Хамфри-Снейп

Примерно одиннадцатью годами раньше Миссис Эмили Бэнкс, коренная жительница Коукворта, отработавшая в здешней библиотеке ровно сорок два года и уже четыре года наслаждающаяся заслуженным отдыхом, все-таки, если честно, немножко скучала по своей работе. По длинным рядам высоких, до потолка, полок, тесно уставленных книгами всех цветов, размеров и состояния, от приятно поблескивающих новенькими суперобложками до ветхих, чуть ли не рассыпающихся в руках, по нескольку раз переклеенных клейкой лентой снаружи и бумажными полосками – изнутри, по привычному запаху книжной пыли и сэндвичей с огурцом, которые она часто брала себе на обед (отчего-то дома они были далеко не такими вкусными), по возможности первой читать все новинки (причем совершенно бесплатно), и по своим читателям, с которыми приятно было поболтать, пока заполняешь формуляры, и за которыми тем не менее нужен был глаз да глаз, а то ведь не все, особенно школьники, бережно относятся библиотечному фонду, иные (возмутительное варварство!) ленясь конспектировать длинные скучные главы, норовит попросту вырвать нужную страницу, а у отличников другая беда, того и гляди так зачитается, что сам не заметит, как начнет делать пометки прямо в книге. Да, надо признаться, миссис Бэнкс за четыре с лишним десятка лет безупречной службы так привыкла бдительно следить за всем, что происходит вокруг, что теперь ей этого как-то даже и недоставало. Почему у нее и вошло в привычку каждый день, если только позволяла погода, совершать длительные пешие прогулки до речки, по берегу и обратно через весь квартал, где не так и редко находила, чем подкормить свою наблюдательность. Дом в конце Паучьего Тупика, самой бедной и полузаброшенной улицы в бедном полузаброшенном районе города, был одним из таких мест. Чуть в стороне от остальных, ветхий и давно потерявший всякую презентабельность (каковой, впрочем, никогда и не обладал), дом №27 пустовал вот уже около двадцати лет. Впрочем, последнее время миссис Бэнкс начала все больше и больше в этом сомневаться. Первые, еще малозаметные, признаки начали появляться как раз четыре года назад: то трава, буйно разросшаяся у крыльца, выглядела примятой, словно бы под чьей-то ногой, то зимой попадалась на глаза цепочка ямок, подозрительно похожих на осыпавшиеся и занесенные снегом следы, то длинный побег вьюна, тянущийся к дверной ручке, оказывался оторван и брошен сбоку ступеней. Позапрошлым летом их сделалось столько, что миссис Бэнкс окончательно перестала сомневаться, что дом обитаем: даже окна, занавешенные изнутри и каким-то чудом до сих пор никем не разбитые, больше не были покрыты многолетним слоем пыли, а как-то миссис Бэнкс показалось, что в одном из них мелькнул свет. Но неведомые обитатели оставались неуловимы, и можно было только гадать, кто же облюбовал это заброшенное жилище. Явно либо бродяги, либо аферисты… но ведь бродягам едва ли пришло бы в голову мыть окошки. А аферисты не стали бы мыть тем более, чтобы не привлекать внимания к месту, где они обтяпывают свои темные делишки! Тогда, быть может, его приспособили под любовное гнездышко парочки озабоченных подростков? Но где это видано, чтобы молодежь что-либо делала без шума и оглушительной музыки? Затем все вроде бы прекратилось. И вот теперь, на прошлой неделе, определенно началось снова. Тут уж не могло быть никаких сомнений: траву начисто выкосили, пивные банки и фантики, валявшиеся под крыльцом, убрали, окна были по-прежнему плотно занавешены изнутри, но вот шторы сквозь них теперь виднелись новые, другого, гораздо более светлого, цвета, а давно болтающийся и норовящий вот-вот обвалиться кусок шифера над крыльцом болтаться и угрожать падением перестал. Занятая такими мыслями, миссис Бэнкс свернула в тупик… и обнаружила, что вплотную приблизилась к разгадке. Обитатель дома № 27 красил входную дверь в жизнерадостный зеленый цвет. По удачному стечению обстоятельств, как раз вдоль поворота тянулась цепочка кустов, облезлых, но более-менее пригодных в качестве прикрытия, коим пожилая леди и не замедлила воспользоваться. Разумеется, исключительно в целях познания! Таинственный незнакомец, занимающийся столь прозаическим делом, оказался молодым (насколько можно было оценить со спины) и довольно худым мужчиной с длинными и совершенно неухоженными, какими-то сальными, черными волосами, одетым в заношенные черные джинсы, висевшие на нем мешком, и черную водолазку с высоким воротом – это в летнюю-то жару. Слева на поясе у него висела какая-то непонятная длинная штуковина, наподобие школьной указки… однако, непонятно почему, миссис Бэнкс невольно подумалось об оружии. То ли клинок в ножнах, то ли пистолет в кобуре. Но, все-таки, среди бела дня, посреди улицы… Миссис Бэнкс покинула свое укрытие и, как подобает человеку культурному, для начала издала ненавязчивое «кхе-кхе…» Незнакомец резко повернулся, отбросив кисть и хватаясь за свою указку. - Добрый день, - сияя приветливой улыбкой, произнесла пожилая леди. - Добрый день, - неохотно пробурчал мужчина, не снимая ладони с рукоятки и буравя неожиданную собеседницу маленькими жгуче-черными, как уголья, глазами. Вблизи он выглядел постарше, лет на сорок, с резкими чертами, крупным крючковатым носом и нездоровой землистой желтовато-бледной кожей, и отчего-то библиотекарше лицо его показалось смутно знакомым. Слишком свободная водолазка и вправду оказалась совершенно черной, без всякого рисунка или надписи, что еще более настораживало. По глубокому убеждению миссис Бэнкс, во все черное одеваются исключительно темные личности, готы и романтические герои. Однако для представителя субкультур незнакомец был староват, а у романтического героя по определению не могло быть такой безобразной прически! - Прекрасная сегодня погода, не правда ли? – отважно продолжала миссис Бэнкс. Незнакомец в черном иронически вздернул бровь: - И вы хотите сказать, что просидели в кустах одиннадцать минут, - он даже не взглянул на часы, - только для того, чтобы сообщить мне об этом очевидном факте? В его голосе явственно читалось «и это в вашем-то возрасте». И уязвленная миссис Бэнкс пошла напролом: - По моему скромному мнению, сэр, это мне следует спрашивать, что вы здесь делаете. Нахальный незнакомец фыркнул: - По моему скромному мнению, мэм, это очевидно: крашу дверь. - Нет, сэр! – миссис Бэнкс с воинственным видом поправила свою шляпку а-ля королева Елизавета. – Я спрашиваю, что вы здесь делаете ВООБЩЕ? - ВООБЩЕ я здесь живу. При этих словах в голове у миссис Бэнкс что-то щелкнуло… - В этом доме! – воскликнула она, разом забыв всю свою недоброжелательность. – Так вы сынок Снейпов, которые тут жили? Конечно же, вы Северус! Я так рада… вы-то меня, наверное, уже не помните, я… - Миссис Бэнкс. Вы работали в библиотеке на Гамильтон-стрит. Думаю, что уже работАЛИ. Поверьте, миссис Бэнкс, я все прекрасно помню. Голос Северуса (теперь уже не оставалось сомнений, что это действительно сын тех самых Снейпов) заметно смягчился, и он наконец убрал руку со своей странной указки. - Да-да, работала… теперь на пенсии! – довольная библиотекарша сияла, как новенький серебряный пенни. - Конечно, нетрудно догадаться, сейчас ведь разгар рабочего дня. - Именно, - кивнул Северус. - А что же, - миссис Бэнкс уже не могла сдержать (да и не собиралась сдерживать) своего любопытства, - вы сюда насовсем? Или в отпуск? Северус неожиданно закашлялся, прижав руку к груди, и кинул быстрый нервный взгляд в сторону незапертой двери, но все-таки ответил: - Полагаю, что насовсем. Он как будто напряжено что-то обдумывал. И вдруг, подхватив кисточку, в пару неистовых взмахов докончил работу и круто развернулся. - Думаю, в доме нам будет удобнее, - он снова откашлялся. – Входите, миссис Бэнкс, - проговорил Северус подчеркнуто громко и отчетливо. И, не дожидаясь ответа, подхватив гостью под локоть, чуть не силком потащил ее за собой. Это было не слишком-то любезно, с огорчением отметила миссис Бэнкс, хотя и не удивительно. Где бы младший Снейп ни странствовал все эти годы, он недалеко ушел от своего грубияна-отца. Промчавшись через обшарпанную прихожую (миссис Бэнкс даже ничего не успела рассмотреть) и коридор, они оказались в неожиданно светлой кухне. Северус наконец выпустил ее локоть, махнул в сторону табуреток: - Располагайтесь. Миссис Бэнкс не без опаски присела на ту, что показалась ей наименее расшатанной. Табуретка, как ни странно, даже не заскрипела. -Я сделаю кофе, - бросил Северус, отворачиваясь к плите. Он не предлагал, а ставил в известность. Миссис Бэнкс почудилось мимолетное движение, точно рука его потянулась было к указке. Северус грохнул на плиту чайник, неловко, сломав первую спичку и чертыхнувшись сквозь зубы, как человек, привыкший к электророзжигу, зажег конфорку, достал чашки и упаковку молотого кофе, отчего по кухне сразу распространился приятный запах. Пока хозяин был занят приготовлениями, гостья получила наконец возможность отдышаться и осмотреться. В большой, но (пожилая леди укоризненно поджала губы) плотно и бестолково забитой всевозможными вещами кухне царил полный бардак. Хотя, впрочем… миссис Бэнкс все-таки хотелось быть справедливой. Впрочем, для холостого мужчины, это, пожалуй что, можно было счесть почти что порядком. Во всяком случае, дверцы кухонных шкафов, раньше болтавшиеся на одной петле, теперь были надежно подкручены, как и мебель, которую, похоже, натащили сюда со всего дома, включая даже детский стульчик, который сейчас стоял сбоку стола, заваленный какими-то бумажками и не то блокнотами, не то конспектами. Должно быть, в отличие от старого Тобиаса, у его сына руки были приделаны нужным концом. Когда он открывал шкаф, миссис Бэнкс со снисходительным одобрением отметила, что тарелки и кастрюльки, хотя и наставлены как попало и вперемешку с чайными банками и пачками макарон, по крайней мере, не громоздятся в мойке трехдневной кучей. Северус, кашлянув, повернулся обратно к своей гостье, прислонившись спиной к холодильнику и сложив руки на груди. Надо понимать, это означало приглашение к разговору, каковое миссис Бэнкс с охотой и приняла, начав расспросы с работы. - Работал, - Снейп сдержанно кивнул. – Преподавал в школе. Химию. - Даже и не удивляюсь! Вы же, как сейчас помню, брали у меня сплошь книги по химии да детективы. А что же вы, если не секрет… Она собиралась спросить «неужели до сих пор не женились?», но не успела, потому что чайник засвистел, и Снейп проворно кинул в обе чашки по ложке кофе, плеснул кипятку и, прежде чем шокированная таким варварством леди сообразила что-нибудь возразить, бухнул туда же молока. Прямо из холодильника! - Северус, Северус, да разве же так можно!- в отчаянии простонала миссис Бэнкс, не в силах видеть бесславной гибели прекрасных продуктов. – Позвольте-ка, я лучше сама, - она поднялась и, пресекая все возможные споры, решительно выплеснула в раковину грязно-коричневую бурду. Ошарашенный подобной бесцеремонностью хозяин дома, может быть, что-нибудь бы и возразил, но в этот момент за стенкой послышался неявный звук, и Северус метнулся туда. Не самым учтивым образом предоставленная сама себе, миссис Бэнкс принялась обследовать кухонные полки, с понятным интересом прислушиваясь к доносящимся из-за стены звукам, каким, по идее, в холостяцкой берлоге взяться бы было неоткуда. Ни джезвы, ни кофейника в целой кухне так и не нашлось, и ей за неимением лучшего пришлось воспользоваться ковшиком, хотя, разумеется, сколько-нибудь достойных результатов при таком подходе никак нельзя было ожидать. Она как раз ставила кофе на огонь, когда Снейп вернулся в кухню с ребенком на руках. Милейшей девочкой месяцев восьми-девяти, в прелестном зеленом костюмчике с енотиком – как раз под цвет ярко-зеленых глаз; малышка еще дохныкивала спросонок, и Северус на ходу продолжал говорить: - Ну что же ты так расстраиваешься? Я здесь, все в порядке, пойдем сейчас на кухню, поглядим, что там есть интересного. Ну и из-за чего же так огорчаться? Ну и кто бы тут сумел удержаться! - Ой, и кто же это у нас тут такой маленький и хорошенький? И что же это у нас тут такое за сладкое чудо, а? И как же зовут нашу маленькую принцессу? - Лили, - коротко сообщил Снейп. Он глядел напряженно, но все-таки развернулся, поднося к ней малышку, и только коснулся губами дочкиной макушки с темненькими пушистыми волосиками. - Лили, да? Нас зовут Лили, вот как нас зовут, вот как зовут нашу деточку-конфеточку! – вдохновенно ворковала миссис Бэнкс, счастливая обладательница трех внуков, пяти племянников, считая внучатых, и одного крестника (вторая в планах). – Дашь мне ручку, Лили? Малышка перестала хныкать, с интересом рассматривая новую говорливую тетеньку, и даже протянула маленькую пухленькую ручонку… секунда – и позолоченные очки миссис Бэнкс оказались в этой руке. Северус явно напрягся, переводя взгляд с дочки на соседку и обратно… но миссис Бэнкс тут же состроила растерянное лицо: -Ой, не вижу Лили! Где наша Лили? Как плохо-то без очков, совсем ничего не вижу… папочка, вы не видели Лили? Лили послушала-послушала – и протянула очки обратно. Миссис Бэнкс живо водрузила их на нос и захлопала в ладоши: - Ой, вижу Лили! Теперь хорошо вижу Лили, просто замечательно вижу! Лили разулыбалась во все свои два с половиной зуба. Глаза Северуса сияли счастливой отцовской гордость. «Вы видите, какой умный ребенок, - читалось в этом взгляде, - весь в меня!» Пшшш… - вкрадчиво зашипело на плите. Миссис Бэнкс бросилась спасать уходящий кофе. - Мне без сахара! – торопливо предупредил Снейп. Он усадил дочку в стульчик, смахнув на пол большую часть блокнотов, извлек из-под них маленькую игрушечную палочку и вручил Лили, которая немедленно принялась с азартом барабанить по столешнице. На конце палочки весело заиграли красные и зеленые огоньки. Северус опустился на стул, развернувшись так, чтоб все время держать ребенка в поле зрения. Передавая ему чашку, миссис Бэнкс все-таки не удержалась от замечания: - Северус, как же вы так живете, что у вас нет даже нормальных кастрюлек! В чем вы ребенку-то варите еду? - Зачем ее варить? – изумился Снейп. – Детское питание же продается уже готовое, в баночках, разве не так? Заслуженная бабушка всплеснула руками: - Вы что, кормите ребенка одними банками? Разве можно, ребенку в таком возрасте уже непременно надо давать и кашки, и творожок, и тертое яблочко, она же у вас недополучает важнейших витаминов и микроэлементов! Северус пожал плечами: - Ну не знаю… Лили вроде не жалуется. Определенно, мистер Снейп был так же безнадежен, как все мужчины! Значит, Лили – с темными волосиками и зелеными глазками, рассуждала про себя наблюдательная миссис Бэнкс. Весьма любопытно. - А скажите, Северус, что же, та милая рыженькая девчушка - Эванс, верно? - вы с ней дружили… выходит, вы все-таки поженились? Как чудесно, я всегда говорила, что из вас выйдет отличная пара! - Нет, - отрезал Снейп. Миссис Бэнкс даже испугалась, что брякнула лишнего. - Нет, к сожалению, - через некоторое время повторил Северус уже спокойнее, но с явственным нажимом. Его изжелта-бледное лицо в обрамлении сальных черных прядей сделалось еще более бледным… хотя, может, это только казалось, здесь, в помещении. – Лили Эванс вышла замуж за парня по фамилии Поттер, они вместе учились… мы учились вместе, но в разные классах, а они - в одном. Лили погибла семнадцать лет назад. Миссис Бэнкс ахнула. - Ее вместе с мужем убил маньяк. У них остался годовалый сын. - Какой ужас! – миссис Бэнкс была растеряна и расстроена, и не знала, что и сказать. – Его хотя бы поймали, этого злодея? - Поймали и ликвидировали. Где-то примерно с полгода назад. Главным образом это была заслуга ее сына, Гарри. Он у меня учился. Миссис Бэнкс неловко было расспрашивать дальше, хотя и отчаянно хотелось. По счастью, маленькая Лили как раз в этом момент выкинула на пол свою палочку и начала громогласно требовать, что ей ее вернули. Пока Северус поднимал и отряхивал игрушку, пока бесцеремонно вылил себе все остатки уже чуть теплого кофе пополам с гущей, у миссис Бэнкс было время подумать, с какой стороны лучше подойти к следующему вопросу, напрямую вытекающему из предыдущего. На этот раз она тактично начала издалека и принялась расхваливать замечательную малютку и расспрашивать про детские болезни, про то, легко ли у нее резались зубки, не поднималась ли при этом температура, и как управлялись с этим они с миссис Снейп… Снейп резко дернулся, почти так же, как при упоминании Лили. Черные брови сошлись в сплошную черту. И все-таки и на этот раз он взял себя в руки, и проговорил – почти мягко, и все же так же, как в прошлый раз, нажимая на каждое слово: - Миссис Бэнкс, мать Лили умерла. И мне не хотелось бы обсуждать эту тему. Миссис Бэнкс чуть не хлопнула себя по лбу. Как же она могла не сообразить, что есть и еще одна категория людей, носящих черное! По счастью Северус, щадя то ли собеседницу, то ли себя, поспешил сменить тему: - Миссис Бэнкс, я смотрю, вы так хорошо обо всем осведомлены… как вы думаете, где здесь можно найти работу квалифицированному химику? Миссис Бэнкс задумалась: - Ну, не знаю… могу поспрашивать Мэгги, не слышала ли она. Но, честно говоря, не думаю, чтобы в какой-нибудь школе нашлась вакансия, тем более за неделю до начала учебного года... Но я непременно расспрошу Мэгги, и мистера Джейсона тоже. - Школа исключатся, - Снейп с сожалением покачал головой. – Я уволился с большим скандалом, так что на рекомендации рассчитывать не приходится. - Ну, в таком случае… - миссис Бэнкс помолчала. – В этом городе есть только одна работа: на фабрике. - Откуда одного Снейпа уже вышвырнули с позором. - Ну, Северус… это же было так давно. В семьдесят третьем, а что тогда творилось в стране, сколько фирм разорилось, сколько народу оказалось на улице! А сами понимаете… все-таки у вашего отца был не самый покладистый характер и не самые лучшие привычки. Помнился, он был не против… ээмм… заложить за воротник. - То есть пил, - жестко подтвердил Снейп. – А после того, как потерял работу, стал пить не просыхая. - Это прискорбно, я понимаю… как тяжко приходилось и вам, и бедной Эйлин. Но все-таки, Северус, поймите, это был ваш отец, а вы – это вы. Да и было это четверть века назад, кто сейчас об этом и вспомнит. У людей вообще короткая память… - У меня длинная. Он встал, чтобы перенести пустые чашки в мойку. И не успел он дойти… - ЛИЛИ!!! Больно же! Потирая ушибленную спину, Снейп подобрал с полу телефонный справочник с массивными металлическими уголками. - Лили, прошу тебя, не надо так больше делать. Я же тебе уже говорил: нельзя швырять вещи со всей дури. Тем более в людей. - Лили, аяй! – миссис Бэнкс погрозила маленькой озорнице пальцем, на что ни дочка, ни папа не обратили ни малейшего внимания. Лили щебетала что-то на своем младенческом языке, непонятно никому из взрослых, но чрезвычайно эмоционально. - Нет, Лили, - на полном серьезе возражал ей Северус. – Ни в коем случае. Раз я говорю нельзя, значит, нельзя. Было бы можно – я бы сказал можно. Девочка капризно захныкала, явно готовясь удариться в рев. Миссис Бэнкс тяжело и сокрушенно вздохнула. Мужчины все-таки решительно не умеют обращаться с детьми! - Ну, чего ты хочешь? Есть хочешь? Точно, пора уже. Тогда сейчас будем есть, потерпи одну минутку, - Северус подхватил на руки дочку, тут же прекратившую хныкать, и распахнул холодильник. – Выбирай, что будешь? Есть индейка, есть кролик. Миссис Бэнкс так и подмывало высказаться в том ключе, что кто же это спрашивает у маленьких детей, чем их кормить, и кто же по стольку стоит перед открытым холодильником… но все-таки она смолчала, поскольку проблема явно носила системный характер. Бумс! Это покатилась по полу банка с пюре из кролика, то ли уроненная, то ли сброшенная с полки. И этот безалаберный папаша на это даже не среагировал! Нет, так оставлять дело было решительно недопустимо. - Северус, - деликатно прокашлявшись, начала миссис Бэнкс, - я вижу, вы такой замечательный отец, так чудесно ладите с ребенком, прямо сердце, глядя на вас, радуется… - Мм? – отозвался Северус, продолжая наблюдать, как Лили хватает своими ручками все банки подряд… да-да, холодные в распахнутом холодильнике! - Вам, наверное, непросто управляться одному. - Ничего, справляюсь. - А вот вы никогда не задумывались… я хочу сказать, мне кажется, было бы неплохо подыскать вам какую-нибудь женщину, чтобы вести хозяйство и присматривать за Лили… - Да уж как-нибудь обойдусь. - Домработницу, или няню, что-нибудь в этом роде… - Не сомневайтесь во мне, мадам, - Снейп так и не поворачивался, но даже его спина в черной водолазке излучала великолепный сарказм. – Если уж я сумел управиться с сотней оболтусов… - Так то оболтусов! – вознегодовала миссис Бэнкс. – А то такой сладкий маленький ангелочек! Зеленоглазый ангелочек азартно раскидывал разноцветные, звякающие при падении банки, заливаясь счастливым смехом. Северус, с ребенком на руках, повернулся к своей собеседнице. - Уж поверьте моему семнадцатилетнему педагогическому опыту – все они оболтусы. Во всяком случае, становятся к одиннадцати годам. Ну а кто не станет… те уж лучше бы стали тоже. Наверное, миссис Бэнкс только показалось, что сынок Снейпов вздохнул. Северус решительно прижал к себе дочь и демонстративно чмокнул крошечную ручку. И твердо заявил: - Миссис Бэнкс, я прекрасно справлюсь сам. Я буду очень благодарен, если вы расскажете мне, как варить детские каши, когда навестите нас в следующий раз. Другой помощи мне не требуется. А сейчас извините, Лили пора обедать. Все-таки сынок старого Тобиаса определенно уродился в него. Спускаясь по ступеням, миссис Бэнкс улыбнулась, поправляя шляпку. Она была определенно довольна сегодняшним днем… и приглашением, которым она твердо рассчитывала воспользоваться в ближайшее время. Вчера она как раз видела в магазине на углу Гамильтон и переулка Тележников такого чудесного поющего мишку! А молодой Снейп еще убедится, кто все-таки был прав. Непременно убедится, и очень скоро. Мэри-Лор такой мишка бы непременно понравился. Значит, понравится и Лили.