Африка

— Брюс, я же живой, какого хрена ты делаешь? — Тони вытянул шею и посмотрел назад. Доктор в ответ лишь хмыкнул, продолжая катить кресло на колёсах с сидящим в нём Старком. Тони практически пришёл в норму, но ходить нормально ещё не мог из-за раненой ноги. Сухожилия срастались тяжело, и нужно было время. Он был одет в белую панаму, красную рубашку и шорты, а на ноги обуты шлёпанцы, и от него искрило круче, чем от солнца. Две недели прошли относительно спокойно, и теперь они едут домой. Невероятное ощущение спокойствия и счастья. Фил пообещал разобраться с делами и приехать в Нью-Йорк, стать помощником Бартона в управлении треком. Джерри же получил кругленькую сумму от щедрого Тони и ударился с головой в свой приют. Они договорились, как только всё образумится и придёт в норму, они с Бартоном вернутся сюда и проведут вторые незабываемые каникулы. Может быть, обзаведутся недвижимостью. Тони посмотрел на лучника и улыбнулся, истинное блаженство, он даже не потел. — Не вредничай, малыш, — усмехнулся Клинт. — Позволь доктору за тобой поухаживать. — Два ухажёра ─ это даже для меня слишком, — фыркнул Тони, на что получил лёгкий подзатыльник от Брюса. Медленно, но верно они катили по терминалу к трапу, Старк всё переживал, что что-нибудь забыл, но вроде не забыл. Чемоданчик с собой, а больше у него ничего не было, барахло, с которым он приехал, оставил у Джерри: оно ему больше не пригодится. Зато Брюс, два чемодана. Что он понабрал? Любопытство распаляло, но он решил дождаться до дома, а там уж проникнуть в тайные тайны двух чемоданов. — Слышишь, Беннер, он признался в собственной слабости. Подходит к концу золотой век Тони Старка, — Бартон потрепал Тони по плечу и подмигнул доктору. Беннер рассмеялся. — О да, бедный, бе-е-едный малыш Тони, — протянул он. — Нашли друг друга, — проворчал Старк и сложил руки на груди. — Будешь губы надувать, мы оставим тебя в гостиной, и ты не попадёшь ни в спальню, ни в лабораторию, — Клинт погрозил ему пальцем. — Нет, попаду, у меня есть Дубина и Пятница, — осторожно сказал Тони. На самом деле они ведь могли пошутить над ним, даже не смотря на то, что он пока ещё инвалид? — Ладно, вот с Пятницей я спорить не буду, мне с ней ещё рецепты учить, — сказал Бартон, ласково смотря на Старка. — А мы выучим тот, на котором остановились в коридоре Щ.И.Т.а? — очаровательно улыбаясь, спросил Тони. Брюс закатил глаза и покраснел. — А мы разве его ещё не выучили? — Я имел в виду там, в том же коридоре выучить, — нетерпеливо сказал он. — Эм-м… мы ещё обсудим это… потом, — Клинт немного покраснел. — О, значит не всё потеряно. — Старк, ты невыносим, — фыркнул Брюс и толкнул его в коридор между самолётом и терминалом. Проехав весь путь, они забрались в салон, естественно первый класс, и Беннер пересадил Тони в кресло, пристегнул ремни и собрал тележку. — Прошу, — указывая на среднее место, сказал он Бартону. — Спасибо, доктор, — он улыбнулся Беннеру и посмотрел на Старка. — Я обещал запереть Брюса в лаборатории и накидать туда игрушек. А обещания нужно держать. У тебя есть, чем его заинтересовать? Беннер присел рядом с Клинтом и пристегнул ремни. Он облокотился на подлокотник и заинтересованно посмотрел на Тони. Старк загадочно улыбнулся и поиграл бровями. — Конечно, есть, милый. — Тогда я спокоен. — Пф-ф, я думал ты спросишь, что это. Так неинтересно, — Старк осуждающе посмотрел на Клинта и подмигнул Беннеру. — Ну, если он не спрашивает, тогда я спрошу. Что ты приготовил, Тони? — в глазах Брюса зажёгся настоящий интерес. — О-о-о, это просто великолепно. Самое чудесное чудо из всех чудес. Приятное глазу, ласковое и нежное. Иногда возбуждающее и сексуальное. Порой болтливое и невыносимое, но ты без ума от этого, — Тони растянул губы в саркастичной улыбочке. Брюс смутился и покраснел, поняв к чему ведёт друг, и откинулся на спинку кресла. Засранец. Со своими пошлыми шуточками остатки последнего ума доконает. — Тони, ну как тебе не стыдно, совсем смутил доктора, — сказал Клинт и усмехнулся. — Хотя я не думаю, что он откажется. Брюс совсем покраснел. Ладони запотели, и он посмотрел на сладкую парочку. Встретив заинтересованный взгляд Старка, сглотнул и спросил у Бартона: — Это с чего вдруг такие мысли? — А ты разве откажешься проводить время в лаборатории за любимым занятием да ещё и с… как ты там сказал, Тони? — он посмотрел на Старка и хлопнул себя по лбу. — О, точно! С самым сексуальным и возбуждающим чудом из чудес? Беннер усмехнулся. — Я и так с ним до кости в горле насиделся и всю его сексуальность вдоль и поперёк изучил. — Ах ты, и когда же? — Старк закусил губу и зарычал. — Эй, ну отвали уже, раз ты хочешь, посижу я с тобой, — смущённо пробубнил Брюс и вытер о брюки запотевшие ладони. — Клинт, а ты считаешь меня самым сексуальным и возбуждающим чудом из чудес? Или я хреновый любовник? Беннер уже не знал, куда себя засунуть, что этот человек вытворяет? Отвернулся и начал ковырять подлокотник кресла, стараясь не слушать дальнейший разговор. Самолёт уже взлетел, и скоро они будут дома, но если он так и будет себя вести, бедный доктор сойдёт с ума от смущения. Бартон посмотрел на Старка, улыбнулся одними уголками губ и решил ему подыграть. — Ну знаешь, Тони… У меня было не так много времени изучить все твои способности, но руками и языком ты вытворяешь поистине незабываемые вещи. — О, языком, да? — Тони причмокнул губами и улыбнулся Бартону. — Как думаешь, я доживу до Нью-Йорка и не умру от переизбытка спермы? Беннер поперхнулся и повернулся на двух извращенцев. — Ладно, мне просто интересно. Зачем вы говорите об этом в общественном месте? — борясь с волнением и невыносимым смущением, спросил он. — Ну вот, опять ты, Старк, вгоняешь Брюса в краску. Я, вообще-то, имел в виду, что ты слишком много болтаешь, а руки свои суёшь куда не надо, — Бартон рассмеялся. — Какие вы пошлые, ребята, думаете только об одном. — Пф-ф, а с тобой только об одном и думается, — Старк подвинулся ближе и пробежался пальцами по груди Бартона. Доктор проследил за движением руки Тони и прищурился. — Я… Ты… Старк, ты неисправим, — он опять отвернулся и подозвал стюардессу к себе, попросил водички, получил её, сделал глоток и более-менее успокоился. — Ты что творишь? — прошептал Клинт на ухо Тони низким мягким голосом. — Хочешь, чтобы его удар хватил? Или?.. — Меня больше волнует, зачем ты подыгрываешь мне, любимый, — так же шёпотом ответил Тони. — А мне интересно, чего ты добиваешься… любимый, — Бартон укусил его за мочку уха. Тони вздрогнул и закусил губу, чтобы не застонать. — Я хочу, чтобы ты выебал меня, уже сил нет, как хочу, — тяжёлым и сочным голосом сказал Тони. Он взял руку Бартона и положил её между своих ног, позволяя ему ощутить всю силу своего желания. Беннер смутился. Он невыносимо смутился. Это было интригующе, но ни в коем разе за рамки игры это не выйдет. Он покашлял и отвернулся от парочки, зачем Старк это делает, было непонятно. К пошлым шуточкам и намёкам наедине доктор уже привык, но это переходило все границы. Может быть, ему и хотелось бы посмотреть на них, но участвовать? Нет. Брюс, не хотел терять дружбу, которая так тяжело им далась. — Тони, перестань, он может обидеться, — прошептал Клинт и убрал свою руку, неловко отодвигаясь. — Брюс, ты обиделся? Если да, извини, я не хотел. Точнее хотел, но не этого, — Тони почти навалился на Бартона и потрепал друга по волосам, вернулся на место и поглядел на взлохмаченную макушку. Беннер повернулся и поправил очки на носу, потом растянул губы в улыбке и тихо сказал: — Я не обиделся, мне понравилось, — ни грамма румянца и смущения, он надел наушники и включил музыку, откинулся на спинку, отрегулировал её и прикрыл глаза. Старк посмотрел на Клинта, пожал плечами и улыбнулся. — В тихом омуте, сладкий. — У него был хороший учитель, — рассмеялся Бартон. Старк улыбаясь поднял руку Бартона и прилёг ему на грудь. — Ещё немножечко, и мы будем дома. — Отдохни пока, — он поцеловал его в макушку.

***

Под тихое шипение и ворчание Тони они всё-таки забрались в такси и поехали к Башне. У него внутри всё зудело, он сидел рядом с Бартоном на заднем сидении и ёрзал. На что Клинт шикал на него, не переставая, а он оправдывался, что больше не может терпеть. Беннер сидел на переднем сидении рядом с таксистом и смотрел в окно. Наконец, они добрались до цивилизации и оставили Африку с невыносимой жарой где-то там, в сотнях километрах позади себя. Добравшись до Старк Тауэр, Тони вздохнул с облегчением, но вспомнив, что там адский разгром, пыл его поутих. — Ладно, поможете мне, мои любимые ухажёры? Беннер расплатился с таксистом и вылез из машины, достал все вещи из багажника и разложил коляску. — Поможем, Клинт, ты возьмёшь багаж или усадишь его в кресло и довезёшь до лифта? — спросил он, открывая дверь перед Старком. — Вези уже своего любимого, а я возьму ваши вещи, — Бартон поднял чемоданы. — Ты, случайно, не жирафа там прячешь? — Может, и жирафа, — пыхтя, пробубнил Брюс и усадил Старка в кресло. — Ну что, принцесса, а вот и твоя долгожданная Башня, — усмехнулся он и повёз коляску в сторону лифта. — Ты на дракона-то не смахиваешь, если только цветом, — фыркнул Тони. — Ой-ой-ой, договоришься, — они подошли к лифту. — Пятница, открывай ворота, хозяин вернулся. Дай доступ всем, Пеппер здесь? — Здравствуйте, мистер Беннер. Доступ открыт, мисс Поттс уехала два дня назад, незавершённые дела. — А ты чего как дома у себя? Раскомандовался тут, — пробурчал Тони. — Вези давай. Ну ты слышишь, Клинт? Принцесса, дай доступ ─ охамел совсем. — А с тобой так и надо, Старк, а то совсем от рук отбился, — сказал Бартон, затаскивая багаж. — Так что правильно, Брюс, можешь взять его… — окончание фразы было смазано уличным шумом. Беннер вкатил коляску в лифт. — Я не расслышал, куда, говоришь, взять его? Старк покрутил головой, смотря на двух заговорщиков, и шутливо нахмурился, ожидая ответа. — Что? — не понял Клинт. — А-а-а, возьми его… ну в оборот. Приказывай, доминируй и подчиняй. — Старк, ты бы объяснил своему парню, что желания могут сбываться, а то, кажется, он этого не знает, — смотря прямо в глаза Бартону, сказал Брюс. — Оу, вы ещё подеритесь из-за меня, — усмехнулся Тони. — Кстати, я люблю подчиняться, — приторно-сладко протянул он. Беннер сделал вид, что не заметил явного намёка, крепче сжал ручки коляски и посмотрел из стеклянного лифта на улицу. — А ты был прав. Тони, в тихом омуте, — рассмеялся Клинт и посмотрел на Беннера. — Любите доминировать, доктор? А если пациент не слушается, то вы его наказываете? Беннер посмотрел на него поверх очков. — Вы меня плохо знаете, но если хотите попробовать, вам нужно покалечиться. У Старка встал, с новой силой. Противостояние, у-у-у, горячий доктор и сладкий лучник. И маленькая послушная сучка Тони. Он ущипнул себя за палец и посмотрел на Бартона. Лифт дрогнул, обозначая конечную остановку, и Беннер, улыбаясь, выкатил коляску в холл. Да, зрелище, действительно, ужасное. — М-да… Что-то я с вами как-то… — пробубнил себе под нос Клинт и пошёл за ними, оставляя чемоданы у лифта. — Пятница, а ну убери здесь, какого хрена ты ничего не сделала? Бесишь, — Тони подхватил с пола кусок доски и зашвырнул в дальний угол. — Хочу есть. Брюс остановился у кухонной стойки и посмотрел на Бартона. — И что делать будем? Так же нельзя жить. Он огляделся по сторонам, со всех стен свисали куски чего-то непонятного, разобранные ящики и валяющиеся на полу картины, вся мебель грязная. В общем, здесь действительно начинался ремонт, но доделаться не успел. — Так, я передаю своего мужчину в твои ответственные руки, а ужин беру на себя, — ответил Клинт и заглянул в холодильник. — Не густо. Но ничего, сейчас мы что-нибудь придумаем. А вы пока займитесь чем-нибудь. — Пятница, закажи продукты, свяжись с бригадой, скинь им планы ремонта на почту. А, и заодно свяжись с Пеппер, скажи, что я дома. О, и кстати, закажи машину, чтобы перевезти вещи Клинта в Башню. — Будет сделано, мистер Старк. — Клинт, ты бы сказал ей, какие продукты нужно? Беннер протёр стул и сел на него, снял пиджак и положил себе на колени. Хотелось спать, с таким графиком он чувствовал себя настоящим мучеником. — Ага. Так, Пятница, мне нужен бекон, куриное филе, шафран, набор специй, ну и разные овощи, — сказал Бартон, на ходу скидывая рубашку и быстро ополаскивая руки в раковине. — Хорошо, сэр. Пятнадцать минут. — Сладкий, ты чего разделся? Жарко стало? Беннер усмехнулся и поправил очки на носу. — Старк, он нас соблазняет, перед ужином аппетит нагоняет. — Да ну вас, озабоченные, — Клинт покрутил пальцем у виска, а у самого плясали черти в глазах. — Тут жара, как в Африке. Он подошёл к холодильнику, достал оттуда бутылку с холодной водой и сделал глоток. А потом вылил немного воды себе на голову, встряхнул ей, и капли скатились по его лицу, шее и ниже. — Блять, Беннер, не смотри на это, закрой свои бесстыжие глаза, — смеясь, сказал Тони и потянулся руками к доктору. Брюс хмыкнул и ничего не ответил, но позволил себя обнять. — А ты ничего, тёплый, — промурлыкал Тони и потёрся головой о руку Беннера, намекая, что и его тоже можно обнять. Брюс повиновался и притянул инвалида ближе к себе. Тони посмотрел на лучника и улыбнулся. — Ты когда за вещами? — А ты меня уже прогоняешь? — он обиженно поджал губы. — Завтра. Сегодня лень. — Наоборот, хочу чтобы ты поскорее пустил здесь свои корни, — улыбнулся Тони и откатился на коляске назад, объехал стул на котором сидел Брюс и подъехал к лучнику. — Теперь пришло время обнимашек с тобой, — ласково сказал он и приник лицом к обнажённому горячему животу с красивыми и фактурными кубиками. Беннер улыбнулся, он мог смотреть на них не отрываясь. Вообще-то, доктор не был особо стеснительным, но надо держать марку, поэтому он отвернулся и пошёл в хозяйскую ванную. Хотелось умыться. Бартон застонал и чуть дёрнулся бёдрами навстречу. — Не дразни. Я готов сейчас взять тебя прямо здесь, но у нас впереди ужин, — он провёл рукой по волосам Тони. — А ещё мы не одни. — Ты же слышал, ему понравилось, — усмехнулся Тони и лизнул Бартона по самой линии брюк. — Ум-м-м… Старк, а ну перестань, а то вместо ужина получишь только стакан воды, — Клинт отодвинул его немного. — Я, конечно, не ревную, но не понимаю, стоит ли мне тебе подыгрывать или остановиться. Мы ходим по тонкому льду. — А как ты хочешь? Ну, он же тебе нравится, не так, как я, естественно, но нравится, — Старк улыбнулся. Ему было интересно и даже весело от происходящего. — Ты на что намекаешь? — Бартон выгнул бровь. — Ты серьёзно? — Я сказал это почти прямым текстом. Что ты думаешь на этот счёт? Он не нуждается в отношениях, но секс никто не отменял. Да и мы с тобой не из самого робкого десятка, — он усмехнулся. — Это всё только разговор, пока я не встану на ноги и как следует не оттрахаю тебя, я особо не буду задумываться на эту тему. Клинт как-то странно посмотрел на Тони. Секс? Втроём? Нет, он поддерживал все эти шутки, потому что было весело подтрунивать над таким милым смущающимся доктором, но секс… Это как-то… Неожиданно. Он любил Старка и, будь на месте Брюса кто-то другой, уже взбесился бы, но к Беннеру Клинт не чувствовал ревности. Может, тот просто не давал повода и никогда не претендовал на что-то большее, чем дружба. — Я… не знаю, это странно, не находишь? Я не то, чтобы против, просто никогда не задумывался об этом. В любом случае, вряд ли он пойдёт на это. Брюс ценит вашу дружбу и, скорее всего, будет бояться её потерять. Сам знаешь, как бывает. — Поживём, увидим, — улыбнулся Тони. — А пока поцелуй меня, малыш, который совсем не малыш, — он посмотрел на ширинку Бартона и пошло облизался. Бартон опустился рядом с ним и втянул Старка в сладкий и страстный поцелуй. Он кусал его губы, посасывал язык, пальцами надавливая на самые эрогенные точки на шее. — Я сейчас кончу, Бартон, — простонал Тони, кусая лучника за нижнюю губу. — Простите, — смущённо пробормотал Брюс, который только что вернулся из ванной. — М-м-м… Ты как раз вовремя, доктор. Займи пока Тони чем-нибудь, а я пойду готовить ужин, ─ сказал Клинт и пошёл встречать курьера, принёсшего продукты. — Ну что, доминант, чем развлекать меня будешь? Как видишь, этот этаж, кроме моей спальни и гостевых, полностью разрушен. Лаборатория? Или телевизор? Помассируешь мне ножки заодно, — улыбнулся Тони. Беннер сначала не понял, а потом понял и ухмыльнулся, хитро щурясь. — Давай телевизор, Тони. И массаж. — Кати меня, мой рулевой. Беннер подошёл к нему и повёз в хозяйскую спальню. Осторожно переложил на огромную кровать и пожелал Пятнице какую-нибудь комедию. Старк молчал и всё время смотрел на доктора. Тот присел рядом и положил ногу Тони себе на бёдра, задрал штанину и начал массажировать. Он поглаживал и пощипывал, мял и сжимал, а Тони едва не дрожал от удовольствия. Он за две недели так привык к этому массажу, что уже не представлял своей жизни без него. Беннер закончил с левой и взялся за правую. Проведя все манипуляции, он осторожно выбрался из-под ног и лёг рядом с Тони, заложил руки под голову и уставился в телевизор. Старк перевернулся набок и посмотрел на Брюса. Его аккуратный профиль, вечно всклокоченные волосы, пухлые губы и неизменные очки на носу. — Что? — спросил доктор. — Просто. — Что? — Смотрю на тебя. — Давно не видел? — По-новому смотрю. — Как это? — Необычно. — Понятно. Старк улыбнулся и перевернулся на спину, он знал, что Беннер неравнодушен к нему в сексуальном плане, а так же знал, что именно их дружба и понимание друг друга позволят им сделать то, чего они трое хотят, но пока не признаются в этом. В это время Клинт носился по кухне, желая всё сделать как можно быстрее и удивить друзей вкусным ужином. Он нарезал томаты, авокадо, перец и листики капусты, сбрызнул их лимонным соком и принялся за основное блюдо. Тонко нарезал куриное филе, скрутил в трубочки и обжарил на сильном огне. Потом обернул их беконом и уже обжарил на слабом, но подольше. Приготовил красный кисло-сладкий соус и достал бутылку красного вина. Клинт зашёл в спальню и посмотрел на друзей, лежащих на диване. — Ужин готов, джентльмены. Прошу к столу. — Милый мой, а поднести меня к столу и усадить на стул прилагается к ужину? — сказал Тони и улыбнулся. Беннер фыркнул и быстренько смылся из спальни на кухню. Клинт подошёл к кровати и опустился прямо на Старка, осторожно нависая над ним. — Ми-и-илый, — и укусил его за нижнюю губу. — Давай я тебе помогу. Тони притянул его к себе и поцеловал в шею, укусил за мочку и застонал. — Помоги. — Хочу тебя, — прошептал Бартон. — Но сначала ужин. — Можешь поверить, что я, Тони Старк, готов отдаваться круглосуточно, а не забирать? — Могу. Потому что успел узнать тебя, — сказал Клинт и погладил его по голове. — Пойдём, а то доктор совсем заскучает. Он помог Тони сесть в кресло, и они переместились к столу, где их уже ждал Брюс. Бартон положил на тарелку Тони куриные медальоны, немного овощей и налил вина. — А вот с алкоголем тебе лучше воздержаться, — сказал Брюс и отодвинул от Тони бокал. — Зато мне можно. — Я и не хотел, — улыбнулся Старк и посмотрел на Бартона. — А ты бог кулинарии, у меня уже везде сводит от желания. — И правда, — смутился Брюс. — Я могу воспользоваться вашей щедростью? — снимая очки и смотря на Бартона, спросил он. — Угощайтесь доктор, я старался, — ответил Клинт, накладывая еду себе на тарелку. — Как-то Старк приготовил мне завтрак. Клинт, я не хочу обидеть твоего талантливого и любимого гения, но это было ужасно, никогда ничего не пробуй из его рук, — со знанием дела сказал Брюс и ткнул вилкой в салат. — Ну нахрена ты меня позоришь? — ничуть не злясь, ответил Тони и затолкал себе в рот целый кругляшок курицы. — Ну что ж, значит, роль хозяюшки выпала мне, — рассмеялся Бартон и сделал глоток вина. — Да, мы любим вкусно покушать, — в один голос сказали мужчины и рассмеялись, глядя друг на друга. — Странная у нас компашка: кулинар, доктор-доминант, и… Тони, хм-м… и центр вселенной, — произнёс Клинт, оглядывая мужчин. — И что я тут с вами делаю? — Дополняете, сэр, — проговорил механический голос. — О, моя подружка очнулась, — усмехнулся Тони. — За центр вселенной огромное спасибо, — он склонил голову в жесте благодарности. — Доктор-доминант вообще скромник, не надо здесь. Но если у кулинара такие же золотые руки во всём, как и в готовке, то это можно обдумать, — Беннер пригладил волосы и уткнулся в тарелку. Бартон поперхнулся и закашлял. — Ч-что обдумать? — Покалечить тебя, а потом подлечить, — усмехнулся Тони и подмигнул Беннеру. — Да, он прав, — улыбнулся доктор. — А может, просто полечить, давайте не будем меня калечить, я… — и только сейчас до него дошёл весь смысл сказанных слов. Пришла очередь Клинта смущаться. Похоже, Старк медленно, но верно добивается своего. — Я… Могу пригодиться в лаборатории. Ну, к примеру, помогу разобрать тебе твоего жирафа, — он посмотрел на Беннера. Тони растянул губы в такой пошлой ухмылке, что у него сдавило в паху. Беннер глянул на Бартона и кивнул. — Можешь помочь мне. С жирафом. — Тогда я спущусь к тебе, когда уложу наш центр вселенной в кровать. — Тогда и чемоданы захватишь, — без капли смущения сказал Брюс и уткнулся в тарелку, чтобы закончить свой ужин. — Центр вселенной счастлив, — кажется, переизбыток спермы бьёт по самым необходимым вещам нормальной жизнедеятельности. Таким, как мозг. Дальше мужчины болтали обо всём и ни о чём, смеялись и обсуждали планы на ближайшее время. Первым стол покинул Беннер, который хотел принять душ и спуститься в лабораторию. А чуть позже Тони и Клинт закончили есть и отправились в спальню. — Хочешь в душ? Или сразу в кровать? — спросил Бартон, помогая Тони сесть на постель. — Наверно, душ, я всё ещё пахну Африкой, — грустно сказал Тони. — Мне стыдно, что вам приходится возиться со мной. Я чувствую себя никчёмным. — Мне нравится заботится о тебе, ты же должен это видеть, — прошептал Клинт, раздевая Старка. — Меня смущает, что ты можешь не захотеть меня после всего этого, — тихо сказал Тони и посмотрел на Хоука. — Ты с ума сошёл? Как ты можешь так думать? Я же… Нет, лучше так, — Бартон не смог договорить и просто прижал руку Старка с своему паху. — Душ. А потом кровать. Быстро. — О, как прикажете, командир. Клинт раздел Тони, и они отправились в душ. Он помог ему залезть в ванну и оставил ненадолго одного, чтобы совсем не смущать. Чуть позже Бартон обернул Старка в полотенце, и они вернулись в спальню. — Подожди меня, я тоже хочу быстро ополоснуться. Я мигом, — шепнул Клинт и скрылся за дверью. Тони скинул с кровати покрывало, подвинул одеяло и улёгся по самому центру. Мурашки побежали по влажной коже, и он посмотрел на свой стояк. Член не просто стоял и доставлял удовольствие, он уже болел две недели. Таких воздержаний по доброй воле у него никогда не было. Он даже передёрнуть себе не мог: как-то стыдно было или необычно. Может, даже и хотелось, но он не решался, считая секс с рукой изменой Бартону. Тем более долгое ожидание дарует истинное наслаждение. С каких пор Тони стал считать, что дрочить самому себе — плохо, было неизвестно. — Пятница, погаси на двадцать. Свет поутих, и Старк посмотрел на дверь ванной. У него было всё, абсолютно всё для счастья, и, господи, как он боялся какой-нибудь подставы. Клинт вышел из ванной и замер. Голый Старк, абсолютно голый Старк и о-о-о… Рот наполнился слюной, а тело мгновенно отозвалось на увиденное. Он скинул полотенце и подошёл ближе. — Тони, — прохрипел Бартон, и было видно, что сил связно мыслить нет. — Как ты хочешь? Старк осторожно раздвинул ноги, вызывая неприятное чувство под коленом, и улыбнулся. — Так, — он провёл рукой по члену. — Смазка в тумбочке. — Ты уверен? М-м-м… — Клинт потянулся к тумбочке и достал гель. — Я боюсь причинить тебе боль. — Всё будет хорошо, только сначала потрепи мне нервишки, поиграй с моим телом языком, я так давно хотел этого. Говорить о своих желаниях Тони никогда не стеснялся, так как считал, что удовольствие друг друга зависит от высказанных желаний, а не просто подуманных. Зрачки Бартона расширились, и он, не теряя времени, лёг рядом со Старком. Целовал его, оставляя лёгкие укусы на плечах и груди, нежно обхватывал губами соски, немного прикусывая их, чтобы всё казалось намного острее и слаще. Клинт прошёлся дорожкой поцелуев от груди до паха, лаская языком самые чувствительные места. И резко обхватил губами член Тони, вбирая его полностью, до самого основания. Тони выгнулся и застонал то ли от боли, то ли от удовольствия. — Если я спущу… Как и в первый раз, за две минуты… Не бросай меня… — срываясь на коротки вдохи, прошептал он. — Меня… тоже… не хватит надолго, — срываясь на хриплый шёпот, пробормотал Бартон. — Как же сильно я тебя хочу, Тони, о-о-о… Мужчина пощекотал языком уздечку и опять обхватил член губами, полностью впуская его в себя. — Давай уже, дава-а-ай! — простонал Тони и толкнулся в самое горло Клинту. Бартон отстранился и выдавил немного геля на пальцы. Он понимал, что для полноценного секса они слишком возбуждены и не готовы, поэтому решил, что сегодня просто доведёт Старка до сумасшествия. Клинт осторожно коснулся сжатого колечка мышц холодными пальцами и покружил вокруг входа. Затем ввёл один палец и вобрал член в рот. — О-о-о, я хочу быть твоей маленькой сучкой, лучник, — прошипел Тони и насадился на палец. Всё тело горело и гудело, желая разрядки. Старк даже не знал, какие слова подобрать для всего происходящего. Умопомрачительно? Сумасшедше? Аналораздирающе? — Лучше молчи, — прошипел Бартон, добавляя второй палец и уже начиная действовать более жёстко и грубо. С каждым проникновением он задевал бугорок простаты, подстраивая движения пальцев к движению языка. Собственное тело пронзали сладкие импульсы, но сейчас был важен лишь Тони. — Да, Бартон… Ты командир… Сумасшедший… Возбуждающий… Невообразимо сексуальный… Трахай меня каждый день… И я стану послушной сучкой… — Старк нёс всё, что приходило в голову, это всё было так необычно и так зажигательно. До мурашек. Хотелось взять всё и сразу. Много раз. Невообразимо много раз. Горячий язык, ласкающий член, и пальцы в заднице ─ как мало надо для радости. Бартон зарычал, выпустил член изо рта, заменяя его рукой, вынул пальцы и прижался к жаркому входу языком. Несколько ласковых прикосновений и… он с силой проник языком внутрь. И ещё раз, и ещё, всё ускоряя и наращивая темп. Тони застонал, сладко, протяжно, и тяжело задышал. Дрожь в теле всё нарастала, и он знал, что этот оргазм он запомнит надолго. Как и все прошлые. Как и все последующие. Все оргазмы с Бартоном. Он обслюнявил пальцы и сжал соски, ещё не забывшие прикосновения горячего языка лучника. Застонал ещё громче и вздрогнул. Язык в заднице ─ это невероятно. — Бартон… Ты хренов приёмник удовольствия… Клинта снова повело от звука его голоса, и он рефлекторно потёрся членом о простынь. Хотелось большего, но не сейчас. Он отстранился, ввёл три пальца в отверстие, согнул их внутри и, не вынимая, начал сгибать и разгибать, накрывая член Тони горячими губами. — Су-у-ука! Вот так, да, так… — зашипел Старк. В глазах поплыли разноцветные звёзды, в голове зазвенело от удовольствия. Если бы он мог, если бы был в адеквате, он бы перестал орать, словно его режут, но не-е-ет, Старк был в исступлении. Он выкрикивал гадости, ругался благим матом и умолял. Остановиться. Или продолжить. Он держался на последнем издыхании, и в груди у Тони всё трепыхалось. — Каждый… Грёбаный… День… Я хочу насаживаться… А-а-а-а… На тебя… Глубже и глубже… Клинт… И Бартон остановился, вынул пальцы, поднялся и резко вошёл в него, не давая привыкнуть, срываясь на сильные толчки. В голове шумело, глаза застилало разноцветное марево искр, а в горле всё пересохло. — Давай… Сильнее… — он уже не мог связно мыслить. Всё пошло кувырком. И только одно билось на краю ускользающего сознания. — Давай же. — Да-а-а, кричи, я хочу слышать тебя, — зарычал Бартон, всё сильнее и жёстче входя в Тони. И Тони выполнил приказ. Он выкрикивал непристойные словечки, заставляя Бартона трахать себя ещё быстрее. — Я шлюшка… Твоя шлюшка… Агент Бартон… Моя задница… Только для тебя… Пальцы на ногах поджались, и он громко охнул, сотрясаясь и изливаясь себе на живот. В ушах звенело, а голова была словно каменная. Он дрожал и содрогался, продолжая принимать в себя член Клинта. Клинт не смог выдержать всего этого и, как только почувствовал, что сжимаются мышцы вокруг пульсирующего члена, кончил, срываясь на хриплые выдохи. Его трясло, но он не мог остановиться, всё ещё входя и выходя в податливое тело. Наконец, он кое-как смог взять себя в руки и выскользнуть из гладкой теплоты. — Я… я… не… Ты в порядке? — хрипло выдавил Бартон. — Я лучше всех, — всё ещё задыхаясь, прошептал Тони. — Мне крышу сносит от тебя, я полностью теряю над собой контроль. Ты сумасшедший, Старк. — Утверждено, — прохрипел он. — У меня так же, если не хуже. Клинт притянул его к себе, обнимая, и поцеловал. — И как я жил без тебя? — Вот не знаю, много же ты потерял, сладкий мой, — улыбаясь, ответил Тони. — Тебе нужно спать, а то в самолёте ты так и не уснул. — Иди, а то ждёшь, не дождёшься, — Старк укусил лучника за губу и в приказном тоне сказал: — Только вытри меня и придёшь, обязательно обними. — Вообще-то, я в первую очередь сейчас думал о тебе, а уж потом о том, что обещал доктору, — сказал Клинт, идя в ванну и принося мокрое полотенце. — Ты не против, что я спущусь к нему? Или мне остаться с тобой? Он аккуратно вытер Старка и посмотрел ему в глаза. — Смеёшься? Сама мысль о том, что вы вдвоём в пустой лаборатории, заставляет мой член трепетать, — усмехнулся Тони. — Я не обижусь, мне интересно, только руки не распускай, а то натравлю на тебя Дубину. — Не, ну так нечестно, только я собрался распустить руки… — рассмеялся Бартон, — Тони, а если серьёзно, ты совсем меня не ревнуешь? — Ты же мой и любишь меня, разве есть повод ревновать? Тем более к Беннеру? Это бы тебе в пору заревновать, — улыбнулся Тони. — Да что ты? Смотри мне, я не люблю делиться… — он щёлкнул Старка по носу. — Серьёзно? И ты бы не хотел увидеть, как он входит в мою дырочку? А может, лижет мой член? А потом целует мои губы и снова отсасывает мне? — по мере речи он всё шире улыбался. Бартон нахмурился и повторил уже в который раз: — Не форсируй. Звучит интересно, но давай пока не будем торопиться. Я ещё не знаю, как к этому отношусь. — Ты просто не знаешь, какой он наедине и как он может себя вести в привычной ему обстановке. Я окучивал его года два, и всё время он мне подыгрывал, так что да, я не буду форсировать, — Тони сказал это серьёзно, глядя в глаза своему мужчине, надеясь на то, что тот понял слово «окучивал» именно так, как он хотел. — Ладно, я… — Клинт встретил взгляд. — Единственное, чего я боюсь, это потерять тебя. — А можешь? — Тони нахмурился. — Только если ты… захочешь этого. — Тогда извини, лучник. Гореть тебе в этом аду похоти и разврата вечно, — Тони подмигнул ему и улыбнулся. — О, ну тогда мне беспокоиться не о чем, — засмеялся Клинт, но глаза его были серьёзны, а выдох получился слишком облегчённым. — Я пойду. Но скоро вернусь и обниму тебя. — Давай, поцелуй как следует и иди. Бартон наклонился к нему и нежно коснулся губами губ. Поцелуй получился размеренный и томный. Клинт нехотя отстранился, быстро надел футболку и лёгкие спортивные брюки, не думая даже о белье, и спустился к лифту, где стояли чемоданы. Он схватил их и отправился в лабораторию.

***

Беннер копошился около нового кресла Тони. Сделал моторчик и пульт управления. Теперь же он катался по лаборатории и улыбался во весь рот. Счастье ─ заниматься любимым делом, и тем более создавать радость для Старка. Настроение было хорошим, в принципе, как и всегда в этом доме. И он ждал Бартона. Ему было интересно, что задумал Тони и что из этого всего получится. Сначала он подумал, что это лишнее, но несколько лет беспрерывных намёков сделали своё дело. И если Старк хочет именно этого, почему бы и нет? Доктор уже давно хотел втрахать его в какую-нибудь плоскую поверхность и наказать как следует за все издёвки. А тут ещё и приятный бонус в виде лучника. Если на то пошло, бояться совсем нечего, так как Тони сам поощряет и позволяет, а Брюс далеко не дурак, и будет пользоваться этой возможностью. В отношениях он не нуждается, а между Тони и доктором столько всего было, что сомнений нет, они НЕ могут что-то понять не так и рассориться. Тандем. Братья науки. Вот только одного до сих пор не было между ними — секса. Интересно. Интригующе. И соблазнительно. Клинт зашёл в лабораторию с двумя чемоданами в руках. — Эй, добрый доктор, я тебе твоего жирафа принёс, — весело сказал он. Беннер остановил машинку и поднял глаза на лучника. — Вон туда поставь, — показывая на место около дивана. — Ну как? Он счастлив? А то две недели воздержания тяжело сказываются на его мозговой деятельности, — усмехнулся он. — Он в восторге, — ответил Бартон, ставя чемоданы на указанное место. — А как у тебя дела? — Лучше всех, — улыбнулся Брюс. — А ты как? — он подъехал поближе и подтянул очки на нос. — Готов к новым свершениям, — улыбнулся Клинт. — Оу, — Беннер немного смутился. — Кажется, мы не доиграли партию? — Ты помнишь? Ну тогда найди карты, и я весь в твоём распоряжении. — Карты, во-о-он в том шкафчике, — протянул Брюс и указал пальцем на нужное, тут же подъехал к столу и откинулся на спинку кресла. Бартон подошёл к шкафчику и достал колоду. Он сел за стол, перемешал их и сказал: — Твой ход. Брюс вытягивал карту за картой, подшучивал над лучником и в конечном итоге нарочно перебрал. — Вскрываемся? — Ну давай, — ответил Клинт и выложил свою комбинацию. Беннер улыбнулся и разложил на столе свои карты. — Ха! Я выиграл! — Клинт радовался, как ребёнок. — Значит, исполняешь моё желание. Он задумался, что-то прикидывая и решая, а потом спросил: — О чём ты думал в самолёте, смотря на нас с Тони? — Серьёзно или соврать? — Брюс не растерялся, ведь он ожидал подвоха. — Ну, рискни сказать серьёзно, — Бартон ухмыльнулся. Беннер поправил очки и посмотрел Бартону в глаза. — Мне хотелось заставить вас трахаться, а самому подрочить, глядя на это. Зрачки Клинта расширились, дыхание участилось, и он шумно выдохнул. — Неужели? Значит, зря я тогда остановил Старка, — голос немного охрип. — Раздавай. — Ну, если бы я был полным засранцем, я бы включил панель и посмотрел на вас через камеры, но я приличный, — он потасовал колоду и разделил на две части, взял одну и посмотрел на Бартона. — Зачастую самые приличные люди делают иногда о-о-очень неприличные вещи, доктор Беннер, — Клинт сделал свой ход. — Предпочитаю подглядывать в живую, а не через экраны, — доктор улыбнулся и взял ещё одну карту. — И хочется? — Бартон вытянул свою карту. — О, когда я хочу, я делаю, — Брюс взял ещё одну и набрал нужное количество очков. — Вскрываемся? — Пожалуйста, — он разложил свои карты на столе. — Вот чёрт, — вздохнул Клинт и состроил грустную мордашку. — Давай уж, говори, чего желаешь. — Чего ты добиваешься своими провокациями? — А это смотря когда, — Бартон улыбнулся. — Тогда или сейчас? — В общем, — доктор улыбнулся в ответ. — Хм-м… Твоего внимания? — А я мало внимания уделяю? — Возможно. — Оу, не будешь со мной откровенным, и я перестану быть откровенным с тобой, раздавай. — М-м-м, это был уже второй вопрос. На первый я ответил честно, — сказал Клинт, мешая карты и беря одну себе. — А, вот ты как хитришь, лучник, — Беннер взял карту и встретился с Бартоном взглядом. — Почему бы и нет? Ведь это так… интригующе? — он немного понизил тембр голоса, не разрывая зрительного контакта, вытаскивая свою карту. — Думаешь? Вообще-то, я люблю играть по своим правилам, — доктор взял ещё одну. — Это всё прекрасно, но всегда есть кто-то, кто захочет эти правила изменить, — сказал Клинт, обнажая белые зубы. — Мои правила нерушимы, — твёрдо сказал Брюс, и в глазах его поселился нехороший огонёк. Зелёный друг не дремлет. — Быть может, ты сам захочешь их нарушить. Я пропущу. Беннер никак не отреагировал на слова Бартона. Взял ещё одну и прищурился, глядя на лучника. Бартон молча взял ещё одну. — Откроемся? Брюс разложил карты на столе и сладко улыбнулся. В чёрных глазах плескалось нечто нечитаемое. — Тебе сегодня везёт, доктор. Действуй, — сказал Клинт, вглядываясь в тёмные глаза Беннера. — Каждое дело требует завершения. Вернёмся к тому вопросу, — он подтянулся на руках, опёрся ладонями о стол и приблизился к Бартону. — Только удумай соврать, — тут же оседая обратно в кресло, будто ничего и не было. — Так задай вопрос правильно, Брюс, — точно отзеркаливая его движения, сказал Бартон. — Ладно, позволь себе слушаться меня ровно три минуты и не вздумай сопротивляться, я не хочу разгромить своему другу дом, а потом я задам вопрос правильно, — Брюс улыбнулся. — Слушаться тебя? Ну попробуй, доктор, я жду, — прошептал Клинт. Беннер встал с кресла, подошёл к нему сзади и отодвинул стул от стола вместе с сидящим Бартоном. — Не вздумай даже прикоснуться ко мне, — раздалось у левого уха лучника. Дыхание Клинта сбилось, и он кивнул. Беннер обошёл стул и оседлал бёдра Бартона. Он посмотрел ему в глаза и улыбнулся. Пару раз качнулся и схватил его за шею, придавливая, вдавливая свои пальцы в мягкую плоть. — Только дотронься до меня, и я придушу тебя, — прошептал доктор. Лучник застонал, сжал руки на подлокотниках кресла, но не двинулся с места. Возбуждение накатило с начала игры, а сейчас стало почти нестерпимым. — Умничка, — Беннер качнулся со всей силы, и они повалились на пол с громким хлопком. Он навалился на Бартона всем своим телом, продолжая вдавливать свои пальцы в шею, и потёрся вставшим членом о живот, спрятанный под футболкой. Всё это происходило при полном контакте глаза в глаза. Доктор сильнее сжал шею и приподнялся на одной руке, немного сдвигая центр тяжести. Придушить лучника ему всё-таки не хотелось. Он снова прижался членом и протяжно застонал, потом сжал свои бёдра и прищурился. — Я никогда не нарушаю своих правил, — прошептал он и, нагнувшись, лизнул нижнюю губу Хоукая. Клинт выгнулся немыслимой дугой, его подбрасывало вверх, и он не мог этого контролировать. — Что ты… я… Брюс, какого… — он не мог сформулировать предложение, лишь обрывки слов срывались вместе с рваными выдохами. Беннер отпустил его шею и всадил пощёчину. Резко поднялся на ноги, отряхнул колени и упёрся задницей в стол. Поправил очки на носу и сложил руки на груди. — Три минуты истекли, теперь вопрос? — Нет. Игра окончена, — жёстко ответил Бартон, вставая с пола. Он отвернулся и отошёл к стеллажам. — Ты обещал, а обещания нужно исполнять, Клинт. — Для начала думай, что делаешь, — сказал Бартон, не поворачиваясь. — Ты разозлился из-за пощёчины? Так я пытался вернуть тебя в сознание. — Тебе с блеском это удалось. Беннер подошёл к нему и встал сзади. — Посмотри на меня, если не боишься. Бартон обернулся и невозмутимо взглянул в его глаза. — И? — Я спрошу, а у тебя будет только один шанс ответить. Что-то изменить ты уже не сможешь. Ты хочешь получить моего внимания таким образом? Без возвращений в сознание, — Беннер сложил руки на груди и внимательно осмотрел лучника. — Знаешь что, Брюс… Я тебе не Старк, со мной такие игры не прокатят. Ты играешь по своим правилам? Замечательно, ведь я играю по своим. Хочешь узнать, хотел ли я твоего внимания? Да, хотел. Хочу ли сейчас? Об этом тебе лучше спросить в более подходящее время, — Клинт говорил спокойно, но было видно, что он злится. — И на будущее. Не смей так делать. — Я больше не стану спрашивать, — Беннер улыбнулся. — Картишки отменяются? — Дело твоё, — улыбка Бартона вышла натянутой. — Спокойной ночи, доктор, — сказал он и вышел из лаборатории. Клинт поднялся в гостиную и плеснул себе немного виски. Ну и ночка. Один бог знает, чего стоило Бартону не врезать доктору по его пока ещё относительно белой физиономии. Но натренированная годами выдержка и потрясающий самоконтроль удержали его от этого неразумного поступка. Решив, что с этим разберётся потом, Клинт прошёл в спальню и увидел Тони, который выглядел совсем не спящим. — Ты чего не спишь? — Да вот, шестое чувство подсказало, что нужно дождаться тебя. В чём дело? — А в чём дело? — невинно спросил Бартон. — Не делай мне мозги, Клинт, — тихо сказал Тони и погладил рукой место рядом с собой. Клинт присел рядом и сказал: — Если ты задаёшь такой вопрос, то значит в курсе. — Ты не можешь сказать мне прямо? — Старк начинал выходить из себя. Он не знал, в чём дело, а Бартон будто нарочно издевается и заставляет играть в угадайку. — У меня нет желания это рассказывать. Пятница, покажи мистеру Старку запись с камер лаборатории. А я пока освежусь, — с этими словами Бартон ушёл в ванную. — А на меня нахуй злиться? — взбесился Тони и посмотрел в телевизор. — Мотни назад, идиотка, — изображение на экране повиновалось и побежало назад. — Останови. Он подтянулся на руках, сел удобнее и уставился в картинку. Беннер, ах ты ж сучка! Сколько лет Старк добивался того же, и нихрена. О, пощёчина, это было… интригующе. Ясно. Бартон вышел из себя, что его хотели подчинить, Тони ведь предупреждал, что там не всё так просто. — Выруби, — он прикрыл глаза. Почему нельзя сделать всё по-человечески? Почему без него всё катится коту под хвост? Бред. Клинт зашёл в комнату, вытирая мокрые волосы. — Тони, прости, я не хотел быть грубым с тобой, — он виновато посмотрел на него. — Сюда иди и объяснись со мной, — Тони посмотрел на него в надежде на то, что сможет разозлиться, но нет, губы непроизвольно выгнулись в улыбке. — А что объяснять? Ты же всё видел, — Бартон подошёл к нему. — Ляг рядом, ты чего как деревянный? Лучник выдохнул, позволяя себе расслабиться, и прижался к Тони. — Вот, ты настоящее золотко, — проворчал Тони, обнимая Бартона. — А теперь по порядку, ты больше не злишься на него? Я тебя знаю, ты горячий-горячий, а потом бац, и всё, остываешь. — Я злюсь. Неужели ты думаешь, что если бы на его месте был Роджерс или, я не знаю… да хоть Тор, то я не дал бы ему в морду? Но здесь же нельзя. А он, зная это… — Клинт подбирал слова. — Я объясню один раз и надеюсь, больше не буду повторять. Оʼкей, я понял, он нравится тебе, ты нравишься ему, и при удачном стечении обстоятельств круг бы замкнулся на мне. НО КАКОГО ХРЕНА делать это ТАК? Я не против подчинения в разумных пределах, но, блять, доводить, а потом хлестать по щекам ─ это уже перебор. Твой дом цел до сих пор, потому что я не один год учился держать себя в руках. — Клинт, ты любишь играть только в мои игры? — шёпотом спросил Тони. — Да. — Клинт, посмотри ещё раз и скажи, что чувствуешь, а потом мы поговорим. Пятница, включи с того момента, где я приказал тебе остановиться, — Тони прищурился и погладил любимого по спине. — Просто посмотри. Бартон посмотрел, но ничего нового он там не увидел. — Тони, может отложим сеанс психоанализа на другое время? Я чувствую злость и обиду. Перед этим было возбуждение. Ты это хотел услышать? — Нет, я хотел узнать, чтобы ты почувствовал бы, будь я на твоём месте. — Нет, — резко ответил Клинт. — Детка, я тебя понял, больше этой темы мы касаться не будем, если ты сам не захочешь поговорить. А доктор, я что-нибудь решу, мне не хочется жить в напряжении, вы так хорошо общались. Я, наверно, всё запарываю, моральный урод, — Тони нахмурился и легонько дрогнул. — Я просто… — Клинт слегка растерялся, и сердце его защемило от нежности. — Не так. Не сейчас. Он обнял Старка, прижимаясь к нему всем телом, ища поддержки и прикосновений. — Я люблю тебя и боюсь, и… и всё это немного вышло за грань. Мне симпатичен Беннер, но сейчас я злюсь. Я не тот человек, которого можно легко прогнуть, он должен был это понять. Ладно, забудь. Пусть будет, как будет. Я хочу обнять тебя и спать. — Я хочу, чтобы ты понял. С тобой это интригующе и возбуждающе, а без тебя это измена. Поэтому я даже думать не стану на эту тему, — Тони поцеловал лучника в нос, коснулся губ в лёгкой ласке и устроился у него на плече, обнял за талию и прошептал: — Первая ночка дома, в твоих объятиях. Это невозможно приятно. — Это то, чего я желал больше всего, там, в Африке. Чтобы мы оказались здесь. Вместе, — Клинт ласково погладил Старка по голове. — Приятных снов, родной. — Я люблю тебя и хочу таких ночек много-много, — Тони потёрся носом о скулу Бартона и закрыл глаза.