлический кубок, хотя Герберт знал, что это вовсе не земной металл.       - Мы сделаем это сегодня, - она достала из ящичка своего резного секретера пару особых свечей, небольшой серебряный нож, лезвие которого блеснуло, отражая пламя разведенного камина.       - Он ещё не достиг нужного возраста, - резонно возразил Герберт, - тебе прекрасно известно, что это имеет большое значение. Тебе было шестнадцать, когда ты меня призвала, ему должно быть не меньше…       - ОН НЕ ПРОДЕРЖИТСЯ СТОЛЬКО! – Руми вздрогнул. Кажется, громкий голос Агаты привёл его в чувства, хотя глаз он ещё не открыл, - К тому же. В сравнении с тем, что стоит на кону, пара недель не делает погоды.       Агата уверенно стала приближаться к Руми с кубком и кинжалом в руке. Мальчик открыл глаза. Его мутный взгляд натолкнулся на тётю и он всё сразу же понял. Он резко сел и начал отползать к дальнему концу софы, подальше от ведьмы.       - Нет, пожалуйста, тётя… Не надо… Не надо… - Кажется, он потерял рассудок, потому что ничего больше из его рта не вырвалось. Вся его бравада была фальшивой. Он боялся, а почему нет? Разве есть такие люди, которые ничего никогда не боялись? А он всего-лишь ребёнок, которого лишили всего ещё до того, как у него вообще что-то появилось.       - Руми, послушай меня, - Агата замерла, - Я не хочу делать тебе больно, но если ты меня вынудишь, мне придётся это сделать.       - Ты же обещала моим родителям, что вылечишь меня! - Руми плакал, но как-то тихо, обречённо, слёзы катились по щекам, но он, казалось, их даже не замечал.       - А они обещали мне отдать второго ребёнка, как он только родится! Я выполнила то, чего они у меня просили – я вылечила бесплодие твоей матери! Но они прятали тебя от меня, это они виноваты в твоей болезни! Нельзя нарушать клятвы данные колдунье на крови! – Агата вновь двинулась к Руми, - к тому же, знаешь, на каких условиях они отдали тебя мне? Они променяли тебя на забвение. Предпочли тебя забыть. Даже если ты вернёшься, они тебя не вспомнят.       - Это не правда, - голос Руми казался каким-то надтреснутым, - Зачем ты мне врёшь?..       - Это правда, Руми, - впервые за всё время голос подал Герберт. Руми и Агата повернули в его сторону, - Они тебя предали… Но я знаю, что нужно делать…       Он вскочил и оттолкнул Агату в сторону, а потом за руку резко сдёрнул Руми с софы.       - Ты не простишь мне того, что я хочу сделать… - Герберт склонился к шее мальчика и впился в неё зубами, Руми успел только вскрикнуть. Агата тоже кричала, она метнулась к демону, пыталась ему помешать, вогнала кинжал, который всё ещё сжимала в руке, в спину Герберта. Тщетно, он всё также высасывал кровь, вместе с жизнью из Руми, тот безвольно обвис в его руках.       Оторвавшись от шеи Руми, Герберт ослабевшими руками уложил мальчика обратно, а потом впился зубами уже в своё запястье. Поток крови, вырвавшийся из руки, он направил в приоткрытый рот мальчика. За спиной всё также кричала Агата, корчившаяся на полу в каком-то диком, неконтролируемом припадке.       - Ты умрё-ё-ёшь! – Нечеловеческим голосом выла она, - ты сдохнешь!..       - Сначала ты, - слабым голосом, но сквозь улыбку прошептал Герберт, сползающий на пол.       Прежде чем потерять сознание, Герберт увидел как трансформируется тело ведьмы, уменьшаясь в размерах, сжимается и рассыпается прахом. А потом была пустота. *       После пустоты пришла боль. Адская, неконтролируемая боль, которая корёжила суставы, выгибала позвоночник и рвала сухожилия и мышцы. Отпускало медленно, тело расслаблялось, сердцебиение становилось медленнее, спокойнее. Но взгляд ещё был достаточно расфокусированным, чтобы не понимать что происходит вокруг. Слух тоже не облегчал ситуацию и не стремился помочь хозяину разобраться в том, что его окружает.       Пролежав добрый час на полу, Герберт наконец смог подняться на подгибающиеся ноги. Он жив. Да, он нарушил контракт с ведьмой, заключив новый с мальчиком, он должен был поплатиться за это жизнью, но не поплатился. Скорее всего он просто лишился силы, это радовало, потому что Руми не умрёт! Но… Мальчик всё также не подавал признаков жизни, щёки его впали, пульс не прослеживался, а кожа приобрела какой-то мертвенно-синий оттенок.       - Руми, - Герберт похлопал его по щекам, - Руми, очнись… Всё закончилось, Руми… Пожалуйста, очнись…       Герберт заплакал, впервые в своей жизни, насколько он помнил. Потому что Руми ровным счётом не реагировал ни на что. Ни на уговоры, ни на просьбы, пощёчины тоже не давали никакого эффекта. Герберт с остервенением бил его по сердцу, пытаясь заставить сломанный механизм вновь начать функционировать. Не помогало.       - Руми, пожалуйста, - Герберт склонился к лицу Руми, опаляя того своим тёплым дыханием, омывая его своими слезами, - Для чего всё это было, если ты меня покинешь?..       Герберт бессильно упал на пол, стащил тело мальчика себе на колени и крепко обнял. Рыданий он не сдерживал, целовал щёки, целовал закрытые веки, а Руми всё также оставался безмолвным. Он умер. И это стоило принять, но до этапа принятия всегда идёт этап отрицания. Потому что то, что не может вместиться в наших головах, обречено быть отвергнутым. А смерть Руми для Герберта была соизмерима с потерей вселенной. Герберта всегда поражало, какой Руми маленький на самом деле и как много места занимает в его мыслях. Между Руми и вселенной у Герберта в голове стоял знак равенства.       - Такой большой, а ревёшь как девчонка, Берт…       Герберт резко отстранился. Руми смотрел на него своими ясными глазами, с привычным хитрым прищуром. Герберт держал руку Руми в своей и пульс не прощупывался, сердце тоже не билось, но он был жив… Черт возьми, он жив!!! Прижав мальчика сильнее к груди, Герберт глубоко вздохнул его запах, тёплый и родной. Он жив. Значит план сработал. Руми заключил сделку с демоном. С демоном, которого больше нет. И как много лет назад Агата, Руми перестал быть человеком, но приобрел взамен долгую жизнь и здоровье.       - Что случилось, Берт?       - Ты теперь не умрешь… ты будешь рядом со мной всегда…       - Так уже и всегда, - фыркнул в плечо Берта мальчик, обнимая его в ответ.       - Пока смерть не разлучит нас, - пожал плечами бывший демон.