Покорители огня

      Путь через горы был нелегким. Чтобы избежать возможного преследования, Азула с Дай Ли и пленником покинули пещеру через скрытый в противоположной выходу стене тоннель, который вывел их на склон далеко от той тропы, по которой они поднимались сюда. Зуко предположил, что, судя по расположению пещеры, раньше она служила каким-то военным объектом, и этот тоннель был для покорителей земли запасным выходом из нее на случай непредвиденного отступления.       Спускаться пришлось по крутому снежному кулуару. Снег был глубоким, скользким, и в сгустившихся сумерках было совершенно непонятно, куда ставить ногу, чтобы не оступиться и не скатиться вниз. Вдобавок вечером снова начался снегопад. Видимость была очень плохой, сыплющийся с неба снег – мокрым, и одежда путников уже всего через несколько минут вымокла чуть ли не насквозь. Для Зуко этот переход затруднялся еще тем, что его руки по-прежнему были надежно скованы за спиной каменными кандалами, и сохранять в таком положении равновесие на этом скользком крутом склоне ему было очень непросто. Один из агентов Дай Ли шел рядом с ним, крепко удерживая пленника за плечо, и ощущение его холодной каменной перчатки заставляло Зуко все время возвращаться воспоминаниями в подвалы агентуры Дай Ли под озером Лаогай. Один раз снег все же ушел у Зуко из-под ног, и он чуть было не скатился вниз с мелькнувшей на мгновение надеждой скрыться таким образом из поля зрения своего конвоира хотя бы на несколько секунд, чтобы затем спрятаться в какой-нибудь расселине и попытаться сбежать, но Дай Ли резким взмахом руки выдвинул из земли небольшой блок, который удержал Зуко от падения, и они продолжили свой путь в прежнем темпе. Впрочем, такой план все равно вряд ли смог бы осуществиться: Азула со вторым агентом шагала в нескольких шагах позади них и первой же попытке бегства Зуко, не задумываясь, нашпиговала бы его молниями. Нет, не стоит торопиться. У него еще есть, по крайней мере, несколько дней, чтобы выбрать хотя бы немного более удачный момент для побега.       В итоге спуск по склону закончился отвесным обрывом, под которым расстилался густой хвойный лес. Ведущий Зуко агент жестким толчком в спину заставил пленника встать на небольшую площадку на самом краю уступа. Азула и второй агент последовали их примеру, и покорители земли плавно спустили эту каменную платформу вниз. Про себя Зуко отметил, что такой способ перемещения ему гораздо больше по душе, чем спуск на снежном вихре. По крайней мере, так он может ощущать под ногами твердую землю, а, следовательно, хотя бы минимальный контроль над ситуацией.       Оказавшись внизу, агент бесцеремонно приковал пленника к скале и ушел, оставив его под надзором своего напарника и Азулы. Вообще, как Зуко заметил, агенты практически не разговаривали ни между собой, ни с Азулой, молча выполняя все ее краткие указания или просто делая то, что находили нужным. Их подготовка была настолько великолепной, что они понимали друг друга без слов, только по коротким жестам или даже взглядам. Несомненно, последователи учения Аватара Киоши были просто идеальными воинами, и если бы их силы использовались не только в пределах Ба Синг Се, возможно, ход столетней войны радикально изменился бы еще задолго до возвращения Аватара Аанга в этот мир.       Вскоре Зуко стал бить озноб. Хотя под горой было безветренно, и мороз здесь ощущался гораздо слабее, продолжать оставаться в промокшей от снега одежде становилось просто невыносимо. Оставшийся с Азулой агент выдвинул из земли вокруг них несколько каменных плит, образовавших нечто вроде каменной палатки, внутри которой та решилась создать огонь. Она удерживала пламя на ладони, греясь об него сама и согревая своего помощника. Зуко же, стоящего в стороне и плотно прижатого камнем к ледяной скале, буквально трясло от холода. В конце концов, он не выдержал и, дождавшись момента, пока Азула отвернется, осторожно выдохнул, разогревая воздух вокруг себя.       Азула резко обернулась.       – Что ты делаешь? – Она подозрительно оглядела его и угрожающе нахмурилась. – Я же тебя предупредила, чтобы ты не смел даже пытаться покорять огонь.       Зуко ожег ее злым взглядом.       – Я замерзну здесь насмерть.       – Думаешь, меня это хоть как-то беспокоит? – пожала Азула плечами. – Предупреждаю в последний раз: еще раз покоришь огонь – тут же получишь новый шрам от ожога.       Глаза Зуко гневно сузились. Он несколько мгновений пристально смотрел на сестру, а затем демонстративно выдохнул изо рта небольшой поток пламени.       – Урод! – Азула резко шагнула к нему, и пламя на ее ладони вспыхнуло ярче. – Ты думаешь, я шучу? Нравится терпеть боль?       – Конечно, не шутишь, – бросил Зуко, вложив в свою интонацию столько презрения, сколько только смог. – Что с тебя еще взять? Лживая, низкая, подлая. Весь твой уровень – это дети и беззащитные пленники.       – Что?! – яростно прошипела Азула, угрожающе надвигаясь на него, так что ее лицо оказалось в непосредственной близости от его лица. – Что ты сейчас сказал?       – То, что есть, – жестко отозвался Зуко. – Ударить в спину. Ложью заманить в ловушку. Прикрыться силами имперских гвардейцев, подруг или Дай Ли. Это все, на что ты только способна. Единственное наше открытое противостояние ты, Азула, проиграла, проиграла безоговорочно, благодаря чему корона Лорда Огня перешла мне. Ты настолько жалкая, настолько слабая, что мне даже стыдно, что у нас с тобой одни и те же родители.       Глаза Азулы ошеломленно расширились.       – И это мне говоришь ты? Ты, Зуко, изуродованный, жалкий, бездарный неудачник?!       – Именно поэтому ты угрожаешь мне расправой, пока я не могу оказать тебе сопротивления? Боишься, что в честном сражении неудачник одолеет тебя?       Азула вскинулась, словно ей отвесили пощечину. Она резко отпрянула назад и уже открыла было рот, чтобы что-то сказать в ответ, но вдруг неожиданно застыла на месте. Она еще несколько секунд смотрела Зуко в глаза, а затем ее губы изогнулись в усмешке, и она издала короткий смешок.       – Ха! А ты, оказывается, хорош, Зуко! – Она снова хохотнула. – Дай угадаю: это твой дружок Джет научил тебя так блефовать? Неплохо, неплохо. Я чуть было не повелась. – Азула снова приблизилась к пленнику и ласково коснулась ладонью свободной руки его щеки. Зуко попытался отстраниться, но он был так плотно прикован к скале за своей спиной, что уйти ему было некуда. – Так ты, оказывается, вырос, Зузу. Что, мне теперь следует относиться к тебе серьезнее? – игриво добавила она, но вдруг неожиданно ее лицо исказила злость, и она отвесила брату такую крепкую пощечину, что его голова непроизвольно мотнулась в сторону. – Не смей играть со мной, Зуко! Детские игры давно закончились.       Зуко медленно выдохнул и поднял на нее пылающий ненавистью взгляд. Азула криво усмехнулась.       – На этот раз все будет по-моему, братец.       Зуко слегка оскалился и, неотрывно глядя на сестру, снова демонстративно покорил огонь, разогревая окружающий его воздух. Та презрительно хмыкнула и отвернулась.              Агент, которого, как Зуко понял из разговоров, звали Кван Ши, вернулся только спустя несколько часов. Он приехал на экипаже, запряженном парой страусовых лошадей, и Зуко испытал невероятное облегчение, когда, после длительного стояния прижатым к ледяной скале, наконец-то очутился в закрытой повозке. Второй агент, Зэн, не слишком церемонясь, грубо втолкнул пленника вовнутрь, и Зуко, не удержав равновесия, упал на пол, больно ударившись при этом об угол сидения, но молча проглотил это унижение, прекрасно помня, что садистские навыки Дай Ли могут быть куда как более жестокими. Азула заняла место на скамье, жестом велев Зуко оставаться на полу. Он сел, опершись на стену, хотя со скованными за спиной руками это было не слишком удобно, краем глаза наблюдая за тем, как агенты занесли в повозку свой скудный багаж, состоящий из двух наполовину пустых вещевых мешков. Затем дверца захлопнулась, оставив его один на один с Азулой, послышалось недовольное всхрапывание лошадей, и экипаж тронулся с места.       Азула сладко потянулась и с улыбкой взглянула на Зуко.       – Наконец-то. Ты даже не представляешь, Зуко, как мне надоело жить в пещерах! Вечно куда-то бежать, от кого-то прятаться и каждый день, каждую минуту мечтать вернуться домой.       – Думаю, представляю, – мрачно бросил он.       – Ах, да. – Азула, приподняв одну бровь, смерила его насмешливым взглядом. – Я и забыла, что когда-то ты был в точно таком же положении, в котором сейчас оказалась я. Ну, ничего. Очень скоро это все закончится. Для нас обоих.       Зуко молча отвернулся.              Время в поездке тянулось бесконечно долго. По-прежнему валил негустой, но непрекращающийся мокрый снег, и видимый Зуко за крошечным окошком в дверце экипажа клочок неба был одинаково серым от рассвета и до заката на протяжении всех дней, что они ехали, как он понял, к западному побережью, откуда Азула каким-то образом планировала продолжить свой путь в Страну Огня. Ехали практически без остановок, простаивая лишь во время смены птице-лошадей в придорожных поселениях. Агенты по очереди отдыхали внутри повозки, ни на секунду не оставляя пленника без наблюдения, и даже в те короткие промежутки времени, когда они освобождали его от своих каменных оков, тщательно следили за ним, не оставляя на побег ни единого шанса. Азула тоже практически не выпускала его из своего поля зрения и не допускала, чтобы он получил возможность обменяться с Дай Ли хотя бы несколькими фразами.       На второй день пути экипаж остановил пограничный патруль. Зэн, находящийся в этот момент внутри, моментально сковал пленника по рукам и ногам, закрыл ему лицо камнем и затолкал под скамью за мгновение до того, как дверца повозки распахнулась, и стражник заглянул вовнутрь. Зуко видел через щель в досках его светло-зеленую форму, точно такую же, какую носил Джет, но не мог издать ни звука, и даже пошевелиться, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание. Вдобавок, камень перекрыл ему доступ к воздуху, и он едва не задохнулся, пока, наконец, патрульные, проверив фальшивые паспорта путешественников, отпустили их, повозка снова тронулась, и Зэн освободил его от кляпа. Позже, проанализировав ситуацию, Зуко сделал вывод, что это даже хорошо, что патрульные его не заметили. Если бы стражники что-то заподозрили, Азула и Дай Ли просто убили бы их всех. Конечно, это добавило бы им лишних проблем, но все равно никак не поспособствовало освобождению Зуко, а ему совсем не хотелось, чтобы кто-то погиб из-за него. Он уверял себя в этом, но одновременно испытывал дикую досаду, что, получив, возможно, единственный шанс на побег, не смог сделать абсолютно ничего, вновь почувствовав себя безвольной марионеткой в руках Дай Ли. Азула не просчиталась, выбрав себе в качестве союзников именно этих покорителей земли.       К вечеру этого же дня так получилось, что Азула и Зуко снова остались в экипаже вдвоем. Незадолго до этого один из агентов сходил во встретившееся им по дороге поселение, чтобы пополнить запасы продовольствия, и теперь вместе с напарником занял место возницы, негромко переговариваясь с ним. Азула сидела на скамье, неторопливо потягивая какой-то напиток из глиняной чашки и с мечтательным выражением на лице глядя в пространство перед собой. Зуко исподлобья мрачно наблюдал за ней. Еды ему не давали практически никакой – одна пресная рисовая лепешка за все это время – и жестко ограничивали в воде. Судя по всему, Азула хотела как следует отыграться на нем и, не позволяя себе до некоторого времени калечить его, решила хотя бы поиздеваться, моря голодом и жаждой. Кроме этого, Зуко чувствовал подступающую болезнь: во время перехода через горы он здорово переохладился, и теперь ощущал глухую головную боль и непреодолимую слабость во всем теле. Что ж, можно считать, что Азуле снова повезло: если ему станет хуже, то, даже когда у него появится шанс сбежать, из-за дурного самочувствия он просто не сможет им воспользоваться в полной мере.       Почувствовав взгляд Зуко, Азула лениво повернула к нему голову и вопросительно приподняла одну бровь.       – Да?       Зуко мрачно хмыкнул и отвернулся. Азула усмехнулась, поднялась на ноги и, приблизившись к брату, опустилась на пол рядом с ним.       – Хочешь?       Она поднесла свою чашку к его губам. Зуко косо взглянул на сестру, но жажда пересилила гордость, и он жадно отхлебнул ароматный бледно-розовый напиток. Разбавленное вино.       – Вкусно, да? – Азула снова отпила сама и устроилась поудобнее, прижавшись теплым плечом к плечу Зуко. – Давно мы с тобой не проводили время вдвоем, Зуко.       Зуко промолчал. Азула вновь повернула к нему голову и изобразила легкое удивление.       – Не хочешь со мной разговаривать?       – Не горю желанием, – огрызнулся он.       – Ничего, очень скоро будешь гореть, причем в буквальном смысле. – Азула издевательски рассмеялась, и Зуко непроизвольно поежился. – Да ладно тебе, Зузу. Давай воспользуемся последним нашим шансом хотя бы недолго побыть братом и сестрой. Мы же толком с тобой не общались с тех пор как… – Она на мгновение задумалась. – Как мама ушла. Да?       – Даже дольше. – Зуко покачал головой. – Слишком многое изменилось с тех пор, Азула. Слишком.       – Да, пожалуй. – Азула снова дала ему отпить вина. – Ты очень изменился. Знаешь, внешне ты всегда был немного похож на отца, но сейчас стал просто вылитым им. Признаюсь, мне иногда даже немного не по себе становится. Словно я смотрю не на тебя, а на него.       Зуко нахмурился.       – Я не похож на отца.       – Похо-о-ож, – с усмешкой протянула Азула. – Даже больше, чем ты думаешь. И не только внешне. Ты такой же слабак, как и он.       Зуко замер на мгновение, а затем медленно повернул голову и недоуменно уставился на нее.       – Что? Ты считаешь отца слабым?       – Конечно. – Азула пожала плечами. – Он ведь проиграл в битве Аватару. Тринадцатилетнему пацану, ха!       – Ты сама неоднократно проигрывала этому пацану, – иронично заметил Зуко.       Азула сердито зыркнула на него.       – Это другое. Аватару всегда помогали. То его ненаглядные друзья, то ты. А отец… Он сражался с ним один на один. Во время прилета кометы Созина! Наш прадед уничтожил всех воздушных кочевников в день ее прошлого прилета, а отец не справился с одним. – Ее взгляд стал слегка отстраненным. – Всю свою жизнь я верила в отца. Верила в его силу. А он разочаровал меня. Он оказался таким же слабым, как и все остальные.       – Наш отец не слаб, Азула, – твердо возразил Зуко. – Он проиграл ту битву, но не потому, что был слаб. Он выступил против Аватара Аанга. Он не мог победить.       – Да ладно тебе, Зуко, – хмыкнула она. – Признай, наш отец – слабак.       – Нет. – Зуко упрямо нахмурился. – Он ведь потерял все, что имел, абсолютно все. Корону, власть, титул, богатство. Свободу. Способности к покорению огня. Любой бы человек на его месте сломался. Но он – нет.       Азула усмехнулась.       – Почему ты так решил?       Зуко опустил взгляд.       – Не так давно я говорил с ним. И он ничуть не изменился. Наш отец очень плохой человек, он совершил множество непростительных поступков, но он не слаб. Он один из самых сильных людей, кого я только знаю.       Азула еще несколько секунд пристально смотрела на него, а потом покачала головой.       – Как же это на тебя похоже, Зуко. После всего того, что отец сделал с тобой. После этого. – Она протянула руку и легонько коснулась пальцами его шрама. – И ты все равно продолжаешь его защищать.       Зуко резко повернул голову, отстраняясь.       – Я не защищаю его, Азула. Я называю вещи своими именами.       – Нет, брат. Нет. Все дело в том, что ты никогда не можешь до конца разорвать свои привязанности. Даже к отцу. Именно в этом твоя слабость.       На улице уже совсем стемнело, и внутри экипажа тоже стало темно. Повозка слегка покачивалась под шум ветра и скрип снега под ее колесами, и Зуко постепенно охватывала вязкая отупляющая сонливость. Видимо, сказывалось выпитое вино: даже такое малое его количество на пустой желудок опьянило его. А, может, это просто усталость и недомогание сделали свое дело.       – Объясни мне одну вещь, Зуко, – снова послышался голос Азулы, который разом вырвал Зуко из дремоты. – Почему ты это сделал?       – Что? – Зуко не сразу смог сообразить, что она от него хочет услышать.       – Почему ты отдал свою жизнь и корону за этого пацана? – уточнила она. – Я бы еще поняла, если бы это сделал ради дочери, или этой мерзкой простолюдинки с полюса, или даже ради своего ненаглядного дружка Джета. Но ведь этот мальчишка тебе абсолютно никто! Я не понимаю.       – И не поймешь. – Зуко снова посмотрел на сестру, хотя во мраке ее черты стали практически неразличимы. – Ты не можешь этого понять, Азула.       – Да, не могу, – тихо согласилась она.       Что-то в ее интонации заставило Зуко насторожиться. Он нахмурился, пытаясь понять, что же именно он услышал. То ли сожаление, то ли досаду… В его памяти моментально возникли картины прошлого. Как маленькая Азула непонимающе наблюдает за тем, как он играет с мамой. Как Азула осторожно, но старательно пытается отстраниться от мамы, когда та целует ее. Как Азула сжигает любимую игрушку Зуко и искренне недоумевает, почему тот так расстроен. Как Азула озадаченно слушает Зуко, пока тот с восторгом рассказывает о том, что у него в академии появился друг. Как Азула равнодушно пожимает плечами и уходит во дворец, когда мама рассказывает им о гибели Лу Тена. И Зуко вдруг осенило. Азула действительно не понимает. Она просто не может в полной мере испытывать счастье от таких простых вещей, как, например, общение с близкими и друзьями. Может, именно поэтому она всегда так себя вела? Может, даже подсознательно, завидовала Зуко, что тот испытывает такие чувства, которые ей просто недоступны, и оттого всячески пыталась унизить его, обидеть, причинить ему боль, просто желая отомстить и отыграться за собственную неполноценность?       Зуко вдруг вспомнил, как Азула заходилась в истерике, сидя прикованной к решетке водостока на королевской площади. Все, что у нее было – это власть над людьми и чувство собственного превосходства в покорении. Проиграв тот бой, она потеряла и то, и другое, и у нее не осталось больше ничего. Именно это и погубило тогда ее разум.       – Ты, Зуко, слишком эмоциональный, – снова подала голос Азула. – Это очень плохая черта для правителя. И теперь ты это подтвердил. Ты отдал свою страну мне, просто поддавшись эмоциям. Лорд Огня, да? Да ты просто не можешь им быть!       – И, тем не менее, я им был уже семь последних лет, – заметил Зуко.       – Ой, не смеши! – Азула снова рассмеялась. – Да какой из тебя Лорд Огня? Дважды предатель, изгнанник, неудачник. Посудомойка! – весело добавила она. – Да еще и Синий Дух в придачу. Вот уж чего я меньше всего ожидала, так это того, что бандитом в синей маске окажешься именно ты! Интересно, как бы твои последователи отнеслись к тому, что тот самый Синий Дух, который неоднократно нападал на военные базы народа огня, воровал бесценную военную информацию, покалечил многих рядовых солдат и нескольких человек офицерского состава, а, кроме того, освободил захваченного адмиралом Джао в плен Аватара Аанга – и есть их ненаглядный Лорд Огня? – Она громко хмыкнула. – Полагаю, они бы в тебе довольно сильно разочаровались.       – Я просто пытался выполнить задание отца, Азула, – прошипел Зуко сквозь зубы. – Меня ограничили во всех возможных средствах. Как я должен был искать Аватара, не располагая абсолютно никакой информацией о происходящем на фронте? Я вынужден был так поступать!       – А убийства? – Хотя Зуко и не мог видеть в темноте ее лицо, он почувствовал, как Азула ехидно улыбнулась. – Ради этой информации ты убивал своих соотечественников, Зуко, которые не были подчинены тебе. И после этого ты еще что-то говоришь о чести?       Зуко недоуменно нахмурился.       – О чем ты говоришь? Я никого не убивал.       – Ой, да брось. – Азула махнула рукой. – Полковник Лен, два лейтенанта, несколько рядовых солдат. Это только то, что произошло при свидетелях. Все они видели, что убийства совершал Синий Дух.       – Я этого не делал, – твердо повторил он. – Это сделал кто-то другой.       Азула помедлила секунду, а затем положила руку ему на плечо и, приблизив губы к самому его уху, доверительно прошептала:       – Зуко, тебе осталось жить считанные дни. Какая уж теперь разница? Просто признайся.       – Мне не в чем признаваться, Азула!       – Только не нужно прикидываться невинной коало-овечкой и пытаться меня убедить, что в Стране Огня существует еще один идиот, который будет совершать преступления в маске Синего Духа, – фыркнула она, отстраняясь.       Зуко помолчал, а потом несколько неуверенно предположил:       – Возможно, это был сам Синий Дух.       – Кто? Синий Дух? – Азула снова громко расхохоталась. – Ох, Зуко, а я думала, что из нас двоих тут я самая сумасшедшая! Ты, наверное, слишком много сказок читал в последнее время.       – Напрасно смеешься, Азула. – Зуко перевел взгляд на темное небо за окошком в дверце повозки. – Синий Дух существует, и он вполне способен на такое.       – Ну, да, – снова фыркнула она. – А еще существует дух Агни. Ох, ну, теперь мне окончательно стало ясно, в кого пошла твоя дочь. – Азула устало потянулась, задев при этом брата локтем. – Признаюсь, я в какой-то момент даже потеряла надежду добраться до нее. Ее мамочка носилась с ней, как кошко-курица, не оставляла ее ни на минуту. Охрана на улицах, охрана во дворце, охрана в дворцовом парке. Я просто ума не могла приложить, как добраться до этой мелкой дряни. А потом мне неожиданно повезло с ней поговорить. Я была не готова к разговору и наплела ей какую-то чушь, какая только пришла мне в тот момент в голову. Дух Агни, ха! – Она повернула голову, и Зуко увидел, как сверкнули в темноте ее глаза. – Я следила за вами долгие месяцы, Зуко. Я все знала про вас. Чем вы занимаетесь, где бываете, когда и с кем. И я знала, что твоя дочурка упряма. Так же упряма, как и ты. Я понимала, что ты запретишь ей встречаться с духом Агни, а она все сделает назло тебе. Она – вылитый ты в детстве. Я знала, чего от нее ждать.       – Ты тварь, Азула, – бесцветным тоном произнес Зуко.       Внезапно повозка озарилась бело-голубой вспышкой, и Зуко даже на мгновение зажмурился, отвернувшись. Когда он снова осторожно приоткрыл глаза, то сразу увидел самодовольно улыбающуюся Азулу, лицо которой освещалось пляшущим на ее ладони пламенем.       – Я просто пыталась вернуть себе то, что принадлежит мне по праву. – Ее голос звучал слишком тихо по сравнению с тем, как громко она говорила несколько секунд назад.       – Ты не имеешь никаких прав на корону Лорда Огня, – так же тихо отозвался Зуко. – Ты слишком бесчестна для того, чтобы быть правителем нашего народа.       – О, да! – Азула демонстративно закатила глаза. – Честь. Повтори это еще раз, Зуко. Из твоих уст это слово звучит особенно благородно.       Зуко плотно сжал губы, мрачно глядя на сестру. Та в свою очередь рассматривала его лицо с каким-то задумчивым выражением, словно видела его в первый раз.       – Ты так изменился, Зуко, – снова заметила она. – Теперь я, кажется, начинаю понимать, что эта маленькая простолюдинка нашла в тебе.       Она протянула свободную левую руку и неожиданно ласково провела пальцами по его щеке. Зуко недоуменно нахмурился и резко отстранился от ее прикосновений. Азула усмехнулась.       – Только вот я не могу понять, что ты нашел в ней. – Она поднялась на ноги и зажгла закрепленный на стене масляный светильник. – Как ты мог, Зуко? Ты, чистокровный человек огня, благороднейший из благородных, представитель королевской династии, потомок Созина, как ты мог связать себя узами брака с этой мерзкой сучкой?       – Закрой рот, Азула, – прошипел Зуко сквозь зубы. – Я люблю Катару, и ты знаешь это.       – Знаю. – Азула слегка повела плечом. – Именно поэтому я запустила ту молнию в нее, а не в тебя. Для того чтобы та победа стала для тебя горше поражения. Но ты снова удивил меня тогда. Очень удивил. – Она развернулась и внимательно посмотрела на брата. – Ты пожертвовал собой, чтобы спасти ее. Что она с тобой сделала, чтобы так влюбить тебя в себя? – Видя, что отвечать Зуко не собирается, она раздраженно хмыкнула. – Она приворожила тебя, да? Она – ведьма, она приворожила тебя своими шаманскими водопокорительными обрядами и заставила жениться на себе?       – Азула, ты сама себя слышишь? – перебил ее Зуко. – Что за чушь ты несешь? Какие обряды? Какая ведьма? Катара – самая прекрасная женщина в этом мире. Она – мать моей дочери и любовь всей моей жизни. Понимаешь, Азула? Я просто люблю ее! Представь себе, человека можно любить не за какие-то его заслуги. Любить со всеми его достоинствами и недостатками. Потому что нуждаешься в нем, потому что не представляешь себе жизни без него. Просто любить!       Азула несколько мгновений пристально смотрела на него, а потом неодобрительно покачала головой.       – Какой же ты дурак, Зуко.       – Взаимно, Азула, – горько бросил он и отвернулся.