Глава 90
2 ноября 2016 г., 17:20
Поттер горестно вздохнул и толкнул ворота, проходя во двор дома, который, по словам Госпожи, должен надолго стать его жилищем. Два этажа из тесаного камня, дверь и оконные рамы выкрашены красновато-коричневой краской, стены увиты диким виноградом, не слишком большой, но и маленьким его не назовешь – явно комнаты четыре на этаже, не меньше. Втроем здесь было бы в самый раз жить. Мысль заставила Гарри тоскливо прикусить губу. Стоило ему оказаться в одиночестве, как ужас случившегося навалился на него всей своей тяжестью. Ведь Северус, оставшийся в Отделе тайн, не подозревал, что с ним все в относительном порядке, да и Сириус, наверное, проклинал свое невезение.
– Хоть бы глупостей не натворили, – прошептал Гарри себе под нос и взошел по ступеням к двери. Дернул за ручку – не заперто. – Я так обрадовался, когда увидел Северуса. Скорее всего, это Дамблдор его привел. Интересно, откуда они узнали об Упивающихся? Да уж… Придется мне подождать, чтобы получить ответ на этот вопрос, – Гарри продолжал тихонько говорить вслух – так ему было не столь жутко от осознания, что придется жить абсолютно одному очень долго. – Если бы не Сев – Сириус несомненно погиб бы, – он снова вздохнул, тем временем обходя первую комнату, куда попал – что-то вроде гостиной с обеденным столом, вокруг которого занимали свои места четыре мягких стула, с тахтой у окна, с камином и небольшим шкафом с книгами – судя по виду, маггловскими. – Вот я теперь точно пойму, как чувствовал себя Том, когда скрывался в своем поместье… Хотя нет – у него были Виола и Барри, а еще он мог под чарами смотаться в маггловский мир. Мне такой роскоши не дождаться, – на глаза навернулись слезы, и Гарри быстро-быстро задышал, стараясь вернуть себе самообладание. – Совсем как маленький, – разозлился он на себя. – Надо быть благодарным Госпоже, что не дала отправиться за грань. Как-нибудь проживу. Вот Северусу там сейчас действительно – хоть в петлю лезь. Он же уверен, что, спасая Сириуса, погубил меня. Но… – Гарри замер на месте, бездумно глядя в окно. Пришедшая в голову мысль заставила поднапрячь математические способности. – Мерлин! Как утверждает Госпожа – а не верить ей нет причины – то… Пока тут пройдет целый год, там – всего шесть минут, если я правильно сосчитал. Но в самом-то деле – не заставят же меня столько здесь оставаться в одиночестве? Так что Северусу и Сириусу нужно только еще немного продержаться в схватке с Упивающимися, а там меня уже и выведут к ним назад.
Гарри слегка повеселел, сообразив, что дорогие ему люди не будут долго страдать из-за мысли, что потеряли его навсегда. Он заглянул в кухню, затем в крохотную подсобку с бытовым скарбом, отыскал туалетную комнату с деревянной лоханью вместо привычной ванны, спустился по ступеням в подвал и не удивился, обнаружив там хорошо укомплектованную алхимическую лабораторию – Госпожа предупреждала о ней. Потом он поднялся на второй этаж. Там тоже не было никаких сюрпризов – три спальни и довольно большая библиотека. Поттер решил, что выберет комнату с видом на озеро – судя по тому, что он успел отметить по пути к дому, именно в той стороне будет всходить солнце по утрам. Кроме кровати в комнате имелись пара кресел, небольшой стол, шкаф с одеждой – фасоны камзолов несколько устарели, но выглядели недурно, даже можно было сказать – изысканно. Так что переодеться найдется во что. После Гарри поспешил проверить тщательнее кухню – несмотря на то, что в Министерство он отправился, считай, ночью, здесь на дворе стоял день, поэтому вполне допустимо было устроить себе обед. Если что-то найдется съедобное, конечно.
Отыскать шкаф с охлаждающими чарами оказалось несложно.
– Спасибо вам, Госпожа, за доброту и заботу, – искренне поблагодарил Гарри, будучи уверенным, что та его услышит. Весьма вместительная корзина со свежими продуктами пришлась как нельзя кстати. Хлеб, сыр, окорок и копченая рыба – этого было достаточно, чтобы не пропасть с голоду в первые дни, пока Гарри не научится добывать все необходимое самостоятельно.
Малость подкрепившись, Поттер отправился дальше изучать мир, в котором ему предстояло жить некоторое время. Где-то между посещением курятника и разглядыванием изрядно заросшей сорняками грядки с пряными травами Гарри вдруг настигла мысль: «А почему я решил, что меня отсюда выведут через Арку Смерти? Госпожа ведь сказала, что есть и другие способы проникать в этот закрытый для всех мирок». Однако повертев этот вопрос и так и эдак, он понял, что все равно не в силах узнать что-то раньше времени, а следовательно, пока и не нужно об этом задумываться.
У него на повестке дня стояло обучение приемам ведения хозяйства. Если с приготовлением еды он кое-как сумел бы справиться, еще в детстве обученный не в меру строгой тетушкой, то вот с живностью весь его опыт ограничивался разбрасыванием по двору зерна на корм курам – миссис Уизли как-то однажды доверила им с Роном это ответственное дело. Так что путь Гарри лежал в библиотеку – он рассчитывал, что там найдется хотя бы одна книжка, где будет описано, как подоить овцу и сделать из молока сыр. А еще нужно было порыться в шкафах и попытаться отыскать семена овощей. Поттер надеялся, что лето здесь только началось, как и в его мире, и он успеет до холодов вырастить себе что-нибудь для того, чтобы разнообразить пропитание. На одних яйцах и молоке с голоду не умрешь, конечно, но репка или морковка никогда не будут лишними к столу. В амбаре нашлись зерно и ручная мельница – так что какие-нибудь лепешки тоже можно себе испечь. Возня в огороде обещала забрать уйму времени, заставляя дни бежать быстрее, заодно решится и вопрос с физической нагрузкой – так считал Гарри. Хотя у него отыщется много возможностей применить свои силы, по крайней мере, пока не наловчится в колдовстве без палочки. Все, что он умел – это взмахом руки завязать шнурки на ботинках и почистить одежду от пыли, призвать чашку с соседнего стола да зажечь на ладони маленький огонек вместо свечи, чтобы не споткнуться ночью на лестнице. Но этого было катастрофически мало для человека, привыкшего выполнять с помощью магии сотни мелких и не очень дел. Ту же воду придется таскать вручную, а еще – уборка, стирка, приготовление еды, уход за животными. Про охоту, о которой говорила Госпожа, пока и речи не было.
Полезные книги обнаружились среди маггловских – прямо в гостиной. Здесь были рецепты приготовления блюд, руководства по животноводству и даже справочник винодела. Гарри сделал себе еще пару бутербродов и отправился в свою комнату. Первый день на затерянном острове жизни посреди Серых Пустошей закончился для Поттера планированием дел на неделю вперед. Теперь дни будут нанизываться на спицу вечности один за другим, пока не придет проводник. Гарри не имел представления, кто это будет, но уже сейчас с нетерпением ожидал его появления.
***
Том весь вечер не находил себе места – смутная тревога никак не оформлялась в конкретные образы, что позволило бы начать действовать, но и не давала расслабиться. Его дар охватывать разом и прошлое, и будущее твердил о неожиданном повороте, который станет ключевым для его судьбы и для участи всего магического мира. Они подходили к тому перепутью, когда Судьба практически отдает право выбора смертному. Откуда Том это знал? Возможно, сны принесли ему необходимое умение читать знаки Фатума, но не исключено, что это с ним было всегда, с самого рождения, и накопленный житейский опыт теперь позволял все четче разбираться в переплетении нитей времени: прошлого, будущего и настоящего. Том не являлся провидцем, он лишь чувствовал колебания ткани жизни и мог с уверенностью сказать, когда в окружающем его мире все шло так, как надо, а когда назревало что-нибудь необычное, чуждое гармоничному развитию. Нет, это не обязательно было что-то плохое и опасное, но оно нарушало равновесие, позволявшее существование самой жизни, изменяло баланс сил, заставляя их мир застывать на грани скольжения в бездну. Том иногда сравнивал себя с пауком, который ощущал, как пылинки ударяются в сеть раскинутой им паутины, как ветер рвет ее парус, как муха, запутавшись в ее нитях, обещает ему сытный ужин. Только в случае Тома сеть не была его творением. Он являлся исключительно наблюдателем, этакой сигнальной лампочкой, предупреждавшей о нештатной ситуации. Вот и в этот вечер будущее посылало ему свои знаки, а у него совсем не получалось их расшифровать. Вроде и угрозы никакой не предвиделось, но было что-то тревожное, сжимавшее сердце холодной рукой в этом предчувствии. Конечно же, первой на ум приходила авантюра Грюма с посещением Поттером Отдела тайн. Но что там могло произойти неординарного? Мало того, что Министерство защищено чарами, так еще и Люциус должен присмотреть за их вояжем. Разве что Блэк себя как-то выдаст. Однако сейчас дела обстояли так, что оправдать его можно было довольно просто – достаточно Тому поговорить с Фаджем, и Сириус окажется на свободе. С его реабилитацией не спешили лишь потому, что ожидали вердиктов по делам бывших так называемых Упивающихся Смертью. Да и следовало повременить, пока выборы министра останутся позади. Фадж все еще побаивался – не сбросят ли ортодоксы его с политических весов и не заменят ли своей фигурой в Министерстве. Поэтому и не рисковал принимать кардинальных решений, грозивших потерей доверия электората. Чем ближе к полуночи, тем сильнее дрожала ткань бытия, подавая Тому сигналы то ли тревоги, то ли торжества. Его одолевали самые разные эмоции: от удовлетворения до крайнего расстройства, от тихой радости до холодящего ужаса. Этот калейдоскоп немного нервировал и заставлял быть начеку, Тому уже было знакомо подобное состояние. Скоро… Скоро все прояснится… Поэтому, наверное, появление прелестной незнакомки словно ниоткуда в его личном кабинете, где Том дожидался развязки своих смутных ощущений, не произвело на него шокирующего впечатления. Она казалась ему сотканной из магических нитей, ее облик слегка мерцал, очертания чуть плыли в реальности, будто образ был готов в любой миг измениться. Том не ощущал угрозы. Он предупредительно поднялся из-за стола и поклонился неземной пери, узнав в ней ту, которую уже видел когда-то над родовым камнем Певереллов. – Том, ты уже в курсе, что, возможно, понадобится твоя помощь, – утверждение, а не вопрос, прозвучало в приятном тоне нежданной гостьи. – Я лишь предчувствовал, что что-то должно произойти, но о том, что потребуется мое вмешательство… Нет, об этом я не знал, – честно ответил Том, жестом предлагая незнакомке присесть – ее тело явно приобрело материальность, лишившись неустойчивости линий и слабого дрожания. – Мне, как я вижу, нет необходимости представляться. Как мне обращаться к вам, несравненная? – галантность и правила этикета никто не отменял. – Смерть? – во взгляде женщины проскочили озорные искры, она любила удивлять откровенностью. – Или тебе по нраву – Великая Магия? – Госпожа, – Том еще раз склонился в почтительном поклоне. – Ваш визит – большая честь для меня. – Самое поразительное – ты не врешь! – восхитилась Госпожа. – Мы сработаемся, – она кивнула своим мыслям и указала Тому на соседнее кресло. Ей надоело смотреть на него снизу вверх. – Теперь слушай меня внимательно, время не ждет. Твой мальчик попал в серьезную переделку. А твой партнер винит в этом себя. У тебя есть шанс все исправить. – Я готов, – Том понял, что речь идет о Гарри. Видимо, все же в Министерстве оказалось не так и безопасно. И он знал, насколько Северус умел заниматься самоедством. Так что Госпожа была права – нужно поторопиться. – Что случилось и что я могу сделать? – Гарри упал в Арку Смерти, – Госпожа стала серьезной. Она наблюдала, какой болью ее весть отозвалась в душе Тома, но не имела возможности смягчить своих слов – истина оставалась именно таковой. – Северус и в самом деле косвенно виновен в этом, так как его действия привели к тому, что это произошло, – Госпожа на пару секунд замолчала, давая Тому осознать сказанное, а потом, будто себе самой, чуть мстительно буркнула: – Будет ему наука на будущее. – Как мне вернуть Гарри? Вы мне поможете? – бескрайняя надежда и твердая решимость не отступаться во взгляде Тома подкупали холодное сердце вечного существа – Госпожи. Душа Тома разрывалась от боли – а ведь он только услышал о случившемся. Он с трудом представлял, что творится с Северусом, который считал себя причиной гибели Гарри. – Я готов служить вам, Госпожа, но… – Ты будешь мне служить, несомненно, – кивнула та по-деловому, принимая своеобразный обет от Тома Риддла – уже двое дали свое согласие, даже не догадываясь, какую участь она для них приготовила. – Я отвела Гарри на остров жизни, где он дожидается твоего прихода. – За гранью? – Том, как и остальные маги, не очень разбирался в том, что же такое Арка Смерти, хотя и слышал о ней – ведь это был самый известный древний артефакт, хранимый Отделом тайн. – Нет. На грани. Сейчас некогда объяснять – спросишь потом у Гарри. Он расскажет. У тебя есть мой камень, – она указала на руку, где по ее воле стал видимым перстень с Воскрешающим камнем. – Ты, и только ты, как хозяин этого моего дара, способен безопасно пройти Серые Пустоши – это туман из времени и неприкаянных душ на грани между мирами. И ты имеешь право провести через него своих партнеров. Гарри уже соединен с тобой узами, – Госпожа чуть улыбнулась, несмотря на абсолютную серьезность разговора. Ведь это она привязала Поттера еще годовалым ребенком к Тому, желая поглядеть, что из этого выйдет. А получалось исключительно удачно, судя по всему. Даже сама Судьба не могла предвидеть всего – смертные имели право выбора множество раз за свою жизнь, так что итог всегда оставался неопределимым до конца в той или иной реальности. – Но вы это и без меня уже выяснили. Повернешь перстень камнем внутрь и ненадолго зажмешь его в ладони как раз перед тем, как переступить границу Арки Смерти. Не забудь об этом! Иначе и ты останешься там. Помни – ты единственный, кто сумеет вывести Поттера назад. Возможно, тебе не слишком понравится то, что ты увидишь за Аркой, но путь отыщешь. Когда вернетесь в этот мир – повернешь камень обратно. Сам потом догадаешься – для чего, – госпожа несколько недобро усмехнулась. – Думаю, я смогу попасть в Министерство еще до утра, – словно размышляя над словами Госпожи, вслух произнес Том. – Нет! Это будет поздно – Гарри состарится, дожидаясь тебя. Каждую секунду, что ты проводишь здесь – он проживает там целый день. – Так надо спешить! – Том подхватился с места – он был в растерянности – нельзя развернуться и убежать, когда к тебе пришла сама Жизнь и Смерть, но и стоять на месте не было никаких сил. – Конечно, – согласилась Госпожа, поднимаясь на ноги. – У тебя есть амулет моих Хранителей – Зеркало. Оно связано с фениксом. Позови его через этот артефакт, и птица вмиг доставит тебя к моей Арке. Но будь готов – там находится твой… оппонент, – определение прозвучало чрезвычайно язвительно, – Дамблдор. О нем мы поговорим в другой раз. И вообще – там много кто собрался. Поспеши. Гарри и так уже заждался. Том, прислушиваясь к указаниям, активировал Зеркало и позвал: – Фоукс! Ты мне нужен! Комнату озарила вспышка золотого света, и феникс опустился на плечо Тома, радостно выкрикивая приветствия Госпоже. Не пришлось ничего объяснять, уже спустя секунду Том почувствовал, что его несет сквозь пространство. Ощущение отличалось от аппарации и перемещения портключом – это был полет на гребне времени. Вокруг простиралась глубокая чернота, расчерченная густыми вспышками, похожими на молнии – эпохи, ушедшие в прошлое, их век был короток на фоне вечности. А кое-где светились нежной зеленью маленькие сферы, словно воздушные пузыри, застрявшие в сладкой глубине меда – пока еще нереализованные спирали будущего. Все это Том узнает позже, когда начнется его настоящее служение Госпоже. Сейчас же он только жадно рассматривал все, что вставало перед его взором, будто ненадолго забыв – куда он торопился и что его ожидало впереди.***
Гарри разогнул ноющую спину, поднимаясь с грядки, где на днях взошла морковь – прополка лишних всходов виделась ему делом ответственным и требовавшим изрядного терпения. Он оглянулся – ему почудилось, что до слуха донесся посторонний звук. Так и есть – у него гостья. – Мир вам, Госпожа, – он поспешил навстречу вышедшей из-за угла сарая женщине, искренне радуясь ее приходу. – Давно вы не заглядывали. Пройдемте в дом? У меня есть чудесный овечий сыр, свежий хлеб и отличный чай с малиновым вареньем. За год Гарри уже основательно обжился на новом месте – здесь было все необходимое для безбедного выживания, не хватало лишь компании. Он дико скучал по друзьям, но особенно трудно приходилось без Тома и Северуса. Несколько успокаивала мысль, что там – в их мире – прошли считанные минуты, и близкие еще не успели так истосковаться по нему самому. – Ты превосходный хозяин. Может, останешься здесь навсегда? – в тоне Госпожи проскользнули насмешка и дружеское подтрунивание. – Издеваетесь? – Гарри уже немного привык к общению с Матерью всего сущего, поэтому мог позволить себе некоторую вольность. – Я не хочу состариться в одиночестве. – А ты здесь не состаришься – как только достигнешь пика своего физического развития, так после этого годы не будут иметь над тобой власти. – И я умру молодым в полном одиночестве? Тоже не подходит, – Гарри покачал головой, пропуская гостью впереди себя в дом. – И как долго мне еще здесь куковать? – Долго. Наберись терпения. Я как раз сейчас инструктирую твоего проводника, – Госпожа окинула требовательным взором гостиную – везде был идеальный порядок – и она удовлетворенно покивала головой. – Сейчас? Но ведь вы здесь, – Гарри споро накрывал на стол, помогая себе чарами – за прошедшие месяцы он хорошо наловчился колдовать в быту, даже не вспоминая, что делает это без волшебной палочки. – Пора тебе уяснить, что я вездесуща. Хотя это и не значит, что я кругом сую свой нос. Мне не интересны мелочные проблемы живых. Но вот вы трое – другое дело. Мне требуется ваша помощь, поэтому я по-своему забочусь о вас. Вижу, ты освоился с магией. Молодец. Следовательно, можно приступать к твоему обучению, – Госпожа уставилась на Поттера расчетливым взглядом. – Обучению? Вы сами будете меня учить? Чему? – Гарри растерялся, раньше ему ни о чем таком даже не намекали. Нет, конечно, говорили, что нужно будет освоиться со своими умениями, но о том, что сама Госпожа станет его чему-то учить – об этом речи не заходило. – Скрывать свою способность создавать суть волшебства. Твоя мощь со временем еще больше возрастет, и само твое существование будет рождать чистую магию. Гарри, ты – Источник. Самый сильный из когда-либо живших. Я горжусь своим творением, – Госпожа восхищенно смотрела на Поттера, до которого начало доходить, о чем ему сообщили – он будет постоянно фонтанировать «радугами». Это обещало стать уже не таким интересным, как наблюдать подобное при поцелуях с Северусом и Томом. – И я же должна побеспокоиться, чтобы век моего творения был долог. Твой век, Гарри. Ты же не хочешь, чтобы за тобой принялись охотиться все амбициозные маги мира? Да к тому же тебе просто необходимо научиться управлять этими своими возможностями – иначе сам выгоришь и партнеров сожжешь, – Госпожа многозначительно ухмыльнулась. – Вы намекаете, что... – Гарри залился краской – все же с женщинами, пусть и столь умудренными опытом существования, он еще не разговаривал об интимных отношениях. – Я не намекаю, а утверждаю, что вы, молодой человек, можете навредить себе и своим партнерам, если займетесь сексом, не умея справляться со своим даром, – Госпожа намеренно выбрала назидательный и строгий тон, чтобы меньше смущать Гарри, хотя его покрасневшие от неловкости щеки ее очаровывали. – Значит, мы правильно делали, что не спешили… – прошептал Гарри, ужасаясь, что мог стать причиной беды для Северуса и Тома. – Вы очень разумные волшебники, и мне с вами в этом плане исключительно повезло – не понадобилось вмешиваться на каждом шагу. Вот разве что теперь. – Погодите, так это, – Гарри обвел пальцем вокруг себя, говоря о реальности, в которой находился, – ваша задумка? Вы специально меня сюда закинули? – Пфф… И без меня нашлись умники. Да-да – я твоего Северуса имею в виду. Нет, я не планировала твоего путешествия на этот остров жизни посреди смерти. С твоим обучением вполне справились бы и мои Хранители Даров, когда пришло бы время. Но раз уж ты здесь – я с удовольствием займусь этим сама. Это развлечет меня, – Госпожа заулыбалась, становясь похожей на обычную земную женщину. Однако, присмотревшись, было легко догадаться, что это не так – вечность постоянно глядела ее глазами. – Сначала ты ознакомишься с этими трудами, – в ее руках появились два толстых фолианта в потертых кожаных переплетах, от которых так и фонило магией. – Можешь брать в руки без опаски – я уничтожила все вредоносные чары, которыми их наградили волшебники, – Госпожа передала книги Гарри. – Это самые лучшие описания того, чему тебе предстоит научиться. – Мерлин? – Гарри пораженно прочел имя автора. – А что ты удивляешься? Он тоже был Источником. Между прочим, весьма неплохим для своего времени. Ты же понимаешь, что в ту пору многие люди даже не осознавали своих способностей и не пользовались их преимуществами, поэтому насыщенность магического поля не требовалось такая, как сейчас. – То есть магов становится больше? – Можно и так сказать, но точнее будет отметить, что волшебники интенсивнее пользуются своей силой. Хотя… все же, пожалуй, вас больше. Ведь и все население вашего мира увеличилось. Ладно, – Госпожа отмахнулась от вопроса, не особенно ее интересовавшего. – Равновесие само подсказывает, когда нужно вливание чистой энергии. И тогда рождается Источник. Вот так тебе будет понятнее. И раз ты такой сильный, значит, и потребность в магии в вашем мире возросла. Изучишь рекомендации Мерлина, попробуешь его методику – она должна тебе подойти. Приду в следующий раз и проверю, так что не отлынивай от учебы, – Госпожа шутливо погрозила пальцем. – А теперь задавай свои два вопроса, – из-за того, что Поттер был прямо-таки бесконечно любопытен, они ранее договорились, что при каждой встрече они станут обсуждать лишь две интересующие его темы, чтобы не уставать от беседы. – Грюм. Его забросило в Арку передо мной. Он умер? – Прежде чем я отвечу, мне любопытно – почему тебе это интересно? Ты хотел бы, чтобы он выжил? Тебе он дорог? – Госпожа знала о непростых отношениях между Гарри и Грюмом – если она желала, то от нее не имелось тайн у мироздания. Но ей было любопытно, как сам Поттер оценивает свое участие в судьбе убийцы его матери. – Нет, он мне не дорог. Но мне необходимо знать – Сириус избавился от уз с ним? Это ведь они меня сюда втянули? Да? – раньше Гарри не поднимал этот вопрос, хотя Госпожа уже трижды навещала его. Ему поначалу было слишком сложно смириться, что придется жить в одиночестве, поэтому, как ни странно, Поттер тогда старался поменьше думать о том, что осталось по другую сторону Арки Смерти. – Да, Грюм умер. Не сразу, потому что некоторое время находился на грани, как и ты, но все же умер. Он же не Избранный, чтобы к нему на помощь спешила сама Смерть, – съехидничала Госпожа. – Так что твой крестный свободен и может начинать поиски невесты… или партнера. И ты прав – это оборванные магические узы захлестнули тебя и втянули в Арку. – Но как? Я же пробовал – они были как дым, к ним невозможно прикоснуться, они нереальны. А потом, – Гарри показал себе на грудь, – я чувствовал, как они меня стянули. – Ты ничего не мог сделать с брачной магической связью. Она подвластна только мне. – Но Северус разрушил ее! – Гарри казалось, что он запутался в объяснениях. – Когда один из супругов, связанных столь сильными чарами брака, какие были у твоего крестного, не просто умирает, а попадает на грань, он способен утащить следом за собой и второго. Таких случаев очень мало, но Блэку не повезло, что Грюма не убили, а отправили в Арку Смерти, – терпеливо разъясняла Госпожа, развлекаясь в обществе Источника и своего будущего помощника. – А если бы Сириус не пришел в Министерство? Тогда как? – Без разницы… Вы всего лишь не разобрались бы, куда тянется связь, и поняли все, когда было бы поздно. Так, как это случилось с тобой. Ты был не готов сопротивляться, не ожидал такого поворота событий, поэтому тебя легко утащило на грань – в Пустоши, – было заметно, что Госпожа получает удовольствие от того, что имеет возможность делиться своими знаниями. – Но Северусу ведь как-то же удалось разорвать брачные узы. И почему они выбрали меня, а не вернулись за Сириусом? – вопросы сыпались один за другим, как из рога изобилия. – Твой Северус не разрушил брачную связь – он своей волей решил оставить Блэку жизнь. Если бы кто-то другой попробовал провернуть совершенное им, то ничего не вышло бы. Ты и сам удостоверился, что не способен оказать влияние на жгут клятв и обетов. Исключительно мистер Снейп может сделать подобное – это его дар, который он только-только начинает осваивать, учась на своих же ошибках, – чуть мстительно уточнила Госпожа. – Узы ведь не исчезли, они элементарно стали искать новую жертву – а ты магически связан с крестным и находился ближе всех остальных Блэков, смерть одного из которых могла стать платой за жизнь Сириуса в таком случае. Так что выбор был очевиден. – И мне повезло, что я Источник и вхожу в круг ваших интересов, Госпожа, – понимающе заметил Гарри. – Так же, как Северус и Том, – уточнила Великая Магия, поднимаясь со стула – она так и не испробовала угощений Гарри, хотя он каждый раз как щедрый хозяин приглашал ее к столу. – Учись, – она кивнула на принесенные ею фолианты. – Это будет нелегко, но ты справишься. До встречи. – До встречи, – с печалью в голосе ответил ей Поттер, догадываясь, что придется два-три месяца опять провести в полном одиночестве. Не считать же кур и овец собеседниками, хотя порой он разговаривал не только с Нагом, но и с ними: на безрыбье и рак рыба.***
Северус, уставившись на Арку Смерти, отстраненно прислушивался к тому, как за его спиной Блэк собачился с Люпином и Дамблдором, выясняя – было нападение на Грюма случайностью или продуманным ходом. Никакое торжество истины и наказание виновных уже не могли вернуть Гарри, и эта мысль выедала внутренности, отравляла кровь и разрушала душу. Хотелось без затей заавадить всех этих любителей игр судьбами людей – Дамблдоров и их послушных шавок Люпинов – к Мерлиновой бабке-ведьме, чтобы не орали и не мешали медленно умирать от невозможности что-либо изменить. Вдруг яркая вспышка ослепила, заставив на миг зажмуриться. Только Северус открыл глаза, как пришлось инстинктивно опять их прикрыть – феникс, вынырнувший из сияния, несся прямо на него: то ли специально, то ли просто не вписываясь в свободное пространство для маневра. В итоге он все же мягко чиркнул Северуса крылом по голове, будто погладил или приласкал, перед тем как взмыть под потолок высокого зала и исчезнуть. Возле Арки Смерти стоял Том. Он подбадривающе улыбнулся Северусу, окинул быстрым взглядом остальных волшебников, неподвижно застывших от неожиданности, дотронулся до перстня на руке и шагнул в Арку. Снейп не представлял, что теперь и думать, хотя надежда начала оживать в его сердце. Ведь Том никогда не славился опрометчивыми поступками. Следовательно, он каким-то образом узнал о случившемся и нашел способ вернуть Гарри. Лишь так можно было расшифровать его улыбку и легкое подмигивание. Дамблдор ожидал от себя другой реакции, когда снова встретится с Томом Риддлом. Ненависть, торжество, радость, мстительность – что угодно, но никак не удивление и страх. Он не верил собственным глазам – вот только что здесь стоял тот, кого он пятнадцать долгих лет безуспешно выкуривал и провоцировал выйти в свет. И что теперь? Альбус растерялся. Он видел, как Том нахально подмигнул ему, а затем дотронулся до перстня – того самого, с Воскрешающим камнем – и преспокойно шагнул за Вуаль, словно отправился в смежную комнату. Это было непостижимо, невероятно и одновременно пугающе до дрожи. Немыслимо даже предположить, на что способен колдун, который так запросто ходит за грань. А что если это все лишь привиделось? Эта мысль разъяренной пчелой пронеслась по сознанию, и Альбус заозирался. Нет – остальные тоже что-то заметили, иначе не застыли бы с такими ошарашенными лицами. К тому же большинство присутствовавших должно было узнать Риддла. Барти не мог прийти в себя: он только что лицезрел своего наставника – Волдеморта. Рядом. Казалось, руку протяни и можно дотронуться до него, совершенно не изменившегося за эти годы. Тот был абсолютно живым. Хотя… Так преспокойно войти в Арку Смерти живой вряд ли отважился бы. Зачем тогда он возвратился в этот мир? Чтобы напомнить о себе и заставить Барти задуматься, чье имя он присвоил? Возможно. Холодный пот потек у Крауча-младшего по спине от подобного предположения. Ему вдруг почудилось, что улыбка Волдеморта была многозначительной, намекавшей на что-то. А подмигивание, наверное, обещало, что он вернется и объяснит, в чем Барти ошибался, так же, как это бывало до того, как Поттер погубил его – великого Волдеморта. Погубил ли? «Вот сейчас с ним наставник и разберется! – мстительная мысль на пару секунд подняла настроение. – Наконец-то Волдеморт добрался до Поттера!» Однако в следующий миг подумалось, что тот сейчас вернется и разбираться будет уже с ним – с Барти. Встречаться с существом, способным приходить с того света в этот мир, не хотелось, даже если это и был бывший лидер и пример для подражания. И Барти запаниковал. Страх проник в сердце и заставил его покрыться ледяной коркой, он острой болью ввинчивался в сознание и тошнотворно выворачивал внутренности. Душа дрожала от одной мысли, что Волдеморт не поймет, не оценит, не простит. – Уходим! – заорал Барти и выскочил на возвышение возле Арки Смерти, снимая с себя дезиллюминационные чары, чтобы его соратникам был виден портключ в его руке. Он, конечно, мог уйти сам и пожертвовать прочими, но вид невредимого Волдеморта вызвал в нем странный подъем чувства ответственности за своих людей – видимо, подсознание заставляло доказать всем, что он достоин быть Предводителем и носить имя своего погибшего наставника. На этот раз Дамблдор, уже слегка придя в себя после встречи с Томом, не сплоховал и снова вернулся к своим показательным выступлениям, наколдовав что-то вроде рыбацкой сети, которую пытался набросить на Барти и предположительно его команду, предусмотрительно остававшуюся невидимой. Инициатива Альбуса помешала остальным атаковать Упивающихся Смертью. Во-первых, Северусу и Люпину, почему-то чуть ли не жавшемуся к его спине, пришлось срочно отскакивать, чтобы не попасть под сеть. А во-вторых, это колдовство, находясь в симбиозе с весьма сильным магическим щитом, не пропускало чужие чары. На то и был расчет Дамблдора, помогавшего компаньону уйти без помех. Когда через минуту Барти исчез, а сеть так и осталась без «улова», все подняли гвалт. Один из авроров, забыв о субординации, высказался о том, что только распоследний болван мог вот так дать уйти преступникам, наколдовав для них защиту, чтобы им было комфортнее сбегать. Все же в Аврорат дураков не брали и просчитывать ситуации их тоже учили. Дамблдор принялся воспитывать зарвавшегося служаку, напоминая, кто есть кто и какие у кого полномочия, а заодно угрожая расследованием – почему авроры не выполняли своих обязанностей по задержанию нарушителей вместо того, чтобы прислушиваться к разборкам администрации. Аврору пришлось замолчать – потерять работу ему не хотелось. А еще Альбус во всеуслышание, чтобы снять с себя подозрения, пояснил, что сеть была не щитом, а средством для поимки противника, и если бы не дерзость Упивающихся Смертью, ухитрившихся сбежать, то они были бы все пойманы с ее помощью. Затем он дал задание притихшим аврорам прочесать весь Отдел тайн на предмет спрятавшихся под чарами невидимости – ведь никто, кроме уродливого командира боевиков, так и не объявился перед тем, как тот задействовал портключ. Тикнесс, посчитав, что Дамблдор слишком раскомандовался, решил немного притормозить его вопросом: – А откуда у преступников портключ в самый охраняемый отдел Министерства? – Вы это у меня спрашиваете, заместитель министра? – расходившийся Дамблдор держался высокомерно и заносчиво. – А у кого же мне спрашивать? Это по вашей инициативе когда-то был изготовлен очень похожий портключ, и вот неожиданность – аккурат в эту комнату, – Тикнесс походил на ищейку, взявшую след. – Тот артефакт уничтожили! – Дамблдор только теперь вспомнил, что Тикнесс, являвшийся одним из заседателей Визенгамота, в свое время выступал против приговора Волдеморту и нарушения одного из правил Министерства – никогда не создавать портключей в его помещения. «Вот напасть! И нужно было именно ему сюда припереться!» – мысленно посетовал Альбус, стараясь сохранять уверенность. – И вы прекрасно об этом знаете! – Буквально три минуты назад я перестал быть в этом уверен, мистер Дамблдор. Аврор Шеклболт, не забудьте опросить свидетелей, – Тикнесс нарочито посмотрел по сторонам, – присутствовавших при инциденте. Мы должны точно установить обстоятельства гибели двух людей. Я тоже дам показания согласно правилам. Предупреждаю всех – сведения о случившемся подлежат сокрытию от прессы, – он снова пристально уставился на Дамблдора. – Особенно это касается вас, мистер Верховный чародей. – Вы не можете мне приказывать… – Могу! Сейчас, в отсутствие министра, распоряжаюсь я. Это не Визенгамот – идите туда и командуйте, – жестко припечатал Тикнесс, а затем ядовито добавил: – Хотя не думаю, что вы долго продержитесь на этой должности – я среди обвинений в вашу сторону слышал, что мистер Грюм всю эту аферу с ночным посещением Отдела тайн устроил не без вашего ведома. – Ничего подобного! – Но вы знали о том, что ваш студент отправился сюда, и не предприняли никаких мер, чтобы остановить его. А теперь он мертв! – Тикнесс не был близко знаком с Гарри, поэтому ему было проще говорить о нем абсолютно отвлеченно. – Но при чем здесь я?! Не смейте меня обвинять! Не я его отправил в Арку! – Дамблдор вдруг осознал, что он оправдывается – и ужаснулся, насколько его выбило из колеи появление Тома, о котором он продолжал думать, независимо от того, о чем шла речь в зале. – Надеюсь, вы проведете расследование по всем правилам и без голословных обвинений, – резко поменял он свой тон, вернувшись к командному. В комнате на несколько секунд залегла тишина. Реальность словно специально заткнула всем рты, чтобы подготовить их к очередной встряске – от порога раздался голос Фаджа: – Как много интересного можно увидеть и услышать, если не спешить давать о себе знать. Заверяю, уважаемый Альбус, расследование мы проведем согласно букве закона. Все обернулись в сторону входа – по лестнице медленно спускался Фадж, окруженный какой-то странной дымкой. – И как давно вы подслушиваете и подсматриваете, Корнелиус? – Дамблдор мысленно поминал Мерлина и всех его родственников, если таковые были. – Когда вы нужны – вас вечно нет на месте. – Я здесь достаточно давно, чтобы составить собственное мнение о данной чрезвычайной ситуации, – Фадж обменялся с Тикнессом многозначительными взглядами и, нарочито не скрываясь, полностью отключил действие артефакта защиты – дымка вокруг него пропала. – Это новая разработка невыразимцев – стационарный генератор щита Хамелеона, – небрежно пояснил он на заинтересованный взгляд Дамблдора. – Министр не имеет права рисковать, а это изобретение позволяет мне видеть все своими глазами, находясь в центре событий, – на секунду Фадж замолчал, а затем перешел к делу: – Итак, полагаю, пора начать разбирательство и для этого стоит перейти в более подходящее для этого помещение. Вы так не считаете, Альбус? – Согласен. Здесь ожидать пока, пожалуй, больше нечего, – Дамблдор с подозрением оглянулся на Арку Смерти. – Вообще-то не мешало бы оставить аврорский дежурный наряд. – Вы это предлагаете из-за того, что кто-то вошел за Завесу? – Фадж прекрасно рассмотрел, кто это был, и теперь терялся в догадках, почему Риддл был так спокоен и совсем не боялся? То, что он, видимо, разгадал тайну этого древнего артефакта, сомнению не подлежало. Ведь не самоубийца же он? Но Корнелиус был уверен, что сможет как-нибудь позже задать эти вопросы самому Тому, а заодно и поинтересоваться – живой ли он или и в самом деле побывал за гранью, из-за которой вернулся, как утверждал Дамблдор, правда, указывая совершенно на другого человека. Человека ли? Вид того урода, величавшего себя Волдемортом, Корнелиусу абсолютно не понравился. Но приходилось держать себя в руках и не сыпать вопросами раньше времени, доказывая, что он достоин занимать место министра, где нужен трезвый расчет и холодная голова. – Значит, ты… – договорить Дамблдор не успел. Все дружно ахнули, когда занавес на Арке Смерти взвился, словно оттуда – где бы это ни было – подул сильный ветер.
