Покорители огня

      Увидев, как непроизвольно сжавшийся кулак Зуко объяло яркое оранжевое пламя, Ариса крепко зажмурилась и застыла на месте, ожидая страшного удара. Однако секунды шли, но ничего не происходило. Она осторожно приподняла веки и встретилась с отцом взглядом. Он молчал, но в его глазах отражалось такое разочарование, такая горечь и обида, что Ариса, даже не осознавая этого, почувствовала себя самым-самым плохим человеком на свете.       – Марш. В свою. Комнату, – отрывисто проговорила Катара не терпящим возражений тоном.       – Мама, я… – начала было Ариса, но та резко прервала ее:       – Прочь!       Ариса вздрогнула, рывком развернулась и бросилась к входу во дворец.       Катара обернулась к замершему в оцепенении от всего произошедшего Серрику.       – Серрик, ты тоже беги в дом, – гораздо более мягким тоном произнесла она. – Мы сейчас придем.       Мальчик послушно кивнул и бегом последовал за Арисой.       Дождавшись, пока он отдалился настолько, что не мог ее слышать, Катара повернулась к супругу.       – Зуко, – тихо проговорила она, сжимая его руку, – она не хотела. Она не понимала, что говорит.       – Я знаю, – так же тихо отозвался Зуко. Он перевел взгляд на Катару и выдавил из себя горькую улыбку. – Все в порядке. Я получил то, что заслужил.       У Катары глаза на лоб полезли от изумления.       – Что? Что ты такое говоришь?       – Ариса сделала то, что я десятки раз делал по отношению к дяде Айро. Я произносил очень, очень злые слова. Я говорил гадости родному человеку, тому, кто относился ко мне лучше, чем кто бы то ни было на всем свете. А теперь я ощутил то же самое на себе. – Он мрачно хмыкнул. – Как там Сокка говорил? Бумеранг вернулся.       – Зуко! – Катара обхватила лицо супруга ладонями и, притянув его к себе, на мгновение прижалась губами к его губам. – Не говори так! Ты не заслужил такого отношения. Ариса слишком маленькая. Она просто не понимает.       Зуко утвердительно кивнул и, тяжело вздохнув, указал на валяющийся рядом сверток, ярко выделяющийся темно-красным пятном на снегу.       – Не понимает, но тяжесть ее проступка от этого не уменьшается. И она даже отказывается признавать свою вину.       – Она просто заупрямилась. Не понимаю, зачем, но это было чистой воды упрямство. – Катара покачала головой. – Я поговорю с ней. Дадим ей немного времени, чтобы успокоиться, и попробуем еще раз поговорить.       – Да, поговори, – согласился Зуко. – Только без меня. Думаю, мне следует на какое-то время воздержаться от общения с Арисой. Так будет правильнее. – Он быстрым движением расстегнул свою мантию и, сняв ее, набросил на плечи Катары. – Пойдем. Здесь холодно. И нужно приказать убрать уткочерепаху.       Катара бросила еще один горестный взгляд на завернутое в темно-красную ткань обгоревшее тельце зверька и торопливо пошагала по аллее рядом с мужем.              Ариса бежала, не разбирая дороги, прямо через покрытые плотным слоем снега клумбы и газоны. Ноги ее увязали, проваливаясь в глубокий наст, и она пару раз чуть было не полетела на землю, но каким-то образом сумела удержать равновесие. Вихрем влетев в отворенную дверь, она пронеслась по коридору, оставляя на ковровой дорожке снежные следы, которые, тут же тая, превращались в грязь, свернула в первый попавшийся переход, нырнула за висящую на стене тяжелую бархатную портьеру и, прижавшись лбом к прохладной каменной стене, сползла по ней на пол, содрогаясь от приступов беззвучного плача.       Ариса не знала, сколько она так просидела, как вдруг неожиданно ощутила легкое прикосновение к своему плечу. Она резко обернулась и в полумраке своего убежища разглядела склонившегося над ней Серрика.       – Ариса, не плачь. – Мальчик опустился на колени и крепко обнял ее. – Не плачь.       – Я ненавижу себя, – всхлипнула Ариса. – Я такая плохая!       – Ты не плохая! – воскликнул Серрик. – Ты хорошая, Ариса!       Девочка помотала головой.       – Плохая. Я убила уткочерепашку. И я очень сильно обидела папу. А он даже не сжег меня.       – Что? – Серрик чуть отстранился, недоумевающее глядя на нее. – Ты хотела, чтобы он тебя сжег?       Ариса снова всхлипнула.       – Я заслужила. Я плохая, плохая! Он должен был сжечь меня.       – Он бы не сжег тебя! – запротестовал мальчик. – Твой папа любит тебя.       – Он ненавидит меня. Он больше никогда, никогда не будет любить меня. – Ариса снова залилась слезами.       Серрик огорошено смотрел на нее, не зная, что сказать, и, тоже всхлипывая, осторожно гладил ее по руке, пытаясь успокоить.       В этот момент в коридоре послышались тихие голоса, и дети замерли, затихнув и прижавшись друг к другу.       – …хотя бы покорение? – услышала Ариса окончание фразы, которую произнесла ее мама. – Она же буквально живет этим.       – Я и так поторопился, – голос папы. – Ариса слишком маленькая. Ты же видишь, она не в состоянии контролировать свое пламя. И я не хочу обсуждать это. Больше никаких тренировок покорения огня. Ариса наказана. Точка.       Голоса и шаги родителей стихли в глубине перехода, и Ариса перевела на Серрика заплаканный взгляд.       – Слышал? Папа больше не будет учить меня, – выдавила она из себя и, закрыв лицо ладошками, снова разрыдалась.       – Ариса, ну не плачь, пожалуйста, – всхлипнул Серрик. – Знаешь, мама и папа меня однажды тоже наказали. Я целых два дня не выходил из дома. А потом они простили меня. Твой папа тоже простит тебя.       Ариса помотала головой.       – Он думает, что я маленькая. Что я не могу покорять огонь. Он не будет учить меня. Я его раза… Разо…       – Разочаровала? – помог ей Серрик.       – Да. Папа больше не верит, что я могу покорять огонь правильно. – Ариса вдруг вскинулась, осененная неожиданно пришедшей ей в голову идеей. – Я должна доказать папе, что я хороший покоритель! Тогда он опять будет учить меня.       Серрик недоуменно моргнул.       – Как?       – Если я смогу призвать духа огня Агни, тогда папа поверит, что я могу хорошо покорять огонь. – Глаза девочки снова засияли, и она решительно утерла заплаканное лицо ладошкой. – Я пойду в парк и буду покорять огонь, пока не появится дух огня.       – Если твой папа увидит, он очень рассердится.       – А я спрячусь. – Ариса решительно поднялась на ноги. – Помнишь, что сказала та тетя? Про статую дракона.       – Ариса, не надо! – Серрик тоже вскочил с пола и ухватил ее за руку. – А если… Если тот дух злой?       – Нет, он хороший! – запротестовала малышка. – Он дух огня. А мы – покорители огня. Он наш друг, понимаешь?       Мальчик энергично помотал головой, от чего его длинные несобранные волосы растрепались еще сильнее.       – Это неправильно.       – А ты не хочешь посмотреть на Агни?       – Хочу. Но…       – Тогда пошли. – Ариса потянула за собой.       Серрик не поддался, оставаясь на месте.       – Ариса, не надо.       – Ну и оставайся, – обиженно бросила Ариса, упрямо вздернув подбородок. – А я пойду! Я призову духа огня Агни, и тогда папа поверит, что я могу покорять огонь! – И она стремительно выскользнула из-за портьеры.       Серрик еще несколько секунд стоял неподвижно, а затем бегом бросился за девочкой, догнав ее у самого поворота коридора.       – Подожди. Я с тобой. Я буду защищать тебя.       Ариса радостно улыбнулась и осторожно выглянула из-за угла.       – Стражи нет. Пошли.       Преодолев длинный коридор, дети, миновав приоткрытую дверь, выбежали на улицу и со всего разгона чуть было не налетели на стоящего на выходе гвардейца. К счастью, покоритель огня был повернут к дверям спиной и не заметил выскочивших на улицу детей. Ариса схватила Серрика за руку и нырнула за украшающую вход во дворец колонну, спрятавшись за ее массивным основанием.       Притаившись, малыши из своего укрытия наблюдали за тем, как служанка, подняв с земли маленький темный сверток, в сопровождении второго гвардейца направилась к внутренним воротам в невысокой каменной стене, которая отделяла двор от другой части парка.       По щекам Арисы снова покатились слезы. Она до сих пор не могла до конца осознать, что уткочерепаха мертва, и что ее невозможно починить или склеить, как деревянного солдатика, хотя прекрасно видела, что исправить уже ничего нельзя.       Проводив прислужницу, гвардеец запер ворота на ключ, вернулся к своему напарнику, и оба стражника вернулись во дворец.       Дождавшись, пока дверь за ними закрылась, Ариса, все еще шмыгая носом, натянула свой капюшон, надела пришитые к рукавам атласными лентами рукавички, сделала знак Серрику, и они побежали к пруду, за которым в небольшом отдалении возвышалась бронзовая статуя дракона.       – Во дворе нас сразу увидят, – шепотом проговорила она. – А все ворота ночью закрыты. Давай попробуем пройти через дракона.       – Давай. – Серрик, похоже, тоже заразился ее азартом. Он первым подбежал к статуе и, обойдя ее кругом, помахал подруге рукой. – Нашел.       Подбежав к нему, Ариса с сомнением посмотрела на небольшую трещину в огромном, выше ее роста, постаменте.       – Туда?       – Наверное. – Серрик, опустившись на четвереньки, легко протиснулся в трещину. – Здесь пусто. Но я ничего не вижу.       – Сейчас. – Ариса тоже забралась вовнутрь статуи вслед за ним и, высоко подняв ладонь, разожгла на ней небольшой огонек. – Ух ты.       Прямо под ногами детей оказалась узкая, выбитая прямо в твердой каменной породе, лестница, которая круто уходила вниз под землю. Малыши замерли, нерешительно глядя в темный проход.       – Ну, что? Идем? – поторопил Арису Серрик.       – Я… не знаю. Там так темно, – нерешительно протянула девочка.       Глаза Серрика сузились, а на губах его неожиданно появилась легкая усмешка.       – Испугалась?       – Еще чего! – вскинулась Ариса. – Пошли! – И она решительно шагнула вперед.       Преодолев порядка двух десятков ступеней, дети оказались в длинном широком коридоре. Свет пламени Арисы выхватывал из темноты только небольшой круг, дальше же тьма сгущалась, и разглядеть что-либо впереди не представлялось возможным.       – Наверное, там должна быть еще одна лестница, – предположила Ариса. – Чтобы подняться наверх.       – Наверное, – согласился Серрик. – Идем.       Малыши, взявшись за руки, торопливо пошагали вперед, опасливо оглядываясь по сторонам. Впрочем, бояться здесь было нечего. Коридор этот почти ничем не отличался от многих переходов дворца. Тут были такие же гладкие стены, также не было окон, и если бы не отсутствие светильников и гобеленов, можно было бы подумать, что дети просто забрели в какую-то дальнюю неохраняемую часть дворцового комплекса.       – О, смотри! – неожиданно проговорил Серрик, указывая на небольшой арочный проем в стене, похожий на дверной, хотя никакой двери там не было. – Может, лестница там?       – Может. – Ариса, резво подбежав к нему, осторожно заглянула в проход. – Точно! Там свет! Идем!       Малыши смело шагнули вперед, но едва только они переступили низкий каменный порог, как вдруг земля у них под ногами дрогнула, и раздался оглушительный грохот. Ариса от неожиданности потеряла концентрацию, и огонек на ее ладони погас. Они с Серриком бросились обратно, но внезапно натолкнулись на непреодолимую преграду: на месте проема, который они только что преодолели, стояла сплошная каменная стена.       – О, а я уже совсем было решила, что ты не придешь, – послышался позади детей знакомый женский голос.       Ариса рывком обернулась и испуганно уставилась на ту самую красивую незнакомку, которая говорила с ней на ярмарке. Женщина стояла в нескольких шагах от детей, весело глядя на них своими яркими янтарными глазами. На ее ладони горело яркое бело-желтое пламя, а на губах играла ядовитая усмешка.              – Зуко?       Зуко непроизвольно моргнул и, оторвавшись от изучения узора на ковре, обернулся на голос супруги.       – А? Прости, я задумался.       – Ты уже полчаса так сидишь. – Катара подсела к нему и осторожно дотронулась до его лба. – Голова болит?       – Нет. Просто… настроения нет. – Зуко выдавил из себя улыбку, хотя вышла она у него довольно неестественной. – Уже поздно. Детей пора укладывать.       – Да, я уже послала служанку приготовить постель для Серрика. – Катара отвела взгляд в сторону и тихо вздохнула. – Как жаль, что все так вышло.       Зуко склонился вперед, уперся локтями в колени и, опустив голову, снова уставился в пол.       – Мне тоже, – глухо отозвался он. – Будем надеяться, что этот урок для Арисы не пройдет зря, и она сделает для себя определенные выводы.       – Или заупрямится еще сильнее и окончательно замкнется в себе, – угрюмо добавила Катара.       Зуко вскинулся и изумленно уставился на нее.       – Ты что, думаешь, что теперь она будет осознанно делать все наперекор?       Катара обреченно воздела глаза к потолку.       – Я не знаю, Зуко. Не знаю. Она очень упрямая. Приказывать ей бесполезно, а договориться очень трудно.       – Но мы ведь всегда с ней договариваемся! Мы находим аргументы, приходим к компромиссу…       – Но не в этот раз. Ты же видишь. – Катара снова вздохнула и поднялась на ноги. – Ладно. Я попробую поговорить с ней. Попробую убедить ее покаяться и извиниться. Она и сама страдает от всего этого…       Неожиданно быстрый стук в дверь прервал ее, а в следующее мгновение, не дожидаясь позволения, белая, как мел, служанка распахнула деревянную створку.       – Леди Катара! Дети пропали!              Зуко рывком вскочил с дивана и ошеломленно уставился на растянувшуюся на полу женщину.       – В каком смысле – пропали?!       – Их нет в их комнате, – не поднимая головы, пролепетала прислужница. – Нет в каминной. Их вообще нет в жилом крыле. Ни принцессы Арисы, ни Серрика.       Зуко и Катара встревожено переглянулись.       – Они же ушли к себе больше получаса назад!       – Они не входили в жилое крыло, – едва слышно отозвалась служанка. – Ни стража, ни прислуга их не видели. Простите меня, ваше величество. Я только хотела приготовить комнату принцессы Арисы ко сну. Я не…       – Тихо! – рявкнул Зуко и, игнорируя все еще лежащую у него в ногах прислужницу, бросился вон из комнаты.       Катара за пару секунд догнала его.       – Ты куда?       – Стража на входе, – не оборачиваясь, пояснил Зуко. – Они вообще входили во дворец или нет? Если да, то, значит, она просто решила поиграть со мной в прятки. Принцип выдерживает. Ох, я ей устрою!       – Зуко! – предупреждающе проговорила Катара, стараясь не отставать от мужа ни на шаг.       – Все в порядке, Катара, я само спокойствие, – мрачно хмыкнул он.       Спустившись по широкой мраморной лестнице и преодолев небольшой коридор, Зуко с Катарой вышли к двери, которая вела во двор. Этот небольшой марш занял у них всего пару минут, но сейчас им казалось, что шли они непозволительно долго.       К счастью, смена караула осуществлялась лишь в полночь, и гвардейцы, несшие свою вахту с вечера, были еще на местах. Завидев правителя, они одновременно замерли, вытянувшись по струнке.       – Принцесса Ариса возвращалась во дворец после прогулки? – с ходу задал вопрос Зуко.       – Да, сэр. – В приглушенном шлемом голосе гвардейца послышалась легкая растерянность. – Около сорока минут назад. Принцесса Ариса была очень расстроена и, не останавливаясь, пробежала к лестнице.       – А Серрик? – настороженно поинтересовалась Катара.       – Да, леди Катара. Друг принцессы Арисы, Серрик, вернулся во дворец вслед за ней.       – Тогда все в порядке. Они во дворце. – Зуко развернулся, чтобы направиться обратно в жилое крыло, и вдруг застыл на месте, глядя прямо перед собой.       – Зуко, что случилось? – встревожилась Катара.       – Следы. – Зуко кивнул на подсохшую грязь на ковровой дорожке, которую еще не успели вычистить. – Ариса не отряхнула с обуви снег, когда вбежала сюда. – Он нахмурился и медленно прошел вдоль едва виднеющейся цепочки следов. – Она не дошла до лестницы. Она свернула в этот проход.       Катара недоуменно моргнула, глядя на мужа. Удивительно, как Зуко удается замечать такие вещи, на которые никто другой и внимания не обратил бы?       – Так, значит, они прячутся где-то там? – Она кивнула вглубь перехода.       – Не знаю, – как-то отстраненно протянул Зуко. – Такое ощущение, что они просто переждали здесь, чтобы вернуться обратно… – Он развернулся и быстрым шагом возвратился к стражникам. – Принцесса Ариса больше не покидала дворец?       – Нет, сэр, – отрапортовал все тот же гвардеец.       – Вы не отлучались с поста ни на минуту?       – Нет, сэр. Мой напарник выходил во двор, чтобы отпереть ворота служанке, но я все это время оставался на входе. Принцесса Ариса не покидала дворец.       Зуко недоверчиво прищурился и, толкнув массивный, окованный металлом створ, вышел во двор. В лицо ему сразу ударил ледяной ветер со снегом, и он зябко поежился: на нем была только легкая домашняя одежда, теплая мантия осталась в комнате.       – Зуко, что ты делаешь? – Катара тоже вышла на порог вслед за ним. – Метель начинается. Ты заболеть хочешь?       – Погоди. – Зуко огляделся, затем шагнул в сторону, указал на вытоптанный за колонной снег и, обернувшись, одарил гвардейца гневным взглядом. – Говорите, не покидала дворец?       Гвардеец ничего не ответил, и хотя его лицо по-прежнему было скрыто забралом шлема, было заметно, как он весь напрягся.       – Они сбежали, чтобы вызывать духа огня. – Зуко опустил голову, прижав ладонь ко лбу. – Агни, ну за что мне это? Хотя, с другой стороны, я могу гордиться своей дочерью: пятилетняя девочка обвела вокруг пальца офицера элитного подразделения покорителей огня.       – Ваше величество… – начал было гвардеец, но Зуко резким взмахом руки прервал его:       – С вами я позже разберусь. Оставайтесь на посту. – И он быстро пошагал по аллее, всматриваясь в уже едва заметные, быстро заметаемые метелью следы. Услышав позади себя скрип снега, он недоуменно обернулся к следующей за ним супруге. – Катара, вернись во дворец. Ты замерзнешь.       Катара насмешливо фыркнула.       – Только не говори мне, что ты и вправду веришь, что я буду сидеть в тепле, пока мой ребенок и мой муж блуждают где-то в метели. Я уж не говорю о Серрике.       Зуко издал протяжный стон.       – Мэй меня убьет. И будет права. Хоть бы они не заболели.       Следуя по следам двух пар маленьких ног, молодые люди обогнули пруд и оказались возле огромной бронзовой статуи дракона, возле которой следы обрывались.       – Что такое? – Зуко обошел статую кругом. – Куда они могли подеваться?       – Зуко, смотри! – ахнула Катара, указывая на небольшой разлом в постаменте статуи.       Развернувшись так, чтобы ветер бил ему в спину, Зуко разжег на ладони огонь и склонился над трещиной.       – Ах ты ж!.. Катара, смотри, там ступеньки! Духи, зачем они полезли туда?! Ну, доберусь я до этой маленькой паршивки – точно высеку!       – Ага, высечешь, конечно, – хмыкнула Катара.       – Не веришь? – обернулся к ней Зуко.       Катара помотала головой.       – Не-а.       Зуко слегка усмехнулся и, заглянув в пролом, громко проорал:       – Ариса! Серрик!       Молодые люди замерли, но ни единого звука, кроме завывания ветра, до них не донеслось.       – Проклятье! Что же нам делать?! – Зуко выпрямился.       – А что это вообще за место такое? – поинтересовалась Катара.       – Полагаю, это очередной секретный проход, – недовольно отозвался он и принялся внимательно осматривать статую. – Этот дворец был построен очень-очень давно, несколько сотен лет назад. В нем масса тайных тоннелей и проходов. И хотя некоторые части дворцового комплекса уже перестраивались, и только при моей бытности было уничтожено несколько таких ходов, боюсь, их осталось еще очень много.       – Но зачем они нужны? – продолжала недоумевать Катара.       – Ну, конкретно этот, полагаю, на случай бегства, – пожал плечами Зуко. – Думаю, проход под статуей ведет куда-то за город. Например, если начнется бунт, знающие об этом проходе смогут безопасно выбраться из дворца.       – Но как бы они воспользовались этим проходом? Чтобы сдвинуть эту статую понадобится целое стадо комодо-носорогов. Ну или штуки четыре Аппы.       – Тут должен быть секрет. – Говоря, Зуко не прекращал обследовать статую. – Наверняка есть какой-то механизм, который активируется покорением огня. Азула в детстве очень любила искать такие вот проходы и механизмы. Я, правда, не разделял этого ее увлечения, но знаю, что на ее счету было порядка десятка найденных тайных комнат. – Он встретился с Катарой взглядом и покачал головой. – Ты видишь, что делается? Даже в этом Ариса решила пойти в свою тетю.       Катара промолчала. Она почти не знала Азулу, но, судя по словам Зуко, так все и было: Ариса была очень похожа на его сестру.       Катара зябко поежилась и, обхватив себя руками, потерла плечи. Ее платье было из чуть более плотной материи, чем рубашка Зуко, но даже ее уже начинал пробирать холод. Колючие снежинки неприятно царапали лицо и руки, ледяной ветер забирался под одежду, остужая до дрожи. Хоть бы малыши не ушли слишком далеко и не замерзли. Катара старательно гнала от себя тревожные мысли, не поддаваясь панике. Все в порядке. Главное, что они с Зуко знают, куда делись дети. Нужно просто догнать их как можно быстрее. Найти бы только способ активировать этот проклятый механизм.       – Есть!       Катара обернулась, успев заметить, как под ладонью Зуко на боку дракона ярким красным светом вспыхнул стилизованный символ огненной нации, а в следующее мгновение часть постамента с оглушающим скрежетом сдвинулась в сторону, открывая в нем небольшой проход.       – Пошли. – Взяв Катару за руку, Зуко нырнул в этот проем. – Надеюсь, он не закроется. Изнутри его открыть нельзя.       Катара содрогнулась. Перспектива остаться здесь, в темноте, окруженной со всех сторон мрачными каменными стенами, не казалась слишком уж радужной.       В неровном свете пляшущего на ладони Зуко пламени молодые люди быстро спустились по не слишком длинной крутой лестнице и оказались в низком широком коридоре. Здесь было не так холодно, как снаружи, и очень тихо.       – Ариса! Серрик! – снова проорал Зуко и торопливо пошагал вперед. – Быстрее. Неизвестно, как далеко они ушли.       – Зачем они только полезли сюда? – протянула Катара, настороженно оглядываясь по сторонам.       – Не знаю. Спросим у нашей дочери, когда доберемся до нее. Ух, не поздоровится же ей!       Катара снова незаметно усмехнулась. Она прекрасно понимала, что, как бы Зуко ни грозился, он и пальцем не тронет Арису. Из них двоих скорее Катара была способна отшлепать ее за непослушание, чем Зуко. К счастью, до сих пор серьезных поводов к наказанию Ариса не давала, но сегодня она действительно перешла все границы допустимого.       Неожиданно Зуко остановился, так резко, что Катара не успела замедлить шаг и со всего размаху налетела на него.       – О, нет… – прошептал он, в смятении глядя на загороженный массивной каменной плитой проем.       – Что, Зуко? – испуганно переспросила Катара.       Вместо ответа Зуко указал на валяющийся в проеме небольшой каменный обломок, испещренный характерными мелкими трещинами, словно спрессованный из множества мелких камней правильной геометрической формы.       – Дай Ли.