Моя душа ушла из дома

      — Что насчёт лиловых цветов? — спросил Фрэнк, поднимая охапку, что была послана Джерарду, чтобы тот поставил её в вазу на подоконнике. Джерард закатил глаза и уставился в потолок, сидя прямо у изголовья своей массивной четырёхместной кровати.       — Как угодно. Это всего лишь цветы, — ответил он. Ему приказали оставаться в кровати неделю, прежде чем он сможет снова попытаться ходить. Фрэнк сжал зубы и подобрал очередную кипу цветов.       — Лилии?       — Мне плевать, Фрэнк, — выпалил Джерард, падая обратно на матрац. — Я ненавижу чёртовы цветы.       — Прекрати быть таким чертовски сложным, — отплатил ему Фрэнк той же монетой. Джерард издал звук, словно раздражительный подросток, и едва слышно выругался.       — Хорошо, — коротко отозвался Фрэнк, покидая комнату Джерарда и хлопая дверью. С тех самых пор как Джерард вернулся домой после выписки из больницы, они были не особо в блестящих отношениях. Джерард, очевидно, решил, что вести себя как испорченный ребёнок было наилегчайшим способом игнорировать что бы то ни происходило между ними. Когда Фрэнк на самом деле попытался спросить его о том, что они собираются делать, Джерард начал бросаться в него вещами, вещами, которые раскалывались от удара о стену около его левого уха. Сначала он пытался быть понимающим, но Джерард совершенно отказывался сотрудничать с ним. Отдаляясь от комнаты Джерарда, он услышал, как что-то ударилось о дверь его спальни.       — Ты, чёрт возьми, подберёшь это, Джерард, — прокричал Фрэнк. В коридоре некоторые из прислуги повернулись и уставились на него, когда он со злостью ударил ногой по стене.       Сдавленный крик «отъебись» донёсся из комнаты Джерарда. Фрэнк сделал глубокий вдох перед тем, как ворваться обратно в его спальню, распахивая дверь.       — Чего ты, блять, от меня хочешь? — прокричал Фрэнк. Джерард тут же сел на кровати.       — Фрэнк, закрой дверь, — выплюнул Джерард сквозь стиснутые зубы.       — Ты хочешь, чтобы я притворился, что ничего не случилось? Ты хочешь, чтобы я признался в том, что произошло? Чего ты хочешь? Ты больше не говоришь со мной. Что тебе нужно? — заорал Фрэнк на него. Джерард, казалось, паниковал, смотря то на дверь, то на Фрэнка.       — Просто оставь меня, Фрэнк, — наконец сказал Джерард. Фрэнк уставился на него.       — Что? — спросил он. Джерард молча смотрел на открытую дверь, заставляя Фрэнка закрыть её до того, как он снова заговорит. Джерард сделал глубокий вдох.       — Прекрати быть со мной другом, — быстро прошептал Джерард, наконец, впервые встречая взгляд Фрэнка с тех пор, как он вернулся. — Когда Ллойд вернётся, просто веди себя так, будто тебе всё равно или ещё что. Мы никогда больше не будем этого упоминать, и затем вскоре мы забудем об этом, и всё будет хорошо.       Фрэнк несколько секунд пялился на него. Джерард уставился в пол и нервно теребил покрывало.       — Этого ты хочешь? — наконец спросил Фрэнк. Он хотел сказать много чего другого, но кое-что из этого казалось слишком самодовольным на данный момент. Джерард выглядел удивлённым и поднял взгляд от белого ковра к лицу Фрэнка.       — На самом деле не важно, чего хочу я, — прошептал Джерард, сглатывая. Фрэнк пытался быть понимающим, но безвыходное положение и непонимание делало это сложным.       — Конечно же, твои желания важны, — настаивал Фрэнк, подходя ближе к кровати Джерарда. Тот неистово покачал головой, склонив её. — Важны! Иначе чьё бы это было решение?       Как только слова вылетели изо рта Фрэнка, он знал ответ на оба своих вопроса и причину, по которой мнение Джерарда не важно.       — Ллойд что-то сказал? — спросил Фрэнк после долгой паузы, приседая, чтобы положить руки на кровать Джерарда. Его плечи тяжело опустились, и он блестящими глазами выглянул в окно.       — Нет. Но скажет, если я не буду осторожен, — пробормотал Джерард; его глаза так стремительно наполнялись слезами, что он яростно подавлял их.       — Мы не собираемся снова проявлять свои чувства перед ним. Возможно, мы вообще никогда больше не будем проявлять их. Но мы всё ещё можем говорить, — мягко сказал Фрэнк, нерешительно касаясь щеки Джерарда. Тот уклонился от его прикосновения.       — Дело не в этом, — раздражённо настаивал он. — Дело в… Я не могу продолжать говорить с тобой.       Фрэнк ощутил незнакомое ощущение внизу живота, которое распространялось по всему его телу, иссушив язык и заставив руки дрожать. Он отдёрнул пальцы от лица Джерарда.       — Я знаю, мы не ладили последние несколько дней… — начал Фрэнк более лихорадочно, чем ожидал до того, как Джерард оборвал его.       — Дело не в этом, — воскликнул Джерард, слёзы покатились по его лицу. Он не пытался вытереть их или прекратить плакать.       — Тогда в чём? — мягко спросил Фрэнк, встревоженный состоянием Джерарда. Тот скорчился под своим пуховым одеялом и издал сдавленный звук. — Ты же знаешь, что можешь рассказать мне всё.       — Но я не могу! — выпалил Джерард, слёзы катились по его лицу, его глаза были красными и широко распахнутыми. — Я не могу сказать тебе то, что хочу, потому что… — Джерард внезапно прекратил всхлипывать, и Фрэнк вскарабкался на покрывало. Он поднял лицо Джерарда за подбородок, чтобы помочь вытереть его слёзы. Джерард прикрыл глаза и сглотнул со скрежещущим дыханием.       — Я люблю тебя, — прошептал он. — Я люблю тебя, и я не знаю, что делать.       Фрэнк моргнул. Фрэнк снова моргнул. Лицо Джерарда, залитое румянцем, всё ещё стояло перед его глазами, его тело содрогалось, а слёзы катились прямыми дорожками по лицу.       — И мне жаль, — добавил Джерард, заикаясь. *       — Я облажался, — выпалил Джерард, как только Берт взял трубку; и это заняло у него чертовски много времени.       — Что? — сонно спросил Берт. Джерард нетерпеливо выдохнул.       — Я облажался с единственным человеком, с которым я мог разговаривать здесь, и я не знаю, что делать, — прошептал Джерард, то и дело глядя на дверь, чтобы убедиться, что Фрэнк тихонько не вернулся после того, как молча ушёл около десяти минут назад.       — Ага. Точно. Что случилось? — наконец спросил Берт уставшим голосом. Шёл полдень. Скорее всего, Джерард разбудил его.       — Я… я поцеловал Фрэнка, — признался Джерард, нервно перемещая телефон к другому уху.       — Да?       — Да.       — Чувствую себя так, будто мне изменили.       — Берт.       — Ты попросту целуешь всех?       — Берт, это не смешно, — Джерард вздохнул. Он скрутил рукой свежевыжатую простынь.       — Ладно. Так что за проблема? — спросил Берт, зевая; послышался звук высыпающихся из мятого пакета хлопьев. Джерард остановился. — Джерард?       — Я… Я люблю его, Берт, — прошептал Джерард, сжимаясь клубочком и подтягивая колени к груди.       — Что ж, да, — сказал Берт. Джерард услышал всплески на заднем плане и Берта, роящегося в выдвижном ящичке. — Ложки.       — Что?       — Ты говорил мне. Думаю. Возможно. Но, конечно же, ты любишь. Так что за проблема? — спросил Берт с полным ртом.       — Это отвратительно, Берт, — Джерард нахмурился. — А ещё есть небольшая проблема в том, что я, ну, замужем?       — Не, не, — жевал Берт. — Да почему? Ты целовался со мной.       — Берт, пожалуйста, — Джерард сморщил нос. — И я вляпался в достаточно проблем по этому поводу, да и ты мне даже не нравишься. — Настала пауза. — В этом плане.       — Звучит так, — Берт звучно сглотнул, — будто у тебя проблема.       — Что ж, да.       — Я свободен через, может, час? Не уверен, — пробормотал Берт, когда Джерард услышал, как громко разбилась его тарелка.       — Тогда я зайду через час, — сказал Джерард, наконец чувствуя себя чуть менее виноватым за себя, чем за последние несколько недель.       — Но не жди, что я буду одетым.       — Не переживай, — Джерард вздохнул, хотя лёгкая улыбка и тронула его губы. Он повесил трубку и растянулся на кровати, доставая свои костыли. На самом деле ему не нужен был постельный режим, он был в этом уверен. Это была лишь профилактика или что-то вроде. Он осторожно, но в то же время ловко перекинул ноги через край кровати и дрожащими руками взял костыли, выбираясь из постели. Одним костылём Джерард слегка приоткрыл дверь спальни, чтобы взглянуть, не было ли кого-то снаружи, и, когда он увидел, что впереди всё чисто, он добрался по коридору до своего гардероба. Когда он случайно давил на повреждённую лодыжку, неправильно используя костыли, она лишь отдавала болью, и день без костылей, возможно, сделал бы его лодыжку сильнее. Может быть.       Как только он нашёл ключ, он вошёл в комнату и оставил костыли у стены. Одежда всё ещё была разбросана по зеркалам и по всей комнате, потому что он не впускал никого из служанок. Иногда, когда ему было действительно скучно, он выливал жидкую клейкую подводку на зеркало, откуда оно скатывалось вниз и стекало с комода на ковёр. Он рылся в стопках одежды, чтобы отыскать спортивные штаны, которые он первоначально привёз с собой. Они лежали под ужасно выглядящей серебристой курткой.       Его лодыжка болела не так, как он думал; ему даже не разрешали двигать ею последние недели, и, учитывая то, что все ему говорили, ему уже казалось, что её ампутируют. Он надел спортивные штаны и вытянул шнурки настолько, насколько было можно, чтобы они не свалились. Найдя, забрав и не без трудностей нацепив на себя однотонную футболку, он обнаружил, что, наконец, начал думать о том, как выберется из дома. Дэниел скорее всего находился внизу «в крестьянских казармах», как обычно шутил Ллойд. Но Фрэнк тоже мог быть там. Джерард потёр глаза перед тем, как открыть дверь, снова проверяя окрестности.       Он схватился за поручень, слегка наклоняясь вперёд (и хотя его падение не было таким случайным, как он всем рассказывал, сейчас ему нравилось болтаться на волоске от опасности). Долгое время он не сидел за рулём и не совсем доверял ассортименту дорогих и старомодных машин Ллойда, так что он подумал, что ему действительно лучше найти Дэниела. Он медленно бродил около цокольного этажа, заглядывая в комнатки. По крайней мере, он наткнулся на Дэниела, курящего снаружи на террасе неподалёку от Европейских Садов.       — Дэниел! — воскликнул он, практически путаясь в своих ногах, когда попытался добраться до него. — Дэниел! Мне нужно, чтобы ты кое-куда меня отвёз.       Дэниел уставился на него; его воздушные каштановые волосы спадали ему на лицо в то время, как сам он аккуратно оглядывал Джерарда. Дым сигареты вился вокруг его висков.       — Зачем? — спросил он, делая последнюю затяжку. Джерард зловеще махнул рукой.       — Повидаться с другом, — опустил Джерард. Дэниел подозрительно и в то же время внимательно вглядывался в него перед тем, как затушить сигарету о свежескошенную траву.       — Если из-за этого я влипну в неприятности, то Господь, помоги мне, — пробормотал он, заходя обратно в дом, и Джерард осторожно последовал за ним.       — Если бы ты мог, ну, не говорить об этом Фрэнку, то это бы тоже помогло, — добавил Джерард сзади. Дэниел приостановился, но больше не задавал Джерарду вопросов, лишь прорычал что-то и продолжил идти. Джерард улыбнулся и легко прикрыл глаза перед тем, как последовать за ним так быстро, как только мог. *       — Это, ну. Я не знаю, — пробубнил Джерард, опасно размахивая косяком в руках. Он сидел, скрестив ноги, в гостиной квартиры Берта поверх его старой одежды.       — Ты любишь его? — спросил Берт, выдувая дым в лицо Джерарда. Тот хихикнул и слегка подавился.       — Может быть, — Джерард пожал плечами, встречаясь со взглядом Берта и ухмыляясь. Боже, ничего из этого не было смешным, но в то же время и было: в том самом смысле, который Джерард не мог понять. Между ними стояла половина бутылки водки, уютно угнездившаяся в носках.       — Ты можешь сбежать от мужа, — предложил Берт, поднося косяк ко рту. Они закрыли все окна и двери, так что дыму было некуда бежать. Джерард плюхнулся на спину, его падение смягчила коллекция футболок Берта за несколько последних месяцев. Смех вот-вот желал вырваться у него изо рта, и он прикрыл глаза.       — Я мог бы сфабриковать свою смерть и переехать сюда, — сказал Джерард, вытягивая руки за голову и цепляясь ими за ковёр, выгибая спину и вздыхая.       — Могло бы сработать, — подтвердил Берт, наклоняясь, чтобы сделать глоток водки, тёплой от его собственных носков. Джерард вновь рассмеялся и пробежался руками по волосам; его футболка задралась, оголяя туго натянутую кожу вокруг тазовых костей.       — Ага, — произнёс Джерард, выдыхая дым и пытаясь не попасть пеплом в глаза. Он протёр лицо рукой и выпрямился, чтобы сделать глоток из бутылки водки. Он подполз к Берту и откинулся так, что бёдрами лежал у него на пятках.       — Всё образуется, — уверил его Берт, одной рукой поглаживая его щёку, а другой поднося косяк ко рту, чтобы затянуться. Тёплый дым овевал другую щёку Джерарда.       — Ты говоришь это просто так, — пробормотал Джерард, прижимаясь к Берту и укладывая голову в изгиб шеи Берта. Тот наклонился к нему и поцеловал впадину около его ключицы. Джерард улыбнулся и чмокнул мочку уха Берта, хихикнув, когда рука Берта скользнула и улеглась на его рёбра поверх мешковатой футболки. Берт выстроил ряд из поцелуев вдоль линии его челюсти, на минуту останавливаясь, чтобы вдохнуть больше дыма. Джерард отдёрнул голову, и Берт осторожно приоткрыл рот Джерарда, чтобы выдохнуть в него. Они помялись ещё секунду перед тем, как Джерард обвил руками Берта за шею, вплетаясь пальцами в его волосы, и впился в его губы. Джерард позволил Берту наклониться вперёд и прижать его к полу. Джерард слепо потянулся назад, пока они целовались, схватил бутылку и оттолкнул лицо Берта прочь, чтобы вылить остатки ему в рот. Берт забрал у него бутылку и опустошил её перед тем, как снова наклониться и продолжить облизывать его.       — Ты что, собака? — рассмеялся Джерард, чувствуя свободу впервые за долгие годы. Берт фыркнул ему в шею и быстро куснул его за нежную кожу. Джерард взвизгнул и запутался руками в волосах Берта, чтобы притянуть его ближе к своей груди. Ресницы Джерарда трепетали.       — Мы могли, — прошептал он на ушко Берту. Тот замер.       — Мы не должны, Джи, — промурлыкал Берт, его руки всё ещё странствовали по телу Джерарда. Тот улыбнулся и изогнулся всем телом к нему, вытягиваясь. Берт начал целовать его вниз по всему телу до выреза его футболки. Берт схватил её за край, но Джерард лениво накрыл своей рукой руку Берта.       — Не снимай, — проинструктировал он, подтягиваясь, чтобы поцеловать Берта. *       — В смысле, он уехал? — простонал Фрэнк, падая на свой стул.       — Дэниел упоминал, что ранее отвозил Джерарда куда-либо? — спросила Кэти, перебирая в руках чашку чая. — Но я не уверена, куда. Он говорил, что это было больше похоже на конуру.       — Блестяще, — выплюнул Фрэнк. — Чёрт возьми, отлично. Иисусе. В моей жизни не могло быть задачи проще, верно же?       — Фрэнк, — она вздохнула. — Может, тебе просто стоит оставить его и позволить ему делать то, чего он хочет. В какой-то момент ему это надоест.       — Не его голова дана на отсечение, — пробормотал сквозь зубы Фрэнк, потирая подбородок. Кэти мрачно взглянула на него.       — Не притворяйся, что это единственная причина, почему ты хочешь поехать и вернуть его, Фрэнк, — усталым голосом произнесла Кэти. Фрэнк состроил мину и выбрался из своего места.       — Тогда лучше пойду и найду его, пока он не сбросился с крыши или ещё что, — проворчал Фрэнк. Кэти цокнула.       — Дэниел на кухне, — сообщила она ему. Фрэнк размял спину и пошёл вглубь дома, покидая улицу и свежий воздух, чтобы найти Дэниела на кухне в подвале. *       — Я почти уверен, что у меня ЗППП будет лишь от лежания на твоём ковре, — выдохнул Джерард; его сердце усиленно билось в то время, как Берт отодвинулся от него, чтобы поджечь очередной косяк. Футболка Джерарда была задрана где-то в районе его рёбер, а сам он распластался на коврике посреди гостиной; его треники валялись комком в углу комнаты. Через несколько секунд Берт вернулся с новым косяком, раскуривая его и выдувая дым в лицо Джерарда. Тот хихикнул и ударил его, отгоняя, запутываясь пальцами в его волосах, пока Берт забирался на него, заблаговременно надев боксеры, пока пребывал на кухне. Его колени покоились по обе стороны от грудной клетки Джерарда, тот удовлетворённо вздохнул и откинул голову назад.       — Ты действительно вроде худой, — промурлыкал Берт, проводя руками то вверх, то вниз по рёбрам. Джерард быстро схватил его руку, чтобы тот больше так не делал. Джерард приподнял голову, чтобы строго ему улыбнуться, и когда Джерард отпустил его руку, Берт медленно убрал её и передал ею косяк Джерарду.       — Спасибо, — проворчал Джерард. — У тебя есть ещё что выпить?       — Что это за вопрос? — фыркнул Берт, перекидывая через него ноги и тут же падая и приземляясь на ноги Джерарду. Тело Берта сотряс приступ смеха, от которого тут же завёлся Джерард, пока они оба не начали истерически хохотать, полуголыми катаясь по полу.       — Кажется, я упал прямо на презерватив, — простонал Берт. Джерард закрыл рот, чтобы не смеяться так сильно, пока Берт отдирал латекс со своих ног. Джерард плюхнулся обратно на пол, улыбаясь себе под нос, в ожидании, пока Берт принесёт чего-нибудь попить. Долгие годы он не чувствовал себя так хорошо. Может, ему просто стоит остаться здесь. Подстроить похищение или ещё что.       Неожиданно послышался громкий стук в дверь. Берт застонал, а Джерард соскрёб себя с пола, чтобы попытаться спрятаться, потому что будет выглядеть не очень классно видеть его полуголым в доме другого мужчины.       — Подожди, — сквозь зубы процедил он, запутываясь в собственных трениках в углу комнаты. Берт не услышал его и открыл дверь с косяком в одной руке и шестью бутылками пива в другой.       — Ты! — выплюнул Фрэнк, отталкивая его. Его квартира не была большой, входную дверь от гостиной отделял лишь маленький коридорчик. Джерард замер, затягивая пояс на штанах, отказываясь поднимать глаза, когда услышал, что Фрэнк ворвался в комнату.       — Что за хуйня, — прошептал Фрэнк, его голос дрогнул. — Вы двое думаете о том, что делаете?       Джерард с негодованием моргнул, однако не поднял головы. Берт появился позади Фрэнка и проскользнул мимо него, в очередной раз затягиваясь косяком и нащупывая бутылку в пачке.       — Кто-нибудь хочет пиво? — спросил он. Джерард наконец поднял голову и увидел, как Фрэнк дымится, а Берт находится в лёгком замешательстве, хотя по большей части ему всё равно.       — Берт, сейчас не время, — процедил Джерард, указывая на Фрэнка. Тот стиснул зубы и глубоко вздохнул.       — Я хочу, чтобы ты вымелся отсюда за три секунды, — прошептал Фрэнк. Джерард моргнул.       — Он только пришёл… — запротестовал Берт, но сам себя одёрнул сдавленным смешком. Джерард прикрыл лицо рукой, ощущая себя куда более трезвым, чем за последние несколько минут. Фрэнк безотрывно пялился на Джерарда.       — Он накурен, — сказал Джерард, жалко пытаясь объяснить ситуацию. — Он и правда до чёртиков накурен.       Берт мрачно, однако согласно кивнул вместе с Джерардом, а затем пожал плечами, затягиваясь скрученным косячком, отчего уголки губ Джерарда изогнулись вверх. Он быстро обуздал своё выражение лица, когда увидел, что Фрэнк рассматривал комнату от разбросанной повсюду одежды Берта (некоторая здесь лежала, скорее всего, месяцами) до презерватива, валяющегося на полу, а уже после переходя к бутылке водки и разнообразным зажигалкам и самокруточной бумаге на полу.       — Выходи, — заявил Фрэнк. — Выходи. Сейчас же.       — Скоро увидимся, — попытался Берт. Фрэнк фыркнул и ревниво схватил Джерарда за запястье, чтобы вытащить его из квартиры.       — Пока, — отозвался Джерард, пока Фрэнк тащил его через два пролёта лестницы и буквально выкинул его из дверей многоквартирного жилого дома.       — Садись в машину, — проинструктировал Фрэнк, открывая дверь и указывая ему забираться внутрь; Джерард смиренно погрузился внутрь.       — Прости, — послышалось от Дэниела с переднего сиденья. Джерард вздохнул.       — Это не твоя вина, — уверил его Джерард. Фрэнк открыл дверь напротив и бурей забрался внутрь, хлопком закрывая дверь.       — Что, блять, с тобой не так? — прокричал Фрэнк, как только Дэниел тронулся. Джерард приметил, что Дэниел под шумок поднял заслонку, что означало то, что он больше не видел их. Джерард врос в своё сиденье и попытался игнорировать Фрэнка.       — В смысле, — надумал Фрэнк, взвинченный до крайности, — не считая того маленького факта, что ты замужем и что из-за этого ты не хочешь иметь ничего общего со мной, что, чёрт побери, надоумило тебя сделать это?       — Сделать что? — спросил Джерард.       — Я не тупой, Джерард. Кто угодно мог увидеть тебя! — заорал Фрэнк. Джерард закатил глаза.       — Мы были на втором этаже, Фрэнк. Кто мог бы нас увидеть? — спросил Джерард, но Фрэнк, казалось, проигнорировал его.       — Ага, потому что никто не мог последовать за вами и увидеть, что оу, подождите-ка, ты трахаешься непонятно с кем-то в гостиной случайного чувака? — саркастически выплюнул Фрэнк.       — Что ж, они не увидели, и всё хорошо, — уверенно сказал Джерард.       — Те, о ком бы ты знал, — ядовито произнёс Фрэнк, поворачиваясь, чтобы уставиться в окно. — Лучше радуйся до чёртиков, что ни единая душа тебя не заметила.       Несколько минут они сидели в тишине. Джерард неловко елозил в своём кресле.       — Мне жаль, — прошептал Джерард. Фрэнк усмехнулся и покачал головой.       — Нет, — сказал он, — тебе совершенно не жаль.       — Ты ревнуешь? — изумлённо спросил Джерард, когда он понял. Фрэнк развернулся, чтобы посмотреть на него.       — Нет. Но либо у тебя были крайне противоречивые чувства, либо ты никогда на самом деле меня не любил. И это не то, чем ты можешь разбрасываться, — сказал Фрэнк. Джерард закусил губу в то время, как тот пялился на него, ожидая его ответа.       — Я действительно люблю тебя, — тихо признался Джерард, заставляя себя взглянуть на Фрэнка. Тот в отчаянии от злости вскинул руки в воздух.       — Тогда почему ты спишь с ним? — раздражённо выдал Фрэнк.       — Фрэнк, ты действительно заставляешь меня чувствовать себя дерьмом, Фрэнк. Этим утром ты просто ушёл, ты даже ничего не сказал. Что мне было думать? — возразил Джерард.       — Да, но твоим оправданием не быть со мной был тот факт, что ты замужем. И что ты делаешь, чтобы забыть об этом? Ты спишь с кем-то ещё! — зло произнёс Фрэнк.       — Чем это так тебя беспокоит? Ты морально не сможешь наехать на меня, не так ли? — фыркнул Джерард.       — Нет, не моя проблема в том, что ты, кажется, желаешь всего, что движется, — выплюнул Фрэнк. — Но, возможно, я не ответил, потому что знал, что всё это никогда бы не сработало.       Джерард застыл.       — Сейчас ты говоришь всё это, потому что зол и лишь желаешь, чтобы я ощутил свою вину.       — Нет, — ответил Фрэнк, глядя прямо мимо Джерарда. — Но я бы уважал твои желания. Я бы оставлял тебя наедине с собой, если бы ты этого захотел.       — Почему ты не сказал мне об этом раньше? Вместо того, чтобы уйти, — отчаянно спросил Джерард, сжимая руку Фрэнка.       — Это было неожиданно. Чертовски, блять, неожиданно, ясно? Я не ожидал, что меня поставят перед фактом прямо с утра, — защищаясь, ответил Фрэнк, вырывая свою руку. Джерард отодвинулся от него и не ответил; сегодня он уже и так достаточно сказал. *       Когда они добрались до дома, была уже полночь; прислуга, что открывала дверь, выглядела уставшей, но недостаточно измотанной, чтобы упустить какие-либо разговоры или сплетни, которые она так ждала. Фрэнк дотащился наверх, до кровати, не обратив внимания на пару слов шёпотом, которыми Джерард обменялся с Дэниелом перед тем, как последовать вслед за ним наверх.       — Хэй, Фрэнк, подожди, — громко прошептал Джерард, взбегая вверх по лестнице, чтобы догнать его. Фрэнк подождал, пока Джерард сравняется с ним перед тем, как сопроводить его в его же комнату. Джерард выглядел нервным, будто бы выжидал момента сказать кое-что Фрэнку.       Как только они дошли до комнаты Джерарда, тот затащил Фрэнка внутрь и захлопнул дверь.       — Фрэнк, — прошептал он, — Фрэнк… Мне просто… Мне просто хотелось сказать тебе, что ничего не изменилось. Я чувствую себя дерьмом и не должен был этого делать, но я всё ещё люблю тебя.       В комнате было темно, потому что шторы закрывали в семь, как и обычно говорил Ллойд, да и свет не был включен.       — Это всё, что я хотел тебе сказать, — нервно прошептал Джерард, вслепую нащупывая руку Фрэнка. На этот раз Фрэнк переплёл их пальцы и притянул его ближе, так что они стояли лицом к лицу.       — Я… Я… — начал Фрэнк, сглатывая. — Я тоже тебя люблю. Какое-то время я пытался подавить это. Но затем мне пришлось двигаться дальше, потому что ты замужем. Но. Я люблю тебя. Правда.       Фрэнк погладил Джерарда по щеке и ощутил тёплую влагу.       — Не плачь, — успокоил тот его, в темноте выискивая лицо Джерарда для поцелуя. Он целовал его щёки и его губы; Джерард ответил ему, положив руку ему на щёку.       — Что нам теперь делать? — спустя какое-то время стояния в тишине с нежными поцелуями спросил Джерард.       — Заставлять всё это работать, наверно, — ответил Фрэнк, беря лицо Джерарда в руки. Он ощутил, как щёки Джерарда двигаются, когда он улыбается.       — Спи со мной, — прошептал Джерард, вжавшись во Фрэнка. Тот замер. — Не в этом плане. Просто в моей кровати.       — Сейчас холодно, — согласно промурлыкал Фрэнк. Он ощутил краткое дуновение тёплого дыхания на шее.       — Конечно, — Джерард широко улыбнулся, — как скажешь.