Rebirth

Они разошлись у подножия Шибусена. Мака пообещала, что сбегает за продуктами и вернётся назад, и, оставив Хрону ждать её на ближайшей скамейке, скрылась за поворотом. Небо уже потихоньку темнело: смеющееся Солнце уступало место Луне, огромным чёрным пятном распластавшейся над городом. Дул тёплый ветер. Хрона прикрыла глаза, прислонившись к спинке скамейки, пытаясь хоть раз насладиться пустотой в голове. После того, как девушка выбрала себе мечи, они поужинали в столовой и, подписав разрешение на ношение оружия, с чистой совестью бродили по коридорам, разговаривая о всякой ерунде. Прошло два часа с момента пробуждения Хроны, и молчание демонов разума сопровождало её всё это время. Наверное, слово «непривычно» стало иконой уходящего дня: непривычная слабость, непривычная надежда... Непривычная тишина. Прошло около пятнадцати минут. «Что-то она долго, - невольно подумала Хрона. – Может, сумки тяжёлые?» Мечница встала со скамейки и, поправив пояс, двинулась к магазину, куда ушла Мака. Около здания никого не оказалось. Девушка забежала внутрь, быстро обошла длинные ряды полок и вышла наружу. Албарн нигде не было. Внутри вспыхнула искра паники. - Мака!.. – сложив руки у губ, позвала её Хрона. И, обернувшись, заметила укатившееся яблоко у самого тротуара. Хрона подняла фрукт с земли и огляделась. Узкое пространство переулка, к которому вела дорожка для пешеходов, уходило вглубь домов. «Это глупо», - нахмурилась мечница, но всё же сделала шаг в полумрак улочки. Недалеко от мусорных контейнеров валялось ещё одно яблоко. Девушка вытащила мечи из ножен и, затаив дыхание, осторожно приблизилась к повороту за угол. Из-за стены послышался громкий шёпот. - Обскакала всех, да? Коса Смерти, значит?! Если б не ты, тупая тварь, у меня было бы всё!.. Ничего... Не станет рук – нечем будет держать твоё чёртово оружие! Сознание треснуло. Мир заволокла дымка ярости. - Закатай ей рукав, живо! Ты у меня попляшешь, сучка... Ты попляшешь... Без рук плясать будешь!.. Трое учеников Шибусена: два Оружия и Повелитель. Смеялись, оскалившись как шакалы. Один держал Маку сзади, зажав ей рот. Албарн металась из стороны в сторону, мычала, пытаясь вырваться, но второй занёс тесак – превращённого третьего. В глазах девушки сверкнула ярость, и она, извернувшись, впилась зубами в ладонь первого. Оружие взвыло, но тут же отвесило Маке крепкую пощёчину в ответ. Албарн вскрикнула. Чертыхаясь, парень стащил с неё рубашку, подставляя её руку под тесак. Все разом обернулись, когда Хрона, пошатнувшись, вышла из-за угла. - Проваливай отсюда. Мечница не сдвинулась с места. - Он глухой что ли?.. Ник, разберись с ним! Первый бросил Маку второму и, разминая шею, двинулся на Хрону. Вместо кисти правой руки заблестел наконечник копья. Девушка подняла голову. Парень застыл, в ужасе глядя на Хрону. Глаза девушки налились кровью. Под кожей что-то неприятно шевельнулось. Мечница улыбнулась. «Колоть до смерти». Глотку мерзавца пронзили мечи. Второй закричал, невольно ослабив хватку. Мака рванулась вперёд и, выскользнув из его рук, заползла за мусорные баки . Лезвия рассекли горло Оружия. Хлынула кровь. Хрона прикрыла глаза, подставив лицо под грязно-алый поток. Кровь стекала по её волосам, скользила по скулам, капала на ворот рубашки. Омывала с ног до головы, как ей казалось. Её крестила смерть. Жертва не успела вскрикнуть. Из гортани раздалось утробное бульканье, и парень упал на землю, закатив глаза. - Ублюдок!.. – с криком бросился на неё второй. Меч проткнул его запястье насквозь. Сухожилия треснули. Брызнула кровь. Повелитель выронил тесак, крича от боли, и попятился назад. Третий, недолго думая, вернул себе человеческий облик и оттащил хозяина в сторону. Хрона не торопилась, приближаясь к ним шаг за шагом. Занося над головой сразу оба меча. Подчиняясь кипящей смоле, струящейся по венам. «Давай!..» Лезвия вонзились в плоть. Короткий крик. Тела обмякли и рухнули на землю. В переулке наконец застыла тишина, прерываемая лишь сдавленным дыханием Хроны. «Теперь Мака в безопасности». Губы растянулись в слабой улыбке. «Я всё сделала правильно». Пальцы разжались, и мечи со звоном упали на асфальт. «Правильно...» - Мака!.. – всё ещё улыбаясь, позвала её Хрона. Немного пошатываясь, мечница перешагнула тела. - Всё хорошо, Мака! Ты можешь... Девушка заглянула за мусорные баки, где пряталась Албарн, и замерла. - ...Выходить. Заплаканная, испуганная до полусмерти, Мака закрыла лицо руками и вжалась в стену дома, словно мечтая слиться с ней и навсегда исчезнуть за прочной кирпичной кладкой. На тонких запястьях остались следы чужих пальцев. Рубашка порвалась, обнажая синяк на плече. - Мака?.. Дрожа от страха, Албарн осторожно убрала ладони. Лицо, руки, волосы, одежда Хроны – всё её угловатое тело было омыто чужой кровью. И она улыбалась. Улыбалась с этим робким вопросом во взгляде: «Что такое? Почему ты боишься меня?» Хрона прикоснулась к её лицу. Мака не посмела шевельнуться и лишь испуганно зажмурилась, когда пальцы девушки оставили следы крови на коже. Несколько секунд тянулись целую вечность. Голос Хроны дрогнул. - Почему?.. Албарн подняла голову и вздрогнула. - Что я сделала не так?.. Почему ты так смотришь на меня?! Хрона всхлипнула и, смахнув слёзы, задержала взгляд на руке. Капли были иссиня-чёрного цвета. - Нет... Хрона отшатнулась от Маки и ударилась спиной о стену дома. Голову вскружило. Из горла вырвался болезненный крик. - Нет, нет, нет!.. Албарн вжалась в мусорный бак, побоявшись вмешиваться в агонию мечницы. - Ты говорила мне, что я свободна! Ты говорила мне!.. Чёрные капли терзали разум, издевались над ней, впитывались в кожу и скользили по венам, вновь и вновь отравляя обновлённую кровь. Заполняли собой абсолютно всё, вновь претендуя на обладание телом. Хрона схватилась за голову, до боли сжимая пальцами виски. - Я хочу вернуть его, - сдавленно смеясь, прошептала мечница. – Я хочу чувствовать его, быть им, погружаться в него, знать, что я его, что мы оба... Мы оба...! Жар ударил её по затылку. С высохших губ сорвался хрип, и Хрона упала на колени, ещё больше пачкаясь в крови своих жертв. - Нет... – в лихорадке замотала головой она. – Нет, это бред, обман, иллюзия!.. Иллюзия! Я ненавижу его... Я хочу разорвать его, изрезать, заколоть, сжать руки на его горле! Прочь!.. Силы кончились. Хрона зажмурилась и прошептала: - Вали... Из меня прочь... И провалилась бы в бессознательный мрак, если б не выросший перед ней силуэт в заштопанном халате. - Профессор... Что... - Я ощутил... Души... Она...? - Помогите... Она не... В ушах звенело. Хрона слышала лишь обрывки фраз, мутным взглядом смотря на изучающего её Штейна. Придерживая голову девушки, свободной рукой профессор по очереди оттянул её веки, внимательно осмотрел зрачки. Мечница ощущала себя марионеткой, у которой то ли нити срезали, то ли кукловод пропал – она не могла шевельнуть даже пальцем. - Без сомнения... Отведём... - Хорошо... Штейн осторожно взял её на руки. Звон достиг апогея, и Хрона застонала, мечтая поскорее потерять сознание. Всё казалось очередным кошмаром чёрной крови, очередным сном, из которого её скоро вытащит утро. Или свет, льющийся из приоткрытой двери... Обрамляющий силуэт Медузы. В черепной коробке щёлкнул механизм. Взгляд Хроны прояснился. Разум очнулся, и голову тут же вскружил тошнотворный запах крови. Цвета вдруг стали пронзительно-острыми. Переулок вспыхнул болью, обжигающей виски. Мечница до боли в суставах сжала халат Штейна. Профессор остановился. - Что... – голос девушки дрогнул. - ...Я наделала?.. Профессор произнёс первую и последнюю фразу, что Хрона сумела осознать. - Это не ты. Это – твоя кровь. Мечница с чистой совестью провалилась во тьму. Опять в густом концентрированном мраке. Хрона огляделась и подумала, что она наконец одна. Она никогда так жестоко не ошибалась. Перед ней возникло два силуэта. Высокий, немного сутулый, но всё ещё слишком сильный, её «крепкий орешек», который ей никогда не раскусить. Маленький и хрупкий, всегда не вовремя храбрый, почему-то излучающий свет, от которого болели глаза. Оба силуэта стояли около неё. Он – по левую руку. Она – по правую. Оба смотрели Хроне прямо в глаза... Не мигая. - Ты не можешь вечно метаться из угла в угол, - усмехнулся первый. - Прости, но тебе придётся выбирать, - добавил второй. Хрона хотела возразить, опровергнуть их слова, но горло сдавили цепкие пальцы страха. Она не смогла издать ни единого звука. Значит, такова её участь в этом кошмаре – стоять и слушать. Молча. - Подойди ко мне, - вновь подал голос первый. – Тебе не придётся строить из себя невесть что. Будь слабой – такой, какой ты всегда была рядом со мной. Впусти меня, дай мне проникнуть внутрь!.. Подойди ко мне, и это будет последний выбор, что ты сделаешь в своей жизни. Остальное я возьму на себя. - Пожалуйста, подойди ко мне, - смущённо прошептал второй. – Мне нужна твоя защита. Я всегда буду рядом, чтобы ни случилось. Ты научишься быть сильной – такой, какой ты всегда втайне мечтала быть. Дай мне излечить тебя. Подойди ко мне, и я покажу тебе любовь... Ты ведь хотела этому научиться. «Что им нужно от меня? Почему они не дают мне проснуться?!» - Привычная слабость... - Непривычная сила... «Я не хочу». - Родное безумие. - Чистый разум. «Я не могу». - Утраченное женское начало! - Приобретённое мужское!.. «Я не буду!» - Будь в моей тени! - Будь моей защитой! Впервые за весь кошмар ей дали голос. - Я не буду выбирать!.. Сон звонко треснул, осыпая всё своими осколками. - Проснись. Хрона подчинилась голосу и открыла глаза. Свет ламп ослеплял. Вокруг операционного стола сгустился мрак, разорванный лишь силуэтом профессора Штейна. Память неприятно расплывалась. Хрона хотела протереть глаза, но в запястья упёрлись ремни. Опять. - Спокойно, - произнёс Штейн, отойдя к какому-то прибору. – Я ничего с тобой не делал – лишь взглянул на душу. Ты кричала во сне. С другой стороны стола появилась ещё одна фигура. Зрение подводило, в разы повышая контраст изображения. Хрона присмотрелась и узнала в подсвеченном силуэте Марию. Коса Смерти ласково погладила мечницу по голове. - Всё будет хорошо, не волнуйся. Мария коснулась лба девушки и вздрогнула: тёплую руку обжёг неестественный холод. Мьёльнир нахмурилась. Хрону знобило. - Хотя мы и сделали тебе переливание, - вновь подал голос профессор, - в тебе всё равно осталась капля чёрной крови. Бесконечно вкачивать тебе новую кровь в надежде, что мы сможем так её оттуда вытащить – не выход. Чёрная кровь настолько же разумна, как мы все... Она будет постоянно ускользать, и все процедуры окажутся бесполезными. Хрона, наконец, нашла в себе силы говорить. - И что... Мне делать? Штейн помрачнел. - Ты же понимаешь, что я не могу умолчать о случившемся. Мечница вздрогнула. Холод, и так охватывающий всё тело, в этот раз накрыл с головой. - Кид убьёт меня, да? - Не говори глупостей! – отрезала Мария. Но и она в смятении поглядывала на Штейна в надежде, что он найдёт выход. Или хотя бы натолкнёт её на идею. - Кид сейчас не в том настроении, чтобы столкнуться с такими новостями, - задумался профессор. – Опасно говорить ему о твоей нестабильности, когда он и так на нервах из-за предательства ведьм. Убить-то он тебя не убьёт... Но в подвал, как Медузу когда-то, бросить может. Но и позволить тебе свободно гулять по городу, когда тобой в любой момент может овладеть чёрная кровь – плохая идея. - Придумала! – вдруг щёлкнула пальцами Мария. - Слушаю? - Помнишь те чертежи, что я нашла у тебя на той неделе? - Ограничитель колебаний души? – Штейн удивлённо взглянул на Мьёльнир. – И что же с ним? - Он ведь препятствует резонансу пары, – Мария отошла от операционного стола и двинулась к каким-то коробкам в углу комнаты. – Ты создаёшь его на тот случай, если Оружие и Повелитель вдруг начнут представлять угрозу для Академии, и нужно будет быстро их нейтрализовать, верно? – она достала сложенный вдвое чертёж и, вернувшись обратно, протянула его Штейну. – Но ведь чёрная кровь, пробуждаясь в Хроне, тоже совершает резонанс с её телом, как некогда делал Рагнарёк. Может, если бы ты мог перенастроить его... Профессор развернул чертёж и окинул его беглым взглядом. Хрона поёжилась. Механизм крепился к шее и был чертовски похож на ошейник. - Сделать так, чтобы он ограничивал чёрную кровь? Мария кивнула. - Что ж... Думаю, это вполне возможно, - пожал плечами Штейн, - но мне всё равно потребуется время. - Вот здесь и начинается пробел в моём плане, - слабо улыбнулась Мьёльнир. – Я не знаю, что делать с Хроной до того, как ты перенастроишь ограничитель. - Предлагаю пересказать Блэк Стару суть проблемы, а он научит Хрону хоть немного контролировать колебания души, - сказал профессор. – Её всё равно Кид к нему хотел на обучение отправить. Мне Мака говорила. Знакомое имя больно резануло слух. Хрона вздрогнула. - Мака? Где она?! - Не волнуйся, - подала голос Мария. – Она здесь, в приёмной. Ждёт тебя. Горло крепко сжал стыд. Мечница отвела взгляд. - Я напугала её... - Ты спасла её, - ответил Штейн. – Это, как мне кажется, куда важнее. - И если бы она боялась тебя, она не сидела бы сейчас в соседней комнате, - улыбнулась Мария. Профессор приблизился к столу и по очереди отстегнул ремни. Хрона осторожно приподнялась, потирая запястья, и неуверенно взглянула на Штейна. Девушка боялась идти в приёмную. - Давай, чего ждёшь, - пожал плечами тот. Зрение сфокусировалось, значительно осветлив то, что она видела раньше. Мечница слезла со стола и, всё ещё пошатываясь из стороны в сторону, с опаской двинулась к выходу из комнаты. Мария и Штейн лишь молча проводили её взглядом. Хрона набрала в лёгкие воздуха и, зажмурившись, нажала на ручку. Дверь приоткрылась. Мечница аккуратно заглянула внутрь. Мака свернулась калачиком на небольшом диванчике и спала, изредка вздрагивая от своего же бессознательного шёпота. Нет, она всё же была кроликом, маленьким и до дрожи в коленях беззащитным в своём сне. В реальности она от демонов убегать научилась. А вот в голове... Хрона на цыпочках подошла чуть ближе, боясь разбудить девушку. Чутьё её не подвело – стоило мечнице сделать последний шаг, как Мака, услышав шорох, открыла глаза и замерла, задержав дыхание. Их взгляды встретились. Хватило всего пары секунд. Ноги подкосились, и Хрона упала на колени, закрыв лицо руками. Албарн опешила, но не двинулась с места, в смятении глядя на мечницу. Та дрожала и всхлипывала, не решаясь даже прикоснуться к Маке. - Прости меня, прости, пожалуйста!.. – девушка опустила ладони, открыв Албарн покрасневшее лицо. – Он ещё жив... Где-то внутри меня, но жив, жив, понимаешь?! Я не хочу... Возвращаться назад... Мака села на колени рядом с Хроной и осторожно, с плохо скрытой опаской обняла её, прикрыв глаза. Только так она могла полностью ощутить биение этой странной, запутанной, измученной души. Только так она могла хотя бы попытаться понять её. Только так она могла её простить. - Я не хочу опять быть запертой с ним... В одной комнате... В одном теле!.. – Хрона уткнулась в плечо Албарн, пытаясь заново научиться дышать. – Но это так привычно, что... Я не... Я не знаю?.. - Тише, - наконец нашла в себе силы говорить Мака. – Тише... Албарн провела ладонью по копне грязно-розовых волос. Хрона всхлипнула в последний раз и, шмыгнув носом, робко отстранилась от Повелительницы Косы. А затем вздрогнула, пошатнувшись от удара воспоминаний. Мака улыбалась. Прямо как тогда, в подземелье Академии. Когда граница её мира исчезла в первый раз.