Just Married / Просто женаты

– Ты хренов придурочный адреналиновый наркоман, Ли Хёкджэ, – все не желал униматься хлопочущий над Хёкджэ Хичоль, вновь включивший режим курицы-наседки, кудахчущей вокруг своего самого любимого цыпленка. – Ты не поверишь, но я без тебя прекрасно знаю это, – усмехнулся Хёкджэ и тут же скривился, когда Хичоль бесцеремонно начал обрабатывать его разбитую губу. – Это опять Канин, да? Я ему яйца откручу, если он посмеет еще раз тебя хоть пальцем тронуть, – злобно пообещал Хичоль, продолжая обрабатывать раны Хёкджэ. – Ты же прекрасно знаешь, что я сам попросил его сделать это, – рассмеялся Хёкджэ, чувствуя, как губу наконец-то перестает щипать. – И это бесит меня еще сильнее! – прошипел сквозь зубы Хичоль, глядя на сбитые костяшки друга, которые не уберегли бинты, и прикидывая, будет ли на них держаться тот чудный розовый пластырь с котятами, что он купил на прошлой неделе. – Ты же знаешь, что это всего лишь способ сбросить стресс, – пожал плечами Хёкджэ, который после хорошей выматывающей драки с сильным соперником, не дающим ему послаблений, действительно чувствовал себя намного лучше и спокойнее. К тому же в этот раз обошлось без сломанных ребер и конечностей, так что эту поездку в клуб и этот бой вообще можно было назвать удачными. – Секс, – пробормотал Хичоль, бесцеремонно стягивая футболку с Хёкджэ, чтобы полностью оценить масштабы его саморазрушения, но в этот раз все действительно обошлось малой кровью. Хичоль прекрасно помнил первый раз, когда пьяный в хлам Хёкджэ решил поучаствовать в боях без правил и полез на ринг против стокилограммового двухметрового бугая, возомнив себя прекрасным бойцом после двух месяцев уроков самообороны. И как они почти месяц выхаживали то, что осталось от него после этого боя, зато потом у них был целый год спокойной жизни без очередных поисков источника адреналина. – Что? – пропыхтел запутавшийся и слегка придушенный футболкой Хёкджэ, который, видя, насколько сильно взбешен друг, позволял ему делать с собой все, что тот пожелает. – Секс, – спокойно повторил Хичоль, отшвыривая футболку в сторону и оценивая чудесные черно-фиолетовые синяки, расплывшиеся на белоснежной коже. По-хорошему, следовало бы отвезти этого идиота в больницу, но Хёкджэ боялся их так сильно, что об этом не могло быть и речи. К тому же за годы их дружбы Хичоль прекрасно научился оказывать первую помощь. Практически виртуозно. – У тебя все мысли в одну сторону, – хмыкнул Хёкджэ, покрываясь неприятными мурашками от холода. Заботливо вправленное Канином запястье ныло, обработанные ссадины пекло и щипало, а треснувшее ребро противно ныло и зудело – полный букет прекрасных ощущений для хорошего настроения. – Тебе нужен секс. Много нормального секса, чтобы у тебя даже желания не возникало заниматься всякой дурью, – поджал губы Хичоль, начиная обрабатывать синяки. – Давно бы уже переспал с Шивоном и перестал маяться всякой херней. А то стресс у него, – пробурчал парень, а Хёкджэ проигнорировал эту его реплику, прекрасно зная, что это может закончиться вполне себе масштабным скандалом. Сами мысли о том, чтобы позволить Шивону коснуться себя, поцеловать и уж тем более оказаться с ним в одной постели были настолько противоестественными, что Хёкджэ передергивало каждый раз, когда они приходили ему в голову. С кем угодно, только не с Шивоном. Хотя… вообще ни с кем. Может, это и есть асексуальность? Когда при мысли о сексе с кем-либо передергивает и начинает тошнить? Да даже о поцелуях. Впрочем, каким бы отвратительным типом ни был его муж, но поцелуй с ним не вызвал у Хёкджэ никаких негативных ощущений, даже, скорее, наоборот... Черт! Под удивленно-насмешливым взглядом Хичоля Хёкджэ изо всех сил помотал головой, отгоняя ненужные мысли. Не хватало еще думать об этом высокомерном ублюдке в таком ключе. Так недолго прийти к выводу, что он идеальный сексуальный партнер или еще чего похуже. – И чего мы так покраснели, хомяк? – насмешливо протянул Хичоль, с любопытством разглядывая друга. – Представил, как хорошо тебе будет, когда Шивон будет трахать тебя? Или… – Хичоль задумался, увидев, как скривился Хёкджэ лишь при одном упоминании этого имени, – ты думал о ком-то другом? – Хичоль не собирался отставать от Хёкджэ так просто, никогда не отставал. – Уж не о своем ли ненаглядном муженьке, а, хомяк? И, судя по выражению лица Хёкджэ, он снова попал в самую точку. Хичоль слишком хорошо знал своего друга и читал его как открытую книгу, вот и сейчас… Пожалуй, из всей их компании только он видел то, в чем даже сам Хёкджэ не осмеливался себе признаться. В том, что несмотря ни на что этот мальчишка был влюблен в своего мужа. Хичоль не знал, когда он впервые заметил это – два или три года назад, – но симптомы были налицо. И то, что Хёкджэ носил кольцо и чурался любых отношений как огня, было очень показательным. Честно говоря, Хичоль уже давно думал о том, как бы познакомить этих двоих, но судьба сделала все за него. И пусть он не мог перестать подкалывать Хёкджэ по поводу их с мужем эпичной истории знакомства, ему было немного жаль, что Ли Донхэ оказался таким форменным засранцем, не достойным даже волоска на голове их драгоценного Хёкки, что уж говорить про волосы на других частях тела. Вот и сейчас возмущенный вопль: «Нет!» – лишь подтвердил его догадки, но, кажется, сейчас лучше сделать вид, что он ничего не понял. – Не психуй, хомяк, – Хичоль потрепал еще сильнее раскрасневшегося, до ужаса недовольного Хёкджэ по голове. – Может, он и форменный гад, но Мими сказал, что он чертовски симпатичный и залипает на тебя как муха на варенье, так ты взял бы и воспользовался этим. И наконец-то бы избавился от своей драгоценной девственности и стресса заодно, – Хичоль заговорщически подмигнул Хёкджэ, раздражая и смущая того еще больше. – Да пошел ты к черту со своими… – возмущенно начал Хёкджэ, у которого даже уши покраснели от смущения, но Хичоль с ловкостью фокусника, гнусно хихикая, засунул в широкой распахнутый рот парня словно заранее приготовленный леденец. – Кушай, детка, конфетку. И не возмущайся и слушай, что тебе советуют умудренные опытом друзья, – расхохотался он и начал в интимных подробностях расписывать до безобразия смущенному и разозленному Хёкджэ, каким прекрасным станет мир, когда он наконец-то лишится своей девственности и обзаведется нормальной половой жизнью. Спустя полчаса этих разглагольствований (потому что если Хичоль начинал говорить о сексе, то заткнуть его уже было невозможно) Хёкджэ был согласен на все, даже на групповой секс с Шивоном и Донхэ на центральной площади Нью-Йорка, лишь бы друг заткнулся. И сбежал он от Хичоля при первой удобной возможности, придумав что-то про инвентаризацию в клубе и с облегчением отказавшись от ночевки у него с Ханни. Потому что те, кто хоть раз ночевали у них, клятвенно обещали себе больше никогда в жизни не делать этого: мало того, что Хичоль по ночам рядом со своим парнем превращался в мартовского кота и вопил так, что полицейская и пожарные сирены – ничто по сравнению с его предоргазменными воплями, так еще и Хангён имел милую привычку петь арии из итальянских опер во всю мощь своих немаленьких легких с утра пораньше, варя кофе себе и Хичолю, а поскольку делал он это в половине шестого утра… Редко кто из компании соглашался остаться на ночевку у этих двоих, несмотря на все обиды, поэтому Хёкджэ с чистой совестью отказался и на такси (из-за поврежденного запястья Хичоль и Канин хором запретили ему садиться на мотоцикл) отправился в клуб, в котором не появлялся уже два дня, погрузившись в собственные переживания, ну или что-то похожее на них. За два года, что Хёкджэ управлял «0404», все бизнес-процессы в клубе были идеально отлажены, и парень прекрасно знал, что «0404» может успешно работать еще лет пять без его вмешательства, но все равно предпочитал держать руку на пульсе. Заниматься делами клуба не очень ему нравилось, но он должен был делать вид, что занимается хоть чем-то, чтобы лишний раз не волновать родителей. – Мистер Ли, мистер Ли, у нас тут такое… – бросился к Хёкджэ чересчур взволнованный управляющий, стоило только парню переступить порог клуба. – Что такое? – нахмурился Хёкджэ, впервые видя этого обычно спокойного и уравновешенного мужчину таким взволнованным. – У нас тут проверка… – начал было мужчина, но Хёкджэ перебил его: – Какая еще проверка? Почему не сообщили мне? – он недоуменно посмотрел на управляющего, не понимая, кому и что понадобилось проверять в клубе холдинга DnE. Это был первый раз на памяти Хёкджэ, когда кто-то решил что-то у них проверить. И пусть Хёкджэ совершенно нечего было скрывать и опасаться, но какой-то неприятный червячок беспокойства все равно начал точить его. Вот уж точно: беда не приходит одна. Вернее, проблема. – От президента, они запретили нам ставить вас в известность, – пробормотал мужчина, отводя взгляд. От президента? Хёкджэ нахмурился. Ему же не было никогда никакого дела до этого клуба, а сейчас он с чего заинтересовался им? Или это очередная попытка вывести Хёкджэ из себя? Запретили ставить в известность? Что за детский сад? Или, скорее, маразм? – Где они сейчас? – процедил он сквозь зубы, пытаясь хотя бы немного сдержать разгорающуюся внутри ярость, на которую его муженек словно намеренно хотел его спровоцировать. Что, снова захотел получить в глаз или по важным для продолжения рода органам? Может, он просто грёбаный мазохист, который получает кайф от физического насилия? Так Хёкджэ с радостью организует ему повторение этого будоражащего опыта, стоит только попросить. – В вашем кабинете, – пробормотал до крайности растерянный и смущенный управляющий, наблюдая за тем, как Хёкджэ быстрым шагом скрывается за поворотом. Управляющий не мог избавиться от ощущения, что это только начало войны между мистером Ли и его мужем, и ему, как всегда, не повезло оказаться в самой гуще событий. И он пока не имел не малейшего понятия, к какой стороне примкнуть, чтобы не оказаться на стороне проигравших. Но, кажется, у президента все же намного больше власти, чем у его мужа, ведь так? А с другой стороны, именно молодой господин в свое время взял его на работу, даже несмотря на то, что его резюме и характеристика были очень далеки от идеала.. И что теперь делать? Как быть? Пока мужчина не знал ответы на эти вопросы и решил просто плыть по течению, держа нос по ветру, чтобы не упустить нужный момент.

***

– Что здесь происходит? – буквально источающий полные злобы флюиды Хёкджэ ураганом ворвался в собственный кабинет, привлекая к себе всеобщее внимание. – Мистер Ли, – мужчина с коротко стриженными каштановыми волосами и в коричневом костюме с улыбкой поднялся из-за его (Хёкджэ!) стола и улыбнулся, демонстрируя очаровательную ямочку на щеке. – Мы не ожидали увидеть вас здесь сегодня… – мужчина говорил с ним ласково-ласково, как с буйнопомешанным, словно боясь спровоцировать тяжело дышащего парня с потемневшими от злости глазами на… что-нибудь, одновременно осторожно приближаясь к нему. – Я еще раз повторяю свой вопрос: кто вы такие и что делаете в моем кабинете? – процедил Хёкджэ сквозь зубы, не спеша пожимать протянутую ему руку. – Меня зовут Пак Чонсу, я старший помощник президента Ли, – представился Чонсу, опуская руку и понимая, что рукопожатия от разозленного до предела мужа президента ему не получить. Чонсу считал идею Донхэ очень и очень плохой, вернее, просто бредовой, но президент даже не стал слушать его возражения, велев выполнять приказ без лишних вопросов. А когда Ли Донхэ что-то ударяло в голову настолько сильно, насколько сейчас ударил его муж, то спорить с ним было просто бесполезно и Чонсу не оставалось ничего, как просто выполнять его приказания и надеяться, что в этот раз они обойдутся малой кровью. – И что вы здесь делаете, мистер старший помощник? В моем клубе и моем кабинете? – насмешливо вскинул бровь Хёкджэ, скрещивая на груди руки и пытаясь успокоиться и хотя бы немного более трезво смотреть на ситуацию. И почему лишь одно упоминание его супруга вводит его состояние неконтролируемой ярости? Кто бы знал… – Дело в том, что президент Ли… – Чонсу замялся, подбирая нужные слова. – У меня приказ от президента Ли о проведении полной проверки перед тем, как новый управляющий приступит к должности… – Новый управляющий? – Хёкджэ недоуменно посмотрел на мужчину, пытаясь отогнать нехорошее предчувствие. Ведь этот ублюдок не может быть настолько мелочным, чтобы… – На ваше место, мистер Ли, президент назначил нового управляющего. Чхве Минсу, – Чонсу кивнул пожилому мужчине, сидящему на черном кожаном диване и просматривающему какие-то бумаги в толстой папке. Кажется, именно в ней Хёкджэ хранил все накладные. – Назначил нового управляющего? На каком основании? – поджал губы Хёкджэ, все еще не веря в услышанное. Быть настолько мелочным? Разве возможно? Хотя, кажется, от этого ублюдка можно ожидать чего угодно. И если муженек думает, что, отобрав у Хёкджэ клуб, лишит его смысла жизни, то он очень и очень ошибается. Он только сильнее разозлит Хёкджэ, который теперь точно сделает все, чтобы этот ублюдок понял, насколько грубой оплошностью было посметь выйти на ринг против Ли Хёкджэ. Пусть он и не выглядит опасным противником, но внешний вид может быть обманчив. Очень обманчив. И Ли Донхэ еще не раз пожалеет о том, что решил ввязаться во все это. Уж Хёкджэ поможет ему понять и прочувствовать весь масштаб его ошибки. – Извините, мне не уточняли причин, это приказ. Подробности вы можете узнать у президента, – мило улыбнулся Чонсу, надеясь, что в этот раз обойдется без истерик. Он еще помнил, как ему пришлось успокаивать бьющегося в припадке Кибома. При одном воспоминании об этом у Чонсу начинался нервный тик, но, к его глубочайшему удивлению, муж президента не стал закатывать истерик, возмущаться и кричать. Он с вежливой улыбкой передал Чонсу все нужные документы и ключи от сейфа, провел экскурсию по клубу для нового управляющего, по ходу представив его персоналу, а затем спокойно попрощался и уехал, оставив свой номер телефона, чтобы в случае чего они могли позвонить ему и уточнить какие-то детали. Милый парень. Вежливый и корректный. И то, как он управлял клубом и в каком порядке находились все финансы и документация, восхитило Чонсу, склонного к педантизму перфекциониста, так же сильно, как и игра этого парня на фортепиано. А вот президент, кажется, совсем не обрадовался тому, что его гениальный план по доведению мужа до белого каления потерпел сокрушительный провал. И то, с каким восхищением его помощник рассказывал про Ли Хёкджэ, лишь сильнее разозлило Донхэ, который ожидал совсем не таких результатов от своей маленькой выходки. Но Ли Донхэ не был бы Ли Донхэ, если бы у него не было плана Б, намного более интересного, чем план А, который был всего лишь разминкой и началом их сногсшибательной игры.