Спаси меня

      — Сандра, ты в порядке? — обеспокоенно спросила Клементина, присев рядом.       Нет, я не в порядке. Я далеко не в порядке, потому что до сих пор меня всю трясёт, поэтому и сижу, обняв колени руками, прямо, как тогда в лесу, возле дерева, перед тем, как меня изнасиловали. Слышались всхлипывания Лилли, которая по-прежнему сидела у трупа отца, не обращая ни на кого внимания, оставшись наедине со своим горем. Одна только Клем пыталась достучаться до меня, по-видимому, очень волнуясь за моё благополучие.       — Мы скоро уйдём отсюда, — уверяла меня девочка. — Сейчас Ли вернётся и заберёт нас.       Не в силах больше сдерживаться, я опустила голову и тихо заплакала.

***

      — Да поможет нам Господь, — прошептал Кенни, глядя на результат своих действий. — Мне очень жаль...       — Не смей даже приближаться ко мне! — взревела Лилли, вскочив на ноги и угрожая мужчине.       Где-то совсем рядом слышались всхлипы маленькой девочки, но мне было не до неё. Зрелище, свидетельницей которого я стала, повергло меня в ужас, заставив дико дрожать, как недавно Клем, и потерять контроль над собой. Эндрю... Вместо трупа Ларри с размозжённым по полу черепом я видела тело Эндрю, превратившееся в кашу и утопающее в огромной луже багряной крови. Моё сознание как будто переместилось на пару дней назад, в тот злосчастный амбар, где моя сестра отрубила себе руку, а этот ублюдок застрелил её, даже глазом не моргнув. Он действовал чётко и хладнокровно, не колеблясь ни секунды. Прирождённый убийца. Поэтому я тогда посчитала своим долгом избавить мир от этого куска дерьма и отомстить за сестру. Мои ноги и руки буквально снова оказались в крови, а в ладони расположился маленький перочинный нож Сэлти, которым я мастерски разделывала тело Эндрю, наслаждаясь сим действием.       — Н-нет, — заикаясь, прошептала я, а затем, медленно схватившись руками за голову, завопила:       — НЕ-Е-ЕТ!       Ноги были больше не в силах меня держать, поэтому я шлёпнулась задницей на пол и, мотая головой из стороны в сторону, смотрела безумными глазами на бездыханное тело Ларри, представляя на его месте юного Эндрю. Не переставая дрожать, я даже не заметила, как прекратила всхлипывать Клем, и как ко мне дёрнулся Ли, присев напротив и, схватив ладонями за плечи, тряс вперёд-назад, зовя по имени снова и снова. Но, увы, я его не слышала, пребывая будто в прострации. Перед глазами раз за разом прокручивалась сцена убийства Сэлти и Эндрю, как будто заела пластинка, и я не в силах прогнать это видение.       — СЭ-ЭЛ! — закричала я в последний раз, перед тем, как Ли смачно ударил меня ладонью по здоровой щеке.       Мгновение я всё ещё видела перед собой кровавое месиво, бывшее ранее юношей, но потом картинка стала расплываться, и, с трудом подняв взгляд, я увидела перед собой мужчину, обеспокоенно смотревшего на меня и по-прежнему державшего за плечи. Единственное, на что мне хватило сил, так это лишь губами произнести его имя, а затем бессильно обмякнуть в его руках.       — Сандра? — как будто сквозь туман мне послышался дрожащий голос Клем, затем я заметила, как она маленькими шажками, прижав руки к груди, подходит ко мне, а потом снова зовёт по имени.       — Господи, Ли, — узнала я голос Кенни, — она в порядке?       Двумя пальцами взяв меня за подбородок и слегка приподняв его, чтобы заглянуть мне в глаза, Ли ответил:       — Думаю, да. Вернее, насколько это возможно.       Мужчина в кепке удовлетворительно кивнул и, тяжело вздохнув, напомнил, что надо бы выбираться отсюда, а Ли согласился и, хоть с неохотой, подошёл к Кенни.       Я слышала, как они о чём-то говорили неподалёку, но меня это совершенно не волновало. Сидя на холодном бетонном полу, я отсутствующим взглядом смотрела перед собой, не в силах пошевелиться. Появилось ощущение, как будто снова только что пережила смерть сестры, которая была моей семьёй и единственным дорогим человеком, поэтому могу представить, что ощущает сейчас Лилли. И, если бы не тот парень, мы бы сейчас по-прежнему были с группой Кристофера, и Сэлти не позволила бы этим каннибалам и пальцем притронуться ко мне. Сестра всегда меня спасала.       Кажется, некоторые швы не щеке порвались, и рана окончательно открылась, потому что я почувствовала, как струйка крови потянулась к моему подбородку, но рука не спешила смахнуть её с лица.       Наверное, я всё же потихоньку начала приходить в себя, потому что голоса мужчин стали чётче, и я смогла разобрать, о чём они говорили. Судя по всему, обнаружили вентиляционную решётку, на которую я наткнулась первой, и решали, как её открутить. Повернув к ним голову, я увидела, как Ли осторожно приблизился к Лилли и присел рядом на корточки. Он явно хотел её о чём-то попросить, но не так-то просто заговорить с кем-то, убив пару мгновений назад его родного человека. Вздохнув, мужчина всё же попробовал завести разговор, начав со слов, что ему очень жаль. Но девушка, как и следовало ожидать, послала его, так же, как и Кенни, только в мягкой форме. Однако Ли предпринял ещё одну попытку:       — Ларри хотел бы...       Но договорить ему девушка не дала, заорав на него, вложив в голос одновременно всю боль и ненависть:       — ПОШЁЛ НА ХУЙ! Думаешь, он хотел этого? Ты не знаешь, чего он хотел. Ты не знал его! Ты не дал моему отцу и шанса!       — Может... Может, мне надо было усердней стараться. Но я знаю, что он любил тебя... Он хотел, чтобы ты выбралась отсюда.       Выдержав небольшую паузу, чтобы дать Лилли время успокоиться и перестать всхлипывать, Ли сказал, что он, кажется, нашёл выход, но Сент-Джоны забрали у него мультиинструмент, поэтому с помощью него он не может снять решётку. Девушка, разумеется, уставилась на него вопросительным взглядом, мол, а я-то чем могу помочь, но, снова выдержав паузу, мужчина ответил:       — Ещё в мотеле я слышал, что Ларри говорил что-то про мелочь в его кармане. Думаю, я смогу использовать монетку вместо отвёртки.       — Другими словами, мой отец для тебя полезнее мёртвым, чем живым? — подытожила Лилли, чей взгляд выражал столько ненависти, что будь я сейчас на месте Ли, то предпочла увеличить дистанцию между собой и этой женщиной от греха подальше.       Однако мужчина попытался убедить её, что будь у Ларри ключ от двери этого помещения, он разве придержал бы его у себя? Нет, он бы отдал всё, чтобы спасти свою дочь, поэтому Лилли должна позволить проверить, имеется ли у этого старика монетка.       Сжав в ладонях рубашку отца, за которую девушка цеплялась всё это время, дрожащим голосом она спросила:       — Что тебе нужно, Ли? Моё благословение, чтобы обшарить его труп?       — Твоё разрешение, — тихим голос ответил мужчина, стыдясь того, что предстояло сделать.       Не желая наблюдать за тем, как он будет обыскивать труп, я отвернулась и опустила глаза в пол, моля, чтобы Ли поскорее закончил. Хотелось даже закрыть лицо руками, но я попыталась сдержать себя, чтобы не выглядеть ещё хуже, чем сейчас. Мельком взглянув на свои ладони, мне почудилось, будто на них алеют свежие пятна крови, поэтому я усердно потёрла их о шорты, не заметив озадаченного лица Клементины.       — Перестань, — ласково попросила она, взяв мои ладони в свои, и крепко сжала их маленькими ручками.       У меня не хватило воли поднять на неё глаза, поэтому я продолжала сверлить взглядом пол, стараясь занять голову какими-нибудь позитивными мыслями. И в тот момент, когда показалось, будто мне удалось справиться с плохими мыслями, в памяти всплыла сцена в столовой, где все мы сидим за обеденным столом, а в проходе проползает безногий Марк, оставляя за собой кровавую дорожку. Я почувствовала, как к горлу подступила тошнота, но сдержала её, сжав ладошки Клем. Та даже не вскрикнула и не дёрнулась, в то время, как должна была бы.       — Вот наш выход, Ли, — послышался довольный голос Кенни, и я повернула к нему голову, чтобы удостовериться в его словах.       И действительно, решётка была снята, а нашему взору предстала вентиляционная труба. Видимо, монетка или ещё что-то полезное у Ларри всё же нашлись, и я неосознанно обратила на него внимание, но стоило только вновь увидеть размозжённый череп и лужу алой крови вокруг тела, как рвотный позыв возобновился, и меня вывернуло наизнанку. Благо, успела отвернуться в сторону, чтобы девочка не видела сего отвратительного действия. Да, запоздалая реакция на мёртвое тело, но организму не прикажешь. И только я попыталась подняться, как у меня закружилась голова, и пришлось вновь плюхнуться на пол, так и не успев встать. Клементина успокаивающе гладила меня по спине, в то время как Ли с Кенни обсуждали, куда ведёт эта труба, и кто в неё полезет.       Однако то, что случилось после слов Ли о том, что труба слишком узкая для них, мягко говоря, меня удивило. Клем повернулась к мужчинам и сказала:       — Я смогу.       После этого в воздухе повисло неловкое молчание. Ли, переглянувшись с другом, не спеша подошёл к нам и, присев на корточки напротив Клементины, посмотрел на неё сожалеющими глазами.       — Знаешь, — вдруг начал он, — ты не обязана это делать.       — Да, — тут же согласился Кенни, — Сандра тоже...       Стоило ему произнести моё имя, как девочка сразу запротестовала и заверила, что справится. Такая забота со стороны ребёнка заставила ощутить одновременно и стыд за то, что в данный момент я такая бесполезная, и тепло на душе от того, что обо мне беспокоятся.       Удостоверившись, что Клем подсадили, и она скрылась в вентиляционной трубе, я смогла расслабиться и уставилась на дверь, ожидая, что из-за неё вот-вот появится маленькая девочка с кепкой на голове. И буквально через пол минуты щёлкнул замок, и дверь медленно открылась, оставив для начала небольшую щель, через которую Клем заглянула в помещение. Увидев нас, она с облегчением вздохнула. О себе, кстати, могу сказать то же самое. Ли тут же подошёл к ней и поинтересовался, видел ли её кто-нибудь, а, получив отрицательный ответ и узнав, что один из братьев сидит у выхода, принял серьёзное выражение лица и, обернувшись к Лилли, сообщил ей, что пора уходить.       — Оставь меня одну, — только и ответила она, не подняв даже глаз на собеседника.       — Здесь небезопасно, — попытался убедить он девушку, но та лишь сильнее возмутилась:       — Ли, ради всего святого! Я даже не попрощалась!       На этот раз мужчина не нашёлся, что ответить, и его спас Кенни, подозвав к себе, объясняя, что у него, кажется, есть план. Обратившись к Клем, Ли попросил, чтобы она присмотрела за Лилли и мной, пока он разберётся с Сент-Джоном. Вы только вдумайтесь в его слова. Ха, просить маленькую девочку присмотреть за двумя девушками, как будто мы дети малые. Хотя, если учитывать, в каком состоянии находится каждая из нас, то всё логично, наверное.

***

      — Не плачь, пожалуйста, — просит меня Клементина, поглаживая по голове.       Мне было так стыдно за своё поведение, но я просто не могла остановиться. Всё произошедшее за эти дни слишком сильно давило на меня, а держать все эмоции в себе стало просто невыносимо. Кажется, я начала дрожать, потому что девочка перестала проводить рукой по мои волосам, а попыталась обнять меня за плечи, прижавшись ближе. Я не стала возражать.       В тот момент, когда уже почти успокоилась, вдруг услышала выстрелы из соседнего помещения, где были Ли с Кенни. Оружия при себе у них не было, значит, стрелял определёно Сент-Джон. Мысленно моля, чтобы они оба остались целы, я вскочила с пола и готова была броситься к двери, как тут меня остановил голос Лилли:       — Ну и что ты сделаешь? Тем, что полезешь на рожон, им не поможешь.       Высказав своё мнение, она снова опустила глаза к телу отца, положив руки себе на колени и сцепив пальцы между собой. Конечно же, я понимала, что она права, но сидеть на месте ровно не позволяло шило в заднице, которое возникло из-за этого проклятого выстрела. Снаружи всё ещё слышались голоса, поэтому я, послушав Лилли, осталась стоять на месте, сжав в ладонях края шорт.       Однако уже мгновение спустя голоса затихли и, видимо, Лилли решила, что пора, потому что наконец встала с колен и молча прошла к двери, проигнорировав нас с Клем. Обернувшись, я удостоверилась, что девочка по-прежнему на месте, и протянула к ней руку, зовя за собой. Улыбнувшись, она с радостью сжала мою ладонь, и мы, держась за руки, последовали за девушкой. Но стоило лишь войти в следующее помещение, как меня пробрал жуткий холод, и я крепко сжала ладонь Клементины, попятившись назад, даже не осознавая этого. Всё, что предстало моему взору, ещё долго будет сниться в кошмарах, заставляя просыпаться в холодном поту. То, что эти фермеры прятали за той дверью в амбаре, даже трудно было вообразить. Я ожидала увидеть что угодно, но не настоящую скотобойню. Повсюду на столах лежали окровавленные инструменты, названия которых я даже не знала, а на полках в банках плавали, как мне показалось, органы. В конце помещения находились циркулярная пила и небольшая ванная, тоже покрытые пятнами засохшей крови.       Казалось, что вот-вот вновь случится приступ. Почувствовав это, Клем дёрнула меня за руку и прошептала:       — Просто не смотри. Можешь закрыть глаза, я поведу тебя.       Собрав всю силу, что во мне ещё осталась, я сосредоточила взгляд на Лилли, которая ждала нас у следующей двери, ведущей в амбар и, не отвлекаясь ни на что, потопала к ней. Равнодушно посмотрев на меня, она стала прислушиваться к голосам, доносившимся снаружи, и я смогла разобрать монолог Денни, после которого услышала Ли, ответившего ему на повышенных тонах:       — Нет, мир сейчас работает не так! Ты не заставишь меня убить тебя!       Не обращая ни на кого внимания, Лилли вышла к ним, а я с удовольствием присоединилась к ней, желая поскорее покинуть эту жуткую человеческую скотобойню. Клем всё так же держала меня за руку и топала рядом, за что я была очень ей благодарна. Мне до сих пор было трудно поверить, что такая маленькая девочка оказывает мне поддержку, в которой я отчаянно нуждаюсь. Она как будто чувствует, когда нужно что-то сказать, когда промолчать, а когда достаточно просто взять за руку. Я знакома с этим ребёнком всего ничего, а создаётся впечатление, будто она знает меня всю жизнь.       Мы прошли чуть дальше, и нашему взору представился Денни, лежавший на полу среди сена с застрявшей в капкане ногой. Его положение напомнило мне встречу с Ли и Марком в лесу, заставив испытать дежавю. Я даже усмехнулась слегка, вспомнив, как именно парни решили вытащить бедолагу из капкана. В сравнении с увиденным ранее, отрубание ноги — сущий пустяк. Но отведя взгляд от ноги этого подонка, я подняла глаза чуть выше и наткнулась на вилы, торчащие из стога сена как раз на уровне шеи Денни. Сложно было поверить в то, что Ли не убил его после того, что по милости его семьи нам пришлось испытать. Так же стоит учесть то, что, будь мы по-прежнему в мотеле, Ларри был бы жив.       — Пошёл ты в жопу, Ли, — послала его Лилли, не воздержавшись от комментариев, в отличие от меня. — Вы с Кенни убили моего отца, но оставляешь этот кусок дерьма в живых? Грёбанный мудак.       С одной стороны, она подобрала очень грубые слова, чтобы описать увидённое, но, с другой — я не в праве винить её за это. Даже если мужчины действовали из лучших побуждений, радость девушке это не принесло. И, признаюсь, меня до сих пор гложет мысль о том, действительно ли Ларри был уже мёртв или оставался шанс его спасти. Если тогда, в холодильнике, идея избавиться от потенциального ходячего мне казалась приемлемой, то теперь поведение Лилли заставляет сомневаться в правильности такого поступка.       В момент, когда Ли хотел что-то ответить, где-то неподалёку раздался рыдающий и молящий голос Кати:       — О Боже! Не делай ему больно! Пожалуйста!       — Это Катя! — подтвердил очевидное мужчина и обратился к Лилли с просьбой позаботиться о нас с Клем.       Но, судя по выражению её лица, излучающего всякую неприязнь к личностям, находившимся поблизости, она явно не была в восторге от этого. Поэтому, отпустив ладошку Клем, я обхватила девочку за плечи, как она меня недавно, и, прижав к себе, дала понять, что защищу маленького ангела, чего бы мне это ни стоило.