Покорители огня

      После того, как целительнице из Хира’а удалось спасти жизнь еще неродившегося ребенка Катары и Зуко, и угроза прерывания беременности была устранена, остро встал вопрос, как им всем быть дальше. В свете открывшихся новых обстоятельств просто продолжать жить по-прежнему Урса не могла, да и факт близости Хира’а к Долине Забвения ни у Норена, ни у его супруги не оставлял желания жить в этом городке. Кроме того, правитель Страны Огня был слишком светской личностью, чтобы суметь долгое время сохранять свою связь с матерью в тайне, а отказываться от нее теперь, после того, как они, наконец, после стольких лет разлуки встретились, Зуко намерен не был. В итоге было решено воспользоваться щедрым предложением Матери Лиц и вернуть Урсе ее прежнюю внешность.       Урса серьезно поговорила с Кии, и та на удивление легко приняла правду о своей неожиданно пополнившейся семье. Узнав, что Зуко – ее брат, Кии очень обрадовалась, решив, что теперь они смогут жить вместе и играть каждый день. А когда тот показал ей старый портрет Урсы и объяснил, что теперь их мама будет выглядеть так, девочка пришла в самый настоящий восторг. Кии много времени проводила в театре с отцом и часто видела, как актрисы, используя косметику и маски, преображаются до неузнаваемости, перевоплощаясь в персонажей пьес, и перевоплощение своей мамы восприняла точно так же.       Аанг отправился в Мир Духов и убедился, что Великое Перерождение состоялось, и мир обрел свой прежний облик. После этого Урса в сопровождении Аанга, Норена и Джета снова отправилась в Долину Забвения, чтобы встретиться там с Матерью Лиц. Путешествие прошло успешно. Даже если в лесу и оставались недружественные людям духи, они не рискнули нападать на Аватара, и спустя несколько дней путешественники благополучно вернулись к друзьям, чтобы начать воплощение своих планов в жизнь.       Норико исчезла при неизвестных обстоятельствах. Среди жителей Хира’а ходили слухи, что она, скорее всего, по неосторожности вошла в Долину Забвения и, как и большинство отправлявшихся туда людей, не вернулась. Овдовевший Норен не мог оставаться жить в городе, где все ему напоминало о любимой жене. Он быстро нашел преемника на свою должность директора театра и, бросив довольно сильно пострадавший от недавнего землетрясения дом и забрав с собой дочь, уехал из Хира’а.       Лорд Огня Зуко спустя чуть более месяца путешествия вернулся в столицу вместе со своей матерью, леди Урсой. Во время судебного разбирательства Урса рассказала о подробностях своего исчезновения восемь лет назад. Оказалось, что принц Озай готовил заговор по свержению своего отца, Лорда Огня Азулона, для того, чтобы, воспользовавшись отсутствием в столице законного престолонаследника, принца Айро, который слишком тяжело перенес гибель своего единственного сына и в этот момент не был в состоянии заниматься государственными делами, захватить трон. Для осуществления своего замысла принц Озай воспользовался услугами наемных убийц. Урса узнала о покушении, и, чтобы снять с себя все подозрения, принц Озай решил обвинить в государственной измене именно ее. Понимая, что ее словам никто не поверит, и доказать свою невиновность она не сможет, Урса бежала из столицы и все эти годы скрывалась у своих старых друзей. Но после того как Лорду Огня Зуко не без помощи Аватара Аанга удалось отыскать ее, Урса решила вернуться домой и рассказать все, что знала.       Судьями и мудрецами огня были приняты во внимание все весьма подозрительные обстоятельства смерти Лорда Огня Азулона, включая странное дополнение к завещанию, и с леди Урсы были сняты все обвинения по факту цареубийства. В то же время Лорд Огня Зуко проявил просто неслыханное великодушие и не стал ужесточать приговор Озая, который по-прежнему отбывал свое пожизненное заключение в столичной тюрьме.       Мудрецы огня с благословения Агни расторгли брак Озая и Урсы, и та уехала жить в небольшой провинциальный городок Хейна, располагающийся в нескольких часах езды к югу от столицы. Спустя некоторое время она снова вышла замуж, и теперь счастливо жила там со своей новой семьей.              Катара прекрасно понимала желание Зуко как можно чаще навещать свою мать и сестру. В соответствии с созданной ими легендой, Кии не являлась родственницей Зуко, что гарантировало ей вполне достаточную безопасность с точки зрения возможных покушений, в то время как Урса в безопасности не была. Тем не менее, мать Зуко рассудила, что, живя в столице, она будет привлекать к себе определенный интерес и подвергать этим опасности и Норена, и Кии. В то же время, если она скроется из поля зрения возможных недоброжелателей, то, вероятно, ее вообще не будут принимать во внимание как фактор влияния на правителя Страны Огня. Из этих же соображений Урса практически никогда не приезжала в столицу, побывав там после своего возвращения считанные разы, и все встречи Зуко с матерью и сестрой происходили в Хейне. Конечно, после рождения Арисы эти визиты пришлось отложить на довольно длительный срок, но, как только девочка повзрослела достаточно для того, чтобы совершать небольшие путешествия, Зуко и Катара не упускали ни единой возможности съездить к родственникам хотя бы на несколько часов. Вот и сегодня они, не тратя даром времени, с самого утра отправились в Хейну.       Ариса, высунувшись из окна экипажа, с по-детски непосредственным восторгом смотрела на неторопливо проплывающие мимо заснеженные пейзажи. Катара и Зуко сидели на обитой темно-красным бархатом скамье, вполглаза следя за дочерью. Вокруг царила сонная тишина, нарушаемая лишь стуком колес да тяжелой поступью комодо-носорогов сопровождающих королевский экипаж гвардейцев. Говорить ни о чем не хотелось, и молодые люди, выбросив на время из головы все заботы, просто наслаждались поездкой.       Катара зябко поежилась и плотнее прижалась к обнимающему ее супругу. Конечно, царящий в Стране Огня зимой холод даже близко не мог сравниться с холодом на ее родине, но, тем не менее, воздух, проникающий вовнутрь экипажа через открытое Арисой окно, был довольно морозным, и ощущение тепла тела Зуко, явственно чувствовавшегося даже через плотную зимнюю одежду, было очень приятным.       Зуко скосил на нее взгляд, и его губы тронула мягкая улыбка.       – Замерзла? – Взяв руку возлюбленной в свою, он осторожно выдохнул немного пламени в ее ладонь.       – Немножко. – Катара ответила ему улыбкой и, почувствовав, как обнимающая ее рука мужа сместилась, села ровно. – Тебе неудобно? Устал?       – Ну, что ты. – Зуко снова настойчиво притянул супругу к себе и едва слышно прошептал ей на ухо. – Я никогда не устану обнимать тебя.       – И я тебя. – Катара легко коснулась губами его подбородка и вдруг, не удержавшись, лизнула его кончиком языка. – Ты вкусный.       – Папа вкусный? – Ариса резко обернулась и недоуменно уставилась на родителей.       Те даже вздрогнули от неожиданности и немного отстранились друг от друга.       – Ну и слух у тебя, – растерянно пробормотала Катара. – Нет, я сказала… Эээ… – Она бросила на Зуко умоляющий взгляд, но тот только беспомощно пожал плечами. – Я сказала, что папа грустный, – наконец, нашлась она.       Ариса вопросительно посмотрела на отца.       – Почему ты грустный?       – Потому что я очень не люблю холод. – Зуко, чуть приподнявшись со скамьи, решительно задвинул створку окна и, подхватив дочь на руки, усадил ее к себе на колени. – Знаешь, что будет, если покоритель огня замерзнет?       Ариса чуть поерзала, устраиваясь поудобнее.       – Он заболеет?       – Не только. Он не сможет покорять огонь. – Немного наклонившись, он коснулся губами ее носика. – Ну вот, видишь? Нос замерз.       – Не замерз, – рассмеялась Ариса, растирая нос ладошкой. – А можно я попробую покорить огонь?       Зуко утвердительно кивнул.       – Давай. Создай пламя.       Лицо Арисы тут же стало серьезным. Она подняла руку, пристально глядя на нее, а затем резко выдохнула, и на ладони ее вспыхнул крошечный оранжевый огонек.       – Отлично. – Зуко тоже неторопливо выдохнул, и пламя разгорелось чуть сильнее. – Удерживай его как можно дольше.       Маленькая принцесса утвердительно кивнула, не отрывая сосредоточенного взгляда от пламени на своей ладони.       – У меня хорошо получается, да, папа?       Зуко не без гордости улыбнулся.       – Очень хорошо.       – Жалко, что Кии не может покорять огонь, – продолжала тем временем девочка. – Вместе покорять интереснее.       Зуко обменялся с Катарой тяжелым взглядом. Они сразу подумали об одном и том же, так как не единожды обсуждали это между собой. Ариса росла в окружении одних только взрослых людей. Ее обучением пока что занимались сами родители и советник Айро, а в дальнейшем эти обязанности будут возложены на приходящих учителей. Об обучении наследницы престола на общих основаниях, даже в элитной академии, не могло быть и речи, и Зуко прекрасно осознавал, насколько Арисе будет не хватать общения со своими сверстниками. В детстве он необычайно остро нуждался в общении и тихо страдал от отсутствия у него друзей. Хотя у него было не так уже все плохо. У него была Азула и ее подруги, с которыми, несмотря на все сложности, все же было интересно проводить время. У него был Лу Тен, который, несмотря на существенную разницу в возрасте, всегда старался уделить своему маленькому кузену хотя бы немного внимания. С Арисой же все было по-другому. Единственный ребенок, с которым маленькая принцесса имела возможность время от времени общаться, была Кии. Но Кии росла в простой обстановке, ходила в обычную школу и, естественно, у нее были свои школьные подруги. Потеря интереса к общению с маленькой племянницей была только вопросом времени. Второй ребенок, безусловно, положительно повлиял бы на Арису, и проблема одиночества была бы устранена, но… Зуко не был готов снова рисковать жизнью Катары. И вряд ли когда-нибудь будет готов.       Зуко незаметно вздохнул и быстрым движением руки загасил пламя на ладони дочери.       – Думаю, скоро у тебя появится напарник в покорении огня, – спокойно проговорил он.       Ариса подняла на него вопросительный взгляд.       – Правда? А кто?       – Это сын наших с мамой друзей. Он, наверное, некоторое время поживет в столице, и вы вместе будете учиться покорять огонь.       Глаза девочки радостно сверкнули.       – Ой, здорово! – Она соскочила с колен отца и вскарабкалась на скамью возле Катары. – Мама, ты слышала? У меня будет новый друг!       Катара мягко улыбнулась и приобняла дочь.       – Слышала. Это действительно здорово.       – Его зовут Серрик, он совсем чуть-чуть младше тебя, – продолжил Зуко. – И он совсем недавно начал покорять огонь. Ты сама сможешь его научить тому, что уже знаешь.       – Да! – Лицо Арисы просто светилось восторгом. – Я научу его делать огненную вспышку. А еще огненную змею. Да, папа?       Зуко утвердительно кивнул.       – Конечно. Это будет весело.       В окошко экипажа раздался короткий стук, а через мгновение деревянная створка отодвинулась, впуская вовнутрь морозный воздух со снегом, и послышался слегка приглушенный шлемом голос командира отряда королевского эскорта:       – Лорд Огня Зуко, сэр. Мы почти прибыли. Будем в Хейне через несколько минут.              – В последнюю неделю у Норена стала часто болеть голова. – Урса тяжело вздохнула. – Мои отвары помогают, но совсем ненадолго. Я очень за него волнуюсь.       Они с Зуко сидели на крытой террасе небольшого деревянного дома, располагающегося на окраине Хейны, и наблюдали оттуда за резвящимися во дворе девочками. Катара и Норен деликатно оставили Зуко и Урсу одних и сейчас тоже были во дворе, принимая активное участие в детском веселье.       – Возможно, это из-за перемены погоды. – Зуко накрыл ладонью лежащую на столе узкую изящную ладонь матери и мягко пожал ее. – Снегопад закончится, и самочувствие Норена придет в норму.       На губах Урсы появилась благодарная улыбка.       – Надеюсь, ты прав. – Она одарила сына ласковым взглядом. – Ну, а как твои дела? Все спокойно?       – Да, мама, все хорошо. – Зуко слегка нахмурился, что не ускользнуло от внимания Урсы.       – Зуко, – с легким укором проговорила она. – Что случилось?       – Да так, ерунда. – Он как можно небрежнее махнул рукой. – Возникли небольшие сложности в работе министерства иностранных дел. Уже все улажено, хотя забот мне это прибавило основательно. – Он тоже улыбнулся. – Не обращай внимания. Это мои проблемы, не твои.       Урса помолчала несколько секунд, а затем со вздохом отвела взгляд в сторону.       – Я понимаю, почему ты отстраняешь меня от своих дел, – тихо проговорила она. – Мы слишком долго были в разлуке. Ты вырос без меня и отвык от моего присутствия в твоей жизни. Мне безумно жаль, что это произошло, Зуко, и мне так хотелось бы наверстать упущенное время, хотя я прекрасно понимаю, что это невозможно, и ты всегда будешь воспринимать меня немного чужой…       – Да что ты такое говоришь, мама! – возмущенно воскликнул Зуко. – Как ты можешь быть мне чужой? Ты моя мама, ты самый родной мне человек. Просто я действительно вырос. У меня своя жизнь, своя работа, свои обязанности. Свой ребенок. – Его взгляд на несколько мгновений заметно потеплел. – Но ты тоже часть моей жизни, мама. Всегда была и всегда будешь.       Урса подняла на него немного печальный взгляд и внимательно оглядела своего существенно повзрослевшего сына. Конечно, он больше не был тем маленьким мальчиком, которого она вынуждена была оставить много лет назад ради спасения его жизни, и даже не тем юношей, с которым она встретилась пять лет назад в Хира’а. Рядом с ней сидел пусть и молодой, но мужчина, высокий, мужественный и великолепно сложенный. Аристократичный и величественный, облаченный в богатые одеяния, от него буквально исходила уверенность и властность, а его умный взгляд выдавал сильный, твердый характер. Несомненно, Зуко был на своем месте. Он был прирожденным правителем. И он был очень красив. Настолько, что его шрам не просто его не портил, но даже придавал его внешности некоторую брутальность, которой ей немного не хватало. Урса не могла не признать, что, при всех своих недостатках, внешне Озай был очень красивым человеком, и Зуко унаследовал большинство черт своего отца. Сходство Зуко с Озаем с каждым годом становилось все более явным, и даже то, что Зуко по-прежнему коротко обрезал свои волосы и чисто брился, не отращивая ни бороду, ни бакенбарды, которые носили многие взрослые мужчины Народа Огня, полностью скрыть это ему не удавалось.       Зуко пододвинулся к матери и приобнял ее за плечи.       – Мама, все хорошо?       – Да. Да, Зуко, конечно. – Урса печально улыбнулась, склонив голову ему на плечо. – Просто я, наверное, никогда так и не смогу до конца смириться с тем, что ты вырос, и что у тебя теперь есть другая женщина. Женщины. – Она кивнула на играющих во дворе детей.       Зуко недоуменно нахмурился.       – Мама, ты что, ревнуешь меня к Катаре?       – Как и любая мать, – усмехнулась та. – Нет, ты не подумай: Катара прекрасная девушка, и я знаю, как вы любите друг друга и как счастливы вместе, но все равно ничего не могу с собой поделать.       Зуко незаметно усмехнулся. Мог ли он даже в своих самых смелых мечтаниях предполагать, когда рыскал по всему миру в поисках Аватара, когда вместе с дядей скитался по Царству Земли в качестве нищего беженца или когда работал в задрипаной чайной официантом, что он будет нужен каким-нибудь женщинам настолько, что они даже будут его ревновать?       – Ариса хорошо себя ведет? – неожиданно сменила тему разговора Урса.       Зуко утвердительно кивнул.       – Да. Она большая умница. Она понимает все, о чем мы с ней говорим, и быстро всему учится. – Он перевел взгляд на дочь, которая в этот момент отчаянно спорила с Кии, какой нос приделать сооруженному ими снежному человеку: кусок угля или найденную ею по дороге сюда шишку. – И покорение огня ей дается очень легко. Ариса станет прекрасным покорителем.       – Ты видишь, как она похожа на Азулу? – тихо произнесла Урса и сразу ощутила, как напряглась обнимающая ее плечи рука сына.       – Вижу, – так же тихо отозвался Зуко. – Каждый день вижу. Я пытался убедить себя, что мне это только кажется, но правда в том, что так и есть. Ариса очень похожа на нее. – Он помолчал некоторое время прежде, чем задать следующий вопрос: – Ты больше не навещала ее?       Урса отрицательно покачала головой.       – Нет, – произнесла она с горечью в голосе. – Ты же знаешь. Я не хочу, чтобы Азуле снова стало хуже.       После своего возвращения в столицу и улаживания всех судебных вопросов, Урса первым делом навестила Азулу в психиатрической лечебнице. Зуко, который сопровождал ее, ожидал чего угодно – приступа ярости, воплей, слез, припадка – но только не того, что произошло на самом деле. Увидев свою мать, Азула просто застыла на месте, словно превратившись в каменное изваяние, а затем произнесла только одно слово: «Прочь».       Урса пыталась говорить с ней, но Азула была непреклонна. Она молча сидела на своем стуле, прикованная к нему цепями и ремнями, обездвиженная смирительной рубашкой, и мрачно смотрела в стену мимо лица матери. А потом она заговорила. Холодным, ничего не выражающим тоном. Она сказала, что не хочет никогда в жизни больше видеть лица Урсы. Она заявила, что Урса для нее никто и ничто, и даже к Зуко она испытывает больше родственных чувств, чем к матери. Она пояснила, что, придя к ней наяву, Урса избавила ее от навязчивых видений и галлюцинаций, и даже сухо поблагодарила ее за это. И она потребовала, чтобы Урса оставила ее в покое и больше никогда в жизни не беспокоила ее. «Умри для меня», – сказала Азула. – «Мне будет легче думать, что ты уже мертва, чем испытывать это безумное желание убить тебя собственными руками. Не мучай меня больше. Просто исчезни».       Действительно, после этой встречи состояние Азулы сразу изменилось в лучшую сторону. Она стала адекватно воспринимать мир, прекратились ее припадки и приступы, и ее лечащий доктор посчитал, что в целом психическое состояние принцессы Азулы пришло в норму. Хотя на поверку оказалось, что это было не совсем так. Когда Урса попыталась снова навестить дочь, у Азулы произошел самый настоящий нервный срыв, и ее снова с помощью медикаментов пришлось приводить в норму. После того случая Урса больше не пыталась увидеться с дочерью, хотя и очень страдала от этого.       Незадолго до появления Арисы на свет Зуко сам навестил сестру в лечебнице и, убедившись, что ее психика вполне стабилизировалась, отдал приказ перевести Азулу в тюрьму на отбытие пожизненного заключения с особым режимом, где та и пребывала до настоящего времени. Согласно отчетам начальника тюрьмы, поначалу Азула чувствовала себя очень угнетенно, что, вероятно, было последствием ее болезни в том числе. Впрочем, со временем она смирилась со своим новым положением и даже выполняла большинство требований стражи. Судя по всему, Азула поняла, что быть тюремной заключенной гораздо лучше, чем быть пациенткой психиатрической лечебницы, и сделала правильный выбор.       – Как же так вышло, Зуко? – тихо проговорила Урса.       Зуко мрачно покачал головой. Он очень не любил разговоров об Азуле и всячески избегал их, но сегодня почему-то решил поддержать эту беседу.       – Я не знаю, мама. С ней что-то произошло. Когда я вернулся домой после своего изгнания, она была в полном порядке. Даже более чем. – Он неодобрительно хмыкнул, отведя взгляд в сторону. – Но когда мы с ней встретились уже после моего перехода на сторону Аватара… С ней уже тогда что-то было не так. Я не знаю, что такого могло случиться, что так сильно повлияло на нее.       Их разговор был прерван вбежавшими на крыльцо Арисой и Кии. Разгоряченные щечки девочек пылали, а глаза сияли от радости и возбуждения.       – Папа, папа, ты видел? – воскликнула Ариса, подбегая к отцу.       Зуко растерянно моргнул и бросил на поднявшуюся на террасу Катару вопросительный взгляд. Та кивком головы указала на сооруженного девочками снежного человека.       – Конечно, видел, – улыбнулся он, вставая со скамьи. – Он у вас получился таким большим.       – Это я сделала ему голову! – с восторгом пояснила Ариса. – А дедушка Норен поставил ее на место. А то я не достаю.       – Вот видишь. Что бы ты делала без дедушки? – усмехнулся Зуко и обернулся к Кии, которая скромно остановилась в нескольких шагах от него. – Ну, а ты не скучала, Кии?       – Нет, – улыбнулась та. – Мне с Арисой очень интересно играть. Правда.       – Я очень рад. – Зуко протянул ей руку, и Кии охотно вложила свою ладонь в его. – Ну, что, пойдем в дом греться?       Ариса хотела было что-то возразить, но, посмотрев на спокойно пошагавшую к двери вместе с Зуко Кии, промолчала и, ухватившись за руку Катары, послушно последовала за ними.