Спаси меня

      — Даже не смей уходить от меня, Ли! — вопил вслед мулату Эндрю, стоя под проливным дождём, в голосе которого не слышалось ничего, кроме отчаяния.       Мужчина упал на колени, потеряв силу в ногах, и смотрел в спину Ли, который, держа в руке ружьё, шагал к своей группе. Друзья терпеливо его ждали, находясь возле ворот, через которые они не так давно вошли на эту злосчастную ферму. Клементина, вся промокшая от дождя, прижималась ко мне, а я обнимала её рукой за плечи, искусав до крови губы от переживания.       Ли шёл не спеша, смотря себе под ноги и стараясь не слушать, о чём говорил тот ублюдок, однако через пару шагов он остановился и оглянулся. Казалось, мужчина сейчас и правда вернётся к Сент-Джону и закончит начатое. В глазах Эндрю можно было даже прочесть отчётливую надежду на это, но Ли, сжав свободную ладонь в кулак, отвернулся от этого подонка и, зажмурившись на секунду, направился к группке людей, ожидавшей его возле ограды.

***

      — Отпусти его, чёрт тебя дери! — послышался яростный и злобный голос Кенни где-то снаружи.       Всё ещё прижимая к себе Клем, я боялась покинуть амбар и посмотреть, что происходит за его пределами. Дождь, что начался так внезапно, заглушал большинство звуков и голосов, раздающихся во дворе, однако, несмотря на это, очень отчётливо мы слышали стонущего Денни, который лежал рядом, на полу. Он пытался открыть капкан и вызволить из него свою ногу, а Лилли, бросив на него взгляд полный презрения, подошла и пнула носком ботинка железный механизм, что заставило Сент-Джона завопить от боли и сыпать проклятиями. Девушка была довольна результатом. Это подтверждала злобная ухмылка на её лице, которая не исчезла даже тогда, когда сквозь шум проливного дождя послышался выстрел, а после него плачь Кати и вскрик Дака:       — Папа!       — Кенни, — беззвучно прошептали мои губы, и я, решившись разжать пальцы на плечах девочки, кинулась к дверям амбара.       Вцепившись ногтями в деревянную раздвижную дверь, я не сразу заметила, как рядом оказалась Клементина и, протянув руку, схватилась за висящую у меня на бёдрах блузку. Одно её нахождение рядом уже давало немалую моральную помощь. Мне казалось, будто она единственная, кто действительно меня понимает и оказывает поддержку. Этот взгляд, которым Клем награждает меня каждый раз, что-то затрагивает в моей душе, заставляя относиться к этой девочке не так, как к остальным. Иногда даже кажется, что я смогла бы стать для неё старшей сестрой и оберегать малышку, как это делала когда-то для меня Сэл. Однако я не настолько наивна, чтобы считать себя подходящей кандидатурой на такую роль. Карли справилась бы с этим намного лучше меня.       Из самокопания меня вывел голос Эндрю, который теперь слышался чуть отчётливее. Парень стоял во дворе с дробовиком, держа одной рукой Дака за шкирку, который, скорее всего, всхлипывал, потому что совсем рядом на земле лежал Кенни, а над ним склонилась Катя, прижимая мужа к себе. От этой картины защемило в груди и казалось, что я перестала дышать. Мой взгляд так и остановился на мужчине в кепке, которого, кажется, застрелил ублюдок, держащий на мушке бедного мальчика.       Сжав зубы, я уже была готова ринуться на одного из братьев, что стоял сейчас под дождём, вполне отчётливо осознавая, что стоит мне появиться на горизонте, как тут же в груди образуется дыра от выстрела дробовика. Однако, стоило мне чуть податься вперёд, как хватка Клем усилилась, не давая сдвинуться с места. Опустив глаза, я встретилась с ней взглядом, не пытаясь скрывать печали на лице.       — Он жив, — только и прошептала девочка, продолжая смотреть мне в глаза и сильнее сжимая пальцы на моей блузке.       Желая удостовериться в её словах, я резко развернула голову и устремила взгляд туда, где должна была горевать Катя, склонившись над без чувств лежащим мужем. Меня в прямом смысле этого слова окатила волна облегчения, и я даже смогла издать лёгкий смешок, когда увидела, как Кенни, живой Кенни, стоит на ногах, оперевшись о жену и одной рукой держась за бок. Видимо, прицел у Эндрю хромал, чему стоило только порадоваться.       — Вы что, блядь, о себе возомнили? — негодовал тот, переводя взгляд то на Кенни с женой, то на Ли, присутствие которого я не сразу заметила. — Смотрите, что вы наделали!       Мулат что-то сказал ему в ответ, делая неспешные шаги по направлению к Сент-Джону. Этот чёртов дождь мешал мне как следует расслышать их разговор, но было очевидно то, что миром это дело не кончится, потому что Эндрю снова заорал:       — Успокоиться? Мы хотели только грёбанный бензин! А вы...       Договорить ему не дал выстрел, что раздался со стороны огорода, в котором росла высокая кукуруза. К сожалению, пуля прошла чуть левее, задев только ухо подонка, не попав в цель, но и этого хватило, чтобы он отшатнулся и ослабил хватку, позволив пацану вырваться и кинуться в объятия матери, которая тут же прижала его к себе. Бросив взгляд туда, где должен был находиться стрелок, я широко распахнула глаза, пару раз моргнув ресницами. Кого-кого, а её я совсем не ожидала здесь увидеть. Она вместе с Беном должна была куковать в мотеле, а вместо этого пробралась на ферму и, кажется, вырулила ситуацию в нашу пользу. Карли всё ещё стояла в боевой стойке, держа двумя руками пистолет, направленный на Эндрю.       Кинув короткий взгляд на неё и одобрительно кивнув, Ли воспользовался моментом и бросился на Сент-Джона, что топтался на месте и держался за раненное ухо. Когда мулат оказался рядом, тот выставил вперёд ружьё, но не успел выстрелить, так что пришлось воспользоваться им, как щитом. Схватившись за дробовик двумя руками, Эндрю отталкивал противника от себя, который наваливался на него всем весом.       Перед тем, как эти двое скатились с холма к ограде, Ли удалось ударить подонка ружьём в челюсть, вполне вероятно выбив пару зубов. Приземление сто процентов не оказалось приятным, отчего Ли с трудом поднялся на четвереньки, но сразу получил пинок в живот от быстро вставшего на ноги Эндрю. Тот, не теряя зря времени, подошёл к генератору, так к несчастью оказавшемуся рядом, и включил его. Я даже не успела подумать о том, когда его умудрились починить, потому что в следующий момент этот ублюдок схватил мулата за шкирку и потащил к искрящейся ограде. Заломив ему руки за спину, он пытался приложить лицо Ли к раскалённым проводам, хорошенько поджарив.       — Лилли, стреляй! — взмолилась я, повернувшись к девушке, что держала в руках ружьё Дэнни и со спокойным выражением лица наблюдала за картиной, развернувшейся во дворе.       Но мою просьбу она проигнорировала и даже отвела глаза, сжав губы. Я боялась, что Эндрю всё же удастся сделать задуманное, но в следующий момент Ли вырвал руку и локтём ударил подонка по причинному месту, заставив того согнуться пополам. Не теряя времени, мулат повалил его на землю и, сев сверху, зарядил пару раз кулаками по его жалкой физиономии, после чего, взяв за грудки, поднял на ноги и отбросил к ограде. Однако того лишь слегка шибануло, и Сент-Джон беспомощной тушей вновь упал на траву, что-то невнятно выкрикивая собравшемуся уходить Ли, который, наклонившись, подобрал валяющееся ружьё.       — Это всё, что ты можешь, Ли? — кричал Эндрю, с трудом вставая на ноги, а мулат лишь ответил, что всё уже кончено и, обернувшись, поискал взглядом друзей.       Ли сказал ему что-то ещё, но из-за шума дождя и расстояния сложно было расслышать, однако реакцию на лице Сент-Джона нельзя было не заметить. Отчаяние.

***

      После всего пережитого этот лес наводил на меня ужас. Мы шли ночью среди деревьев, через кроны которых еле-еле пробивался лунный свет. Иными словами, наша группа передвигалась практически в потёмках, но глаза потихоньку привыкали к отсутствию света, и я могла видеть не просто фигуры людей, но и узнавать в них своих знакомых. Например, впереди меня идут Ли с Клементиной, которая изредка оборачивается, поглядывая на меня, а позади, смотря себе под ноги, шагает Карли и не выпускает из рук пистолет.       Мы все сейчас идём по этой чёртовой тропе, которая не так давно привела нас к каннибалам на их ферму, но только в обратном направлении. Ни за что бы не подумала, что захочу вернуться в тот мотель, где, как оказалась, намного безопаснее. Да, за ограждением под напряжением хоть и можно чувствовать себя увереннее, но только не когда за спиной стоят ублюдки, которые только и ждут момента, чтобы сожрать тебя с потрохами.       Марк. Я не так хорошо знала этого парня, как остальные, но не посочувствовать ему не могу. Он не заслужил того, чтобы быть наполовину съеденным и умереть от потери крови. Когда Кенни принёс меня к ним в группу, Марк попытался убедить Лилли оставить и меня, и тех двух несчастных в лице Бена и мужика с отрубленной ногой. Тогда ещё вмешался Ларри, защищая свою дочь и оправдывая её строгость и недоверие к чужакам.       — Ларри... — прошептала я, вспомнив, что с ним стало, и сразу схватилась за рану на щеке, которая не так давно начала снова ныть.       Все шли молча, и только мой стон нарушил тишину, заставив пару человек обернуться в мою сторону, но затем снова возвратиться к своим размышлениям. Все ведь сейчас этим и занимались, правда? Шагали по земле и переваривали то, что пришлось пережить за этот день. Готова поспорить, что многие не отказались бы сейчас перемотать время и не покидать своё убежище, дабы посетить чёртову ферму проклятых Сент-Джонов. Кто-кто, а Лилли точно бы отдала многое, даже могла бы кем-нибудь пожертвовать, лишь бы вернуть своего отца.       Наверное, мы бы так и прошли остаток пути в гробовом молчании, если бы не Карли, которая, пройдя мимо меня, поравнялась с Ли. Спрятав наконец пистолет за пояс, она заговорила:       — Эй, Ли, я бы извинилась за то, что мы покинули мотель, но...       — Я рад, что вы вернулись, — ответил он полушёпотом, и, хоть я смотрела ему в спину, но готова была поклясться, что губы его дрогнули в улыбке, что снова меня задело. — Если бы ты тогда не выстрела в Эндрю, не думаю, что мы все выбрались бы оттуда.       Мне захотелось встрять в разговор и сказать, что это неправда. У того подонка хоть и было ружьё, но мы превосходили его численно. Да, скорее всего из нас погиб бы кто-нибудь ещё, но сбежать с фермы точно бы получилось. Тот выстрел, что совершила Карли, всего лишь поцарапал ухо, а не вышиб, к примеру, мозги, и не попал в ногу или руку. Очень глупо придавать этому такое большое значение, разве нет? А Ли отнюдь не из глупых людей.       Мне захотелось стукнуть себя по голове из-за того, что я не замечаю такие элементарные вещи. Или просто отказываюсь замечать. Это была не лесть и не преувеличение действительного, а просто похвала или комплимент, как вам больше по душе. А почему? Потому что Карли нравится Ли, и готова поспорить, что это взаимно.       — Они и правда убивали людей? Для еды? — поинтересовалась она почти шёпотом, чуть придвинувшись к мулату.       — Нам надо было догадаться, что что-то не так, — ответил он, в голосе которого явственно чувствовалась досада.       — Как мы могли предвидеть ТАКОЕ? Пойдём, Ли.       Обняв себя руками, я чуть замедлила шаг, решив оставить этих двоих наедине. Клем так же не заметила моего отсутствия, что вдвойне ударило по моему и без того плохому настроению. Позади себя я услышала, как закряхтел Кенни, и обернулась, чтобы удостовериться в его благополучии. Он остановился возле дерева, чуть оперевшись на него, хватаясь за бок. Рядом стояла Катя, положив руку ему на плечо и что-то шепча, а Дак суетился вокруг этих двоих, что-то болтая без умолку. Остановившись и чуть потоптавшись на месте, я решила подойти и узнать, всё ли хорошо.       — Как ты? — спросила Катя, заглядывая в глаза своего мужа.       — Всё в порядке, — поспешил утешить её Кенни, потихоньку выпрямляясь, — просто уже не такой молодой, как раньше.       Заметив моё приближение, он сказал своим родным, чтобы они шли дальше и дали поговорить с этой девочкой наедине. Честно говоря, то, что мужчина назвал меня практически ребёнком, очень задело, отчего я нахмурилась и скрестила руки на груди. Вперив в Кенни недовольный взгляд и так же держа руки на груди, я ожидала, когда он начнёт первым.       — Как ты, малышка? — поинтересовался мужчина в кепке, чуть усмехнувшись, и сразу зашипел от боли.       Проигнорировав его вопрос, мне хотелось спросить у него, всё ли в порядке, нужна ли помощь и всякое такое, но я боялась открыть рот и потревожить рану, которую и так следовало бы вновь обработать. Но Кенни, кажется, меня понял, потому что, взглянув на моё обеспокоенное лицо, сразу попытался убедить, что волноваться не о чем. Хотелось бы ему верить, но внешне он никак не был похож на полностью здорового человека.       — После этого будут последствия, — заговорил вдруг Кенни, опустив голову. — Мы ведь с Ли убили отца Лилли.       Хотелось сказать ему, мол, мог бы и не напоминать, но попыталась представить, каково сейчас моему собеседнику и решила, что будет уместным промолчать и дать ему закончить:       — Мы в дерьме... Послушай, малышка, мой фургон сейчас на ногах. Через некоторое время я с семьёй собираемся свалить отсюда куда подальше. Я предлагал Ли взять девочку, Клементину, и уехать вместе... Думаю, у нас найдётся место для ещё одного пассажира.       Его предложение было настолько неожиданным, что я чуть оторопела и просто хлопала ресницами, округлив глаза. Однако, похоже, ответ нужно было дать сейчас, поэтому, не имея возможности ответить словами, я кивнула, соглашаясь покинуть мотель, в котором по факту остаются лишь трое: Лилли, Бен и Карли. Хотя насчёт последней я сомневаюсь. Если у них с Ли что-то есть, то он вряд ли оставит её, а настоит на том, чтобы взять её с собой. И при таком раскладе кому-то придётся остаться и заменить её. А это буду я.       Решив больше не стоять на месте и не давать Кате поводов для ревности, я двинулась с места, чуть ускорив шаг, чтобы нагнать Клем, которая теперь шла отдельно от той парочки. Услышав шаги возле себя, она обернулась и, увидев меня, улыбнулась уголками губ, давая понять, что рада моему присутствию. Поравнявшись с Клем, я протянула ей руку, и она с радостью ответила мне, сжав свои маленькие пальчики у меня на ладони.       Однако не заметить, что её что-то тревожило, было сложно, поэтому я чуть дёрнула Клементину за руку, обращая на себя внимание. Девочка подняла на меня голову, а я кивнула на неё подбородком, будто спрашивая, что случилось. К счастью, она меня поняла, но чуть замялась, прежде чем ответить:       — Плохие люди мертвы?       После этого вопроса перед глазами сразу вспылила картина, которую нам всем пришлось лицезреть, покидая ферму. Вспомнился генератор, который заискрился и задымился, отчего отключилась и ограда, бывшая ранее под напряжением, делая окрестности ныне не безопасными. Далее послышались характерные рычание и кряхтение где-то совсем близко, отчего стало разумным поторопиться и, взяв ноги в руки, валить отсюда подальше. И это было правильным решением, потому что со стороны огорода уже показалась парочка ходячих, которая, оперевшись всем весом на ограду и не встретив сопротивления, с легкостью её повалила. Проложив себе путь, эти мертвяки поплелись к одиноко стоящему на коленях Эндрю, злобно и жадно рыча, будто бы приглашая остальных на вкусный ужин. Из разных уголков показалась ещё тройка-четвёрка тварей, так же поваливших ограду, пробираясь на ферму.       Вспомнив, что Клементина ждёт ответа, я опустила на неё взгляд и утвердительно кивнула, пытаясь дать понять, что плохие люди мертвы. Они сделали много нехорошего, поэтому теперь наказаны. Девочка, кажется, поняла меня, потому что тоже твёрдо кивнула, возвращая свой взгляд на дорогу и больше не говоря ни слова.       Через пару минут всеобщую тишину вновь кто-то нарушил, и этим кем-то оказался Дак, обращаясь к своему отцу:       — Эй, пап, а что это за шум?       Остановившись и чуть прислушавшись, я тоже начала различать какой-то шум вдалеке, поэтому крепче сжала ладонь Клем, не отпуская её от себя ни на шаг. Услышав изречение Кенни, что это, должно быть, машина, я готова была обрадоваться, но в памяти всплыли два брата, которые пришли просто попросить бензин, после чего эта группа потеряла двух своих людей. Наверное, новые знакомства нам сейчас ни к чему. Так, видимо, решили и остальные, потому что стали вести себя крайне тихо, не рискуя сдвинуться с места. Вернее, все, за исключением Ли, который уже медленными шагами продвигался меж кустов, решив проведать обстановку.       — Мы не хотим неприятностей! — подал он голос, осторожно обходя деревья и не спеша направляясь к машине.       Ответа не последовало, поэтому сначала Кенни, а потом и все остальные рискнули выйти из укрытия и нагнать своего друга, так как, кажется, хозяев автомобиля не было поблизости. И это оказалось действительно так. Кто-то бросил машину с работающим двигателем посреди лесной дороги, а сам при этом куда-то исчез.       Всё ещё не отпуская руку Клем, я пошла вслед за остальными, постоянно оглядываясь и вертя головой по сторонам в попытке заметить чьё-нибудь приближение, чтобы успеть предупредить остальных. Клементина, будто бы читая мои мысли, тоже стала озираться по сторонам, всматриваясь в тень деревьев, словно оттуда вот-вот должен кто-то выскочить.       — Детка, ты должна это видеть, — позвал свою жену Кенни, который возился с багажником автомобиля и наконец открыл его. — Да тут полно еды и припасов!       — Эта еда может спасти всех нас! — воодушевилась Катя, подбегая к мужу и убеждаясь в его словах.       — Не всех нас, — тут же поправила её Лилли, имея ввиду своего отца и Марка, которых больше не было с нами.       На слова девушки Кенни лишь устало вздохнул и, переведя взгляд на сына, что стоял рядом, положил руку ему на голову и потрепал по волосам, вызвав у Дака улыбку.       — Эм, — подал голос Бен, пытаясь вставить своё слово, — мы не знаем, мертвы ли эти люди.       И, если честно, я была полностью согласна с этим парнем, что недоверчиво поглядывал на эту машину и припасы, скрестив руки на груди. Лилли, к моему удивлению, с ним согласилась, сказав, что мы будем настоящими монстрами, которые пришли из леса и разрушили их жизни.       — Эти вещи не наши. Нельзя их брать! — послышался голос Клементины, что до сих пор стояла рядом и держала меня за руку.       Дак озадаченно посмотрел на своего отца и спросил, чья это машина. Я ожидала от него какого угодно ответа, но только не такого:       — Не волнуйся по этому поводу, сынок. Теперь она наша.       И эти слова как-то подействовали на всех остальных, потому что больше никто не стал высказывать своего мнения, будь оно "за" или "против" того, брать припасы или нет. Все по одному подходили к багажнику и брали коробки с едой, медикаментами и прочим, что протягивал им Кенни, и при этом ничуть не колебались, будто совесть у них ушла гулять и не вернулась. Только мы втроём, я, Ли и Клем, стояли в стороне, не зная, как поступить. Наверное, у нас у единственных ещё осталась капелька разума, не позволяющая красть чужие вещи, хоть они и нам самим были необходимы.       — Ли, — позвала Катя, держа в руках очередную коробку, — тут есть толстовка, она как раз размера Клементины.       Уже зная ответ, но всё равно опустив глаза на девочку, он будто спрашивал её взглядом, хочет ли она взять эту вещь? Мне даже не пришлось смотреть на неё, чтобы понять, Клем отрицательно помотает головой, потому что я итак знала, что этот ребёнок не переступит через свою совесть.       Получив от Клементины отказ, мужчина помотал головой и ответил Кате:       — Она нам не нужна, спасибо.       — Мужик, как хочешь, но скоро похолодает, — напомнил Кенни, вытаскивая из багажника автомобиля последнюю коробку, чуть подбросив её, чтобы взять поудобнее.       Отпустив ладонь Клем и вместо этого обняв её, прижимая к себе покрепче, я с досадой наблюдала, как Бен, Карли, Лилли и семья Кенни несли коробки с чужими припасами в их... наш мотель. Тяжело вздохнув, я устало покачала головой и, прикрыв на секунду глаза, почувствовала, как кто-то обнял меня за плечи. Встрепенувшись и повернув голову, я увидела Ли, что устало улыбался мне и, поймав мой взгляд, сказал:       — Пойдём домой.       И этих слов было достаточно, чтобы впервые после пережитого я попыталась искренне улыбнуться.