Несвященная максима

- Думаю, у меня есть одна идея. - Надеюсь, ты был вдохновлен на неё мной? – Люцифер даже отрывается от поглаживания своей красноглазой псины, чтобы задать вопрос, - потому что если это не так, то я обижусь. - Вообще-то нет, но если ты собираешься обидеться, то да, - усмехается Сэм, наблюдая за тем, как Дьявол изображает на лице недовольство, - хорошо-хорошо, ты меня вдохновил на неё. Я долго думал о том, что нашим отношениям нужен какой-то буфер, чтобы, знаешь, мы не ругались так часто, что-то, что сплотит нас… - Сэмми, ты меня пугаешь, - перебивает Падший, округляя глаза, - уж не решил ли ты, что нам пора завести кучку долговязых голубоглазых демонят?       Сэм не удерживается и начинает нагло хохотать, несмотря на то, что вся эта милая сценка с детишками была просто разыграна. Возможно, в другой реальности у кого-то из них и проснулся бы отцовский инстинкт, но в этой – им хватало целого ада и одной персональной собаки. Подумать только, долговязых и голубоглазых… - Это минусы твоего эгоцентризма в быту, мой Дьявол, - отсмеявшись произносит Винчестер, замолкая на несколько секунд в опасении, что Падший вспомнит, что сам запретил ему так себя называть, но Люцифер то ли забыл об этом, то ли оставил ту часть их отношений в прошлом, - Так вот, моя идея заключается в том, что вместо апокалипсиса мы просто сделаем людей бесплодными. - Хм, - Падший сцепляет руки за головой, откидываясь на троне, - и каким образом это осуществимо? - Нужно будет остановить репродуктивную функцию именно у женщин. Возможно, с помощью вируса, который будет воздействовать на выработку гормонов, необходимых плоду в период созревания. Даже не так – который их выработку остановит. Иными словами, необходимо добиться того, что оплодотворенная яйцеклетка просто не будет приживаться в организме женщины. И, соответственно, как-то предотвратить искусственную подпитку необходимыми гормонами. - Не слишком ли много мороки? – по лицу Дьявола Сэм определяет, что тот уже обдумывает плюсы и минусы идеи Винчестера, что было хорошим знаком. Если не отверг сразу – значит, у этой задумки ещё есть шанс. - Не слишком. По крайней мере, мы приостановим рост численности людей, а потом… Потом у нас появится время, чтобы разработать что-то, что ускорит их вымирание. Согласись, лучше, чем ничего. - Лучше, - к удивлению Сэма соглашается Падший, - очевидным плюсом будет то, что люди не сразу это заметят и не станут лишний раз поднимать панику. Думаю, у нас будет около года. Затем нужно будет пустить их по ложному следу – подсадим демонов в научные центры и предположим существование вакцины… А вместо вакцины будет использован вирус болезни с долгим инкубационным периодом, полгода или год, но определённо летальной, вроде бешенства. За год человеческий организм не успеет выработать толерантность… - Ангелы могут вмешаться, - качает головой Винчестер, сцепляя руки в замок на груди, - до повальной эпидемии они просто не поймут, что происходит, но когда поймут… Они ведь способны и с того света вытащить, если придётся. Надо как-то закрыть их наверху. И не забывай о Боге, который где-то шарится… - Богу плевать, - слишком резко для того безразличия, которое он демонстрирует, произносит Люцифер, - буду удивлён, если окажется, что он всё ещё на этой планете. - Но не исключай такой вариант. Чёрт, проще всё-таки было посадить демонов за красные кнопки ядерного оружия. Даже их мозгов хватило бы, чтобы задать нужное направления ракетам… - Не поминай меня в моей…, - по привычке начинает наставлять Дьявол, но резко останавливается, чем привлекает внимание Винчестера, - Мозгов… Сэм, я понял, где твоя свита! - Моя что? – недоумённо переспрашивает Винчестер, пока Падший поднимается с трона и начинает расхаживать по залу. Собака, виляя всеми своими тремя хвостами, встаёт за ним следом и пытается не отставать от хозяина. Это мельтешение начинает раздражать Сэма. - Твоя свита! Двенадцать твоих помощников! Нужно просто их вытащить… Вот их и посадим в шкурки тех, кто за кнопками, они-то умнее демонов и смогут играть роли, пока время не придёт… - Ты так подробно всё объясняешь, подожди, я только запишу, что и как мы будем делать, - язвит шатен, кривя губы. Дьявол резко останавливается, переводя взгляд на Винчестера. - Мог бы и сам додуматься, - бросает он Сэму, а затем обращает внимание на псину, едва ли не прыгающую вокруг него, - так, Сьюзи, сидеть! - Не понял. - Комментирует Винчестер. - Ни до чего я должен был додуматься, ни зачем ты дал собаке имя. - Хотел назвать ее Самантой, но решил, что ты будешь путаться, - пожимает плечами Падший, - когда ты в прошлом своем воплощении решил, что тебе недолго осталось… Упс. Не важно. В общем и целом, ты сам куда-то дел своих фрейлин. Я всё думал почему ты не оставил их мне, но, знаешь, учитывая то, что всех моих рыцарей плотно уложили в стопочку, думаю, что ты не прогадал. А теперь, Сэмми, напрягись и подумай, куда бы ты спрятал то, что сможешь вытащить только спустя несколько тысяч лет. Учитывая, что это «что-то» обладает, во-первых, собственным разумом, во-вторых нескончаемой преданностью тебе и в-третьих, силой, близкой к ангельской. - Где-то, где никто, кроме меня не сможет их найти. Ну и куда никто войти и выйти кроме меня не сможет. Думаю, что это была бы Земля, потому что в аду шляешься ты, а в раю ещё был Бог. Был же? - Был, - кивает Дьявол, и Сэм продолжает свои рассуждения. - А эта моя… свита, они питаются чем-то? Вообще, что они делают, кроме того, как выполняют то, что мне нужно? - Говорю же – их сила близка к ангельской. Ничего они не едят, по крайней мере, не ели, когда я видел их в последний раз. Думай быстрее, Сэмми. - Всё бы тебе в шарады играть! – не выдерживает Винчестер, впрочем, быстро берет себя в руки. - Может им стёрли память и не возвращают, как мне? Что нам теперь среди людей их искать?       Падший вместо ответа поджимает губы и Винчестер решает думать, не озвучивая собственных мыслей. Как можно понять куда отправил двенадцать псевдо-демонов, если даже о пределах собственной силы не знаешь? Явно не в открытый космос…       Закапывать, наверное, тоже было бы бесполезным, не кусочки камушков же, исписанных рунами. И если эти «двенадцать друзей Сэма Винчестера» пришли на ум Дьяволу после рассуждения о бомбах и мозгах… Взрыв? Куда бы Сэм мог спрятать что-то на несколько тысяч лет? Куда-то глубоко, наверное. Чтобы люди не смогли добраться, ангелы не полезли по собственной воле, а демоны бы просто не видели смысла. Кас когда-то обыскивал планету в поисках Бога, Сэму тогда было интересно, как же выглядит максимальная глубина океана, но он сначала признавал свой вопрос неуместным, а потом и вовсе забыл… Но океан – это одно, а вот если использовать внутреннюю полость какой-либо горы внутри океана… Даже если бы кто-либо и оказался рядом, то просто не смог бы почувствовать, что внутри есть некий тайник. Двенадцать существ внутри огромной горы, достаточно было бы начертать символы, скрывающие магический фон и позволить им зарасти водорослями или что там растет на этой чертовой глубине? - Атлантида? – немного погодя спрашивает Винчестер у Дьявола, которой все это время ни на шаг не сдвинулся с того места, на котором стоял, - некое подобие. - Всегда знал, что ты романтик, - умиляется тот, - вообще-то, я считаю, что ты просто запихнул их под воду в самом холодном месте планеты. Сказать почему? - Скажи, если через минуту после того, как ты это сделаешь на тебя не обрушится небесная кара, - усмехается Сэм. - Не думаю. Так вот, предыдущая версия Самаэля, то есть тебя, очень любила устраивать дзен-буддистские выходные на полюсах планеты. Не надо так на меня смотреть, - комментирует Дьявол недовольный взгляд Сэма, - о том, что и ты страдаешь подобным я узнал, когда впервые нашел тебя возле Тапана-Нарака*, на твоем пепелище. Так вот, в одни из таких выходных, длиной в пару месяцев, на той территории, которую сейчас называют Антарктидой случился большой вулканический бум. Все, кто знал о нем, дружно списали это на природу, я, кстати, тоже… Исходя из того, что там был ты, я сделал это зря. Думаю, что ты немного простимулировал вулкан, чтобы образовалась кальдера**, затем запихнул туда своих малышей и прикрыл всё ледником. - Не говоря о том, что сейчас это для меня выглядит так, будто притянуто за уши, - морщится Сэм, глядя на довольное лицо Падшего, - каким образом я мог догадаться об этом сам? - Потому что ты маленький гений, который очень не хочет делать кому-либо больно, может быть? – невозмутимо отвечает вопросом на вопрос Люцифер, - тебе достаточно было подумать о том, что единственно правильный вариант убежища для тебя – место, куда никто не полезет из соображений самосохранения. А про вулканические тайники я тебе рассказывал, хоть и давно, туда многие из нашей семейки попрятали свое добро. Готов поспорить, что мерзавец Бальтазар сделал также… - Тебе и это известно? – выгибает бровь Винчестер. - Конечно. Надо будет кого-то из твоих отправить на поиски небесного арсенала, может повезет, и наша миссия станет осуществима и без многоэтапных схем. Но не будем загадывать. Сэмми, хочешь кофе? - Так, исходя из того, что мы не пьем кофе, ты решил меня отравить. Зачем? – практически не испытывая реального любопытства интересуется Сэм. - Собрался на свидание с Тьмой и хочу тебя усыпить, чтобы ты ни о чем не узнал, - паясничает Люцифер, но затем все же объясняет свое предложение, - просто таким незамысловатым образом хочу запомнить всё лучшее, что было в этом мире. После того, как смотаемся на ледник, я поведу тебя в кино, а потом мы пойдем на художественную выставку, позже, может и… - Я понял, у нас культурная программа, - перебивает его Сэм, - мой Дьявол, ты просто король иронии: столько времени потратить на то, чтобы уничтожить людей и в последний момент решить, что они неплохи. - Думаю, что битва за этот мир вышла на качественно новый уровень, что позволяет мне иметь уверенность в том, что в этот раз победа будет на нашей стороне. Так ты будешь кофе, Сэмми? - Из твоих рук я стану пить даже кислоту, так что да, я буду кофе. - Спасибо за доверие, - на секунду на лице Дьявола проскальзывает грусть, но лишь на секунду, поэтому шатен решает, что ему показалось, - не видел мой фартук? Красненький такой? - Не-а. А что, должен был? – без тени смущения врёт Винчестер. Падший многозначительно хмыкает и уходит из тронного зала, оставляя Сэма наедине с собакой, которая так и не решается нарушить приказ хозяина.       Красненький фартук с надписью: «Поцелуй шефа» Сэм еще в прошлом месяце скормил этой самой собаке. Вероятность, что собака блеванёт сожранной тряпкой близка к нулю, но что-то Сэму подсказывает, что нулем всё же не является. А Винчестеру совершенно не хотелось потом объяснять, почему что-либо с подобными надписями Падшему носить не стоит. Очень не хотелось. - Сьюзи, значит, да? – псина заинтересованно поднимает голову, реагируя на звук своего имени, - не вздумай меня выдать, Сьюзи. А то злой дядя Самаэль тебя на кусочки покромсает. И не будет больше разговаривать с собаками… ***       Пока Люцифер занят расчётами, связанными с их новой идеей о тотальном геноциде, Сэм откровенно халтурит. У него нет совершенно никакого желания разбирать нюансы в работе человеческих тел, потому что в аду достаточное количество тех, кому действительно стоит делегировать подобное. Вместо этого, Винчестер погружается в свою силу, попутно с помощью адского вай-фая выкачивая из интернета книги, в которых говорится о Хаосе. Как ни странно, но в каждой из них помимо огромного количества шлака можно было найти пару неплохих идей.       Хаос был единственной силой, доступной всем без исключения, и в то же время – только тем, кто был ее достоин. И среди людей этих самых достойных было больше. У всех существ, включая Бога и Тьму был один более, чем весомый недостаток – собственное эго. И это эго, эта слепая убежденность, что именно они заняли «правильную», «единственно верную сторону», это не могло позволить им… попросту увидеть саму суть вселенной. Сэм душил свою амбициозность на корню каждый раз, когда соглашался с тем, что он сильнее, но это явно было только временной мерой. Ему ещё многому нужно было научиться у Падшего, и один из этих уроков определенно должен быть посвящен внутреннему спокойствию…       Несмотря на кажущуюся импульсивность и слабость к актерству, Дьявол всегда планировал все наперед. Каждое из слов, что он произносил было рассчитано на определенную реакцию и эффект, каждое его движение заставляло незримые мысленные механизмы работать именно так, как нужно было Падшему, и Сэм признавал, что в этом и есть управление Хаосом. Еще в клетке он думал о том, как Люцифер умудряется держать все возможные варианты в своей голове, но только недавно он понял – Дьяволу это и не нужно. Опыт миллионов прожитых лет дал тому больше, чем знания, он дал ему опыт и выстроил тысячи закономерностей в ряд – ровно настолько, чтобы больше не тратить на выявление этих закономерностей время. Сэм сравнивает Люцифера с Кастиэлем – не такая большая разница в возрасте, но огромная разница в понимании. Бог сказал ангелам помогать людям, но испугался объяснить людей, и Сэму казалось, что в самом деле, Бог испугался того, что они все – его дети – уйдут к Люциферу, потому что тот никогда не переставал говорить правду. Но вместо того, чтобы сделать мир понятнее для ангелов Бог запустил кампанию по втаптыванию Люцифера в грязь, подумать только – собственного возлюбленного сына он согнал в худшее из мест, проклял худшим из даров – собственной нелюбовью и убедил всех, кто остался подле него, что Люцифер – зло, необъяснимое, ужасное, всесильное и бесконтрольное зло.       Сэм жил не так долго, как ангелы, но даже ему казалось, что Люцифер куда более гуманен, чем Бог.       И, втискиваясь в шкурку Падшего внутри собственного сознания, он понимал, что иного выхода как ненависть и месть тому просто не оставили. Понимал, что и люди, и ангелы глупы, раз так легко поверили в сказку о желании обладать властью; понимал, что такие раны не заживают никогда; понимал, почему Люцифер так не хочет даже пытаться довериться кому-либо, раз когда-то те, кто был дороже целого мира, настолько не захотели принять саму вероятность ошибки, что спустя миг уже вытирали ноги о его мнение. Сэм понимал это столь хорошо, что чувствовал себя виновным – не за ошибки себя прошлого и человечества в целом, а за то, что поверил в саму возможность того, что Дьявол предал его доверие. И эта вина была слишком горькой на вкус, настолько, что Сэм бежал от нее в глубину собственного разума.       Он чувствует, как холод сгущается вокруг него, и этот холод должен бы пробирать до костей, но внутри собственного разума нет ничего материальнее мысли. И его мысли, что не раз заводили его в плен ошибочных суждений, его мысли, что целую человеческую жизнь находись под гнетом наносного и ложного, покрываются инеем. Не раз он допускал, что не достоин доверия, он, с такой легкостью бросивший самых близких, только потому, что те не приняли его. Сэм вспоминает брата, что был готов уничтожить целый мир ради него, вспоминает отца, что в стремлении подарить людям спокойную жизнь признавал, что не способен подарить то же самое собственной семье, вспоминал мать, первую из их семьи, кто заключил сделку с чем-то более сильным и темным, Сэм вспоминал, но не хотел помнить. В их судьбы вмешались силы, что считали себя истиной в последней ее инстанции, спланировали каждое из их движений, каждый из их поступков, и это было так грязно…       Свобода воли никакая не свобода, если на каждом шагу расставлены указатели, и каждый из них контролируется и корректируется.       Ангелы убеждали их с Дином в том, что они именно те, кто станет посредниками апокалипсиса, но где же были эти ангелы, когда Сэма окружали демоны?       «Так было нужно».       Кому и что было нужно, если в итоге оказалось, что Сэм – и не Сэм вовсе, а Самаэль, Ангел Смерти, которого лишили памяти? Кто решил, что спустя две тысячи лет после схождения сына божьего на землю туда же и придет тот, кого раньше называли «Сатана»? Кто пишет эти дурные пророчества, в которые так легко было вплести человеческий фактор и элемент Хаоса? Чем более легким становилось для Сэма понимание мира, тем более мир становился похож на плохой театр с плохими актерами и не лучшими зрителями. В таком мире не хотелось жить, такой мир не хотелось знать. Все блага, что он был способен получить, всю свою силу Сэм обменял бы на спокойствие не задумываясь, на спокойствие и отсутствие…       Сэм выныривает из собственного сознания так резко, что едва ли не ударяется лбом о сидящего рядом Люцифера. Тот выгибает бровь, но не комментирует, переводя взгляд на книгу, что держит в руках.       Винчестер оставляет вопрос о том, за каким чертом Дьявол пришел посидеть рядом с ним, пока он медитирует. Куда более сильно, его теперь занимает вопрос, почему же все-таки Самаэль, ушедший вслед за Люцифером в ад, этого самого Люцифера и оставил. *** - Как насчет того, чтобы усыновить ребенка? – Сэм долго рассуждал над собственной идеей, но сейчас она находилась более чем просто на грани провала. Люцифер, несомненно, расслышавший сэмово предложение даже не отрывается от Книги Проклятых, изучением которой занимается в последнее время. - Прошу прощения? – вопросительно тянет он, перелистывая страницу. - Когда ты впервые выбрался из клетки, мы с Дином и Кастиэлем встретили одного ребенка… Сильного ребенка. Не думаю, что мы можем позволить себе упустить его из виду. - Удиви меня, - Падший все же откладывает книгу в сторону, с интересом поглядывая на вещающего Сэма. - Антихрист, - коротко поясняет Сэм, - сын человека и демона, зачатый непорочно. Его сила пробудилась, когда ты вышел из клетки, полагаю, пока ты был там снова она не проявляла себя. И сейчас… - Не думаю, Сэмми. - Почему? – хмурится Винчестер, захлопывая крышку лэптопа с открытой картой Антарктиды. - Ты думаешь, таких раньше не рождалось? О, поверь мне на слово, демоны никогда не придерживались пуританских взглядов. И что, видишь кого-то из этих «антихристов» здесь? - Вроде бы нет. - Точно нет. Такие детишки, если и берут свою силу под контроль, все равно не вырастают в кого-то стоящего. Подумай сам, если у меня ушло больше, чем полторы сотни лет, чтобы объяснить тебе мир – сколько понадобиться времени и сил, чтобы объяснить это кому-то еще? Даже если мы заберем ребенка в ад, долго он тут не протянет. Наполовину человек, а этого вполне достаточно, чтобы запустить процесс старения и, вследствие его, смерть. Если хочешь привязаться к кому-то милому и послушному – просто перестань травить Сьюзи, - жизнерадостно заканчивает Дьявол маленькую лекцию. - Я её не травлю, - усмехается в ответ Сэм, - допустим, что этот антихрист смертен. На это мне плевать, если честно, меня в большей степени волнует, что он может повлиять на наши планы. - Не повлияет, - самодовольно произносит Падший, подытоживая их диалог, - для таких существ реально только то, во что они верят, и думаю, мне хватит парочки демонов, чтобы заставить этого ребенка верить исключительно в собственное сумасшествие. На крайний случай отправим его в тот мир, где сейчас твой брат… - Слушай, если мы начнем всех неугодных туда отправлять…, - начинает Сэм, но оказывается перебит Дьяволом. - Точно, тогда просто убьем его. В аду никто хотя бы жаловаться не станет, - усмехается тот, - поднимайся, Сэмми, у нас сейчас будут гости.       Винчестер и сам чувствует мнущегося у двери в их технически-библиотечную комнату Кроули, поэтому все-таки отрывает голову от коленей Дьявола, попутно поднимая ноутбук с пола. Кресло напротив, конечно, достаточно удобное для Сэма, но все же не такое привычное. Бороться ему со своей «кошачьей» привычкой не хочется от слова «совсем». - Мой преданный слуга, входи, - объявляет Падший, как только Сэм занимает приличествующее место. Главный управляющий ада, стоящий за дверью, такой просвещённостью Дьявола не удивлен, но уже привычно напуган. Нарушать прямые указания ему все еще запрещено, поэтому он все же входит, хотя всем троим предельно ясно, что тот предпочел бы оказаться как угодно далеко не только от Люцифера, но и от всего ада в целом. - Повелитель, - кивает он, заходя, - Сэм. Не хотел нарушать ваше уединение, но у научной команды возникли некоторые вопросы, связанные с уточнением деталей вашего плана. - Например, - тянет Дьявол, всем своим видом выказывая презрение к посмевшему отвлечь его демону. - Они хотят знать, каким образом вам было бы удобно распространить болезнь и насколько для вас важно отсутствие в ней магической составляющей… - Ну вот, Кроули, весь сюрприз испортил, - закатывает глаза Падший, - Самаэль, сделай вид, что не слышал последней фразы. - Как прикажете, Милорд, - усмехается Сэм, наблюдая за стремительно бледнеющим экс-королем. - Тогда я ненадолго тебя покину, изучай пока карты. Только не те, которыми ты был занят последние полчаса, тебе нужны те, которым больше трех с половиной тысяч лет. А я, так уж и быть, проведаю моих не слишком живых вирусологов. - Благодарю за совет, Милорд, - в жесте почтения склоняет голову Сэм, примиряясь с мыслью о том, что привычку актерствовать перед посторонними, он всё же у Дьявола перенял. *** - Отлично, и сколько нам теперь тут бродить? – первое, что спрашивает Сэм у Люцифера, когда они оказываются возле ледника, который, как предположил сам Винчестер им подходил. - Столько, сколько понадобится. Не такой уж он большой, - пожимает плечами Дьявол, тем не менее, никаких шагов не предпринимая, - я бы даже сказал, что он очень небольшой. - Когда-нибудь ты объяснишь мне, почему я не остановил тебя, - вздыхает Сэм, оглядываясь вокруг. Ледник как ледник, хорошо еще, что они с Падшим не способны чувствовать холод. Хотя, если исходить из того, что на Земле все еще декабрь, а они на Южном Полюсе… возможно, тут и не так холодно, как должно быть. Вот только это не отменяет того, что бродить по этой снежной пустыне придется долговато. - В момент, когда ты перестанешь обманываться, тебе уже будет это не нужно, кошечка моя. Давай, открывай свои глазки и ищи что-либо, что воспримешь как знак. - Я расцениваю эту белизну как дерьмовый знак, этого достаточно? – язвит в ответ Сэм, но к совету Дьявола все же прислушивается. - Следи за языком, - морщится тот и, недолго думая, садится прямо на снег, - белизна действительно мерзкая. Как будто внутри яйца оказался.       Комментарий Падшего Сэм игнорирует в пользу внутреннего чутья. Оно не ведет его, по крайней мере не так, как это представляется Винчестеру, или как это обычно случалось с ним. Но зрение и осязание он отодвигает в сторону сразу – само пространство вокруг не способствует. Плюс к тому – даже для Люцифера была очевидна продуманность Самаэля в том, что касалось деталей. Всё же не безобидную безделушку прятал…       Он достает из ножен один из своих клинков, втайне радуясь, что успел их прихватить до того, как оказался утянут в перемещение Дьяволом. И быстро, пока чувствует тонкий запах адского пепелища, непонятно каким образом здесь оказавшийся, режет собственную ладонь. Замечает, как слегка дергается Люцифер, естественно, заметивший это действо, но остающийся на месте, и начинает рисовать собственной стекающей с руки кровью символы, которые, как ему кажется, могут помочь в поисках.       Один, на вершине рисунка, направленный к тому самому леднику – древний симбиоз рун Эйваз, Лагуз и Дагаз, который он еще в человеческой жизни видел в качестве помощника в ритуале обнаружения, с помощью его крови, помимо прочего, должен был и снять его собственную маскировку, но с тем огромным количеством воды, которым его создания были запечатаны… И Сэм рисует следом сигиллы, которые показывал ему Падший еще в клетке – все четыре он рисует так, чтобы в целом символы образовывали пентаграмму. Сэм уже чувствует недовольство Дьявола, пойти простым путем для них обоих не может оказаться хорошим вариантом… Но то, что люди называют интуицией, вело Винчестера, и он не собирался отказываться. Едва он заканчивает начертание и начинает направлять в символы чистую магию, те оказываются не просто впитаны в снег, но и полностью растворяются в нем. - Досчитай до ста и здесь окажется два десятка ангелов, - оповещает Сэма Падший, намного лучше того понимавший специфику обнаружения ангелами магических действий на земле, - будешь разбираться с ними сам. - Ага, - соглашается Сэм, уже поймавший отклик магии на свои действия, - моя очередь звать тебя прогуляться. - Ну пойдем, - Падший поднимается, протягивая руку Винчестеру, - знаешь, у меня лучше выходит организовывать свидания. Не то, чтобы я говорил это потому, что не хочу, чтобы ты водил меня гулять или вроде того, но тебе всерьез нужно больше обдумывать свои действия. - Ты под свиданием имеешь в виду тот концерт? – спрашивает Сэм, сходу ускоряя их движение. Переместиться сразу к нужному месту не выходит, что значит только одно – направление создается магией и его собственной кровью по мере движения, и сойди они с него сейчас – все, как минимум, придется начинать заново, - что ж, признаться честно, не думал о той вылазке в таком ключе. - Думать – это вообще не самая сильная твоя сторона, - то, как Дьявол забивает эфир настолько забавляет Сэма, что он не может сдержать улыбку, - впрочем, ты умеешь учиться на ошибках. В следующий раз я предпочел бы оказаться в шале в Австрии… Думаю, ты мог бы варить мне глинтвейн и рассказывать, насколько я хорош. - Самодовольная же ты зараза, - притяжение силы по мере их движения становится для Сэма более явным, поэтому, вместо того, чтобы врезаться в несчастный ледник, они с Люцифером попросту входят в толщу льда, причем с такой легкостью, будто никакого льда там нет и вовсе, - как насчет рассвета на мосту Сечени в Венгрии? Обойдешься и кофе в бумажном стаканчике. - Эй, ты вообще-то любишь меня достаточно сильно, чтобы притащить кофе прямо из Бразилии, поэтому нет, - как ни странно, но Сэм не чувствует в этой фразе какого-либо подтекста. Это одновременно радует и смущает, но долго задумываться над этим Винчестеру сам же Люцифер и не дает, - Сэм, мы близко.       И действительно, спустя несколько шагов, каждый из которых длиною в полмили, они оказываются в маленьком, не сказать крошечном, пространстве, в котором нет льда, а нить, до того направлявшая их попросту исчезает. Абсолютная темнота не является преградой, и Сэм рассматривает это место, старается прочувствовать всеми доступными способами, с каждой секундой все больше убеждаясь, что мог и ошибиться, попросту заманив их в собственную же ловушку.       Так и продолжается ровно до тех пор, пока тишину не нарушает Падший, причем собственным хохотом. Это немного раздражает, поэтому Сэм оборачивается излишне резко, едва не сшибая смеющегося Дьявола с ног. - Может расскажешь, чего такого веселого нашел? - Ты..., - начинает Люцифер, не прекращая хохотать, - ты их как тушенку… по банкам! – и хлопает Винчестера по плечу, - Самаэль, это же надо!... Ох, как же жаль, что я этого не видел… - Могу устроить, - цедит Сэм, настроения Дьявола не разделяя, - прекрати уже ржать! - Ну Сэмми, кошечка моя, ну ты чего? – умильно спрашивает Падший, прекращая ржать и начиная хихикать, - я просто радуюсь твоей изобре… изобретательности! - Заткнись уже! – не выдерживает Винчестер, пытаясь в ограниченном пространстве сбросить руку Люцифера с собственного плеча, но того это веселит еще больше, - мать твою, мы будем что-то делать или нет?!       Как ни странно, но Дьявол более-менее успокаивается, только продолжая изредка похихикивать. Снова кладет руку Сэму на плечо, только на этот раз предлагая тому на время видеть своими глазами. И Сэм видит. Вокруг них, ровно по кругу во льду он различает двенадцать не то коробок, не то горшочков, причем от каждого исходит мягкое едва заметное свечение своего цвета. - Это они? – всё еще раздраженно спрашивает Винчестер. Дьявол довольно хмыкает в ответ, и Сэм просто протягивает руку к одному из демонических вместилищ.       Этот лёд, кажется, и не был льдом вовсе, поскольку и теперь Сэм не чувствует никакой преграды своему движению. Это странно, учитывая то, что до этого он явно ощущал, что не может лишний раз двинуться так, чтобы не задеть Люцифера. Так или иначе, когда он прикасается к первой из двенадцати коробок, дабы извлечь ее изо льда, он слышит шепот того, что находится внутри. «Хозяин вернулся», - шепчет это нечто, и Сэм едва ли не бросает коробку вместе с шепотом обратно. Запоздало он ловит себя на том, что все происходящее слышно и Люциферу – побочный эффект магического воздействия последнего. Радует то, что существо пока не совершает попыток выбраться, и Сэму не придется разговаривать с ним прямо здесь, где им и вдвоём с Дьяволом тесновато. - Быстрее, Сэм, ангельская братия практически десантировалась. Не думаю, что они попробуют поиграть в ледоколы, как это сделал ты, но попытаться заложить нас Тьме могут. Или ещё хуже – догадаются, зачем мы здесь, - и Винчестер слушает Дьявола, передавая тому то, что держит в руках.       В конце концов, когда все двенадцать вместилищ оказываются извлечены изо льда, Падший открывает портал в ад, через который они попадают сразу на пепелище. Сэму предельно ясен принцип выбора места – где-то, где сама локация способна поглотить магический выброс и отсутствует кто-либо, кроме них. Даже самым преданным демонам в вопросах безопасности доверять не стоило.       Они ставят коробки на покрытую пеплом землю. На Винчестера те, кто был в них заключен, пока что производили впечатление потерянных котят, наконец-то нашедших маму-кошку – существа шептали, как рады тому, что он нашел их, многоголосо и каждый на свой лад, и ему даже приходится впопыхах сооружать эмпатический щит, поскольку выдержать такое количество эмоций он морально не был готов, да и не хотел. - Они милашки, - подытоживает их поход довольный Люцифер, - обещаю, они тебе понравятся. - Так, милашка, скажи мне лучше, как их открыть? – хмурится Сэм, обходя вместилища так, чтобы оказаться напротив Падшего, - и как после этого опознать кто из них кто. - Начни с первого, которого вытащил, - указывает Дьявол на ту коробочку, что подсвечивается светло-красным, - Адмирон, по-моему… - Потрясающая инструкция, - кривит губы Сэм, наклоняясь к этому самому «Адмирону». Осознание того, что является ключом от вместилища приходит к Винчестеру точно также, как и идея поискового ритуала. Он снова вытаскивает клинок и проходится им по руке. В этот раз порез куда меньше, Сэм просто позволяет нескольким каплям своей крови оказаться на вместилище Адмирона, и следит за ним.       Поначалу ничего не происходит, но в этот раз Сэм не сомневается в правильности своего действия. Стоило бы подойти к Люциферу, который расплывается какой-то уж слишком счастливой улыбкой, но Винчестер все еще немного зол на него. Хотя более вероятным было то, что Сэм злился на самого себя, так намудрившего в прошлом. А еще он был зол потому, что до сих пор не мог понять, какие же отношения были у Дьявола с Самаэлем. Собственное прошлое воплощение все больше и больше запутывало настоящее. Вот уж действительно, когда не получалось спорить с тем, что неведение было счастьем… - Хозяин, вы вернулись… - Твою мать, - Сэм отвлекается от внутренних бесед и решает, что зря – то, что он видит перед собой…       Голое нечто, напоминающее человека, всё, целиком и полностью цвета разбавленной водой крови, с рогами и крыльями, причем не из перьев, как прочие крылья, что Сэм видел раньше, а прямо-таки натуральные мясные крылья…       Сэму думается, что именно ЭТО он мог создать исключительно по-пьяни. - Я – Адмирон, хозяин, и я готов служить Вам, - существо преклоняется перед Сэмом. Люцифер восторженно хлопает в ладоши, получая взгляд, близкий к паническому от Винчестера, и просто разводит руками, предоставляя тому полную свободу действий. - Эм… Привет, Адмирон, - начинает Сэм, - вставай уже, у нас не каменный век. Я немного не помню, каким образом запихнул тебя и… ребят в ледник, и, как бы это попроще… Кто вы вообще такие… - Это ничего, хозяин. Вы говорили, что будет так, и мы с братьями готовы служить Вам, даже если вы не помните, как создали нас. Мастер Люцифер, - кажется, до Адмирона только сейчас дошло, что они с Сэмом не наедине и он, поднявшись, едва ли не склоняется вновь, на этот раз перед Дьяволом. - И я рад видеть тебя, Адмирон, - Винчестер позволяет себе смешок – будто и без того не видно, что Люцифер рад, - если твой хозяин вытащит сейчас всех твоих братьев, ты обещаешь, что они не залюбят его до смерти? - А вот ехидничать не надо, - произносит Сэм, и не раздумывая, проносит все еще кровоточащую ладонь над остальными вместилищами. - Мы не можем навредить хозяину, - отвечает Дьяволу Адмирон, вставая рядом с Сэмом, - если мы навредим хозяину, мы навредим и себе. - Выходит, что вы находитесь в полной зависимости от меня? – спрашивает Сэм, наблюдая за всполохами, с которыми поочередно открываются вместилища, - а я тот еще диктатор. - Это не зависимость, хозяин. В каждом из нас есть часть вас и вашей силы... - И усыновлять никого не надо, что самое главное, - не устает комментировать происходящее Дьявол.       Многоголосое «Хозяин», на этот раз сказанное не шепотом, а в полный голос, отрывает Сэма от обдумывания тысячи и одного язвительного ответа. Да уж, посмотреть есть на что…       Из всех возникших сущностей, кроме Адмирона только одна напоминает человека, если быть точнее – женщину. Помимо нее - серовато-алая рыбина, высотой в два человеческих роста, ярко-зеленая змея, которая похожа больше на какого-то китайского дракона, отливающий медью рогатый лис, остальных Сэм даже не пытается себе объяснить. Просто делает для себя вывод, что алкоголь не при чем, и ангельский кокаин – не плод его распоясавшегося воображения, а суровая реальность.       Пока он раздумывает над тем, что вообще можно сказать в такой ситуации, Люцифер берёт дело в свои руки. - Так, детишки Самаэлевы, разойдитесь немного. Ваш папочка вас ну совсем не помнит и очень растерян, - демоны, как ни странно, Падшего слушают и едва ли не по-скаутски разбиваются на три группы, при том так, что Сэму отлично видно каждого из них. Может, он их уже тренировал?.. - Привет, - немного глупо начинает Сэм, когда молчание затягивается, а Дьявол не выказывает желания продолжать разбираться с помощниками Сэма, - к счастью или сожалению, но я действительно вас не помню. Милейший Люцифер, - хоть Сэм и не любит мелочность, но не подколоть Падшего он не может, - рассказал мне о вас, что помогло нам вас найти… И раз вы все в курсе, что у меня нет воспоминаний, надеюсь, вы поможете мне, рассказав о себе. Не о том, как я создавал вас, но о том, кто вы такие и что обычно делали раньше. О своих способностях и всех нюансах нашего с вами взаимодействия. О, еще я хотел бы знать, есть ли у вас какая-либо иерархия. - Я – Бехамирон, хозяин, - выступает вперед бетонно-серый демон из средней группы, напоминающий своими очертаниями быка, кабана и льва одновременно, - и я – старший из нас. Вы создавали нас в соответствии со своими нуждами, притом признавая за нами свободу воли, мы лишены…       Пока Бехамирон рассказывает историю собственного сотворения, Люцифер перемещается к Сэму, попутно искривляя пространство так, чтобы притащить на пепелище кресло из замка, которое с довольной улыбкой занимает сам. Винчестер усмехается такому стремлению Дьявола оставаться главным в аду, и занимает привычное положение, садясь так, чтобы опираться на ногу Падшего.       Никто из его помощников на это не реагирует вовсе, добавляя в сэмову копилку вопросов о своём прошлом воплощении еще парочку. ***       Постепенно их быт в аду налаживается: Сэм учится не шугаться каждый раз, когда кто-то из его помощников возникает из воздуха, Люцифер практически перестает издеваться, глядя на это, демоны потихоньку привыкают делать вид, что все двенадцать новых жильцов ада их не вгоняют в состояние, близкое к предынфарктному у людей. Последнее искренне забавляло и Винчестера, и Дьявола настолько, что они иногда специального отправляли кого-либо на «разведку». Например, к Кроули, исключительно в педагогических целях, был приставлен Дагдагирон – тот самый демон, что напоминал рыбу. И, кажется, у Кроули внезапно появилась аллергия на морепродукты…       Его помощники оказались сильными, но всё же не равными ангелам. Те, кого он создал в прошлом воплощении были скорее мутировавшими демонами, чем-то похожими на рыцарей ада. Их очевидным отличием от демонов было то, что они не были ориентированы на месть: каждый из них обладал каким-либо своим специфичным даром, и общим для них было только то, что все они, как один, не переносили обожженную глину. Люцифер объяснял это тем, что исходя из легенд, ангелы и сами были созданы из глины, и, возможно, первая версия Самаэля настолько презирала эти легенды, что презрение это вылилось в слабость подчиненных ему созданий.       Они начали обдумывать в какие шкурки можно сэмовых демонов запихнуть, причем сам Винчестер настаивал на том, что те имеют право на выбор, а Люцифер активно оспаривал это тем, что единственным их выбором является служение «прекрасному хозяину». С последним утверждением спорить не получалось, все двенадцать помощников были преданны Сэму столь сильно, что одна его похвала доводила их едва ли не до экстаза. Подобное раболепие могло бы раздражать Сэма, если бы он не чувствовал за собой ответственности.       Когда этой ответственности становилось слишком много он сбегал туда, куда сразу же запретил инициативным демонам доступ – в комнату со своей техникой и люциферовой библиотекой. Именно здесь он и отсиживался, пока его «детишки» определялись с тем, кто из них займет шкурку действующего госсекретаря в правительстве Штатов. Хорошо еще, что они умели считывать информацию с людей так же, как это в свое время делали левиафаны. Еще более хорошим оказалось то, что у всех есть некое подобие ментальной связи, чего было более, чем достаточно для того, чтобы то, чему научился один стало знанием для каждого. Все-таки Самаэль в продумывании деталей в своё время не уступал Люциферу… - Сэм! – едва Винчестер вспоминает о Дьяволе, тот оказывается на пороге комнаты, - твой кракен чуть не сожрал Сьюзи! - В большой семье, как говорится, - поучительно отвечает Сэм, едва сдерживая смех, - не думаю, что Дагдагирон стал бы жрать псину просто так. - Он знает, что Сьюзи скрывает твои секреты, - заговорчески сообщает Падший, занимая свое кресло, - как там с ангельской активностью, сдвигов нет? - О какой активности идет речь? – выгибает бровь Сэм. За полторы недели, что прошли на Земле с тех пор, как Дьявол отозвал демонов, ангелы вообще никак себя не проявляли. Одного или двух можно было найти на юге Канзаса, в Чикаго или Оклахоме, но никаких сборищ, как в Индианаполисе те больше не устраивали, - и псина не скрывает моих секретов. - Ну-ну, - качает головой Падший, - Амара? – Сэм снова качает головой. Тьма, видимо, или решила сменить наряд, или все это время Индионаполис не покидала, - надо будет отправить к ней Кроули с новым датчиком… Впрочем, в любом случае, это нам на руку. - Каким образом? – посередине вопроса Сэм оказывается перебит стуком в дверь, а вслед за ним кем-то из низших демонов, чье имя Винчестер не потрудился запомнить. - Милордский кофе, - объявляет тот, с максимальной для него скоростью донося поднос до столика, стоящего между их с Падшим креслами, - я могу идти? - Да, Ботис, - Дьявол чуть склоняет голову, - в сторону Валефара, ему как раз не хватает рук. - Будет исполнено, Милорд, - с легким поклоном отвечает тот, поспешно покидая комнату. - «Милордский кофе», значит? – иронично спрашивает Сэм, - у этого парня проблемы с грамматикой. Кстати, что там у Валефара?       Если Сэма не обманывала память, то именно этот демон занимался выгрузкой вируса на Землю. Весьма интересного вируса, не оставляющего никакого шанса на полное излечение. Люцифер умудрился найти в аду не просто научную команду из демонов, у которых не было дел, он, при помощи экс-короля, организовал научную лабораторию недалеко от Лимба, в которую перенес души ученых и нескольких врачей – всё по части неизлечимого. А дальше всё пошло как по маслу, не стеснённые в средствах и обеспеченные мотивацией в десять лет без пыток, узники быстро сработались и довели идею Сэма и Люцифера до ума. Самой изящной частью Сэм признавал ту, в которой Падший участвовал лично – долгие часы были потрачены на выяснение того, как именно действует исцеление ангелов на человека, что впоследствии позволило вместо исцеляющего механизма запускать разрушительный. То ли сигилы они там рисовали на клеточном уровне, то ли колдовали над уже готовым вирусом, Сэм не интересовался, ему вполне хватило той части, в которую его привлекли как информационного дилера – достать информацию обо всех заводах и фабриках, изготавливающих средства гигиены для женщин, а потом еще и составить список. И больше всего Сэма разозлило то, что саму идею распространения вируса с помощью подобного списка впоследствии отвергли. С тех пор он не то, что подходить к лаборатории, он и интересоваться течением конкретно этого дела перестал. Наверно, именно поэтому Падший оказывается слегка удивлен его вопросом. - Всё еще рассчитывает план разгрузки. Из него вышел неплохой логист, как ни странно. - Может, он и был им при жизни, - философски отмечает Сэм. - О нет, при жизни он был средневековым актером. Отвратительным, если исходить из того, что умер он сразу после своего второго выступления и оттого, что ему в глотку засунули сено. Задохнулся, представляешь? - А в ад-то за что? – тянет Сэм, пытаясь прикинуть, что же такого предосудительного мог совершить плохой актер. - За то, что повел всю свою труппу, состоящую, что примечательно, из актеров того же пошиба, разбоем на другую труппу. Ночь, средневековье, их так и не признали виновными. Доказательств не было. А та, вторая труппа, полностью сгорела, - пожимает плечами Дьявол, переводя внимание с Винчестера на кофе, - представляешь, Сэмми, до сих пор не могу найти свой фартук. Ты уверен, что ты его не видел? - Уверен, - кивает Сэм, забирая с подноса вторую чашку с ароматным напитком, - можем купить новый. - Пожалуй. Кстати, помнишь, ты обещал мне Венгрию… - Сразу после кино, - Дьявол кивает, соглашаясь. Сэм надеется, что кино, в которое они пойдут будет озвучено тем языком, который он знает хотя бы на среднем уровне.       Впрочем, думается Сэму, если он будет достаточно нагл, то можно будет заставить Падшего побыть переводчиком. А значит, осталось только обдумать то, как быстро и незаметно смотаться в Бразилию за кофе…