Дневники Мастодонтов

Он был уверен лишь в ощущении пальцев Скалли, которые связывали его с реальностью, пока хаос атаковал его разум. Детские воспоминания, словно искры, вспыхивали и исчезали перед его мысленным взором. Вот он сидел на корточках над игровой доской вместе с Сэм… Отпрянул от отцовской пощечины… Покраснел при прикосновении губ Кристи Маккарти к его губам. Ноздри наполнил аромат имбирных пряников его матери. Затем его вытеснил пугающий запах дыма. По щекам побежали горячие слезы. Тело холодил воздух Атлантики. Он чувствовал гнев, облегчение, раздражение, надежду… - Люблю тебя, Скалли, - произнес он, сильнее стискивая ее руку. Она в порядке? Он хотел спросить, что она видит и чувствует, но очередное воспоминание помешало ему. - Мам? В чем дело? - Как тебе не стыдно, Фокс. - Что? В чем я провинился? - Ты на весь день оставил сестру прятаться в гараже. Она ждала, что ты будешь ее искать. - Я пошел к Полу. - Ты пообещал поиграть с ней в прятки. Почему ты оставил ее и ушел? Я очень разочарована, Фокс. Смаргивая слезы, Малдер ощутил довольно слабое облегчение, когда внезапно обнаружил, что он больше не пристыженный мальчишка, скорчившийся под осуждающим взором матери, а взрослый мужчина, сидящий на диване в своей квартире. Он вертел на пальце обручальное кольцо. Горло свело от горя, в груди чувствовалась какая-то пустота, и он понял, что минутами ранее Диана ушла из его жизни навсегда. Он облажался и потерял ее. Мгновение спустя его квартира, как и его ожидания, рассыпалась в прах. Образы из папок с делами начали проноситься перед его мысленным взором, словно подхваченные ветром моментальные снимки. Первые были ему знакомы: женщина-дьявол, смертоносный суперкомпьютер, мстительный пироманьяк. Он ощущал холод Ледового Мыса и знойную жару Пуэрто-Рико. Он чувствовал острый вкус соуса барбекю и горечь желчи. Он вдыхал запахи огня, рвоты и цветения вишни… перемешанные с соблазнительным запахом Скалли. Он видел смех в ее глазах, видел, как они наполняются слезами и округляются от тревоги, отвращения и удовольствия. Он передавал ей фото с места преступления, пробирку с обезьяньей мочой, подарок на день рождения. Он обнимал ее, и, о боже, ее сердце неистово стучало у нее в груди, потому что она едва избежала смерти от рук некрофила. Последующие образы оказались ему незнакомы. В них он видел себя со Скалли, но не узнавал окружающую обстановку, а потому не понимал, что вообще происходит. Он подозревал, что это были фрагменты их будущего, того, что им еще предстояло пережить. И в основном они были невыносимо мрачными. Скалли истекала кровью на опутанном паутиной полу в готическом особняке, умирала рядом с конторкой в банке, лежала без сознания на коврике в его гостиной, а по ее белоснежной блузке растекалось кровавое пятно. Он видел ее покрытой синяками, ослепшей и… Беременной? Господи Боже, она была так прекрасна, вынашивая их ребенка. Он жаждал стереть беспокойство с ее лица поцелуем. Видение вновь изменилось, и вот уже она лежала под ним в незнакомой кровати, уже не будучи беременной. Они занимались любовью под слишком теплым одеялом, полностью укрывавшим их, за исключением голов. Она выглядела старше, с лицом, покрытым морщинками, но все равно до боли прекрасным. Он проводил пальцами сквозь ее волосы с вкраплениями седины, шелковистые пряди которых рассыпались по подушке. Они двигалась вместе с ним, смягчая его резкие толчки. Воздух в спальне был спертым, но ему было по-домашнему комфортно. И вот, когда до разрядки оставался всего лишь миг… - Пап, где ключи от ма… Малдер замер и перевел взгляд в сторону говорившего. Одетый в мятую футболку и линялые джинсы рыжий подросток с испуганным выражением на лице растерянно моргал, смотря на них с порога спальни. Щеки парнишки стремительно покраснели, и он закатил глаза. - Извините, - бросил он, схватив связку ключей с тумбочки, и развернулся к выходу. - В следующий раз попробуй постучать, сынок, - предупредил Малдер. - Куда ты собрался, Уильям? – спросила Скалли. Держа руку на дверной ручке и по-прежнему стоя к ним спиной, подросток бросил через плечо: - Мы с Эллой и Джинни съездим за бургерами. - Гамбургеры на завтрак? – потрясенно уточнила Скалли. - Уже двенадцатый час, мам. Мы давно позавтракали. Господи. Выходите хоть иногда на улицу. – С этими словами он быстро закрыл дверь, снова оставив их одних. - Дети. – Малдер покачал головой и улыбнулся. - Может, стоит потом поговорить с ним об увиденном. - Он знает, что мы занимались сексом, Скалли. Ему семнадцать. - И все же… - Думаешь, мы нанесли ему пожизненную психологическую травму? - Вероятно, нет, но я однажды наткнулась так на своих родителей. - Правда? – он рассмеялся при виде страдальческого выражения на ее лице. - Это было не смешно. Я была в ужасе. - Не похоже, что это тебе как-то повредило. - Нет. Сотня «Аве Мария» помогла мне пережить этот ужасающий опыт. – Обняв его руками за шею, она улыбнулась в ответ и поцеловала в нос, подбородок и затем в губы. – Все равно поговори с ним, пожалуйста, - пробормотала она. - Поговорю. Она провела ногтями по его спине, отчего его кожа покрылась мурашками. - На чем мы остановились? - Ты собиралась воззвать к Богу. - Вот как? - М-м. – Он провел губами по ее шее. – Я люблю тебя, Скалли... Он хотел в полной мере насладиться этим моментом, но тот слишком быстро растаял вслед за остальными. Его разум прояснился, и он обнаружил, что стоит в прохладной сумрачной тени массивного летательного аппарата, одетый в одну лишь набедренную повязку. Скалли была рядом с ним, держа его за руку. Трое офицеров военно-морского флота пялились на них с расстояния в несколько метров, пока метель из чего-то похожего на тополиный пух взмывала вверх. - Я люблю тебя, Скалли, - прошептал он, - я люблю тебя… *** Военно-воздушная база «Хилл» Ангар №19 14 мая 1998 года 15:12 Джейсон Николс вздохнул с облегчением, когда вихрь из событий прошлого и будущего наконец утих, и он снова почувствовал, что сидит в кресле пилота экспериментального летательного аппарата. Еще не открыв глаза, он понял, что попытка спасения удалась. Только безопасное возвращение агентов ФБР в настоящее могло привести к восстановлению линейности времени. - Вон они! – выдохнула Лиза из кресла второго пилота. Ее лицо было смертельно бледным и покрытым потом в результате пережитого искажения времени. Джейсон посмотрел сквозь ветровое стекло наружу. Разлом исчез. Свет в ангаре исходил лишь от обычных флуоресцентных ламп на потолке. В воздухе кружились обломки – призрачные фрагменты потерянного прошлого. Было что-то гипнотизирующее в том, как они на мгновение зависали в воздухе в восходящем потоке, а потом вновь медленно оседали на пол под действием гравитации. Агенты Малдер и Скалли, должно быть, материализовались, пока Джейсон был захвачен путаницей из своего прошлого и будущего. Однако он не сомневался, что пропустил их появление всего на пару секунд. Они потрясенно взирали на Бэка, Линдена и Кебэка, смотревших на них со схожим выражением на лицах. На Скалли была явно большая ей кожаная куртка и меховая юбка, на Малдере – всего лишь набедренная повязка. На лице темнела неопрятная борода, благодаря которой он выглядел свирепее, чем гладко выбритые офицеры военно-воздушной базы, и куда более примитивным, чем Джейсон его помнил. В правой руке он сжимал пистолет, который направлял на генерала. Рука сильно дрожала, но плечи были расправлены, и он твердо стоял на ногах. Джейсону вдруг захотелось, чтобы Малдер застрелил всех троих психов прямо на месте, хотя это ничем бы не помогло – снаружи их уже поджидали все сотрудники базы. И вот уже полдюжины вооруженных винтовками охранников вбежали внутрь, окружили агентов и выкрикнули: - Опустите оружие! Малдер с явной неохотой опустил и отложил в сторону пистолет, и Джейсон разочарованно зашипел. - Мы следующие, - сказал он Лизе. - Я боюсь, - пожаловалась она. Он взял ее за руку. - Я тоже. - Я не хочу, чтобы мне стерли память. – Он ощущал, как дрожат ее пальцы. – М-может, они оставят нас в покое. Мы можем пообещать никому об этом не рассказывать. - У них нет причин нам доверять. - Мы можем сказать, что обнаружили кое-что новое о Проекте, кое-что важное, что… Тут полковник Бэк указал на них пальцем, и четверо охранников отделились от остальных и побежали к летательному аппарату. - Ты сама это сказала, Лиза: мы им больше не нужны. Мы доказали, что путешествие во времени возможно, и теперь они могут использовать все наши наработки. - Удали их. - Нет времени. Раздался стук ботинок по металлу, и вот уже в дверь кабины ворвались двое охранников. - Следуйте за нами, - потребовал более низкорослый из двоих, своим М-16 не давая им возможности поспорить. Джейсон выключил бортовой компьютер и неохотно подчинился приказу. *** Военно-воздушная база «Хилл» Здание №30 14 мая 1998 года 15:14 В течение последних трех месяцев Скалли носила не намного больше, чем юбку из шкур и шелковый лифчик, и чувствовала себя вполне комфортно в этом скудном одеянии. Но при свете современных флуоресцентных ламп она оказалась в центре внимания дюжины откровенно пялящихся на нее сотрудников базы, и их нежеланные взгляды заставили ее краснеть от смущения. Она поплотнее запахнула куртку Малдера на груди, упорно смотря в пол. Их с Малдером эскортировали под дулами винтовок по длинному коридору ничем не примечательного одноэтажного здания, находившегося в пяти минутах езды на джипе от того ангара, в котором они очутились по возвращении. Плиточный пол холодил ее голые ноги, заставляя дрожать, пока они следовали мимо закрытых дверей без окошек. Стоял стойкий запах дезинфицирующего средства и аммиака, щекоча ее ноздри и напоминая о психиатрической палате в больнице «Калумет Мерси», где Малдера держали всего за несколько дней до их отъезда в Юту. Камеры видеонаблюдения, расположенные каждые десять метров на потолке, неотступно следили за каждым их шагом. - Как насчет того, чтобы на этот раз обойтись без промывки мозгов, капитан, и сразу перейти к прощальной вечеринке? – спросил Малдер. Молчаливый капитан с каменным лицом проигнорировал вопрос. - Я просто надеялся успеть на «Элли Макбил» [«Элли Макбил» (англ. Ally McBeal) — американский комедийно-драматический телесериал о буднях молодой девушки-адвоката], - добавил Малдер. Охранники вели их вперед, в унисон громыхая ботинками по полу. Малдер сбивался с общего шага, а его полуобнаженная фигура диссонировала с униформой окружающих его мужчин. Он шел так близко к Скалли, как позволяло оружие их стражей, и она была благодарна ему за очевидную попытку защитить ее. Три месяца назад подобные проявления заботы вызвали бы у нее лишь раздражение, но сейчас она продемонстрировала свою признательность, взяв его за руку у всех на виду. Благодаря своим видениям она без тени сомнения знала, что они с Малдером предназначены друг для друга. «Промывка мозгов», как он это назвал, лишь отсрочит их воссоединение, но не помешает ему. Она сожалела о драгоценном времени, которое будет потеряно, пока они вновь будут черепашьим шагом двигаться в сторону интимных отношений, но была уверена, что в конце концов им суждено быть вместе. Охранники остановились на пропускном пункте, и капитан открыл дверь ключ-картой. По другую ее сторону оказался точно такой же неброский коридор. Солдаты подтолкнули агентов вперед дулами своих винтовок. - Смотри, куда тыкаешь этой штукой, - прорычал Малдер перед тем, как подчиниться. Пару минут спустя группа снова остановилась, на этот раз перед дверью без окошка и номера. Капитан также отпер и распахнул ее. - Заходите, - велел он. Малдер помедлил, и Скалли посмотрела внутрь через его плечо. Открывшаяся ее взгляду комната была размером примерно в четыре квадратных метра и полностью лишена как мебели, так и окон. Стены были покрашены в белый цвет. Камера видеонаблюдения обозревала помещение из угла под потолком. Внутри на двери не было ручки. - Тут какая-то ошибка: мы бронировали номер для новобрачных. – За свою остроту Малдер получил тычок винтовкой под ребра и вынужден был переступить через порог комнаты. Скалли впихнули следом, после чего дверь за ними захлопнули и заперли. - Проклятье. – Уперев руки в бока, она покрутилась по сторонам, осматривая потолок и стены. Там не оказалось ни съемной решетки вентиляции, ни замка, который можно было бы вскрыть, ни какого-нибудь другого, за исключением двери, способа выбраться оттуда. Малдер потер ушибленный бок. - Добро пожаловать назад в будущее, Скалли. Она смотрела на камеру и думала про себя, транслирует ли она звук или только видео? Решив, что это неважно, она спросила: - Малдер, что ты помнишь о базе «Йеллоу»? - Базе «Йеллоу»? - В Элленс. Дело Будахаса. - Э-э… не много. В этом, похоже, и суть. - Как, думаешь, они это сделали? Заставили тебя забыть. - Лекарствами. - Без хирургического вмешательства? – Мысль о том, что кто-то будет копаться в ее мозгах, здорово нервировала ее. Она невольно вспомнила снимок МРТ Мари ЛеФанте, сделанного после того, как Джерри Шнауц произвел ей лоботомию. - Ты подобрала меня через несколько часов после того, как я туда попал. Не было времени на операцию. Верно? - Да, если использовать традиционные методы. У тебя не было никаких явных надрезов. Он запустил пальцы в волосы и провел ими по голове, словно проверяя наличие пропущенных прежде шрамов. - Что ты помнишь? - Помню, как меня бросили в отеле «Бич Гроув». – Она наградила его выразительным взглядом. - О… э-э… бросили? Это немного сильно сказано, не думаешь? - А как ты называешь то, что ты сбегаешь один, оставив меня позади? - М-м… независимым расследованием? - Ну… как бы то ни было… в любом случае, я тебя спасла. - И я это ценю, Скалли, правда. Обратив все свое внимание на стены, она обошла комнату по периметру в надежде обнаружить скрытые возможности для побега. - Ты отсутствовал всю ночь. Я забрала тебя чуть позже семи утра. Ты был дезориентирован, твоя речь – невнятна, зрачки – расширены. Спросил, как там оказался. - Я ничего этого не помню. - Ты странно пах. - Странно? Она провела рукой по трещине в штукатурке, но, к своему разочарованию, обнаружила, что это самая тривиальная трещина. - Какими-то химикатами, лекарствами. - Ты узнала их по запаху? - Нет. - Ну, вряд ли имеет значение то, как они стерли мои воспоминания. Конечный результат все равно такой же – я не помню ничего о базе «Йеллоу», о том, как туда попал, или что я там видел. Сплошное белое пятно. – Он подошел к ней сзади и положил руки ей на плечи, пресекая ее неугомонные попытки найти выход. – Это было не больно. Просто… приводило в замешательство. Она резко развернулась к нему лицом. - Я не верю этим людям, Малдер. Мы не знаем, кто они или какой тренинг прошли. Их мотивы сомнительны, а технологии экспериментальны. Я не хочу, чтобы какой-нибудь шарлатан проникал в мой мозг… или твой. Это до чертиков меня пугает. *** - Не делайте этого, - умолял Джейсон. – Пожалуйста. – Он переводил взгляд между Пирселлом и Стремером, но, похоже, ни тот, ни другой его не слушали. Пирселл вогнал иглу ему в вену, подключая его к капельнице. Стремер тем временем перебирал различные лекарства на ближайшем столе. Лиза лежала на соседней койке уже без сознания, присоединенная к мониторам. Ее кожа приобрела нездоровую бледность, и даже во сне она беспокойно хмурила лоб. Джейсон безуспешно пытался высвободиться из плена ремней, сковывающих его запястья и лодыжки. Холодная янтарная жидкость текла по его венам из капельницы, вызывая боль в руке. - Стойте, пожалуйста. Вы не понимаете, что вы делаете. В улыбке Пирселла не было и следа теплоты. - Постарайтесь успокоиться, мистер Николс. Все будет хорошо. - Нет, не будет. Если только вы не сделаете кое-что. - Что именно? - Положите конец Проекту… и путешествиям во времени. Вы всех убьете, - предупредил он. – Вы спровоцируете конец света. Остановите Бэка. Остановите его до того, как будет слишком поздно. – Джейсон вытянул шею, чтобы лучше видеть Стремера. – Я знаю, кто ты такой! – крикнул он Мяснику. Стремер пересек помещение со шприцем в руках и, наклонившись над Джейсоном, улыбнулся ему, сверкая серебряным зубом. Половина его лица была багрового цвета из-за сосудистого дефекта, тогда как другая напоминала тонкую серую бумагу. - Я врач, юноша. - Вы разрушаете разум людей. - Вы ошибаетесь. Я военный хирург и достаточно квалифицирован для этой работы. С этими словами Стремер вогнал иглу ему в шею. Почти в тот же миг Джейсон ощутил, как его язык распух, а ступни и ладони начали покалывать. Он запаниковал. - Остановите его, - умолял он Пирселла, пока ему на лицо не надели маску. Мясник хохотнул, отчего складки на его шее задрожали, и закапал какие-то едкие капли в глаза Джейсона. Мир померк. Пустой, жестокий и такой чертовски близкий смех Стремера отзывался у него в ушах. Он больше не видел ни Лизы, ни Пирселла. «Все кончено, - подумал он. – Я проиграл. Я не покончил с Проектом». Пораженческое настроение затянуло его во тьму. Страх сжимал сердце, пока последние крупицы надежды исчезали в водовороте увядающей памяти. *** - Какого черта так долго? – Малдер нетерпеливо мерил шагами помещение. Они ждали уже почти два часа. Он ударил кулаком по стене и выкрикнул в камеру видеонаблюдения: - Покончим уже с этим! - Ты и вправду хочешь, чтобы они поскорее разделались с нами? – спросила Скалли, стоявшая посреди их камеры и наблюдавшая за его метаниями со скрещенными на груди руками. Обернутая в слишком большую для нее куртку она выглядела маленькой и уязвимой. За ее показным раздражением он без труда различил страх. - В этом могут быть некоторые плюсы, Скалли. - В чем? В потере памяти? - Да. - Например? - Не все, произошедшее с нами за последние три месяца, стоит того, чтобы это помнить. Она резко втянула воздух, так что получилось нечто среднее между вздохом и хрипом. - Обмен. - Да. - Я говорила, что он не причинил мне боли. - Знаю… но… - Но ничего! Все прошло, Малдер. Не делай из мухи слона. - Скалли, я… - Мне не нанесли травмы – ни физической, ни эмоциональной. Можешь ты уже просто забыть об этом? - Нет. - Нет? – Она явно пыталась взять себя в руки и успокоиться. – Я говорила, что со мной все нормально. Почему тебе этого не достаточно? - Потому что… - Он стиснул зубы и сжал кулаки, поражаясь тому, как до сих пор силен его гнев на… Дзе… на самого себя. – Потому что со мной не все в порядке. – Неутихающая ревность жгла ему горло. Не в силах сдержаться, он схватил ее и крепко прижал к себе, едва не задушив в объятиях. – Скалли, вряд ли я когда-нибудь смогу простить себя за то, что случилось. Позволив другому мужчине прикасаться к тебе… таким образом… я хочу это забыть. Я хочу, чтобы ты об этом забыла. Мне будет легче никогда об этом не думать. Она ничего не ответила, пока он пытался совладать со сбившимся дыханием. Только когда она обвила его руками за талию, его отчаяние потихоньку начало отступать. - Знаю, - утешающе произнесла она, поглаживая его по спине. – Я просто… - Просто что? - Если я потеряю воспоминания о Дзе, то это будет означать утрату воспоминаний и о тебе тоже. – Казалось, она готова расплакаться. – Я… я не хочу лишиться твоей любви. - Никто не сможет лишить нас этого, Скалли. Я любил тебя до того, как мы оказались в прошлом. Я люблю тебя сейчас и буду любить до конца своих дней. Мне не нужно об этом помнить – это просто есть. – Опустив подбородок ей на макушку, он ослабил свои медвежьи объятия, но руки не опустил. Мгновение спустя он добавил: - Я видел его. - Дзе? - Нет, Уильяма. - Нашего ребенка? – Она чуть отодвинулась, вглядываясь ему в лицо с напряженным любопытством. - Он был не совсем ребенком. – Он решил опустить ту часть, где их сын застал их в процессе занятия любовью. – Он попросил у меня ключи от машины. - Машины? Малдер, когда это… Грохот внезапно распахнувшейся двери, ударившейся о стену снаружи, заставил их испуганно отпрянуть друг от друга. Капитан, окруженный охранниками, поманил их пальцем через плечо. - Идемте. - Куда? – Малдер приобнял Скалли рукой в защитном жесте. - В душ. - Нет, спасибо, нам и так неплохо. - Это не подлежит обсуждению. Охранники подняли оружие и нацелили его на агентов. - Полагаю, принять ванну не повредит. – С этими словами Малдер направил Скалли в коридор. Их провели мимо нескольких дверей до душевой, у входа в которую Скалли чуть помедлила – очевидно, из-за интернационального знака на двери, означающего, что она предназначена для мужчин. - Внутрь, - велел капитан. Она подчинилась и, толкнув дверь, вошла в помещение. Малдер с остальными последовали за ней. Душевая комната была разделена на три секции: сначала уборные, затем шкафчики и в самом дальнем углу непосредственно душевые. Это напоминало типичную школьную раздевалку, если только не брать в расчет царившую там стерильную чистоту. Они прошли в дальний конец помещения, где к облицованной плиткой стене крепились дюжина душевых насадок. - Рядовой Тэйлор заберет вашу одежду. – Капитан кивком головы указал на бесстрастного молодого мужчину со светлой щетиной на лице и раздвоенным подбородком. Когда Тэйлор шагнул к Скалли, Малдер предупреждающе поднял руку, останавливая его. - Отвали! В тот же момент пистолет капитана уперся ему в щеку. Малдер встретился с решительным взглядом капитана. - Как насчет того, чтобы предоставить даме немного приватности? – спросил он и добавил, практически выдавив из себя следующее слово: - Сэр. Подозрительно прищурившись, капитан задумался на мгновение, после чего, казалось, решил пойти на уступку и опустил оружие. - У вас десять минут. Мы будем ждать снаружи. Следуя приказу своего капитана, его люди ретировались в коридор. - Спасибо, - прошептала Скалли, когда охранники ушли. Она быстро разделась и подошла к ближайшему крану. Касаясь его блестящей поверхности, она произнесла: - Я уже с трудом вспоминаю, как этим пользоваться. - Скалли, э-э… - Хм? - Твоя татуировка… Она верну-у-у-улась, - протянул он, старательно пародируя фразу из «Полтергейста». Она развернулась к нему лицом. - Как и твой шрам. – Она опустила взгляд на его бедро. – Оба шрама. Он коснулся старой раны на груди. - Ничего себе. Я, похоже, так привык к нему, что даже не заметил, как он снова появился. - Вот тебе и ответ на вопрос о том, вернутся ли наши тела в свои изначальные состояния. - Не совсем. – Он провел рукой по бороде. – Почему она все еще на месте? Или вот это? – Он протянул руки, показывая порезы и синяки, полученные во время борьбы с Клэшем. Она покачала головой. - Насколько мне известно, научного объяснения этому нет. - Я говорил тебе, что мы найдем «секретный материал» в Юте. – Он постучал по голому запястью. – Как там у нас со временем? - О! – Она глянула на свои часы. – Черт, у нас осталось семь минут. Он быстро снял свою набедренную повязку и присоединился к ней в душе. Повернув кран, он ступил под поток воды, встав позади напарницы. - Я прикрываю твою спину, - пробормотал он ей на ухо, когда наклонился, чтобы выдавить немного мыла из подвесного дозатора. Затем он намылил ее плечи и спину. Ее мышцы начали расслабляться под его мыльными ласками. - Спасибо тебе еще раз, - начала она, - за… за все. Капли горячей воды стучали по его шее и рукам, отчего кровь быстрее побежала по венам. А может, это происходило от ощущения ее влажной пылающей кожи под его пальцами. Это могло стать его последней возможностью прикоснуться к ней подобным образом – по крайней мере на некоторое время. Надо было воспользоваться возможностью. Все шесть с половиной оставшихся минут. - Повернись ко мне лицом, - попросил он. - У нас нет на это времени, Малдер. - Все в порядке, мои намерения честны и благородны… в основном. – Он тихонько рассмеялся и протянул руку, чтобы выдавить на ладонь немного шампуня. – Намочи волосы. - Ты тоже, - ответила она, очевидно поняв, что он намеревался сделать. Вместе они нагнулись под потоком воды. У него подогнулись колени, когда она начала быстро массировать кожу его головы сладко пахнущим шампунем. Затем она намылила и потерла его бороду. Стоило ей закончить, как он ответил ей тем же, намылив ее волосы. - М-м, как приятно, - промурлыкала она, когда он начал втирать шампунь. Он поцеловал ее под испускавшей пар водой. - Обещаю, что мы снова это сделаем, - сказал он, едва отрываясь от ее губ, - когда у нас будет больше времени. - Я намерена поймать тебя на слове. – Она смыла пену с его левой брови. – Повернись, я займусь твоей спиной. Хотя ему совсем не хотелось лишаться вида обнаженной напарницы, он все же сделал, как она сказала. Его глаза закрылись сами собой, стоило ей провести ладонями от его шеи к ягодицам. Мыльная пена стекала по его ногам, щекоча коленные впадины и кружась у пальцев ног. Благоухающий пар проникал в его ноздри, согревая легкие, кончики ушей, опущенные веки. - Лучше сполоснись, - произнесла она. – Время почти вышло. - Уже? – Он развернулся и увидел, как она пальцами вычесывает мыло из волос. Ее движения были грациозны, и вся она мерцала, словно мираж. Он бы отдал все, чтобы остановить время и заставить это мгновение длиться вечно. - Поспеши, Малдер. Он быстро смыл с себя пену и закрыл кран. Вода стекала с их волос. - Черт, не вижу тут полотенец, - заметила она. - Отлично. И как нам вытереться? – Он протер глаза тыльной стороной ладони и прошлепал к раздевалке. – Капитан? Кап… Охранники ворвались внутрь, держа оружие на изготовку. Они направили его ему в грудь, и он медленно поднял руки над головой. - Вы же не будете стрелять в голого человека, верно? Капитан выступил вперед. - Пора идти. Доктор Стремер ждет. - Кто? – Скалли появилась позади Малдера, одетая в его кожаную куртку. - Врач базы. Он просто хочет убедиться, что вы в порядке, мэм. - Точно. – Она обошла Малдера и направилась к выходу. Капитан жестом велел Малдеру следовать за ней. «Вот оно, - подумал Малдер, делая, как было велено, - словно снова вернулся на базу «Йеллоу». *** Саймон Пирселл любил свою страну. Он гордился тем, что являлся весьма ценным хирургом, служащим в военно-воздушных силах Соединенных Штатов. У него было безукоризненное личное дело. Он получил многочисленные благодарности, медали и похвалы от высокопоставленных чиновников. И все же, по его мнению, все его хорошие дела и акты героизма были сведены на нет в тот момент, когда он помог Оскару Стремеру фактически провести лоботомию двум гражданским под предлогом защиты национальной безопасности. Ему было стыдно за то, что он не попытался остановить это, прежде чем стало слишком поздно, и его соучастие в эксперименте Стремера вызывало у него стойкое отвращение. Лиза Ианелли лежала на одном из четырех операционных столов в состоянии овоща. Всего час назад она была энергичной умной женщиной, у которой впереди была жизнь, наполненная любовью и новыми открытиями. Карьерой в науке и, возможно, собственной семьей. Оскар Стремер покончил со всем этим, когда вколол ей слишком большую дозу лекарств, которые стерли ей мозг, приведя ее в состояние двадцати недельного зародыша. Джейсону Николсу повезло чуть больше. Стремер низвел уровень его интеллекта до состояния дошкольника. Возможно, он сохранил способность учиться и сможет через некоторое время вновь восполнить свое образование, если и не все преимущества своего опыта. «Человеческий ум слишком хрупок для подобного грубого вмешательства», -подумал Пирселл. У них нет права играть роль Бога. Он похлопал по безвольно свисавшей руке Лизы Ианелли. - Увезите ее, - велел он лаборантам. Парамедики накрыли ее белым хлопковым одеялом и загрузили на каталку. То же самое они проделали и с Джейсоном Николсом, ревущим подобно младенцу. От его пронзительных криков у Пирселла зубы свело. Стремер же спокойно мыл руки в раковине, очевидно равнодушный к этим жалобным воплям. Пирселл вспомнил последнюю просьбу Николса. «Остановите его», - умолял тот, прежде чем Стремер усыпил его. «Если бы я только послушал его», - сокрушался Пирселл. Какая-то суета у дверей привлекла его внимание. Он увидел капитана Линдена, несколько вооруженных охранников, миниатюрную рыжеволосую женщину в черной кожаной куртке и обнаженного мужчину с влажными волосами и разозленным выражением лица. Последние двое казались смутно знакомыми, но Пирселл не был уверен, где мог их видеть. Обнаженный мужчина пытался перекричать вопли Николса. - Какого черта вы сделали? – требовал он, стараясь вырваться их захвата охранников, державших его за руки. Женщина потрясенно распахнула глаза. Один из рядовых силой потащил ее в комнату, что, похоже, еще сильнее разозлило орущего мужчину. - Не трогай ее! – взвыл он. - Уберите их отсюда, - приказал капитан Линден парамедикам, имея в виду Николса и Ианелли, и перевел взгляд на Пирселла. – Мне сказали, что к этому времени вы уже закончите, сэр. Очевидно, новые пациенты не должны были видеть, что их ждет. В лаборатории царил настоящий хаос. Кричащий мужчина боролся столь яростно, что ударился в каталку, которая врезалась в стол. Лежавшие на нем хирургические инструменты рассыпались по полу. - Оставьте ее в покое! – ревел он, когда охранник попытался снять с женщины куртку. Она ударила его, и охранник ответил тем, что толкнул ее на койку. Обнаженный мужчина пытался освободиться от своих тюремщиков. - Отстаньте от нее! Его крики смолкли, когда Стремер воткнул иглу ему в предплечье. Лекарство произвело мгновенный эффект – он повис на руках охранников, которые подтащили его к пустой койке. - Капитан, уберите отсюда своих людей, - потребовал Пирселл. Подождав, пока лаборатория опустеет, он подошел к женщине и мягко спросил: - Как вас зовут? - Специальный агент Дана Скалли. Я работаю в Федеральном Бюро Расследований. ФБР? Он перевел взгляд на Стремера, который лишь пожал плечами в ответ. - Вы знаете, зачем вы здесь? – спросил он. Окинув его испепеляющим взглядом, она отошла назад к своему находящемуся без сознания напарнику, взяла его за руку и пощупала пульс. - Мне сказали, что вы планируете украсть мои воспоминания. - Не совсем. Процедура называется ИКФ – избирательная когнитивная фильтрация. - Это промывка мозгов. - Как я уже сказал, не совсем. Но вы и вправду видели то, что вам не следовало, и… - Не говорите со мной так, словно мне пять лет. - Ладно. - Он посуровел. – Вы стали свидетелем засекреченного военного эксперимента. Мы не можем позволить вам покинуть базу с этой информацией. - Мы ничего не видели. Мы оказались посланы назад во времени. Назад во времени? Внезапно Пирселл вспомнил, где видел этих двоих прежде: прямо здесь, в этой лаборатории, чуть ранее днем во время того, что Стремер назвал искажением времени. Его обдало ледяной волной страха. Все стало предельно ясно. Ультрасовременная лаборатория, которая пришла на смену его видения двух агентов, не была плодом его воображения или реально существующим местом… по крайней мере в настоящем времени. Это было в будущем. Так же, как и образы потрясенных мужчин и женщин в этой самой лаборатории, надежно удерживаемых ремнями и кричавших что-то бессвязное… как Джейсон Николс. Пирселл начал понимать, что Николс имел в виду, когда сказал: «Покончите с Проектом… покончите с путешествиями во времени». Прежде чем мозг молодого ученого стерли подчистую, он умолял Пирселла остановить Бэка и Стремера. «Вы всех убьете, - предупреждал он. – Вы спровоцируете конец света». Это не был бред испуганного человека, как поначалу показалось Пирселлу. Это была правда. Бэк и его подручные играли с огнем. Каким-то образом они обнаружили способ манипулирования временем. Только… они, должно быть, облажались. Эксперимент не удался, приведя к тому, что агенты переместились в прошлое. И теперь Пирселл помогал Стремеру подчистить последствия этой грубой ошибки. Он перевел взгляд на Стремера, который уже держал в руке шприц, всем своим видом показывая, что ему не терпится начать. Преследуемый образами кричащих мужчин и женщин, Персал попытался сдержать дрожь в руках. Не беспокойтесь, мисс Скалли. - Вы это и Джейсону Николсу сказали? - С вами все будет в порядке. – Сможет он остановить Стремера до того, как тот зайдет слишком далеко? – Пожалуйста, постарайтесь расслабиться. *** Сначала исчезли ее самые недавние воспоминания. Невозможно было точно установить тот момент, когда они прекратили свое существование, но это случилось после того, как Скалли ощутила укол иглы в вену на сгибе локтя. Ее подключили к капельнице, и анестезия начала потихоньку затуманивать ее сознание, отчего ее пальцы онемели, а конечности стали слишком тяжелыми, чтобы их поднять. Поверх ее носа и рта пристроили кислородную маску, и вот уже прохладный воздух наполнил ее ноздри, язык распух, а разум затуманился. Она закрыла глаза, но в следующее мгновение их приоткрыли затянутые в перчатки пальцы. Ей закапали какие-то капли, и она попыталась сморгнуть едкую субстанцию. Она попыталась сосредоточиться и рассмотреть Малдера на соседней койке, но ее зрачки расширились, и помещение стало слишком ярким, лишая ее возможности что-либо разглядеть. - Мммалдер… - Она позвала его вслух? Пара грубых рук зафиксировала ее ноги. К ее груди подключили электроды – поначалу холодные, но это ощущение быстро забылось под действием еще менее приятных. Укол в тыльную сторону руки. Давление в горле. Ее интубировали? Она представила, как дрели просверливают ее черепную коробку, позволяя проникнуть внутрь тонким, словно игла, скальпелям, которые будут вырезать ее воспоминания по одному микроскопическому синапсу за раз. Она почти надеялась на то, что ее тюремщики воспользуются этим аккуратным методичным подходом, чем будут бездумно кромсать, как поступал Джерри Шнауц в своей охоте на Ревунов. Каким бы ни был процесс, она беспокоилась о том, что он будет пугающим – как первая стадия слабоумия для пациентов с болезнью Альцгеймера, когда они все еще осознают, что их здоровье ухудшается, но расстроены своей ограниченной способностью вспоминать факты и события. В конце концов, все обернулось совсем не так, как она ожидала. Не было никакого последовательного клацанья внутри ее черепа при вырезании мозговых клеток, похожего на скрежет ножниц для проволоки, с помощью которых Малдер проделал дыру в сетчатом заграждении на базе. Образы из ее прошлого не исчезли, размылись или померкли. Процесс нельзя было сравнить с выключение света или вырыванием страниц из книги. Вместо этого он напомнил ей тот раз, когда она задержалась в конференц-зале С после того, как остальные агенты уже давно ушли с организованного Скиннером брифинга. Она сидела за залитым солнечным светом столом из красного дерева, листая отчеты о вскрытии, и в помещении стояла такая тишина, что слышно было тиканье настенных часов. Пришла секретарша Скиннера, чтобы собрать оставленные командой кофейные стаканчики, ручки и блокноты. Арлин ходила по залу на цыпочках, изо всех сил стараясь быть незаметной. Но, будучи застигнутой врасплох слабым неожиданным запахом свежевыглаженной одежды секретарши, Скалли подняла взгляд, оторвавшись от вдумчивого изучения бумаг. Она уставилась на накрахмаленные яркие складки на белоснежных рукавах Арлин и обратила внимание, что ее ногти были розовыми и аккуратно наманикюренными. Один локон выбился из ее строгой прически, когда она подошла к белой доске, чтобы стереть записи Скиннера. Названия мест, хронология, список жертв, закодированный в красных, багровых и зеленых цветах – слишком жизнерадостных, чтобы представлять зловредные намерения убийцы – исчезли под ее бесстрастным ластиком один за другим, пока доска вновь не предстала в своей первоначальной нетронутой чистоте. Доктор Стремер использовал сильную комбинацию лекарств, чтобы удалить воспоминания Скалли. После их последовательного исчезновения невозможно было установить, что они вообще когда-либо существовали. Мысли перестали быть мыслями. Скалли не скучала по ним. Их отсутствие не причиняло ей страданий. Нельзя горевать о чем-то, чего, казалось, никогда и не существовало. Это все равно, что спросить слепого от рождения человека, не скучает ли он по зрению. Шаг за шагом и совершенно безболезненно Ледниковый период был вычеркнут из ее сознания. Каждое прошлое событие, каждое ощущение, каждое видение будущего было методично стерто, и осознание любви Малдера исчезло вслед за всем остальным. *** Военно-воздушная база «Хилл» 15 мая 1998 года 07:28 Полковник Бэк заставил себя не двигаться. Он стоял на изгибе дороги рядом с открытой передней дверью арендованной агентами машины. Его водитель ждал у заднего бампера, направив свой взгляд на восток. Форд «Crown Vic» помыли и начистили воском, бак заправили. Прежде, чем вывести автомобиль со склада, для него сделали новые ключи – очевидно, старые потерялись где-то в прошлом. Машину вернули точно на то место, где служба безопасности капитана Линдена обнаружила ее утром после неудачного тренировочного полета. Господи, это было всего два дня назад, а казалось, что прошла целая гребаная вечность. Жар поднимался от асфальта, несмотря на ранний час, проникая сквозь подошвы до блеска начищенных ботинок полковника. Пот сочился из-под ободка его фуражки. - А вот и они, сэр. – Водитель Бэка кивнул на приближающийся джип. Солнце заливало машину, мешая разглядеть тех, кто был внутри. Если только Бог существует, капитан Линден окажется за рулем, а на задних сиденьях – те двое агентов ФБР. Отчет Пирселла оказался на столе у Бэка час назад. В нем говорилось, что ИКФ прошла успешно. Похоже, агенты не помнили ничего о проникновении на базу и перемещении в прошлое. При этом их прочие воспоминания остались чудесным образом неповрежденными. Николсу и Ианелли не столь повезло, и их потеря тяжким грузом легла на плечи Бэка. Хотя спецы заверили его, что могут продолжать эксперименты со временем, используя данные, собранные Николсом при возвращении агентов, он понимал, что Проект будет продвигаться черепашьим шагом без этих двух ученых. Джип припарковался у обочины позади взятой напрокат машины. Капитан Линден выбрался из салона, строевым шагом приблизился к Бэку и отсалютовал. - Они готовы, сэр. - Тогда пусть отправляются восвояси. - Да, сэр. Капитан дал сигнал водителю Бэка, который подошел к багажнику джипа и извлек оттуда дорожные сумки агентов. Он загрузил их в багажник «Crown Vic» вместе с малдеровскими ножницами для проволоки и вернулся, чтобы пересадить пассажиров в их машину. - Дама в отключке, сэр, - сообщил он. - Помогите ему, капитан, - приказал Бэк. Капитан Линден присоединился к рядовому, и вместе они вытащили Скалли из джипа. На ней была смена одежды из ее сумки. Голова ее безвольно болталась, когда они подняли ее. Бэк видел, что Малдер наблюдает за ними с широко открытым ртом, часто моргая. Он тряс головой, но казался как будто приклеенным к своему месту. Линден и рядовой перенесли Скалли в машину и усадили ее на переднее сиденье. Бэк закрыл багажник. Этот звук испугал прятавшуюся под машиной змею, которая, должно быть, искала убежища от изнуряющей жары в тени. Бэк проследил взглядом за тем, как она скользнула в траву, где и исчезла из виду. «Так же, как и информация о недавнем местонахождении агентов», - пришло ему на ум. Были предприняты все меры, чтобы избавиться от всех свидетельств того, чтобы они находились где-то еще помимо этого места. Бейсболка «Black Sox» оказалась уничтожена, хотя, увидев странные предметы одежды, которые были на агентах, когда они вернулись, Бэк усомнился в том, что они посещали игры в 30-х годах. Их абсурдные меховые одежды были сожжены вместе с кепкой. Им, однако, позволили сохранить почти все остальное: мобильники, пистолеты, бинокль и несколько других вещей, что Малдер носил в карманах своей потертой кожаной куртки… включая тонкую золотую цепочку и странное костяное изделие. Бэк заключил, что остальные вещи, вроде ключей от машины, должно быть, потерялись в прошлом. У агента Скалли не оказалось при себе оружия. На руке она носила часы, тогда как Малдер нет. Ни на ком из агентов не было обуви или другой современной одежды, за исключением куртки. Бэк надеялся, что что бы они ни оставили позади, это не приведет к серьезным последствиям. Линден помог Малдеру выбраться из машины. На агенте были надеты брюки, рубашка и галстук. Лицо гладко выбрито, а волосы аккуратно подстрижены, как на фотографии из его дела. Ведомый капитаном и рядовым, он шел с трудом, время от времени спотыкаясь о собственные ноги. У него был остекленелый взгляд и растерянное выражение лица. Лекарства скоро выветрятся из его организма – уже через десять-пятнадцать минут он будет в состоянии вести машину. Проходя мимо, Малдер указал на Бэка дрожащим пальцем. - Вм эо с рк не cссодет, - предупредил он, прежде чем мужчины бесцеремонно запихнули его на водительское сиденье. - Вы ошибаетесь, агент Малдер. – Бэк развернулся и проследовал к джипу Линдена. – Уже сошло. *** Хегал Плэйс, 2630, квартира №42 Александрия, штат Вирджиния 2 дня спустя 07:36 - Видел я и упырей, и домовых, и ведьм… - пел Малдер в душе. – И даже молью побитых оборотней с клыками… - Он взял кусок мыла и в третий раз натер им подмышки, с трудом вспоминая, когда в последний раз принятие душа доставляло ему такое удовольствие. Если не считать… Образ Скалли под испускающим пар потоком воды, обнаженной, покрытой пеной и сексуальной, пришел ему на ум, как недавнее воспоминание. На мгновение он готов был поклясться, что ощущал ее скользкую разгоряченную кожу под своими ладонями. - Неа. – Он стряхнул наваждение. Это была одна из его любимых фантазий. Должно быть, вчера ночью он видел эту сценку во сне. - Одни существа там щебетали, другие лязгали зубами… - Натерев кожу до скрипа, он позволил воде свободно стекать, барабаня по его шее и спине. Жилица из 44-й квартиры здорово разозлится, когда обнаружит, что он использовал всю горячую воду. – И японские монстры с большими клыками. Он закрутил кран и потянулся мимо занавески за полотенцем. - Франкенштейн заставлял меня от страха трястись, граф Дракула сводил с ума… - Полотенце приятно пахло, и он отнес это на счет того нового «весенне-свежего» порошка, который кто-то оставил в прачечной. Он вытер руки и грудь, прежде чем ступить на коврик, который обволакивал его ступни так, как он никогда прежде не замечал. - Но им не сравниться… - Он натянул полотенце на голову и принялся ее вытирать, - с самым ужасным из них… Протерев запотевшее зеркало, он уставился на свое отражение и с невозмутимым видом закончил: - С тараканом, что съел Цинциннати. В спальне зазвонил его сотовый. Бросив полотенце на пол, он направился туда, чтобы ответить на звонок. - Малдер, - провозгласил он, держа телефон зажатым между плечом и подбородком. Вернувшись в ванную, он взял бритву и крем для бритья. - Малдер, это я. - Эй, Скалли, в чем дело? – Он выдавил пену на ладонь. Она всегда была такая пышная? Она казалась воздушнее, чем он помнил, и пахла более… мятно. Он проверил надпись на бутылке, чтобы убедиться, что купил свою обычную марку. - Я подумываю о том, чтобы удалить татуировку. - Странно, потому что я подумываю о том, чтобы отрастить бороду. – Приготовив крем для бритья, он критически осмотрел в зеркале щетину на подбородке и шее. - Ты шутишь. - Тебя совсем не возбуждают волосатые парни, Скалли? - Не особенно. Опустив плечи, он намылил щеку, переместил телефон к другому уху и покрыл кремом остальное лицо. - Почему ты хочешь избавиться от тату? – спросил он, наполняя раковину водой. - Теперь она кажется… неуместной. Он хотел сказать, что она всегда представлялась ему неуместной, но воздержался от озвучивания этой мысли. Проведя бритвой по подбородку, он остался вполне доволен гладкостью лишенной щетины кожи. - Я думал, ты сказала, что она отождествляет собой необходимость перемен в жизни. - Вот именно, Малдер. Мне кажется, я там, где и должна быть в этот период своей жизни. - Что это значит? - Это значит… ничего. Забудь об этом. Я не поэтому позвонила. - А зачем тогда? – Он откинул голову назад, чтобы побрить подбородок снизу. - Сказать тебе, что у меня встреча в 08:30 утра. - У тебя? Я не приглашен? - Очевидно, нет. - Почему это? – Покончив с бритьем, он положил бритву на край раковины и потянулся за полотенцем для рук. - Может, потому что… ты плохо уживаешься с остальными? - Нет, серьезно. - Возможно, Скиннер наказывает тебя. - За что? - Мне и правда надо это озвучивать? Как насчет пренебрежения протоколом Бюро, потери пистолета, наших значков и двух пар наручников, не говоря уже о пустой трате моего времени? - Поездка в аквапарк «Семь вершин» - «место для игр для всей семьи в Юте» - никогда не может быть пустой тратой времени, Скалли. - Раз уж об этом зашла речь, то где, черт побери, мои ключи от квартиры? - Там же, полагаю, где и твой значок. – Краем полотенца он выковырял крем для бритья из левого уха. - Домовладельцу пришлось вчера впускать меня внутрь. Он скорчил гримасу зеркалу, спрашивая себя, а удастся ли ему одновременно держать телефон и чистить зубы? - По какому поводу встреча? - Пока не знаю, но сообщу, как только смогу, - пообещала она и оборвала звонок. Спустив воду из раковины, он вернулся в спальню, бросил телефон на кровать и подошел к шкафу. - Но ужаснее всех, похоже, - запел он, снимая серый костюм с вешалки, - преследующий меня во снах, - он выбрал галстук, - таракан, что съел Цинциннати. *** Штаб-квартира ФБР Подвальный офис 08:21 - Я боялся, что не увижусь с тобой перед твоей встречей. Похоже, я потерял часы. Скалли оторвалась от клавиатуры, чтобы посмотреть на Малдера, зашедшего в офис и направившегося прямиком к своему столу. - Полагаю, они там же, где и твой значок, - повторила она его собственные слова. – Что, никакой бороды? - Неа. Я решил подождать и отрастить ее, когда поеду в отпуск. - Ты никогда не берешь отпуск. – Она перепроверила последнюю строку набранного текста, прежде чем сохранить его и закрыть документ. – Ты не знаешь значения этого слова. - Я подумывал о путешествии в Мэн, может, в кэмпинг на природе – буду питаться подножным кормом, рыбалкой… Что? Она невольно уставилась на него. Что-то в нем изменилось, однако она затруднялась сказать, что именно. И дело тут было не только в столь нехарактерном для него желании покинуть город ради дикой природы. Что-то с его лицом? Оно выглядело слишком… слишком… гладким, а одежда слишком… хорошо отглаженной. Он казался слишком уж… одетым, хотя и носил привычный костюм. Она удивленно моргнула при виде его шелкового галстука, словно никогда прежде не видела этого предмета одежды. И слабый запах, оставшийся на нем после принятия душа, этим утром как-то странно щекотал ее ноздри – шампунь, лосьон после бритья, дезодорант – все это представлялось ей знакомым и в то же время… нет. Она была на грани того, чтобы подойти к нему и дотронуться до его волос в том месте, где они так гармонично касались воротника рубашки. Она хотела доказать себе, что он настоящий, а не мираж, или видение, или что бы там ни было еще, что вызывало у нее мурашки. - Кто ты и что ты сделал с моим напарником? – полушутливо спросила она. Чуть заметная усмешка растянула его слишком гладкие щеки, когда он уселся в свое кресло и принялся копаться в папках на столе. - Ты знаешь меня не так хорошо, как тебе кажется, Скалли. - Вот как? – Странное ощущение начало понемногу отступать, пока она наблюдала за тем, как он перекладывает бумаги. Она просто не в себе, раз воображает то, чего нет. Улыбнувшись, она добавила: - Тебе придется присоединиться к программе 12-ти шагов, чтобы хотя бы две минуты обходиться без сотового. - Я пользуюсь им только потому, что мне это подходит. Я могу выжить без современных удобств – если придется. – Он запустил свой компьютер. – На самом деле, могу поспорить, что протяну дольше тебя. - В твоих мечтах. – Она сверилась с часами. – Черт, я опаздываю. – Она поднялась и собрала свои документы. На полпути к выходу она вдруг вспомнила о резной фигурке. – О, я собиралась спросить у тебя… - С этими словами она залезла в карман и вытащила из него маленькую фигурку. Она была сделана из кости или слоновой кости и напоминала ей о примитивных резных фигурках, виденных ею в университете на уроках антропологии доктора Даймонда. Она пересекла офис и поставила свою находку на стол перед напарником. - Это твое? Он поднял фигурку и покрутил ее в ладони. - Нет. Откуда это у тебя? - Нашла в своей дорожной сумке. Ты ее не узнаешь? - Похоже на идола плодородия вроде Венеры Виллендорфской. - Да, но откуда он взялся? - Понятия не имею. Я не пытаюсь забеременеть. – Он уже хотел было отдать его, но потом, видимо, передумал и задержал в ладони, поглаживая чувственные изгибы, отвисшие груди и распухший живот большим пальцем. - Что-то не так? – уточнила она. - Он кажется… теплым. - Ну, он лежал у меня в кармане. - Хм. Могу я одолжить его? – рассеянно попросил он. - Конечно. Что ты собираешься с ним делать? - Я знаю одного парня из Смитсоновского музея. Пусть он на него взглянет… проверит, настоящий ли он. - Малдер, это копия. Должна быть копия. - Может. – Он поставил идола обратно на стол. – Я дам тебе знать. - Ладно. Мне надо идти. – Она направилась к двери. - О… погоди. – Он встал и покопался в карманах брюк. – М-м, полагаю, это твое. С его пальцев свисала ее цепочка. - Где ты ее нашел? - В кармане своей кожаной куртки… которая паршиво выглядит, кстати. – Он обошел стол. – Защелка была сломана, так что я заехал вчера к Фридмену и отремонтировал ее. Она подождала, пока он застегнет цепочку вокруг ее шеи, и сразу же дотронулась до крошечного крестика. - Спасибо, Малдер. Это было очень предусмотрительно с твоей стороны. - Я решил, что должен тебе… ну, знаешь… за то, что затащил тебя в Юту. - Малдер, насчет этого. Я не совсем помню… - Помнишь?.. Ей было неловко признать это, но она почти ничего не помнила об их поездке. - Малдер, что случилось в Юте? - Мы доехали до военно-воздушной базы «Хилл» и… - И что? - Э-э… заснули в машине? - На два дня? Малдер, мы прилетели в Солт-Лейк-Сити тринадцатого. - И проснулись в машине утром пятнадцатого. М-м, я знаю. Я и сам недоумевал по этому поводу. У меня есть теория, если хочешь послушать. Она бросила взгляд на часы. - Только побыстрее. - Помнишь дело Будахаса? - Военно-воздушная база «Элленс», наше второе совместное дело… Погоди… ты же не собираешься предположить то, что, по-моему, ты собираешься предположить? - Два слова, Скалли, - утечка мозгов. - Нет. Мне пора. – И она направилась к выходу. - Тогда как ты это объяснишь? – спросил он, заставляя ее замереть на пороге. – И не надо снова кормить меня этим дерьмом про "безумие на двоих". По правде говоря, логического объяснения у нее не было. А она пыталась придумать его все последние два дня. - Обсудим это позже, - отозвалась она и поспешила прочь из офиса. Потеря одного-двух дней была не самым странным из всего, что случалось с ними, но все равно сбивала с толку. Она практически подбежала к лифту, мысленно уже переключаясь на встречу, которая предстояла ей наверху. *** Лифт гудел под ее туфлями с высокими шпильками, пока Скалли наблюдала за возрастанием числа на табло и, будучи одна в кабинке, спокойно размышляла над делом Скиннера. Общая информация, посланная ей этим утром, описывала покушение снайпера на русского шахматиста по имени Анатолий Клебанов во время чемпионата мира в Британской Колумбии. Стрелок работал на АНБ, вследствие чего в дело оказалось вовлечено ФБР. Это не был «секретный материал», что могло объяснить, почему Скиннер, возможно, не стал привлекать Малдера к расследованию, но тогда почему он включил в команду ее? Может, нежелание помощника директора приглашать Малдера было скорее связано с недавним попаданием оного в психиатрическое отделение, чем со спецификой ванкуверской стрельбы. Или, возможно, Скиннер все еще злился на Малдера за несанкционированную поездку в Юту. Лифт остановился на третьем этаже, чтобы подобрать пассажиров. Скалли отошла к задней стенке, когда агенты Спендер, Эдвардс и Майер ворвались внутрь с планшетами для бумаг в руках и сердитыми выражениями на лицах. - Придержите дверь, пожалуйста, - попросила какая-то женщина позади них. Спендер протянул руку, чтобы двери не закрылись. – Извините, - добавила женщина, поспешно заходя в лифт. Запах ее парфюма наполнил кабинку, когда она быстрым движением пальцев поправила немного растрепавшиеся темные волосы. Скалли не узнала ее, но все же в ней было что-то знакомое. Она была высокого роста и явно на несколько лет старше Скалли. Она стояла, немного откинув голову назад, что придавало ей несколько заносчивый вид. Ее костюм был хорошо сшитым и выглядел дорогим. Он удачно подчеркивал ее пышную грудь и длинные ноги – именно такой тип ног всегда привлекал внимание Малдера. Ее маникюр был безупречен, а помада на губах – недавно нанесена. К лацкану ее пиджака крепилась идентификационная карточка Бюро, но свет от расположенных на потолке лифта ламп помешал Скалли прочесть, что на ней написано. Женщина поймала ее за разглядыванием, и Скалли изобразила вежливую улыбку. - Извините, я не хотела… - По какой-то причине она сразу невзлюбила эту женщину, хотя у нее не было для этого никаких причин. Ничего, кроме смутного ощущения дежавю, которое заставляло ее чувствовать неловкость и, как ни странно… что? Ревность? Это просто смешно. Она даже не знала эту женщину. Ведь так? – Мы знакомы? - Не думаю. – Женщина протянула руку, но выражение ее лица оставалось серьезным. – Я агент Фоули. - Агент Скалли, - представилась та. – Уверена, что мы… Тут лифт звякнул, давая понять, что они прибыли на выбранный ими этаж. Двери распахнулись, и все выбрались в коридор. - Было приятно познакомиться. – Отрывисто кивнув ей, агент Фоули развернулась в сторону зала, где проходил брифинг. *** Подвальный офис 08:47 Малдер вернулся из туалета и обнаружил Скиннера, листающего папку с делом. Помощник директора не принес ее с собой: это были материалы по делу Пинкуса, которые лежали у Малдера на столе. Его внутренняя тревожная сигнализация издала предупреждающий звон. Скиннер редко спускался в подвал. Помощник директора нарочно исключил его из участия в том, что происходило наверху, и вот он тут, рыскает по его кабинету. - Вот это да, так и знал, что можно подняться до таких высот в Бюро, когда помощник директора станет убирать твой офис. В чем дело? Скиннер смущенно улыбнулся. - Я просто… э-э, смотрел. - Что-то конкретное? – Малдер переступил через порог. - Я пришел, чтобы спросить вас кое о чем. Я, э-э, полагаю, я тут рыскал… размышляя о ваших… э-э, долгосрочных планах. - Моих долгосрочных планах? Вот они, прямо у вас в руках. – Он забрал папки у Скиннера, безропотно отдавшего их, подошел к шкафу с документами и выдвинул ящик. - Что вы надеетесь найти? – спросил Скиннер. – Я имею в виду, в конечном итоге. - Что бы я ни надеялся найти, оно находится здесь. – Он многозначительно помахал папками, прежде чем опустить их в ящик. – И, может, я узнаю это, когда найду. Вы об этом пришли меня спросить? Должно было быть что-то еще. Скиннер никогда не задавал подобных вопросов. - Нет. Есть одно дело – не то, которое я бы поручил вам в обычных условиях – убийство… устранение русского шахматиста. Стрелок - бывший агент АНБ… один из наших, и это обстоятельство многих сильно расстраивает. Расследование поручили этому парнишке – специальному агенту Спендеру. Он его ведет. Это удивило Малдера. - Вы передали дело ему? - Нет. Приказ о назначении пришел откуда-то вне Бюро, - ответил Скиннер, давая понять, что не наказывал Малдера, отказывая ему в доступе на брифинг. – Прямо сейчас его команда собирается наверху. Он ясно дал понять, чтобы вас в нее не включали. Малдер не смог сдержать улыбку. - Похоже, самое время мне испортить вечеринку. Помощник директора кивнул. - Только помните, что я вам ничего не говорил. - Вы же меня знаете, сэр. Я могу быть тихим как церковная мышь… когда нужно. С этими словами он направился к двери, чувствуя себя уверенным и оптимистично настроенным. Ему предстояло раскрыть очередной заговор, и на этот раз помощник директора Скиннер был на его стороне. Теперь, если только ему удастся заставить Скалли признать, что она видела таракана, что съел Цинциннати, в его палате в больнице «Калумет Мерси» на прошлой неделе, жизнь окажется чертовски близка к идеалу.