Боль, цель и действие

Я знаю только то, что ничего не знаю. Сократ.

Волосы от ветра поднимались вверх, с земли сносило песок и обрывки травы. Небо в центре разверзшейся воронки существенно потемнело: Люси показалось, что она смотрит в настоящий мрак. Но там был не только мрак, и одна лишь девушка понимала это. Там, где-то в кромешной тьме, что-то было. Что-то живое? Люси не даром была заклинательницей духов. И эта воронка напоминала ей не только аниму (от той она отличалась лишь отсутствием дождя), но и самые настоящие врата между мирами. Вот только кому понадобилось открывать настолько большие врата и зачем? Это Хартфилия ещё не могла понять. Заказ был на уничтожение воронки, но как же они могли уничтожить такое? Казалось, само небо взбунтовалось, желая уничтожить всех людей. Или, по мнению Люси, просто отправить их в другой мир. Эрзе эта воронка напоминала не только аниму, но и себу – истинное заклятие небесных тел, на которое сейчас был способен только Джерар. И Скарлет отдала бы многое, только чтобы узнать: Фернандес тут не при чём. И вздохнуть спокойно, потому что даже если он создал столь мощное заклятие для уничтожения тёмных гильдий, Совет так просто на тормозах это спустить не мог, да и не захотел бы. И Скарлет даже не могла предположить, что Джерар, знающий о происхождении воронки, бежит сейчас сюда вместе с Мелди. Эрза всё же решилась взяться за дело; перевооружившись в доспех небожителя, девушка, знающая его истинную силу, поднялась в воздух. Всё могло бы закончится после одного удара; это орудие рассекало именно пространство. Но, увы, в нём тоже была заложена магия. И магия эта дала только помогла воронке стать ещё больше. Возможно, совместным ударом они бы справились, попросту заставив воронку хлебнуть слишком много волшебства. Но они не могли успеть теперь. Последним, что Эрза увидела, уже чувствуя, что её втягивает в темноту, были синие волосы и до боли знакомое удивлённое лицо. Последним, о чём подумала Люси, стало: «А я бы могла закрыть подобные врата или открыть их из другого мира?»

***

Когда он открыл глаза, казалось, что солнце, яркое, блином приклеенное к небу, но явно только что вставшее, сейчас выжжет глаза. Трава неприятно колола не прикрытую почему-то плащом спину. Земля, кое-где проступавшая сквозь зелень, холодила даже сквозь лёгкую рубашку. Фернандес медленно приподнял голову, понимая, что прежде щекотавшие шею волосы теперь явно стали короче. Откуда-то справа, словно через пелену, доносились тихие звуки, как будто кто-то задыхался. Джерар повернулся на бок, с удивлением обнаруживая лежащую рядом девочку-подростка лет пятнадцати. С первого взгляда бывший богоизбранный её не узнал. Потом, когда он вгляделся в лицо девочки, юношу прошиб холодный пот. Это была Эрза. Поведя худым плечом, обтянутым тканью обычного платья чуть ниже колен, девушка открыла глаза и, нахмурив тонкие брови, попыталась сесть. Длинные медные волосы, выпавшие из распущенной косы, легли на спину, закрывая лопатки. Эрза повернула голову и с изумлением обнаружила, что на неё смотрит в упор растрёпанный парень с тёмно-зелёными глазами, одетый в белую рубашку и коричневые штаны. По виду – явно не местный. - Т-ты кто? – удивлённо спросила Скарлет, стуча зубами от внезапно пробравшего её холода. - Ты меня не узнала? - в смятении спросил парень, не понимая, почему девушка не смогла его опознать. Однако если алые волосы Эрзы стали медными, и одежда у обоих сменилась, вполне возможно было не узнать. Фернандес пригладил чёлку, сжимая несколько прядей между пальцами. Синий внезапно стал тёмно-каштановым. Эрза тем временем внимательно всмотрелась в сидящего перед ней парня. «Ты меня не узнала, хм…» Вроде подобных знакомых у воительницы не было. Хотя в этих глазах было что-то знакомое. Решив, что она сходит с ума, девушка обречённо спросила: - Джерар? Парень в ответ только кивнул, осматривая Эрзу. Та и сама начинала замечать изменения в собственном облике. И куда девалась защищающая её броня? Девочка повела плечами. Было непривычно легко. Тело казалось каким-то маленьким, словно она внезапно стала меньше ростом. Да и волосы, как оказалось, сменили оттенок. - Непривычно видеть тебя без татуировки, Джерар, - всё-таки сказала Эрза, понимая, что всё время молчать было бы странно. Парень только кивнул, про себя отмечая, что все необычные детали в облике похоже исчезли. Герба гильдии на плече Эрзы тоже не было. Молчание прервал обречённый крик; это неудачно выброшенный порталом Нацу свалился с невысокого дерева, сильно ударяясь о землю коленями. Драгнила и Эрза, и Джерар узнали по серым узким глазам и клыкам: по светло-русым волосам и одежде это было сделать просто невозможно. Рядом с упавшим Драгнилом завозилась Люси; она так и осталась блондинкой, изменились только рост и фигура, да и те незначительно. Цвет волос не изменился и у мага ледяного созидания; тот лежал на животе посреди поляны, на которую их выбросило, и прижимал к себе уже начинавшую просыпаться Джувию. Наконец, все очнулись. Выглядели и хвостатые, и члены «Греха ведьмы» не лучшим образом: небольшие царапинки никуда не делись, под глазами залегли небольшие круги, словно от недосыпания. Но основной проблемой стало далеко не это. Основной проблемой стал заданный вопрос: «А ты кто?» Если друг друга феи худо-бедно узнавали, то Фернандеса смогла «раскрыть» только Эрза, так как была знакома с ним лучше всех. Но даже словам подруги они поверили далеко не сразу. Мелди же узнала только Джувия; когда они сражались в первый раз, волшебнице чувств было всего пятнадцать лет, поэтому Локсар сначала не поверила своим глазам: девушка, а точнее уже девочка, выглядела почти так же, как и в их первую встречу, разве что волосы были другого цвета. Они успели ещё и исследовать место; оказалось, жители Фиора материализовались где-то в лесу. Пошедший в другую сторону Фернандес вернулся в приподнятом настроении, но пока ничего никому не сказал. Голову поднять никто так и не удосужился. И только после всего этого удивлённый Драгнил посмотрел на руку и обомлел; герб и в самом деле исчез, как будто его не было. Хотя нет, даже не исчез; его как будто замазали тонким слоем. Сквозь кожу едва заметно проглядывали красные и очень знакомые очертания. - Какого хрена?! – воскликнул Драгнил, глаза которого расширились от удивления. Хотя во взгляде читалось также сожаление от потери герба гильдии и какое-то странное понимание происходящего. Но истерить от этого Нацу не перестал. - Грей, можешь охладить его? – устало вздохнула Эрза. Похоже, она, находясь в детском теле, не собиралась призывать меч или доспехи. Или же она хотела что-то проверить? Додумывать эту мысль маг ледяного созидания не стал, вместо этого он выпалил, складывая руки в уже привычном жесте: «Ледяной паркет!» Казалось, в эту секунду Грей услышал почти бесшумный вздох изумления, который издала Люси. Казалось, Нацу сейчас от изумления и переполнивших его впечатлений сразу с размаху сядет на траву, схватившись за голову. Казалось, члены «Греха ведьмы» и Эрза попросту не поверили в увиденное. Ведь они чувствовали, что магия внутри них до сих существует. Она и существовала, это было очевидно. Иначе бы Драгнил всё равно не пришёл в себя настолько быстро после падения с дерева. Магия делала организм куда крепче, выносливее и сильнее. Но воспользоваться ей сейчас было нельзя: Нацу попробовал зажечь пламя хотя бы на кончиках пальцев, Люси несколько раз взмахнула ставшими теперь бесполезными ключами, Эрза попыталась призвать меч или хотя бы повседневные доспехи, Джерар повёл рукой, привычным уже жестом пытаясь призвать огонь, который был безопаснее всего сейчас. Всё без особого толку. Однако самый главный вопрос решилась задать всё же Венди; та стыдливо опустила голову, закрывая лицо чёрной теперь чёлкой, и тихо сказала: - А где мы? Простой, на первый взгляд, вопрос поставил в тупик всех. Это место ни капли не было похоже на Эдорас, и даже не из-за отсутствия небесных островов. На Эдорасе попросту не было столь высоких деревьев. А ещё бывшие маги по-прежнему умели прекрасно «читать атмосферу». И атмосфера явно подсказывала, что перед ними не параллельный мир. Всё было намного сложнее. - Предлагаю пойти в город и всё разузнать, - выдохнула Скарлет, ёжась на ветру даже не от холода, а от ощущения незащищённости. Доспех, сковывающий душу, уже давно дал трещину, но снят до конца не был, поэтому Эрзе до сих пор было неудобно без настоящих и уже привычных доспехов. Платье, пускай и очень, по мнению Эрзы, длинное, чувства этого дать не могло. - Может мы с Греем-сама пойдём и всё разузнаем? – чуть ли не заикаясь, спросила Джувия, чувствуя, как к щекам приливает кровь. - Эй, мы же идём все вместе! – возмущённо ответил «Грей-сама». - Джувия в чём-то права, всем вместе идти нецелесообразно. Если в этом месте преследуют магов, чему я не удивлюсь, двое не привлекут внимания. Вот только куда идти, мы всё равно не знаем, хотя.. – тут Фернандес на миг задумался, словно что-то прикидывая. – Город явно недалеко. - Почему? – спросила Эрза, чувствуя себя дурой. Хотя никто не понял, почему богоизбранный решил, что люди живут близко, но так неловко пришлось только Эрзе. Остальные, судя по лицам, ничего подобного не испытали. - Именно тут никто не ходил, но за деревьями – следы от колёс телег и лошадиных копыт. А, судя по тому, что с телег падают вещи, тут часто бывают заторы, - пожал плечами парень. За несколько лет скитаний они научились находить населённые пункты, не пользуясь картами. Правда, тогда была ещё и магия… Но про это было лучше не вспоминать.

***

Решено было послать троих: Джувию, Грея и Венди. Вдвоём они бы привлекли меньше внимания, но Венди послать с ними было необходимо; мало ли что может выползти из укрытий в этих лесах. Наверное, это было отчасти эгоизмом; никто не хотел потерять кого-нибудь, понимая потом, что он сам виноват в этой потере. Все трое шли не оглядываясь и не останавливаясь; тела перестали быть такими натренированными, как раньше, но физическая сила никуда всё же не делась, только количество её уменьшилось. Но это, по всеобщему мнению, могло быть и к лучшему. Они бы только привлекли ещё больше внимания. Джувия и Грей так и не стали разговаривать друг с другом. Локсар, видя состояние любимого, решила, что лучше его не беспокоить, Грей был за это благодарен ей. Такой девушка ему нравилась куда больше. Понимающая Джувия была куда лучше, нежели ревнующая или желающая повиснуть на нём, не отпуская. Венди тоже молчала. Она не жаловалась на то, что они довольно долго шли, на плохую дорогу, на усталость. За время, проведённое в гильдии «Хвост феи», девочка стала настоящим бойцом. Потому что поняла – только так она может защитить своих друзей. И потерявшей уже один раз всю семью Венди не хотелось терять ещё и хвостатых фей. Не хотелось терять даже Джерара с Мелди. Так и молчали все трое до того, как пришли в город. Пропустили их даже не спрашивая, кто они; только взглянув в мрачные лица. Тут они и разошлись; с Венди ушла Джувия, Грей остался в гордом одиночестве. Фуллбастер шёл по улицам, низко опустив голову и прислушиваясь к разговаривающим вокруг людям, ловя обрывки фраз. «Хлеба и без того не хватает…» «Откуда столько беженцев?» «Опять рекрутов набрали». К одному диалогу Грей заставил себя прислушаться получше, хотя бы потому, что услышанные до этого клочки разговоров его совершенно не радовали. - Стена Мария прорвана титанами! – воскликнул плотный мужчина, сверкнув глазами. Его собеседник невольно попятился, - Скоро они и до Розы доберутся, будьте уверены! - До Розы? Вряд ли! Я тут слышал… - продолжение потонуло в шуме и гвалте, доносящемся с соседней площади. Грей бежал, не жалея ног; ему казалось, что скоро он услышит ответы если не на все вопросы, то на многие. Фуллбастер, задыхающийся и выдохшийся окончательно, услышал то, что никак не ожидал услышать. - Эй! Уйди с дороги и встань в очередь! – Грей поморщился. В их мире очереди бывали в торговых центрах во время распродаж, в магических магазинах на Магических играх, но никогда не было очередей за хлебом. Грей не мог сказать, что в Фиоре не было бедных, но достаток почти у всех был весьма высок. Одному магу помогали другие, люди собирались в группы. И только одинокие путники могли долго голодать. Ну и независимая гильдия, которая не могла просто так войти в город, конечно же. - Заткнись! Я не ел со вчерашнего дня! «Они дерутся за хлеб» - понял Фуллбастер. Понял и почувствовал, что в груди появляется страх. Да что тут, Зереф бы их побрал, происходит?! У них такое бедственное положение бывало в городах после нападения демонов и тёмных гильдий. «Титаны. Беженцы», - всплыло в голове у Грея. Всё стало понятно настолько внезапно, что внезапно стало плохо. И эта стена высотой в несколько десятков метров… Всё было ужасно. Они одни. В жестоком мире, где за стеной бродят титаны, без магии. Можно, конечно, прикинуться беженцами… Драка становилась всё масштабнее. Вот только это не тот весёлый махач в гильдии, где все пьяны и все дерутся только ради удовольствия. Победа – вопрос выживания. Грея трудно было поразить, но в незнакомом мире и без магии он начал паниковать и бояться. А ещё Фуллбастер, стоящий вне очереди, услышал ленивое и пренебрежительное: - Почему мы должны отдавать еду посторонним? Я о том, что титаны всё равно прорвали стенку. Почему же они не съели их побольше? Отмороженный сжал зубы. Лёд! Почему он не может создать лёд?! Он бы показал ему, как ненавидеть людей только за то, что они родились в неудачном месте. Грей понимал, что нападать на взрослого без магии и оружия – глупо. Кипел внутри, хотел просто отметелить. И стоял на месте. А вот незнакомый мальчишка (выглядел он чуть младше, чем Фуллбустер, по крайней мере, сейчас) на месте не стоял. Он не был магом, не был очень сильным; он был простым человеком. И от осознания того, что испугавшее его сделал этот парень, Грей удивился. И укорил себя. - Вы хоть знаете, о чём говорите? Вы хоть видели, что там творилось? Как титаны ели всех этих людей? - Заткнись! - Извините, он просто очень проголодался, поэтому так себя ведёт. Пожалуйста, простите, - выпалил блондин. Вероятно, друг первого мальчишки – иначе зачем ему спасать незнакомца. - Всё равно, без нас вы уже бы сдохли. Вам следует, - тут мужчина сделал паузу, - поучиться почтительности! «Замёрзни уже, ты!» Грей стоял и смотрел на спину уходящего мужчины. И понимал, что они хоть и прикинутся беженцами, но, как только выпадет случай, лично он пойдёт в армию. Хотя бы потому, что титаны довели людей до подобного состояния. И пускай только кто-то попробует его остановить. Грей не знал, что именно видели Джувия и Венди, но, когда они встретились где было условлено, обе были уставшими, поникшими и даже напуганными. До это сияющая улыбка Локсар куда-то пропала, тёмно-русые теперь волосы, кое-где завитые прядями, поникли. Глаза у обеих девочек погасли, но в глубине их изумлённый Грей смог углядеть решимость. Решимость того же рода, что была у него. Похоже, идея притвориться беженцами, потом пойти в армию постепенно становилась общей. И куда подевалась боящаяся сражений и не умеющая драться Венди? Осталась в Фиоре или же её и не было никогда? Фуллбастер, как и Локсар, с удивлением наблюдали за изменениями в характере Марвел. Та же знала, что идти бороться с гигантами – самоубийство. Но отступать видевшая страданиях других людей девочка не собиралась. Говорила сама себе, что просто не имеет права сделать этого. Назад, к другим хвостатым, они почти бежали. Они хотели бы заречься говорить о том, что видели – пускай хоть они не пойдут за стены на съедение. Но и соврать не могли, потому что беженцами должны были притворяться все вместе. А юный возраст им в этом очень поможет. Дети, потерявшие родителей, у которых и были все документы… Неплохое алиби, хороший вариант. Если бы не столь пренебрежительное отношение к беженцам.

***

- … в целом, как-то так, - закончил обрисовывать ситуацию Грей, кожей чувствуя, что на него уставилось пять пар удивлённых глаз, в глубине которых жило недоверие. Но убеждённый взгляд парня не дал им сомневаться в его правоте. Джувия и Венди до сих пор сидели на одном месте, мрачные, расстроенные и подавленные. Но с решимостью и самопожертвованием в глазах. - Ты предлагаешь прикинуться беженцами? – выдохнув, спросила Титания. Хотя нет, не Титания, просто Эрза. После того, как девушка услышала в первый раз название местных чудищ и о их жестокости, от прозвища Скарлет отказалась, Да и какая она «Титанийская» без своей силы перевоплощения? - А потом пойти в армию, - тихо добавил Драгнил. Интересно, а куда подевался вечно улыбающийся и немного придурочный Саламандр? Впрочем, сейчас он своего прошлого не оправдывал. Огненный дракон погас. Нацу на самом деле не любил драться. Одно дело – «махач» ради веселья и драка ради драки. Не на смерть. Для того, чтобы доказать себе что-либо или просто повеселиться. Другое дело – когда обижают твоего товарища. Тогда маг кидался в бой сразу же, не жалея своей жизни. Но если был шанс не рискуя собой и друзьями избежать смертельно опасного боя, Нацу бы сделал это без раздумий. Потому что не собирался умирать, потому что ему было, ради чего жить. Тут ситуация была совсем иной. Нацу понимал, что его жизнь (жизнь не мага уже, человека) ничего не стоит. Стоит чего-либо только безопасность всего человечества и его счастье. И ради этого, пожалуй, Нацу придётся сражаться даже без магии. Дрожа от страха, закусывая до боли губы, стараясь не закричать. А ещё, возможно, ему ещё придётся осознать боль потерь или погибнуть самому, заставляя страдать друзей. Но об этом Нацу старался не думать.

***

В город они шли опять пешком; пять километров шуткой не казались, особенно уже ходившим. К счастью, аномальная выносливость хвостатых хоть и снизилась, но не настолько, чтобы им нужно было останавливаться. И они опять молчали, погружённые в свои мрачные мысли. Они – дети. Они потеряли почти всю магию вместе с некоторой частью физической силы. Они ещё почти ничего не знают об этом мире и, главное, не могут даже открыть врата назад. Они лишние и чужие. А где-то за стеной бродят гиганты, которым очень понравилось есть людей, люди дерутся за еду, а жизнь становится всё хуже и хуже. Они перенесли очень многое, но всегда находился кто-то, помогающий им. Но сейчас подобного никто не сделает. Тут каждый сам за себя. Если бы они только могли вернуться назад…Нет. Они бы нашли способ использовать магию в других мирах, а потом бы вернулись обратно, зная, что это стало их долгом. Они обязаны вытащить людей из мира, в который их повергли титаны. Из страха и ужаса. Из стен, в которых правят деньги. Сами не зная, зачем им всё это надо. А сейчас они просто шли по дороге, понимая, что им просто будет слиться потом с толпой беженцев. Люси почти всхлипывала, но все знали, что в бой она пойдёт без слёз, как и возьмётся за работу. Рядом с ней шёл Нацу, который сейчас уже не казался беспечным. Впереди быстро шагали Грей и Джувия, за ними плелась не спотыкающаяся больше Венди. Неподалёку от неё шла Мелди; она, несмотря ни на что, чувствовала единое состояние душ хвостатых и их негласную поддержку, оказываемую друг другу. И в том числе и ей. Они все стали союзниками, друзьями, готовыми защищать друг друга, как бы плохо им не приходилось. От мага чувств не укрылось, что идущие замыкающими Эрза и Джерар хоть и смотрели в разные стороны, но всё равно шли так близко, что соприкасались плечами. То, как эти двое бегали друг от друга, было бы смешным, если бы не титаны, которые, по рассказам Грея, могли прорвать и эту стену: теперь её видели все. И все они понимали, что времени у них осталось, скорее всего, катастрофически мало.

***

Как и ожидалось, они очень быстро смешались с толпой беженцев. Для этого не понадобилось особой хитрости или даже недюжинного ума; они просто пришли туда, куда посели беженцев, и поселились. Стояли за пайком так же, как и все. Слушали смешки за спиной. А ещё пытались понять, что же произошло на самом деле. Но понять не могли. Еды, несмотря ни на что, хватало всем; в способности магов входила возможность долго проживать без еды, и от блокировки магии способность эта никуда не делась. К тому же, Эрза и Джерар ещё помнили времена, когда они оба жили в Райской башне, Грей, Венди и Нацу – когда после смерти тех, кто заменил им родителей, они бродили в одиночку. Для некогда могучих магов то, что они делали сейчас, казалось безумием, потому что они просто сидели и бездействовали. На самом деле, конечно, они пытались собрать как можно больше информации об этом месте, но пока безрезультатно. Они знали, что спрашивать в лоб нельзя, а по обрывкам разговоров понять всё было невозможно. Но они пытались, понимая, что иначе им не выжить. Они придумали как можно более убедительную легенду, зная, что информации о проживающих между стенами Роза и Мария почти не сохранилось, и понимая: иначе их не примут в армию. Но пока они просто жили. Грей, сам не зная, для чего, продолжал смотреть за той тройкой подростков, что он увидел в прошлый раз. Чем-то все они его привлекали. Может быть силой духа? Когда хвостатые смогли наконец-то прижиться, их вместе с настоящими беженцами отправили возделывать землю. Для бывших магов это было трудом непривычным, но не очень тяжёлым. К тому же, все они понимали – просто так объедать этот народ они не имеют права. Но, как оказалось, тяжёлого труда оказалось мало; нехватка продовольствия всё равно не исчезла. Почти год все беженцы трудились на полях; близилось время, когда хвостатые должны были пойти добровольцами в армию. Но случившиеся незадолго до их ухода поразило их окончательно. И дало понять, что ради короля, действующего столь хладнокровно и безжалостно, они никогда не будут сражаться. Никого из них не забрали, хвостатые не прошли по возрасту. И в тот момент, когда зачитывали этот бездумный и ужасающий приказ, никого из них не было на той площади. Они не видели ужаса и отчаяния людей, которые отправлялись на верную смерть, на съедение титанам. Иначе бы смогли, не замечая того, что магия заблокирована, разнести всё в округе. Раз за разом сдерживали порывы эмоций друг друга фиорцы, раз за разом пытались успокоить друг друга и свою совесть. Вечером тихо, без всхлипываний, с одними слезами, плакала слишком добрая для этого мира Венди, ночью Драгнил со злости разбивал кулаком доски, словно те состояли из одной лишь натянутой бумаги. Днём Люси, уходя куда-то, кричала во весь голос, пытаясь призвать духов, под утро Джерар и Эрза не могли заснуть от мучающего их одного на двоих кошмара: люди, убитые титанами, говорили, что если бы у них была магия, всё было по-другому. Раз за разом пытались колдовать хвостатые: ничего не происходило. Они теперь тренировали физическую выносливость; по вечерам Эрза и немного умеющий Джерар фехтовали на обструганных палках. Раз за разом клялись они стать сильнее, стать сильными настолько, чтобы можно быть уничтожить всех гигантов, назвавшихся по ошибке титанами. И все бывшие жители Фиора чувствовали себя совершенно одинаково, когда объявили, что из двухсот пятидесяти сотен тысяч выжило менее сотни. И у всех в голове билась всего лишь одна мысль: «Пора!»

***

Возвращавшийся с тренировки Грей (Эрза решила, что в этом мире они все должны хоть немного уметь драться на мечах) не сразу заметил Эрена, Микасу и Армина (имена их узнаны были совершенно случайно). И вздрогнул. Он и забыл, что дедушка одного из этих подростков тоже ушёл за стену Роза. И ему не посчастливилось попасть в число выживших. - Это титаны во всём виноваты, - тихо, с ненавистью в голосе сказал Эрен. Грей в удивлении распахнул глаза, он был согласен, что во многом виноваты титаны. Но не во всём. Именно люди послали других людей на убой. - Если бы мы только могли победить их! – и снова Фуллбастер вздрогнул. «Могли… А в это мире, как назло, магии нет даже у нас!» - Мы бы вернули свой дом. Армин, я буду поступать в разведкорпус. Я стану настолько сильным, что истреблю их всех! «Даже мы этого сейчас сделать не можем!» И почему после того, как Грей, сам того не желая, услышал этот разговор, ему захотелось попасть уже в эти войска с удвоенной силой?