Леон, рыцарь Камелота

Возможно, Мерлин убьёт его потом без всякого сожаления и угрызений совести за вопиющее пренебрежение к приказам координатора. Вероятность данного исхода составляет, пожалуй, всю возможную сотню процентов. Но Эггзи совершенно не испытывает никакого желания прыгать без штанов в тылу врага, пытаясь натянуть тугие форменные брюки Kingsman. Данная перспектива представляется несолидной и унизительной, Гарри точно не одобрит, когда узнает. Если узнает. Если Эггзи успеет. И это "если" - вторая причина того, почему Эггзи отбрасывает всякие мысли о полном обмундировании, спешно, путаясь в рукавах, как ДжейБи в собственном поводке по утрам, стаскивает толстовку, заменяя её крепким пиджаком от костюма. В сочетании с широкими штанами и чёрной футболкой с распахнувшим зубастый улыбающийся рот тонкокостным скелетом крысы в золотой остроконечной короне отглаженный пижонский пиджак представляет собой не слишком симпатичное сочетание и уж точно не соответствует слогану Kingsman, провозглашающему костюм оружием джентльмена. Но какая сейчас, к чёрту, разница?.. Мудрый координатор поработал с каналом связи превосходно - путь, ведущий к очкам Гарри и Мерлина, отмечен ясной и чёткой, почти осязаемой линией. Поэтому Эггзи находит товарищей безошибочно, добегает стремительно - на одном дыхании - до тяжёлой закрытой двери и только перед ней замирает, прислушиваясь. Как бы не хотелось ему ворваться в помещение немедленно, убедиться, что с Гарри всё в полном порядке - а с ним обязательно должно быть всё хорошо, ведь иначе не может быть - и вероломный агент Леон у него под прицелом, Эггзи всё же не может не признать, что обучение и полгода работы в Kingsman не прошли для него даром. Нельзя бросаться в пекло сломя голову, без устали учит Мерлин, нельзя быть всецело уверенным в собственных силах. Один раз Эггзи уже поспешил - совсем не так давно, этим утром, самонадеянно притворившись Пэтом, - и совершить одну и ту же ошибку дважды за один день было бы верхом глупости. Из-за двери доносится приглушённый разговор, и Эггзи с удивлением обнаруживает, что не чувствует ни в одной из чужих голосовых тональностей даже самый малый оттенок беспокойства или агрессии. Припав ухом к холодной и лакированной дверной поверхности, Эггзи слышит отрывистое и строгое окончание фразы Мерлина. - ...устроили дегустацию спиртных напитков, - говорит координатор приглушённо и привычно, совершенно не настораживающе сердито, и, чёрт возьми, Эггзи отчаянно хочется понимать в чём дело. Хоть немного. А потом он слышит голос Гарри, чёткий, громкий и отрывистый, и сердце - тренированное, выносливое и крепкое сердце морпеха и агента Kingsman - подскакивает к горлу, бьётся там, трепыхается, мешая проглотить образовавшийся за корнем языка шершавый ком. - Я не выпил ни глотка, - говорит Гарри спокойно и насмешливо, так привычно и размеренно, словно и не было утренних событий, словно приснились они Эггзи, были только плодом его воображения. Эггзи растерян, а способ разобраться в собственных сомнениях только один - толкнуть дверь решительно, вслушиваясь машинально в голос Гарри, продолжающий мерные рассуждения, и застыть на пороге под перекрёстным огнём трёх пар глаз. - ...это было бы опрометчиво в сложившейся ситуации, - заканчивает Гарри на автомате, а потом смыкает губы так крепко, словно намеревается больше никогда не открывать рот. У него расстёгнуты две пуговицы на белоснежной рубашке, и манжеты закатаны небрежно, а глаза, устремлённые на Эггзи, наполнены блестящей ледяной сталью до краёв. Леон улыбается Эггзи из-за плеча Гарри, неприятно, только уголками узких губ, почти не раскрывая рта. Между сэром Артуром и сэром Леоном - накрытый неуместно светлой и ажурной скатертью стол и - поверх белых плетёных завитушек - россыпь запылённых бутылок из тёмного стекла с древними упорно отклеивающимися этикетками. И Эггзи не покидает тревожное ощущение абсурдности происходящего. - И снова здравствуйте, Гэри, - говорит агент Леон мягко. - Я рад, что неприязнь, которую вы несомненно взрастили в себе после нашей утренней встречи, не помешала вам вновь вернуться сюда. Может быть, хотя бы вы согласитесь попробовать какой-нибудь экземпляр из моей коллекции вин? Я собирал её много лет - сперва с отцом, потом с женой - но мои уважаемые коллеги по какой-то причине отказались оценить дивный вкус коллекционного алкоголя. Каким вкусом вы бы хотели насладиться, юноша? Эггзи мотает головой растерянно, чувствуя, как под холодным и пристальным взглядом Гарри по коже ползут непрошеные мурашки. Леон пожимает плечами и выглядит искренне расстроенным. - Понимаю. Kingsman учит нас не доверять никому, будь то враги или друзья, - говорит он со строгой печалью, и Мерлин, застывший у стены высеченным из камня истуканом, вздыхает. - Очевидно, ты неверно понимаешь задачи Kingsman, Майкл, - отрезает координатор пасмурно, и Эггзи вздрагивает одновременно с Леоном. Майкл. У мстительного агента Леона есть вполне земное и обычное имя. - Наша секретная служба будет функционировать только если все её члены станут работать как одна команда. Доверие с разумной долей предосторожности, возможность в любой момент поручить свою жизнь тому, кто будет рядом, - вот что главное. А вовсе не существование в постоянном подозрении. При первых звуках голоса бывшего коллеги Леон стремительно оборачивается к Мерлину, выпуская Эггзи из холодной ловушки светлых глаз. Гарри пользуется этим мгновенно, торопливо ловит взгляд Эггзи, указывает быстрым движением головы на дверь и размыкает побелевшие губы. У Гарри непривычно пустая кобура на поясе, и пальцы напряжённо барабанят по коленям. "Уходи, - читает Эггзи по губам бывшего наставника. - Уходи отсюда". Эггзи может, конечно, притвориться, что слова Гарри остаются для него тайной, но это было бы совсем нечестно. Поэтому Галахад только мотает головой молча и упрямо, безмолвно показывая, что не уйдёт, не собирается, не бросит, нет, нет, и Харт сдаётся, прикрывает глаза ладонью. - Ты хочешь поговорить о доверии, Мерлин? - спрашивает агент Леон негромко, и в его голосе шипит что-то, словно воздух выходит из проткнутой острой спицей шины. - Полагаю, я могу устроить тебе эту беседу. Теперь, когда к нам так любезно присоединился Гэри, будет ещё интереснее. Предлагаю вам присесть к столу и выпить с нами, юноша. Отказ не принимается. Эггзи подходит медленно, настороженно, под встревоженным взглядом Мерлина, встаёт рядом с Гарри, не поднимающим головы. Агент Леон улыбается своей странной неподвижной улыбкой, бутыли и графины на столе пестрят пыльными разноцветными этикетками. И между трёх сгрудившихся в середине столика прозрачных, как слеза, бокалов мигает тревожно приведённая в ожидающий режим ручная граната Kingsman. - От разговора вам не уйти, господа, - говорит Леон приветливо. - Мерлин, Гэри, прошу к столу.