Африка

Можно сказать, что первая половина дня агента Бартона прошла вполне удачно. Его студенты, вымотанные вчерашней тренировкой, сидели на лекции тихо и даже внимательно слушали. Видимо, за один день они успели соскучиться по своему вполне адекватному преподавателю, справедливо полагая, что из двух зол надо выбирать меньшее. Бартон, по крайней мере, зло известное в отличие от мистера Старка. В полдень Клинт зашёл в кафе перекусить, но друга там не встретил. Возможно, это даже было к лучшему. Он не был обижен: какой смысл обижаться на вечно кривляющегося Старка, но от утреннего разговора в машине на душе немного скребли кошки. А в два часа Бартон вызвал такси и быстро доехал до трека. Он зашёл в гараж, находившийся неподалёку, и посмотрел на потрёпанный Ducati. Обычно он сам чинил любимца, но сейчас ему требовался более капитальный ремонт. Клинт вызвал мастеров, и через час его малыша увезли в сервис, пообещав, что за два дня приведут его в норму — заблестит, как новый, и будет готов к новым свершениям. Бартон снова вызвал такси и направился в Башню Старка.

***

Старк провёл весь день в лаборатории Щ.И.Т.а. Уроки отменили, так как агент Смит решила устроить ребятам какую-то экскурсию. Сумасшедшая дамочка, она звала его с собой, но он, сославшись на занятость, отказался от этой гиблой затеи. Эти дети, или уже не дети, совершенно не умеют вести себя в обществе. И Старку не хотелось позориться, будто он выгуливает своих подопечных. В обед он встретил ту самую Лилит, они сидели на полигоне и пили колу из жестяных банок. Девушка рассказала ему, какой Бартон преподаватель, как он шутит и как себя ведёт на занятиях, а Тони внимательно слушал только эту часть её болтовни. Настроение немного поднялось, и он позволил себе лёгкий флирт. Девушку он не хотел, хотел мужчину, которого весь день не видел. Все его мысли были где-то далеко и от лаборатории, и от Щ.И.Т.а, и от милой Лилит, которая щебетала что-то о занятиях и том, какой Тони замечательный. Он желал поскорее покончить с долбанной работой и сбежать отсюда. К шести он освободился и чуть ли не бежал домой: знал, что это их последний день в Башне, и поэтому хотелось как можно больше всего. Разговоров, взглядов, чтобы потом сидеть и вспоминать. Он уже подумал о том, чтобы устроиться в штат, чтобы быть в офисе каждый день. Тони не знал, чем это ведомо, откуда берутся все эти желания, но это же не так важно. Магнит тянется к магниту — пока этого достаточно. Пока не поймёт природу своих чувств и этого большого горячего шара внутри, он будет. Добравшись до дома, он ввалился в кухню и тут же умчался в душ. Бартона по пути не заметил, в конце концов, дом большой. Он же не мог сбежать.

***

А Клинт тем временем спокойно сидел в гостевой спальне и читал план занятий на завтра. Он, конечно, любил преподавать, но именно сейчас руки так и чесались настучать по морде каким-нибудь монстрам. Из Асгарда хоть бы кто-нибудь сбежал… Наверное, он и правда псих, как сказал Тони. Позавчера чуть не разбился, а опять хочется приключений. — Сэр, мистер Старк ждёт вас в лаборатории. Доступ открыт. — Уже иду, — сказал Клинт и направился вниз. Зашёл в лабораторию и увидел Тони. — Как прошёл день? — спросил он у друга. Тони поднял глаза и потерялся. Сердце забилось чаще, чем нужно, и он сглотнул, опуская глаза. — Терпимо, а твой? — Вполне. Ты так вчера замучил моих, что сегодня они сидели тихие, как мышки. — Я рад стараться, мне даже понравилось, если говорить откровенно. — В таком случае ты можешь подумать о карьере преподавателя, хотя тогда тебе придётся забыть про алкоголь и горячих курочек с красными желтками, — Клинт усмехнулся. — Я уже подумал. Так мы можем приступить, да? — Конечно. Я не знаю твоих планов и не слишком разбираюсь во всём этом, но вот, держи образец, — Бартон протянул ему свой лук. Старк взял его из рук Бартона и оглядел. Аккуратно положил на стол и открыл панель, за которой скрывались десятки моделей первичного образца. — Выбирай. — Вот этот, — Клинт ткнул пальцем в длинный блочный лук с прицелом. Старк подошёл, достал модель, повертел её в руках и протянул Бартону. — Примерь, пожалуйста, я хочу посмотреть, — он улыбнулся и внимательно оглядел друга. — Всё в порядке? — Да, я просто удивлён. У тебя здесь рай для лучника, Старк, — Клинт ещё раз взглянул на модели и взял в руки выбранный образец. Встал в стойку, резко натянул тетиву. Потом поменял положение и приложил стрелу. — Мне нужен пробный выстрел. Я понимаю, здесь лаборатория, но… — Бартон опустил лук и посмотрел на Тони. — Пятница, дай волю Бартону. Показалась мишень в пятидесяти метрах от них. — Это безопасно. Я давно это всё придумал, когда нечего было делать. А луки я готовил для Щ.И.Т.а, но теперь у меня есть шанс похвалиться, так что выбирай, пробуй, и я же обещал тебе, — Старк отошёл в сторону, чтобы не мешаться под ногами. Клинт подошёл к столу, надел перчатку и крагу, взял лук и встал напротив мишени. Он натянул тетиву, прицелился и выстрелил. Стрела попала по центру мишени. Таким образом он проверил ещё пару луков, стреляя из разных поз и ракурсов. Наигравшись с новыми игрушками, взял ту самую первую модель и подошёл к Тони. — Выбрал, да? — Тони улыбнулся. — В общем, так. Стрелковые качества неплохие, он удобен в руке, хотя прицел надо подкорректировать. Минус — слишком тяжёлый. Он должен быть легче, но прочнее, — объяснил Бартон, и глаза его заблестели от восторга. — Я всё сделаю… с прицелом, да, я возился, но устал. На, посмотри, — Тони дал ему тетиву, — натяни на другой и проверь. Она из синтетического полимерного волокна длительного процесса предварительного вытяжения. Лучшая из всех, какие у меня были. Клинт натянул тетиву на лук и сделал пару выстрелов. — Да, она и правда лучше. Если ты сделаешь мне идеальный лук, будешь моим личным божеством, Старк, — произнёс Бартон и улыбнулся. — Мне ждать от тебя поклонения? — рассмеялся Тони. — Только после того, как я опробую новый лук в деле. И я говорю не про учебный бой, — парировал Клинт. — Ради такого придётся позвать Тора на помощь, может, он каких дружков с небес прихватит, — оглаживая и рассматривая образец, брякнул Тони. — Да уж, я бы не отказался. Руки так и чешутся. — Понимаю, у меня тоже чешутся, — не поднимая глаз, ответил он. Тони взял в руки карандаш и начал замерять и вымерять, где обрезать, где прошить, где сгладить, а где наоборот, добавить. — Открой шкаф слева от тебя. Там новые стрелы. Бартон открыл шкаф и чуть не подпрыгнул и не запищал, как девчонка. Длинные, гладкие, с великолепным оперением стрелы были предметом его мечтаний. Он схватил лук и начал тестировать их. Поза сидя, стоя, сбоку, снизу… Лучник пробовал разные размеры и вариации стрел. Наконец, он выдохся и показал Тони на пару образцов. — Вот эти самые лучшие. Старк всё это время наблюдал за Бартоном. Такой живой, счастливый, словно ребёнок, получивший мороженое. — Ладно, когда уедешь, всё равно нечего будет делать, настругаю, — Старк ухмыльнулся и продолжил ковырять выбранный образец. Ему хотелось обнять Бартона: горячее и большое пульсировало в груди, и он будто плавился рядом с этим человеком. — Клинт? — он поднял взгляд на него. — Да? — Бартон посмотрел на Тони и замер. В тёмных глазах было что-то, что не давало отвести взгляд, что-то притягательное и искрящееся. Сердце лучника пропустило удар. Тони медленно отложил лук, карандаш и вышел из-за стола. Сделал два шага и притянул Бартона к себе за шею. Вдохнул его запах, ощутил тепло и чуть было не задрожал от нахлынувших на него чувств. Тишина затягивалась, и он неловко отстранился и обтёр запотевшие ладони о рубашку. Не поднимая глаз, вернулся к столу и снова приступил к делу, мысленно ругая себя за такой опрометчивый поступок. Расклеился, словно баба в цветочной лавке при виде цветка, который долго искала. Ну всё, теперь он ещё и думает, как баба. Сравнить Бартона с желанным цветком — верх идиотизма. Пальцы немного дрожали, и он черканул карандашом не там, где нужно, на секунду прикрыв глаза, вернулся к спокойствию, обслюнявил палец и вытер неугодный штришок. А Клинт так и остался стоять рядом, не зная, как реагировать. Почему-то хотелось вытащить Старка из-за стола, прижать к стене и… Бартон тряхнул головой, прогоняя мысли, от которых низ живота сладко потянуло, и вцепился в стрелы, чтобы хоть чем-то занять руки. Старку нужно было отогнать разразившуюся в мастерской бурю, и он спросил: — Завтра много занятий? — Практика у малышей. А у тебя? — Как всегда, до шести, — тяжело вздохнул и поднял взгляд на Бартона. — Фьюри умеет издеваться, да так, что больше не хочется пить, — фыркнул Тони. — Но тебе ведь нравится? — спросил Клинт, присаживаясь рядом. — Нравится вроде. Сегодня и вчера занятий с моими почти не было, я особо не понял, — Старк улыбнулся Бартону и немного дольше, чем нужно, задержался взглядом на его губах, прежде чем отвести глаза. — Я слышал твою лекцию и могу точно сказать, что у тебя преподавательский талант, — Бартон хотел похвалить Старка, но вместо этого проболтался. Вот же чёрт. — Когда же ты слышал, Бартон? — Тони сложил руки на груди и шуточно нахмурился. — Эм-м… да так, проходил мимо, позавчера. — Клинт уже понял, что теперь Тони не отстанет. — Мимо? В лаборатории, куда нужен доступ? — теперь Старк нахмурился по-серьёзному. — А что такого? Может, я там был по делам, — Бартон покраснел и опустил взгляд. Не мог же он сказать, что разработал целый план по проникновению в лабораторию, только чтобы посмотреть на профессора Старка. — Ну-ну, тебе бы пару уроков по убедительному вранью у Фьюри взять, — Старк хмыкнул и совсем напрягся. — Ты мог бы сказать, что заметил это, когда я был с твоими студентами перед спаррингом, однако ты сказал про позавчера, — он схватился за карандаш и снова принялся чиркать. — Дело твоё, можешь не рассказывать. — Ты что, обижаешься? — Клинт не мог поверить, что Тони ведёт себя так по-детски наивно. Это было даже немного мило. — Вот ещё, — буркнул Тони. — Ты невозможно мил сейчас, с надутыми губами, Тони, — лучник дотронулся до его руки. — Если я расскажу тебе, то ты будешь смеяться, и мне придётся тебя убить. Старк посмотрел на него и, хмуря брови, сказал: — Рассказывай, а потом решишь, что будешь со мной делать. — Хорошо. Ты пришёл весь такой помятый и убитый, а мои меня совсем не слушались, и вообще в тот день вели себя как идиоты. И я решил посмотреть, как ты будешь вести лекцию в таком состоянии. Думал, что они доведут тебя до ручки, — Бартон улыбнулся. — Но, как ты заметил, в лабораторию нужен доступ, которого у меня не было. Пришлось разработать целый план, чтобы попасть туда. Я уже почти отчаялся, как встретил Джемму Симмонс и помог ей донести папки до её кабинета. А потом нашёл твою аудиторию и… и был удивлён. Ты отлично справился, хоть и в своей манере. Старк не понял. — Ты проделал всё это, чтобы посмотреть на мой позор и посмеяться надо мной из-за того, что мне было плохо? А потом удивился, что я всё-таки справился? — Сердце ухнуло где-то в области горла. — Я… да. Из твоих уст это звучит ужасно, и мне почти стыдно, — ответил Клинт и опустил глаза. — Я позавидовал тому, что даже в таком состоянии ты справился лучше, чем я. Поэтому и попросил тебя о показательном бое. — Я понял, — кивнул Тони и прошёл вместе с луком к другому столу, где находился держатель и лазерный резак. Бартон вскочил, подошёл к другу и положил руку ему на плечо. — Ты всё ещё обижаешься? Пользоваться Старком любили все, видимо, Бартон был не исключением. Это всё отдалось тупой болью в груди, и тяжёлый ком подкатил к горлу. Тони Старк как был доверчивым придурком, так им и остался. — Нет, мне всё равно. — Нет, тебе не всё равно. — Тони вёл себя, как ребёнок, но Клинт не мог ничего с собой поделать, он уже готов был умолять о прощении, лишь бы Старк снова улыбнулся. Бартон обнял его сзади, замыкая руки в замок на груди, коснулся губами шеи и прошептал: — Прости меня. Я повёл себя как идиот и тогда, и сейчас. — Всё нормально, — Тони взял резак и надел очки. — Либо возьми очки, либо отойди, Клинт. Бартон отошёл от него и сел на стул. Но через две секунды вскочил, схватил первый попавшийся лук и стрелы и пошёл к мишени. Он почувствовал слабость, когда увидел странный и потерянный взгляд Старка. Клинт не привык к таким ощущениям, не привык чувствовать желание сделать абсолютно всё, лишь бы загладить свою вину. Но Тони был упрямым и гордым, поэтому Бартон расстреливал мишень. Старк начал срезать лишнее, когда закончил с этим, натянул свою лучшую тетиву, обработал крючки, покрутил лук в руках, прицелился и снова положил его на место. Взял пинцет, резак и поправил сбитый прицел. Вновь примерился, оглядел и позвал Бартона: — Смотри теперь. Укрепитель на ночь нанесу, заодно начищу маслом и жиром. Клинт взял лук и сразу же почувствовал разницу. Он был легче и удобнее. Мужчина подошёл к мишени и сделал пару выстрелов. — Он лучше, это чувствуется сразу. Конечно, в таких условиях сложно определить его преимущества полностью, нужно узнать траекторию полёта стрелы с учётом погрешности на ветер, но даже сейчас он лучше, чем мой старый, — произнёс Бартон и посмотрел на него. — Спасибо, Тони. — Рад стараться, завтра возьмёшь на полигон и проверишь, теперь давай сюда, — Тони протянул раскрытые ладони, но в глаза Бартону смотреть не стал. Ему казалось, что внутри что-то оторвалось, будто сильным ветром вырвало столб и унесло далеко-далеко. Было не больно, но неприятно и как-то холодно. Старк не думал, что над ним можно смеяться, когда ему плохо, и такое развлечение казалось ему обидным и даже оскорбительным. Одно дело, когда он дома один, слепой и пьяный вытворяет бог весть что, а потом смотрит записи с камер. Но это он сам, и ему можно смеяться над этим, ведь больно-то было именно Тони. Бартона как будто окатили из ведра со льдом. Или засунули голым в снег. Он аккуратно положил лук на стол и взял Старка за руку. — Нет, подожди. Поговори со мной. — О чём? — Старк посмотрел на друга через рабочие очки холодно и колюче. — Я знаю, что поступил неправильно, просто… Чёрт, я просто восхищался тобой в тот момент и думал, что если посмотрю, как ты проводишь занятия у моих, то тоже чему-нибудь научусь, — Бартон не отводил глаз от Тони, чтобы видеть хоть малейшее изменение в его лице. — Но потом я понял, что хоть у тебя и нет никакой теоретической базы и опыта преподавания, у тебя свой неповторимый стиль, который я перенять бы всё равно не смог. Это дар, если хочешь. Они слушаются тебя, поддаваясь магии твоего обаяния. Прости, если я обидел тебя… — Клинт, я понял тебя ещё тогда, когда ты сказал про зависть. Но меня обидело не это, а то, что ты хотел посмеяться надо мной, когда мне было плохо. Пусть это было похмелье и я уже привык к этому, но над этим можно смеяться только мне, ты так не считаешь? — Старк вытянул свою ладонь из руки Бартона и передёрнул плечами. — Я почувствовал себя никчёмным или, может, клоуном в цирке, как угодно, — а вот это я не люблю. — Я не собирался над тобой смеяться, Тони. Это было любопытство, и даже если бы я что-то увидел, то никто и никогда ничего бы об этом не узнал. Я извинился и уже понял, что это было некрасиво, но если ты не слышишь меня, то я не могу с этим ничего сделать, — сказал Клинт и направился к выходу. — И да, если уж на то пошло, то я прекрасно понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Утром я чувствовал то же самое. — Ты про звонки? И почему ты убегаешь, Клинт? Тебе так проще? Бартон остановился. — Да, про звонки. Мне хотелось сказать, что ты… что теперь… Короче, я не умею обо всём этом говорить. Но ты свёл всё это к пошлому кокетству. — Что теперь у меня есть друг, Клинт? — Тони снял очки и схватил со стола карандаш. А Клинт не знал, что ответить. Сказать «да» и навсегда провести черту? Но ответить что-то другое было бы не честно, пока он сам не разобрался. Он стоял и молчал, не зная, как поступить. — Ты хотел сказать, что окажешь помощь, если мне станет плохо, так? Что я могу положиться на кого-то ещё, кроме самого себя? И когда в следующий раз я напьюсь до поросячьего визга и решусь поиграть в игрушки в лаборатории, я могу звонить тебе, и ты сразу приедешь? — Сердце стучало как заведённое, а в глазах плясали мушки от напряжения. — Да, — выдохнул Бартон. — Хорошо, спасибо, Клинт, я это понял ещё в машине, просто решил уточнить. Со мной ведь сложно дружить, так многие говорят, — Старк сломал карандаш пополам и оглядел половинки. Отбросив их в сторону, он осел на стул и посмотрел на Бартона. Клинт подошёл к столу и сел напротив Тони. Он не знал, что спросить или сказать, поэтому просто смотрел на него. — Хочешь помочь с луком? Только садись сюда, рядом со мной, — он был не уверен, что поступает правильно, но ему хотелось быть ближе, а железный стол между ними мешает. — Да, конечно, — ответил Клинт, обходя стол и присаживаясь рядом. Опять возникло это странное желание прижать Старка к стене. Тони подтянул к себе банку с укрепителем, достал две кисти, одну дал Бартону, а вторую оставил себе. — Сначала в банку, потом на лук. Встану пораньше, отшкурю, отшлифую, и он будет гладким, без шероховатостей. Чтобы ты смог проверить его уже завтра, — он повернулся и улыбнулся по-доброму. Ему хотелось поскорее порадовать Бартона новой игрушкой. — Спасибо, я уже весь в нетерпении, — улыбнулся Клинт, и напряжение, висевшее в воздухе, наконец отпустило его. Он взял кисть и принялся за дело. — Если его шкурить без укрепителя, он лопнет, — Старк закусил губу и тоже стал наносить жидкость на лук. — Не буду спорить с гением и мастером своего дела, — Бартон ловко водил кистью по луку. — Мог бы и поспорить, — усмехнулся Тони. — Нет уж, хватит споров. Через несколько минут они закончили, и Клинт посмотрел на Тони. — Чем займёмся теперь? Старк посмотрел на Бартона, и под ложечкой засосало. — А что ты можешь предложить, зоркий глаз? — А чего ты хочешь? — Тебя. Клинт замер. Переспрашивать, что Старк имел в виду, было глупо, но ещё глупее было совершать необдуманные поступки. Поэтому, не отрывая взгляда от Тони, он прошептал одними губами: — Не форсируй. Старк два раза моргнул и облизал сухие губы. Внутри что-то взорвалось, фейерверк из смешанных чувств. Внизу всё зашлось радостным вихрем, а вот в голове будто перемкнуло. Не торопи события. Он не знал, что, как и почему, но это было дико приятно. А то, большое и горячее, запульсировало ещё сильнее. — Кино? Еда? Выпивка? Спать? — Первые три варианта, определённо, нравятся мне больше, — Бартон задержал взгляд на губах Тони. — Ты выбираешь фильм, а я готовлю ужин. — Фильм я уже выбрал, поэтому я побуду с тобой на кухне, — Старк улыбнулся и в который раз пообещал себе вшить в щёки резиновые вставки, чтобы их не разорвало. — Тогда пойдём, поможешь мне, если хочешь, — ответил Клинт и направился на кухню. Он придирчиво оглядел продукты, оставшиеся после вчерашнего ужина, и спросил Старка: — Есть особые пожелания? — Полагаюсь на тебя. Может, заказать что? Тут за углом хорошее место, я там часто пью, ну и ем. Стейки с картошкой, — Тони уселся за стол в ожидании заданий. Бартон вновь посмотрел на содержимое холодильника, достал лук и сказал другу: — Нарежь пока это, — а сам в это время принялся нарезать куриное филе. Старк взял лук и оглядел его. Не имея ни малейшего понятия, как его чистить и резать, он отколупал шелуху и снова осмотрел данный овощ. Не будет же он говорить, что не умеет? Маленьким ножиком разделил его напополам, порезал на длинные полосы половинки и принялся крошить. В глазах защипало, он шмыгнул носом и, доделав дело, отодвинул доску и потёр глаза. Есть хотелось сильно. А ещё хотелось спать: бессонная ночь дала о себе знать в самый неподходящий момент. Он подпёр щёку кулаком и уставился на Бартона. — Молодец. Дальше я сам, — сказал Клинт и посмотрел на него. — Ты в порядке? — Более чем, — улыбнулся Тони, — есть хочется. — Кола и кофе уже давно выветрились, а больше он ничего сегодня не ел. — Тогда подожди минут двадцать, я быстро. Клинт со скоростью света носился по кухне, нарезая, очищая и приготавливая продукты. И ровно через двадцать пять минут перед Старком стояло блюдо с куриным филе и ананасами в сливочном соусе. Рядом расположились булочки с оливковым маслом и немного имбиря. — Какой алкоголь предпочтёте сегодня, мистер Старк? — шутливо спросил Клинт, смотря на него. — Или, может, кофе по-ирландски? Тони облизнулся и поднял глаза на друга. — То, что в холодильнике. Бартон вынул из холодильника две бутылки вина, достал бокалы с полок и поставил на стол. — Надеюсь, тебе понравится, — сказал он и положил на тарелку друга курицу и пару булочек. — Смотри, я ради твоей еды уже готов на многое. — Старк налил в бокал красного вина, глотнул, посмаковал во рту и допил остатки. Причмокнул губами и взялся за вилку, в желудке сладко тянуло, слюнки во рту собрались, он нагнулся и вдохнул аромат блюда. Ни слова не говоря, затолкал в рот булочку и довольно прищурился. Клинт усмехнулся и тоже принялся за ужин. Спустя пятнадцать минут они доели ужин, и Тони глянул на друга. — Бартон, ты бог кулинарии, — простонал он и откинулся на спинку стула. Всегда бы так: тепло, сытно и уютно. Жаль, Пятница не имеет тела, можно было бы запрограммировать её на готовку и массаж по вечерам. — Спасибо. Должен же ты хоть иногда есть нормальную еду, а не ресторанную муть, — ответил Клинт, вставая из-за стола, и загрузил посуду в посудомойку. — Я привык, — хмыкнул Тони. — Вот выбрал кино и понял, что совсем не знаю твоих предпочтений, поделишься? — Сначала хочу узнать, что же ты выбрал. — Игры разума, Клинт, — и Тони рассмеялся. — Судя по всему, я ем муть и смотрю муть. — Не надо тут, я обожаю Рассела Кроу, — улыбнулся лучник. — Хороший фильм, я с удовольствием его посмотрю. А вообще, как ни странно, я люблю драмы и комедии. Странное сочетание, но экшена мне и в реальной жизни хватает. — С комедиями у меня туговато, предпочитаю фильмы, несущие смысловую нагрузку, — Старк встал со стула. — Спальня? Гостиная? Игровая? Клинт задумался. — А где тебе удобнее? Мне всё равно. — Пф-ф, спальня, конечно, — ответил Старк и пошёл в свою комнату. Раздевшись, он улёгся в кровать и в очередной раз натянул одеяло до самого подбородка, чтобы не мельтешить голубым глазом. — Пятница, давай, заглуши свет и включи Игры Разума. Свет выключился, раздвинулась панельная стена, и оттуда показался огромный экран плазмы. Пошли начальные титры, и Старк закинул руки за голову. Клинт тоже разделся и расположился рядом. Устроился на подушке и погрузился в фильм. На моменте с крышей Тони уже спал. Он тихо сопел, грудь поднималась и опускалась в такт дыханию. Мышцы лица расслабились, и только ресницы подрагивали, отбрасывая мягкие тени на щёки. Бартон посмотрел на него и прошептал: — Пятница, выключай фильм. Он подвинулся к Старку, залез под одеяло и провёл ладонью по растрёпанным тёмным волосам на голове. Спящий друг казался таким беззащитным, сразу захотелось его обнять. Он аккуратно положил руку на его спину и закрыл глаза.