Боль, цель и действие

Со времён злополучной тренировки с нападением разбойников прошёл почти год. Маги Хвоста феи росли физически, учились работать с приводами и вспоминали свои основные приёмы, используемые ещё в Фиоре. Они так и не нашли способа вернуться назад, ведь не смогли уловить ни капли разлитой в воздухе магии. Будь её хоть немного, они бы смогли вернуться, даже не используя свой потенциал, а работая только магическим потоком из окружающей среды. Много чего произошло за этот год. Отношения между остальными кадетами почти не поменялись, зато у хвостатых произошли некоторые перемены. Фернандес окончательно понял, что ему больше не нужно закрываться от кого-либо, боясь перетянуть его на тёмную сторону. Грей и Нацу, у которых отношения ещё год назад стояли на отметке «дружба-вражда», перестали задирать друг друга, лишь изредка обмениваясь подколками. Джувия перестала виснуть на Грее при любом удобном случае; её любовь к Фуллбастеру, до этого фанатичная, стала спокойной и ровной. Кажется, больше всего это обрадовало самого мага льда. Хвостатые постепенно возвращались в свои прежние тела. Фактически, росла только Венди; остальные лишь восстанавливали свою былую форму. Отсутствие магии на самих тренировках их не могло удручить, но все со страхом ждали встреч с титанами. Ведь там волшебная сила очень бы пригодилась. В своих собственных действиях хвостатые так и не находили логики, но и терять им уже было нечего, разве что кроме друг друга. С того момента, как фиорцы попали за стены, прошло уже почти три года. Приближалось время, когда их выпустят из академии. И тренировка, по которой их и оценивали, должна была стать началом.

***

- В чём дело, Арлерт? – Нацу оглянулся через плечо на тяжело пыхтящего товарища, к которому обращался инструктор. Да уж, тяжко ему приходилось. - Ты отстаёшь. Слишком сложно для тебя? – Драгнил был бы и рад помочь Армину, но он уже чуть ли не тащил на себе Венди; несмотря на то, что теперь Марвел выглядела на шестнадцать, она так и оставалась самым оберегаемым членом команды. Самой Венди от этого было неприятно: как и в Фиоре её друзья считали, что её нужно опекать. Все хвостатые бежали далеко впереди, хотя уже и начинали выдыхаться. Впрочем, скоро они должны были перейти на приводы, так что можно было уже почти не беречь дыхание. Шульц с радостью смотрел на тех, кого мог назвать сильнейшими бойцами выпуска. Несмотря на то, что для кадетов он был человеком с каменным сердцем, у него, как и у всех, было свойство привязываться. А все они, эти лучшие кадеты, были по-своему талантливы. Каждому из них тренер давал краткую характеристику, подобную которой, только в более смягчённом варианте, напишет в отчёте. "Райнер Браун. Невероятно вынослив и силён духом. Его товарищи ему доверяют. Армин Арлерт. Физической силы ему не хватает, но он компенсирует это способностью к обучению. Энни Леонхард. Превосходные боевые навыки, но в команде работает плохо. Волк-одиночка. Бертольд Хувер. Весьма талантлив во многом, но ему не хватает инициативы. Жан Кирштейн. Превосходно управляется с приводом, но его открытая тупость вызывает трения и разногласия. Саша Браус. У неё талант к нетрадиционным методам, но из-за этого не способна к организованной деятельность. Конни Спрингер. Очень хорош на виражах, но его мозг и близко к ним не способен. Эрза Скарлет. Мастерски владеет мечом. На перевооружение ей требуются доли секунды. В команде всю ответственность и опасность берёт на себя. Люси Хартфилия. Среднее исполнение виражей, среднее владение мечом. К ней невозможно придраться, но невозможно и похвалить. Нацу Драгнил. Очень вынослив и физически силён, полезен в рукопашном бою и неплох в маневрировании, но к бою на мечах приспособлен плохо. К тому же его убеждённость в ряде вещей вызывает недоумение. Грей Фуллбастер. Неплох во владении мечом, очень силён в рукопашном бою, но его виражи не всегда соответствуют заданной траектории. Мелди Драгнил. Очень ловка, прекрасно умеет уворачиваться от ударов, но неспособна выполнять некоторые задания из-за слабости. Джерар Фернандес. В бою на мечах проигрывает только Скарлет. У него талант к пространственному маневрированию, а также он очень ловок, но он не умеет менять план по ходу действия. Джувия Фернандес. Прекрасно работает в команде, всегда поддерживает товарищей, неплоха во всём, но не умеет нестандартно мыслить и радикально решать проблемы. Венди Фуллбастер очень упорна и трудолюбива. Не очень сильна во владении мечом, но компенсирует всё силой духа. Микаса Акерман. Образцовое исполнение по всем параметрам. Истинный гений беспрецедентной значимости. Эрен Йегер. Выдающимися способностями не обладает, но улучшает оценки своим усердием. Кроме того, обладает исключительной целеустремлённостью".

***

Люси всегда очень удручал тот факт, то место для тренировок в рукопашном бою было очень красиво. Красота эта была загорожена колючей проволокой и заставляла только вздыхать. Туда-то ходить новобранцам и было запрещено. Хартфилия чуть не забыла, что сейчас её очередь «атаковать» напарницу. Той, впрочем, было всё равно, ей тоже не очень-то хотелось драться. Однако Люси за последнее время привыкла относиться к тренировкам серьёзно. Теперь от них зависела не только честь, но и жизнь. Напарница, которая должна была просто провести бросок, не смогла выбить деревянный нож из рук Люси и была повалена на землю. Рядом дрались Грей и Нацу, которых очень неудачно поставили вместе. До этого как-то обходилось. Жан Кирштейн, который всем запомнился желанием жить за стеной Сина, нападал на Фернандеса, который просто уворачивался от атак. Эрза активно поддавалась Джувии. Венди и Мелди делали вид, что заняты дракой друг с другом. Впрочем, нового в этом ничего не было, как и в прогуливающей Энни, незаметной для офицеров. Удивление пришло к отвлёкшейся Люси, когда Леонхард, до этого редко участвовшая в рукопашных драках, легко смогла повалить как Эрена, так и Райнера. Для Люси не было удивительным даже то, что девушка смогла повалить двух парней, подобным некогда занималась и Эрза в их гильдии. Поразительным было то, что сделала это именно Энни, которая довольно мало тренировалась. Люси, стоявшая ближе всех, всё же смогла услышать слова Энни. И поняла, что именно казалось ей странным и неправильным. «Почему противостоять титанам могут только те, кто получают привилегию избежать встречи с ними? Почему из этого сделал такой фарс?» И в самом деле, почему? Люси, которая выросла на самом деле в мире, в котором не было титанов как таковых, не могла теперь понять жителей этого мира. Неужели те, кто может сражаться, будут сидеть за стенами и трястись от страха? Оказалось, будут. Но почему, чёрт побери, они, пришедшие из Фиора, больше хотят защитить человечество, живущее за стенами, чем его представители? Внимание от драки посреди поля отвлекли Грей и Нацу, борьба которых приобрела нешуточный накал. Нож в пылу драки отлетел куда-то в сторону, а двое магов покатились по земле, вытирая друг другом пыль. Наконец, насевшего было Грея откинул Нацу, размахивающийся уже для удара, но одновременно и сам получающий с ноги в живот. Заблокировав первый удар Нацу, Грей рванул вперёд, чтобы получить в челюсть. Драка эта, похоже, уже стала главным притягивателем внимания. Чтобы разнять двух парней уже спешили тренеры.

***

Вечер не принёс ничего нового. Ссора на почве несоответствия, которое теперь стало очевидным для всех фиорцев, тоже была вполне привычной, ведь произошла она между извечными противниками: Эреном и Жаном. На следующий день тренер решил чуть ли не впервые заставить их тренировать свои умения в драке на мечах друг на друге. До этого они как-то больше работали с инструкторами ли манекенами-титанами, и то, что происходило сейчас, выбивало из привычной колеи. Хотя это вполне можно было считать тренировкой для собирающихся вступить в военную полицию. Но зачем, если большинство всё равно будут только бороться с титанами? Если на тренировке по рукопашному бою внимание было приковано к Грею и Нацу или к Эрену с Энни, то тут в центре оказались Эрза и Микаса. Все хвостатые знали, что на самом деле Скарлет фехтует лучше, чем показывает, но тем не менее признавали и силу Микасы; так долго даже сражавшуюся вполсилы Эрзы мог удерживать только очень сильный мечник. Медноволосая теперь Скарлет легко отражала удары брюнетки, но и сама очень хорошо не могла атаковать, просто не успевала, действуя в половину скорости. Наконец, поединок прекратили, а большинство новобранцев решили, что он завершился вничью. Опять было повторено занятие по теории. Будущему выпуску это было уже скучно: все только и ждали дня, когда назовут десятку лучших. Большинство пошло в армию не по своей воле, никто не хотел подвергать себя риску просто так. По своему желанию тут были собиравшиеся внутрь стен Сина и те редкие люди, что и в самом деле хотели защитить человечество даже ценой собственной жизни. Или же просто отомстить.

***

После дня объявления результатов фиорцы ходили подавленные и усталые. Они раз за разом пытались уговорить друг друга не поступать в разведкорпус – безуспешно. Безуспешно пыталась напугать Венди Эрза; Марвел, ставшая для всех тут Фуллбастер, пугалась, но не желала оставлять других. Тщетно пытался отговорить Нацу Люси; Драгнил, хоть и не желавший умирать, на своём стремлении помочь человечеству избавиться от страха стоял твёрдо. Не мог переубедить Джувию Грей. Не помогли Мелди и Эрзе принять «правильное решение» уговоры Джерара. Девушки друг друга так и не смогли отговорить. Парни же этим заниматься и не стали. Люси колебалась. Она понимала, что толку от неё чуть ли не меньше, чем от Венди. Она не выделялась тут ничем. Эрза была идеальна в рубке на мечах, Нацу был очень сильным, Грей – хитрым, Венди – упорной. Джувия хорошо работала в паре с Фуллбастером, Мелди прекрасно уклонялась от ударов, Фернандес играючи выполнял сложные манёвры. А ум, который отмечали в Фиоре, оказался тоже не самым острым, Армин продумывал планы куда лучше. Заклинательницу это удручало и она не видела особого смысла в своём присутствии в армии. Люси вошла в зал не в самом начале празднования. Девушка, как оказалось, вошла в тридцатку лучших, но дальше не продвинулась. Впрочем, расстраивало её совсем не это. Она не чувствовала внутренней силы, которая помогла бы ей определиться окончательно. И Люси никак не могла принять решение. - Ты не хочешь в военную полицию, Эрен? Ты серьёзно? - Но ведь ты один из десяти лучших! - Я сразу определился со своей целью. Я тренировался не чтобы жить в довольствии и тепле во внутреннем районе. Я учился сражаться с титанами. - Но ведь нам не победить! – крик услышала не только Люси, но и все в зале. Фиорцы обернулись; лица у всех были удивлённые, но и понятливые. Все уже видели, что люди окончательно лишились надежды. Но и вернуть её не могли. Люси на какой-то момент стало всё равно. Ей захотелось малодушно записаться на охрану стен, и какая ей вообще разница, что подумают остальные хвостатые? Она не хочет рисковать своей жизнью. Да, они друзья. Но ведь они её поймут, верно? И даже поддержат… - И что? Ты сдаёшься, потому что, считаешь, что нам не победить? Это правда. До сих пор мы терпели поражение. Потому что мы про них почти ничего не знали. Нельзя одержать победу одним числом солдат. Может мы и проиграли, но знания, вынесенные из этих сражений, наш маяк надежды. А ты отмахиваешься от тактического прогресса, купленного сотней тысяч жизней, чтобы кататься, как сыр в масле?! Что за бред?! Я убью… убью всех их, до последнего. И освобожусь от этих стен! Вот моя мечта. Человечество ещё не потеряло всё до последнего. Глаза у Люси удивлённо расширились. Но почему, почему то же, что чувствовали хвостатые, озвучивал этот парень? Желание малодушно сдаться и уйти окончательно пропало, когда на плечо ей легла рука Нацу. Пускай это не обычное приключение Хвоста феи, пускай тут у них нет магии – они всё ещё вместе. Человечество ещё не потеряло самих себя, а фиорцы ещё не утратили себя и друг друга. Их в армии чуть ли не ровняли под общую гребенку – они справились. И теперь жители Фиора уже не считают себя сильными, но они готовы сделать то, чего боялось множество других таких же обитателей этих стен – пойти на верную смерть. Пойти биться с гигантами. Интересно, а почему то, что должны делать коренные жители стен, делают бывшие маги, внезапно утратившие волшебство без возможности его вернуть?

***

На следующий день в город прибыл разведкорпус – фиорцы впервые видели их вживую. Впрочем, особого восторга они всё равно не испытывали, а если и испытывали, то никак этого не показывали. Кроме того, многие безошибочно видели, что солдаты разведки были угрюмы: даже если потерь было мало, экспедиция вряд ли дала много. А пока – пока фиорцы просто запоминали имена. Значит, капрал Леви, командор Эрвин. - Откуда такая наивность, а, сладкая парочка? – донеслось откуда-то спереди голосом Эрена. Нацу вздрогнул. «Сладкая парочка?» Драгнил не видел лучшего друга уже почти три года, и то, что для этого самого лучшего друга прошло всего пару секунд его ничуть не радовало. Теперь бывший драконоборец понимал, что именно ощущали хвостатые, оставшиеся в Фиоре после пропажи острова Тенрю. А ведь они ещё и не знали, погибли их товарищи или остались живы, что намного хуже. Но и без того тоска по дому и друзьям, которые для Драгнила стали почти семьёй, изредка приходившая грусть и желание вернуться заставляли сердце болеть от каждого напоминания о доме. От неосторожной фразы «Сладкая парочка!» От похожего на молнию шрама у какого-нибудь старого солдата. От случайного слова «гильдия». Больно. Возможно, это и самовнушение, но больно. Больнее, чем от потери волшебства. А потом было дежурство. Было оно не у всех: только у Люси и Джувии. Последняя стала куда мягче относиться к «сопернице» и теперь обе были вполне не против такой компании. Тем более, всяко лучше, чем быть одному. Хотя нет. Теперь среди других солдат они не были одиноки. Они стали их друзьями, хоть и не пущенными в сердце – и от осознания этого становилось радостнее и просто лучше. Они не одни. Даже в этом жестоком мире. Просто нужно было время. Пока они делили мясо (Люси даже пожалела Драгнила, вот тому невовремя смена выпала), они успели и закончить прочистку одной пушки. Ничем больше они пока не занимались, но это было только затишьем перед бурей. И все это понимали. А потом за спиной появилась тень, и все поняли, что затишье оказалось слишком недолгим. Всех молодых людей просто сдуло со стены: Джувия успела заметить мелькнувшие светлые волосы пролетающей мимо Люси. Хартфилия уцепилась за стену крюками, оглядываясь на других; Джувия, на которую девушка посмотрела в первую очередь, оказалась невредима. Саша подхватила Сэмюэля, остальные справились сами. А Люси с ужасом смотрела на огромную руку, лишённую кожи, вцепившуюся в стену прямо над ней. Люси было жарко и от страха, и от близости этой излучающей аномальную температуру руки. Девушка понимала, что если трещина пойдёт дальше, то она падёт и вряд ли успеет за что-либо ухватиться; от этого становилось только страшнее. Джувия с не меньшим ужасом смотрела на ворота и понимала, что они уже не успеют закрыть их. У человечества не хватит на это сил. А если появится тот бронированный титан, о котором они уже наслышаны, человечество проиграет. Окончательно. Ведь надежда, только что возрождённая в связи с усилением разведкорпуса, вновь потухнет. Джувия мало когда боялась. Нет, смерть её пугала, но чтобы бояться настолько… такого не было никогда. Она дралась с Мелди на равных и даже победила, она выносила магов из тёмных гильдий, шла на задание в первый день магических игр, но смерть ещё никогда не стояла к ней так близко. Это было страшно. До чёртиков, до ужаса, до желания просто отпустить стену и упасть, умирая без мучений. И лишь где-то в душе у Локсар теплилась надежда, что все они выживут. Часы пошли слишком быстро, а времени у хвостатых не осталось вовсе. Сейчас пошли последние секунды. И, кажется, большая часть фиорцев это понимала. Ни она, ни Люси так ничего и не сделали. Но и Эрен, единственный сохранивший способность действовать, убить титана тоже не смог.

***

Люди даже не пытались сохранять подобие спокойствия, настолько были напуганы. Никто не винил их за это, сами солдаты больше всего сейчас хотели за стену Сина. Хвостатые - хвостатые же боялись, понимая, что если у них нет магии, они фактически беспомощны. Их отправляют не уничтожать всех титанов. Просто сдерживать. Но легче от этого не становилось. Всех фиорцев определили во вторую линию обороны, разделив их снова. В пылу и шуме битвы они могли снова собраться вместе, вот только никто бы не признался, но этого им не хотелось. Не хотелось видеть смерть друзей своими глазами. Не хотелось понимать, что они именно не смогли защитить их. Эрза и Джерар остались вместе. Венди была с Нацу, Люси и Джувией. Обе девушки были испуганы, но живы и уже в боевой готовности. Люси, которую многие курсанты считали слабой, на удивление не плакала. Глаза были совершенно сухими. Грей и Мелди должны были идти вместе – оба бледные, серьёзные, с дрожащими руками, но готовые драться. Перед самым боем, уже почти выходя из здания заправки УПМ, Джерар схватил Эрзу за руку, порываясь что-то сказать, но тут же остановился. «Так будет легче». Едва увидев выражение глаз Джерара, Эрза всё поняла, но тоже просто кивнула. «Так будет легче». Оба слишком давно знали друг друга, чтобы теперь врать перед чуть ли не верной смертью. Слёз не было ни у кого. У всех были лишь собранность, сосредоточенность и малодушное желание оказаться в Фиоре, отмотав время назад. Жаль только, что последнее было невозможно. Они не разделяли и приподнято-истеричного настроя, который царил в отряде тридцать четыре. И Эрза и Джерар просто смотрели вдаль – туда, где прорисовывались между крышами домов головы самых высоких титанов из тех, что вошли в город. И понимали, что отсрочить это приближение уже невозможно. Джерар Фернандес сам когда-то говорил, что не против умереть, искупая свои грехи. Но за проведённые в этом мире три года он внезапно понял, что ему захотелось жить, жить не в том мире, так в этом. Пришедшее осознание оказалось столь неожиданным, что Фернандесу захотелось внезапно вернуть обратно те времена, когда он мог умереть, не задумываясь. Так было бы проще. Но теперь богоизбранному было, ради чего жить, а значит, он не мог так просто позволить себе умереть. Как, впрочем, и хвостатым феям, и Мелди. Кого-то терять хотелось даже меньше, чем умирать. И вот их бросили в бой. Первый, но от этого ставший самым опасным. Ведь рядом нет даже того, кто хоть немного опытнее тебя. Эрза и Джерар стартовали не так быстро, как остальной отряд, а позже ушли чуть в сторону; туда, где прорывающиеся титаны могли представлять большую опасность для мирного населения. Возможно, это и спасло им жизнь в дальнейшем.

***

Грей мог честно признаться, что смерти он боялся. Пожертвовать собой сознательно он мог по-настоящему только один раз, чтобы запечатать Делиору в ледяном гробу. Тогда Фуллбастера остановил Нацу, вызвавшийся сразить с чудовищем. Нацу тоже не собирался умирать, он собирался побеждать, а на тот момент это было видно. Сейчас Фуллбастер потерял Мелди, чего допустить было нельзя. Самому себе и спасшей ему жизнь Уртир Грей пообещал, что будет защищать воспитанницу волшебницы времени. Его уже спасли два человека, оба – ценой собственной жизни. И теперь – его очередь, хочет он этого или нет. Пришла пора платить по счетам, и это Грей чувствовал. При чём пришла неотвратно. Сейчас или никогда. Да вот только как это – сейчас, если Грею хочется ещё пожить? Как это – сейчас, если у него нет магии, если даже Мелди нет рядом? Странно. И глупо. Грей приземлился на крышу (отколотая черепица неприятно хрустнула под ногами) и осмотрелся. Внимательный взгляд тёмно-синих глаз лишь слегка скользнул по воротам, ведущим внутрь стены Роза – титанов там не было. Впрочем, как и поблизости. Больше всего бывшего мага радовало отсутствие вокруг крови – тут точно никого не съели. Фуллбастер, позволяя себе расслабиться, сел на тёплую, залитую солнцем крышу, ощущая острые грани черепиц даже сквозь ткань брюк. К чёрту всё. К чёрту дом. Грей устал, и он очень хочет продолжать жить. Пусть и не очень счастливо. Пусть в шумной гильдии. Но без титанов. Возможно, без тех жителей мира стен, с которыми они подружились. Хотя нет, просто стали товарищами. На крайний случай – приятелями. Дружба – понятие Фиора, светлого и счастливого мира, в котором редко встретишь бессмысленную жестокость. Тут все друг другу могут быть товарищами, подельниками, приятелями, но не друзьями. Скорее уж врагами. Шаг, громкий и тяжёлый, слишком хорошо давал понять, кто именно идёт. Титаны были уже через несколько улиц. Грей пожалел, что слишком расслабился. Впрочем, гиганты были ещё далеко, был шанс убежать, сменить позицию, продумать даже наступление. Грей остался на месте, во все глаза смотря на приближающихся исполинов. Те ещё не видели Фуллбастера, но от этого не становилось легче. А потом Грей услышал крик. Сначала ему показалось, что звук этот, громкий, неожиданный и жалостливый, издал он сам. И лишь потом Фуллбастер понял – кричали другие солдаты из нововыпущенных. Он узнал их – тридцать четвёртый отряд. И вздрогнул – Эрзы и Джерара среди них не было. Ноги чуть ли не подкосились – неужели? Быть того не может, они же оба были сильнее, чем другие солдаты... Перед глазами словно наяву встала страшная картина – Эрза, волосы которой вернули бывший цвет – алый, от крови. Джерара в воображении съели полностью, но самому Фуллбастеру, представившему смерть своих друзей, от этого легче не становилось. Этого не могло быть. Грей иногда, в пылу боя, представлял, как они умрут, но Эрза в них всегда уносила с собою своего врага или вовсе доживала до старости. Фернандеса до этого в подобных фантазиях не было, но от этого было только горько. Они были слишком опытны, чтобы просто так погибнуть. И он не собирался верить в собственное воображение, уже не раз подкидывавшее ему совсем не то, что было надо. Они просто отстали. Так же, как и он. Вот и всё. Остальные члены отряда тридцать четыре теперь были совсем рядом, через крышу. Грей видел их лица, полные удивления и гори одновременно. Как будто они кого-то теряли и не могли поверить в реальность происходящего. Он не видел, как пожирали Томаса, он видел только искажённые смесью гнева, страха и горя лица остальных. И слышал имя, слишком громко и пусто прозвучавшее в мёртвом теперь, но до сих пор очень шумном городе. Он не собирался мстить, потому что понимал, что для обычного человека это чувство губительно. Оно могло бы помочь магу, который из своих чувств черпает силу. Там гнев, желание защитить или горе превращались в силу, сметающую всё своею волной. Но человек от этого терял голову, рассудок затуманивался, а спокойствие и умение трезво оценивать ситуацию, столь важные для человека, просто исчезали.

***

Но даже знающий это Грей не сразу понял, что бросился вслед за остальными солдатами, по пути вынимая второй меч. Фуллбастер знал: это может стать концом. Знал, но не мог совладать с собой. «И если Эрза и Джерар всё же погибли – это мог сделать именно этот титан!» А ещё понимал, что в его мире есть незаконченные дела. Что надо уже наконец объясниться с Джувией, к которой он и сам не понимает, что чувствует. Понимал, что всё не должно так закончится. Он остановился. Неуверенно и понимая, что делает что-то не так. А если гигант этот и в самом деле съел кого-то из его друзей? Нет. Они все живы. Часть ещё так и не бросили в бой, а Эрза и Джерар просто отстали! Грей лишь отстранённо наблюдал, как Эрену откусили ногу, и тот упал на крышу, заставляя черепицу полететь в разные стороны. Фуллбастер смотрел, как приложило о здание девочку, как Армин замер, не в силах пошевелиться, но и сам не мог сделать ни шагу. Волна гнева отступила, сменяясь на море апатии. Извечно холодноватый, сейчас Грей стал вообще отстранённым от всего и лишь наблюдал, как его товарищей едят. Но как? Как маг, лишённый своей силы, может бороться с ними? Как он справится без ледяной пушки, без клинков, косы или щита? Никак. Но как он будет чувствовать себя, узнав, что не отомстил, что предал память друзей, что не спас никого в трудную минуту? Тоже никак. Поэтому Грей ринулся вперёд: отчаянно, плохо понимая, куда бежит и зачем он это делает. И опоздал, с ужасом понимая, что сейчас всё будет кончено. Фуллбастер никогда не хотел рыдать и смеяться одновременно. Он всегда оправдывал свою фамилию. Но сейчас он никак не мог быть «ледышкой». Он, находившийся слишком далеко от титанов, чтобы помочь кому-то, сейчас отчаянно цеплялся за свои собственные воспоминания, ныряя в них с головой и вновь черпая из них ту силу, которой так не доставало. «Но мои воспоминания станут той ещё силой!» Не стали. Он бежал, не вспоминая об УПМ, не смотря на уже уходящих титанов, не думая о тех друзьях, что недавно ещё считал погибшими: только бы успеть, только бы хоть кого-нибудь спасти. Он сможет! Он же сможет, верно? И он отомстит всем тем титанам, которые съели его товарищей! Где-то на затворках сознания мелькнула мысль о том, как же хорошо, что он не увидит смерти друзей. Или те, в свою очередь, не увидят его смерть. Ведь так же на самом деле Остался только Армин, и если его сожрут, Грей вряд ли это себе простит. Но успел всё же не он. Это произошло за пару секунд. Грей уже потом будет ненавидеть себя: если бы он использовал УПМ, он бы мог спасти нескольких. Но страх и гнев затмили даже разум – иначе это Фуллбастер не мог объяснить. Грей не знал, как Эрен смог вытащить Армина прямо изо рта титана, но зато вспомнил то, что вспоминать было вряд ли надо. - Не хотел, чтобы ты умер, вот и остановил тебя тогда, - улыбнулся Нацу. Драгнил не мог знать, что Делиора ослаблен, но кинулся в самоубийственный бой, просто из-за того, что «не хотел, чтобы ты умер». Кажется, раньше Грей называл Нацу врагом. Вот только Грей и в самом деле не мог понять, какое именно качество нужно, чтобы стать настоящим убийцей титанов? Неужели сумасшествие и некая доля фанатизма. Или же это – в основном удачливость и умение работать всегда чётко и «чисто». «Он был самым упорным из тех, кто хотел убивать титанов. Но в этом мире одного желания и упорства недостаточно, хотя у нас он так бы смог стать сильнейшим магом… Ха! Да я бы всё отдал, только чтобы вернуть магию! Ведь какой будет прок от того, что в нашем мире не заметят нашего отсутствия, если никто всё равно не вернётся? И ещё, Эрен. Я не буду за тебя мстить, хотя ты в последнее время стал считать меня своим другом. Я просто сделаю так, чтобы выжили остальные. Ведь месть – не то, что должен чувствовать тут настоящий солдат. Эрза и Джерар… вы бы меня поняли. И я уверен, что ещё поймёте. Ребята из последнего, сорокового отряда – я знаю, вас только что бросили в бой. И я тоже не хочу, чтобы кто-то из вас умер». А ещё – Мелди. Он должен её найти. Её и тридцать третий отряд, за который ощущал ещё ответственность. Как и за почти полностью погибший тридцать четвёртый. Грей и сам не заметил, что подрагивающая улыбка сменилась на безмолвный крик. Он нашёл силы взять себя в руки и, легко перепрыгнув с одной крыши на другую при помощи УПМ, подошёл к Армину. В глазах того, Грей явно это чувствовал, был страх и нежелание верить во всё происходящее. Фуллбастеру казалось, или в тот миг, когда Ул на его глазах применила ледяной гроб, у него было такое же лицо?