You are nothing

— Ты не сможешь задавить в себе чувства, которые душат тебя изнутри. Рука на плече. Теплая и живая. Мёрфи пальцами ее накрывает, сглатывая нервно в горле комок. Перед ним опустела уже вторая бутылка, вот только алкоголь никак не берет. Не помогает ему отключиться. Не помогает прогнать эти мысли. Прогнать е г о из своей тупой головы. — Ты мертв. — Знаю, Капитан очевидность. И потому сейчас самое время признать... — Что перед своей тупой смертью ты переметнулся к врагу? Охуенно. Он не скидывает ее. Его тяжелую руку. Не сейчас. Не когда он мог бы закрыть и глаза и поверить. Поверить, блять, что Кларк не нажала на чертов курок из-за маленькой сучки с поехавшей крышей. Что Беллами не погиб, спасая пророка не пойми какой веры. Что Беллами действительно здесь. Что он может... просто может быть с ним рядом, как раньше. Просто быть... — То, о чем ты мне не говорил никогда. > > Я не могу без тебя. Беллами, я подыхаю. — Что ты — эгоистичный ублюдок? — Что тебе все еще снится Ковчег. Ковчег и ночи, что были слишком уж холодны. Шесть лет над пропитанной радиацией мертвой планетой. Шесть лет, о которых оба предпочли забыть на Земле. Сделали вид. — Просто сны. — Не просто, Джонни... Как и то, что было у нас. Джонни. Он звал его так. Только так, когда они оставались вдвоем и ненадолго обо всем забывали. Про смерть снаружи и разложение внутри. Про глупые попытки для чего-нибудь выжить. — Просто трах. Попытка убить время и не свихнуться. — Сейчас я могу видеть чуть больше, чем прежде. Я пришел к тебе, чтобы сказать — мы обязательно встретимся снова. Смерть — это еще не конец. — Тебя здесь нет, и если бы я не напился... — Я все равно был бы рядом с тобой. Позже... Джонни, ты обязательно увидишь, что так было нужно. А сейчас прекрати изводиться. > > Еще предложи мне забыть, что ты смотрел в ее лицо перед смертью. Глазами, полными слез. Смотрел на нее. Любил ее. Все это время. — Изводиться? Сука. Ненавижу тебя. — Ненавидишь и любишь. Ревнуешь. Не надо. Ни Эхо, ни Кларк. Всегда — только ты. Столько времени упустили бездарно. Но все еще будет. Поверь. — В загробной жизни? Пиздецки смешно. Не пошел бы ты нахуй? Ненавидишь и любишь. Мёрфи спорить не будет. Ненавидишь и любишь. Всегда только ты. Теперь — чертов призрак. Мёрфи тянет руку к щеке. На секунду представить. На один только крошечный миг. Что он здесь.