Клетка для императрицы

День неспешно перетекал в вечер. Заметно холодало и без того не тёплой осенью. Люди с завидным постоянством корили природу. Не важно, какая погода: холодно – плохо, средняя погода – что-то не то, высокая температура - опять же не нравится. Никогда не понять человеческой, особенно русской души. Она многогранна и полна искренних чувств, но, к сожалению, уже не такая открытая, как это было пару столетий назад. Каждый сам за себя и это, возможно, поменяется со временем. А пока жизнь течёт так, как и положено. Деревья тяжело завывали, шелестя ссохшимися разноцветными листьями. Тротуары переливались серой небесной синевой, отражающейся в зеркале огромных луж. Петербуржская погода никогда не радовала горожан осенней порой. Каждый день рядил нескончаемый дождь, уровни в реках через несколько часов становились чуть больше, а к ночи Нева устало выплёскивала на берег лишнюю воду. Люди неохотно выползали в рабочее время на узкие улочки, не забывая прикрываться зонтиками, от расцветок которых рябило в глаза среди природной серости. Ника большими и пританцовывающими шагами бежала по мосту, после, не сбавляя темпа, перемахнула через толпу, спокойно шествующую по пешеходному переходу. Среди остальных жителей дождливой Северной Пальмиры девушка отличалась лишь тем, что в руках не блистало зонтика, а прижатые к груди учебники то и дело стремились покинуть руки и плюхнуться в глубокую лужу. Волосы давно растрепались и огромными сосульками спускались на промокшую от дождя одежду. Разум то и дело сбивался и экстренно придумывал пути обхода не только луж и людей, но и вычислял самое короткое направление до дома. Проскальзывая мимо прохожих, Ника уверенно шла вперёд, предвкушая скорейшее тепло квартиры и запах вкусных булочек. Нелегка жизнь студента, обучающегося на третьем курсе. Всё нужно успеть сделать, не прослушать, не забыть найти материал по теме лекции, сдать реферат – и всё в начале года. Передышки никто не давал, студентов заваливали умственной работой с постоянно увеличивающейся нагрузкой, что даже на простые телодвижение не хватало реакции и сил. Никто не жаловался, а лишь мысленно бубнил, что подобный расклад никому не доставлял должного комфорта. После жаркого и спокойного лета в рабочие будни никто не хотел вступать и это читалось на лице проходящих людей. «Ещё сто метров. Жалкие сто метров», - как мантру повторяла девушка, уже успев завидеть родной дом. Если бы Ника была чуть внимательней, то остановилась бы перед пешеходным переходом, но не успела. Разум был забит лишь мыслями о доме и учёбе, а вот о соблюдении дорожной безопасности девушка как-то забыла подумать. Зелёный резко сменился красным, машины стартанули со своих мест, набирая скорость. Ника надеялась проскочить, но не смогла. Водитель с силой нажал на тормоза, но машина не спешила останавливаться. Мощный удар. Молодое тело отлетает на другую часть тротуара и несколько раз по инерции прокатывается по асфальту, останавливаясь только ударившись о знак пешеходного перехода. Послышались отчётливые крики. Мужчина в панике открыл дверь машины и с ужасом взглянул на девушку. Она не двигалась, а из открытых ран сочилась кровь. В панике озираясь, мужчина обвёл глазами сначала стоящих на тротуаре горожан, а после сглотнул, переводя испуганные глаза на студентку. Через несколько минут загробной тишины люди очнулись и где-то в толпе едко запищал телефон. Кто-то вызывал скорую. Многие, когда зажегся безопасный зелёный, поспешно скрылись с места происшествия, а кто—то ещё оставался стоять, шокировано смотря на то, как на асфальте лежит сбитое и местами окровавленное тело. Сама девушка лежала на спине с поджатыми под тело руками, а ноги были согнуты, как у сломанной куклы, которую уже никогда не собрать. Издалека виднелись лишь неестественная поза девушки и расползающаяся лужа крови на тротуаре возле головы. Учебники же разлетелись при ударе по всей дороге. Порванные и окровавленные листы местами прилипли к влажному асфальту, а некоторые отправились в свободный полёт. - Скорее, давай сюда, - крикнул кто-то из толпы. Молодые люди растолкали заинтересованную и испуганную толпу и направились к пострадавшей. Один, что повыше, уселся рядом с девушкой и профессиональным взглядом окинул сначала внешне Нику, а после осторожно начал изучать состояние. - Дышит, Василий. Есть шанс. Ты держи того, а я постараюсь остановить кровотечение и правильно её уложить, пока скорая не приедет, - деловито заявил студент-практик, на что друг кивнул и направился к зачинщику аварии. Мужчина не сопротивлялся, стоял до приезда полиции и стеклянными глазами смотрел на девушку. Он не хотел убивать её, он никогда с этим не сталкивался и его реакция была понятна каждому. Но он виновен и с фактом не поспоришь. Остаётся только надеется, что сбитая девушка жива и её травмы не опасны для жизни.

***

Ника не спешила открывать глаза, то ли от страха, то ли от понимания неизбежной кончины. Тело не болело, но покрылось зудом, а виски сдавливала щемящая боль. Как довольно взрослый и вполне рациональный человек она понимала, что если что-то болит, то посттравматического шока нет, а обезболивающего тем более не вкололи. Когда слух и некоторое осознание пространства вернулось, девушка тихо и измученно простонала, изгибаясь в спине. Чуть позже, размяв мышцы, Ника прислушалась к окружающему пространству и когда отчётливо услышала шелест листвы и свист птиц, как ошпаренная распахнула глаза и мгновенно приняла сидячее положение. - Лес? Что за бред? – вырвалось из её уст. Непонимание быстро сменилось страхом. Она точно помнила, что шла домой. Дом её в центре Санкт-Петербурга, в дворах-колодцах, где в помине нет деревьев, а из птиц или гаркают вороны или воркуют голуби, а не вьют трели соловьи. Девушка помнила удар, сильный и неизбежный, как тело прожигает колкой судорогой, а после ощущение полёта и резкая, поглощающая сознание боль. Дальше приходит темнота и по логике девушка должна была либо попасть в больницу, либо в мир мёртвых. Но ни первое, а тем более второе не напоминало ей обитель духов. - Странно, - прошептала она себе под нос, вслушиваясь в свой голос и во второй раз убеждаясь, что жива и практически здорова. Немного успокоившись через некоторое время, Ника ещё раз окинула отстранённым взглядом окружающие деревья и улеглась обратно на мягкий полог душистой травы. Сначала она долго размышляла о том, куда же попала, а когда внимательнее взглянула на небо, начала глотать воздух и хлопать глазами. Небо не только идеально чистое и ярко-голубое, но и вполне необычное. Солнце было куда больше, но светило тускло, а рядом с ним плелось другое, поменьше, но явно жарче старшего собрата. Но и не только. Виднелись космические очертания, разноцветная тропа осколков, напоминающая млечный путь. - Другой мир? Смешно, - сначала спокойно сказала Ника, а после истерично добавила. - Чужой мир. Ха-ха. Быть этого не может! – словно опровергала теорию о том, что во вселенной существует другая жизнь, о которой девушке рассказал старый и верный друг. Истерически отсмеявшись, Ника нервно закашлялась, а после на лице появился страх, который тут же сменился ужасом. Слова вырвались сами собой: – Я пропала!