Непредвиденные последствия

— Какой идиот… — от неожиданности она потеряла дар речи, и от всей души швырнув в него блузкой, поморщилась от боли в поврежденной руке.       Касл осторожно поднял брошенную кофту, повертел ею в воздухе, не переставая следить за Кейт, стоявшей перед ним в черном кружевном бюстгальтере. — Может еще чем-нибудь в меня бросишь? — Парочка ругательств тебя устроит? — она чувствовала, как начинает краснеть от его пристального взгляда. Она была чересчур зла, чтобы стесняться, и внутренний голос подсказывал, что если ей хочется скрестить руки на груди, то вряд ли стоит давать ему повод выиграть. — Касл, наверно была серьезная причина, по которой тебя поселили на служебной квартире. — Это самый скучный дом в моей жизни. Единственная найденная мной книга была: » В Аду смерти нет», и вряд ли я смог бы в полной мере насладиться собственным опусом, — он медленно встал с кровати и потянулся. — Кроме того, как ты себе представляла мое участие в расследовании собственного убийства, если я все время сижу взаперти? — Ты должен был сидеть и ждать, пока я не приеду к тебе! — честно говоря, она должна была бы знать, что долго он там не высидит. И ей даже не хотелось думать о том, каким образом он проник к ней в квартиру, и кто его при этом видел. — По крайней мере, скажи, что тебя никто не видел. — Вряд ли, — на нем была чистая пара джинсов темно-синяя толстовка с капюшоном, которую он, скорее всего, нашел на служебной квартире. Касл бодро натянул капюшон на голову и, достав из кармана солнцезащитные очки надел их, гордо продемонстрировав Кейт чудеса камуфляжа. Что ж, в общем-то, он прав, в таком виде он был почти неузнаваем для случайного взгляда, что не могло не радовать. — Жаль, что Унабомбер за решеткой. Ты отнял у него все лавры. Так пройти под радаром… Касл сдернул капюшон и снял очки. — Кстати, говоря, о террористах, ты уже знаешь, кто был моим? — Еще нет. Эксперты подтвердили, что эпицентр был в твоей спальне, но это пока все, что точно известно. Есть ли какие-нибудь идеи? — Все было так быстро, — он сокрушенно покачал головой, — как только капитан с мэром пришли к судьбоносному решению о том, что моя смерть послужит основой для моей безопасности, все последующие события прошли мимо меня. Вот меня уже фотографирует судебный фотограф, и надо сказать, что мне стоило большого труда не чихнуть в самый ответственный момент, после всей этой адской пыли, и следующий миг — я в мешке для трупов и Лэйни сопровождает меня к двери. Пожалуйста, скажи мне, что мешки одноразовые, — он передернул плечами. — Ты же знаешь наш бюджет, — она невинно усмехнулась, — думаешь, мы бы выбросили похоронные мешки, которые могут послужить еще не раз? — Боже, мой! — Касл нервно сглотнул. — То-то из моего воняло так, будто там перевозили кучу старых пьяниц. Кейт улыбнулась ему с наигранным сочувствием. — Тот мерзкий запах был твоим. Помнишь, сколько красного вина мы вылили на тебя, чтобы достичь желаемого результата? — В общем-то, это было не только вино, — он потер грудь кончиками пальцев. — Надеюсь, Лэйни о тебе хорошо позаботилась? — Да, она наложила мне необходимые по ее мнению три шва, и знаешь, ее врачебный такт оставляет желать лучшего. Думаю, что есть серьезное основание, почему она предпочитает работать с трупами. — Они держат рты на замке, и обычно тихо лежат на одном месте. Мне так не повезло. Касл скорчил жалобную гримасу, внимательно наблюдая, как она достает из шкафа новую одежду. — Как Алексис и Марта отреагировали на случившееся? — по-хорошему, надо было спросить и о Мередит, но Беккет не была так великодушна, чтобы еще переживать и о нежных чувствах «фастфуда». — Ну, они были сильно встревожены, — он сел обратно на кровать, взъерошив волосы. Мысль о том, что могло случиться, если бы его девочки были дома, очень ясно отразилась на лице Касла. — К тому же, Алексис расстроилась из-за того, что придется остаться в Калифорнии больше намеченного срока. И что ей придется лгать матери… — он слегка улыбнулся, — но моя мать… Скажу только одно, она занята планированием величайшей пьесы в ее жизни, где у нее будет наиглавнейшая роль. И поскольку лишь шесть людей в мире знают, что я жив, то у нее будет очень обширная аудитория. — Надеюсь, у тебя хватило ума звонить с телефона Лэйни? Последнее, чего нам не хватало, это отчет об использовании твоего сотового телефона после взрыва. — Конечно, детектив. Тем более что я все равно не знаю, где мой телефон. Все было в таком хаосе… — он критически рассматривал ее, будто видел впервые. — Никогда не говорил таких вещей женщинам, но ты ужасно выглядишь. Честно говоря, я думал, что ты будешь в больнице, — Касл встал и подошел к ней ближе. — С тобой ведь все в порядке? — Все хорошо, — она резко захлопнула шкаф, зашипев от боли в поврежденных пальцах. — Не думаю, — он взял ее руки в свои, и нахмурился, увидев сломанные ногти. — Это все после того, как ты искала меня? — он перевернул ее ладонь, бережно проводя кончиком пальца по многочисленным ссадинам. — Сколько же тебе пришлось перерыть развалин? — Столько, сколько необходимо, — она попыталась отнять руки, но ничего не вышло. — Спасибо, — он мягко поднес ее несчастные руки к своим губам, и поцеловал каждый палец, ни на секунду не отводя от нее глаз. Кейт вздрогнула, когда услужливая память живо напомнила ей, как они целовались вчера вечером. Боже, это действительно было всего лишь шесть часов назад? Касл осторожно отвел ее руки, как бы запечатывая нежность внутри. — Я собираюсь приготовить чай, пока ты будешь в ванной. Или ты хотела бы горячего шоколада? Она хотела водки, но учитывая дурную наследственность по отцовской линии, с этим напитком приходилось быть осторожнее. — Спасибо, чай — это хорошо. Возьмешь в шкафу возле кофеварки.       Он наконец-то ушел, и, забрав одежду в ванную, Кейт налила себе самую горячую в мире воду, бросив туда щедрой рукой пару ложек любимой пены. Вот только немного не рассчитала с бюстгальтером. Она прикусила губу, чтобы не вскрикнуть, пытаясь снять его одной рукой. Да, следующая неделя, определенно с передней застежкой. И никак иначе. — Почему ты не сказала мне? — Кейт пораженно вскрикнула, заметив его за своей спиной. Понятия: частная жизнь и Касл, были явно несовместимы.       Он держал ее бандаж в руке и смотрел на нее с таким обвиняющим выражением на лице, что Кейт невольно заволновалась — момент, когда она обещала ему доверить все свои тайны, как-то исчез из ее памяти. — Это только вывихнутое плечо, Касл. — И почему ты забыла мне об этом рассказать? — Потому что это неважно. — Если мы собираемся вместе расследовать это дело, то должны быть абсолютно честными друг с другом. Я бы даже сказал, прозрачными. — Я внесу свой вклад, — она постаралась насмешливо улыбнуться, и абстрагироваться от того факта, что стоит в ванне, полуголая, перед его слишком внимательным взглядом. — Но тебе придется нелегко. Мы должны будем пройти с частым гребнем через всю твою жизнь: друзья, финансовые партнеры, любовницы, все, кто хотел бы видеть тебя мертвым. Никаких тайн. — Никаких тайн, — мягко повторил он. — Тебе это понадобится, — он положил бандаж рядом с ее одеждой. Кейт вопросительно подняла брови. — Я собирался рассказать, что был в Сан-Морице, и упал на лыжах, спускаясь с трудной трассы, но в свете новой позиции — абсолютной прозрачности, скажу, что это произошло, когда я вешал картину в офисе. Никогда не становись на вращающийся стул. И, между прочим, третий день самый тяжелый. Но действительно быстро проходит. — Поверю тебе на слово. — Это хорошо. Тогда, еще кое-что, — он бережно положил одну руку на ее плечо, вторую — на бедро, и аккуратно повернул Кейт спиной к себе. — Позволь, я помогу тебе, — его пальцы нежно скользили по ее спине. Он легко поцеловал ее плечо, и расстегнул бюстгальтер. — Так лучше?       Сейчас они играли в опасную игру. Она быстро напомнила себе, что это просто последствия выброса адреналина, еще одна пережитая угроза жизни, и сейчас, им во чтобы-то ни стало необходимо почувствовать себя живыми, но желание повторить вчерашнее приключение никуда не делось. Наоборот, стало еще заманчивей. — Лучше, — неохотно ответила Кейт. — С плечом все не очень хорошо.       Он еще раз поцеловал ее левое плечо, и неторопливо проложил дорожку из поцелуев к правой лопатке, остановившись там, где болело больше всего. — Здесь? — Да.       Он поцеловал ее там, очень мягко, но настойчиво, и Кейт почувствовала, как участилось ее дыхание. Губы Касла продолжили свое путешествие к ее шее, и Кейт совершенно непреднамеренно прислонилась к его груди. Его зубы задели ее кожу, в том самом месте, где плечо соединялось с шеей, сначала осторожно, а потом сильней, и всеми забытый лифчик упал на пол. Его руки скользили по ее бедрам и вдоль нежной кожи груди, сглаживая мысль о немедленной остановке, пока пожар не разгорелся дальше. Впрочем, дальше уже было некуда. Хотя…       На кухне пронзительно заверещал чайник, заставив Касла убрать не в меру разгулявшиеся руки, а Кейт — сделать шаг назад. — Извини, — напряженно прошептал он, перед тем как выйти и закрыть дверь.       Кейт покачала головой и вздохнула, одновременно от облегчения и сожаления. Она скинула оставшуюся одежду, благо осталось немного, и скользнула в ванную. Горячая вода ослабила боль в больном плече, но и забрала последние силы. Поэтому, несколько минут она просто неподвижно лежала, наслаждаясь ощущением воды, ласкающей ее тело. Почти так же, как касались его руки. Ну что ж, она давно хотела его, и теперь точно знала, что он тоже ее хочет. Конечно, не совсем правильный выбор времени, но так или иначе — это было хорошим началом.       Она вымыла голову, и не торопясь, накрасилась перед зеркалом, тщательно скрыв косметикой все следы усталости. Впереди у них было много работы, и Кейт не хотела, чтобы он отвлекался на ее замученное лицо. В конце концов, она же экстраординарна во всем, и ее внешность должна быть тому подтверждением.       Касл сидел на кухне с весьма странным выражением на лице, зажав между ладоней чашку горячего чая. Ее чашка стояла напротив. Кейт села и мягко подула на чай, чтобы остудить его. — Я могу задать тебе вопрос? — голос у него тоже был странный. Нерешительный. — Я могу отказаться? — ей вдруг стало весело. И с чего бы? — Если бы чайник не закипел, что бы произошло? — видимо, он решил, не ждать согласия. Если Касл хотел прозрачности в их отношениях, то, пожалуй, она даст ему все, что он хочет. — Вероятнее всего, что мы бы оказались в постели, — «Или на полу. Или… о, Боже, в ванной», — она ощутила, как в животе взрывается горячий шар. — Ты бы этого хотела? — он сделал небольшой глоток из чашки. — А ты слышал, чтобы я пыталась тебя остановить? — Нет, но… — он беспорядочно взлохматил волосы. — Или это только реакция на стресс… — Нет, — прервала его Кейт, — скажем так, не только это. — Тогда, черт возьми, что это? — он ошеломленно смотрел на нее. — Может быть, ты и не обратила внимания, но мы даже не называем друг друга по именам. Она немного помолчала, а потом ответила, тщательно подбирая слова: — Ты когда-нибудь хотел чего-нибудь и в то же время боялся этого? — Конечно. В первый раз, когда я взял на руки Алексис. Я был настолько взволнован тем, что она появилась в моей жизни, что жутко боялся все испортить. И я до сих пор боюсь. Но, Кейт… — он сделал паузу, и она была почти уверена, что знает все его мысли, то, как ее имя звучит в его голосе, как это чувствуется на его языке, — Ты должна знать, что сознательно я никогда бы ни причинил тебе боль. — Когда я потеряла свою мать, мне было очень нелегко с этим справиться. Никогда не бывает легко потерять того, кого ты любишь. Но когда его смерть не является случайной, когда его убивают, это еще хуже. Ты сам становишься жертвой. И сейчас, я снова и снова чувствую себя подобно жертве. — Это все из-за меня… — Не извиняйся. Не стоит. Это не твоя ошибка. Но, понимаешь… после чего-то подобного, отношение людей меняется к тебе, — она протянула ему траурную повязку, — люди в отделе носят их на рукаве. — Это настолько… — начал он, но заметив выражение ее лица, быстро закончил: — полностью неправильно и ненужно. — Нет. Ты кое-что значишь для них, и для большинства других людей, — и для одного человека в частности. — Мы привели в движение серию событий, и нам придется их пережить. Это не будет легко, и не думаю, что ты в полной мере отдаешь себе отчет, с какими последствиями мы столкнемся. — Мы сделали что-то неправильное? — задумчиво спросил он. — Нет. Но для меня, хранить дальше молчание будет достаточно трудно, потому что я знаю, что может сделать всего один звонок. Обычно его делаю я. И я могла бы позвонить Алексис и Марте, чтобы сказать — тебя больше нет, и это было бы уже реально. Ты помог мне пройти через смерть моей матери, — она кивнула в сторону книжных шкафов, — А кто поможет мне пройти через твою? Касл расстроено вздрогнул. — Но я не могу пообещать тебе, никогда не умирать. — Я знаю, — мягко ответила она. — Но я хочу, чтобы ты помнил об этом, когда вздумаешь поставить свою жизнь под удар. Есть только одно обещание, которое я хочу от тебя получить. — Какое? — Обещай, что никогда не будешь извиняться за то, что целуешь меня. Он просиял, и ее настроение сразу взлетело вверх. — Я обещаю. — Прекрасно, — Кейт взяла блокнот и ручку. — Тогда давай все-таки поработаем.