Иллюзия любви

Артур не верил своим глазам. Перед ним был Франциск. Живой, но душевно измученный. Франция пристально смотрел на Артура, ничего не говоря, впитывая каждую черту его лица. Руки Франциска мёртвой хваткой держали плечи Англии, будто Артур мог в любую минуту испариться в воздухе. И тем не менее, в этой хватке была капля трепета. Англия судорожно пробежал взглядом по лицу Франции: по усталым испуганным глазам, тонким изгибам скул, мягкому овалу лица... Всё это было настолько родное, своё... Артур взволнованно вздохнул и обхватил ладонями лицо Франциска, жадно вглядываясь в его глаза. Тут Франция с силой притянул Англию к себе, уткнувшись носом в его шею. — Нет, Арти, ты не сумасшедший,— прошептал Франция. Англия был ошеломлён, он до сих пор не верил, что перед ним действительно Франциск. "Неужели я прошёл испытание?.. Возможно. Я больше не чувствую шума в голове, не чувствую боли. Значит, я всё-таки сделал это... я смог..."— Артур зажмурил глаза, горько усмехнулся и обхватил Францию руками. От Франциска пахло цветами и дорогим вином. Как всегда. Как и было раньше. Англия слышал, как часто и ровно бьётся сердце дорогого ему человека, чувствовал его тёплое дыхание. — Всё в порядке... Я с тобой... Я не отпущу тебя... N`effrayes pas... Je peux te protèger... Je peux...Tu ne serai pas seul...*— Франция волновался, сбивался и переходил на французский. Он не понимал, что говорит на непонятном для Артура языке. Просто ему так было легче. — Франциск, прости меня...— вдруг сказал Артур, сам от себя этого не ожидая. Слова машинально слетели с его губ. Руки Франции слегка дрогнули. Он отстранился от Англии и удивлённо на него посмотрел. — За что? — За то, что не ценил тебя... За то, что ты оказался здесь,— выдавил из себя Артур. Больше всего он не любил осознавать свои ошибки. Франциск слабо улыбнулся и нежно провёл пальцами по щеке Англии. — Ты не виноват, mon chèr. Не стоит перешагивать через себя, чтобы меня утешить. Виновный здесь только один — и это я. Я же всё начал. — Что? Не шути так, Франция! Почему... почему ты вообще не сказал, что любишь меня, чёрт возьми?!— сорвался Англия и серьёзно посмотрел на Франциска. Тот округлил от удивления глаза, в замешательстве чуть приоткрыл рот. Франция был ошеломлён и сконфужен одновременно. Он не ожидал, что Артур спросит именно это. Да и как он узнал? — А как бы ты отреагировал, Артур, на моё признание в любви?— Франциск отвёл взгляд. — Я бы...— Англия задумался и честно признался,— послал тебя, наверное. — Вот видишь. Мы с тобой слишком долго были врагами, чтобы подружиться. Франция выглядел подавленным. Это испугало Артура, он редко видел его таким. — Но я же здесь, Франциск. Я прошёл это проклятое испытание, чтобы найти тебя. А не для того, чтобы услышать, что... Англия замялся. Заклятые слова чуть не слетели с его губ, но Артур вовремя остановил себя. "Что мы не можем быть вместе"— вот что хотел сказать Англия. Но не смог. Он мысленно равнял эти слова с признанием в любви, и это останавливало его. Он ещё не готов. Это не характерно для него. Слишком... открыто. — Я просто не хочу, чтобы ты снова страдал...— начал Франция. — А я не хочу, чтобы ты снова исчезал!— перебил его Англия и покраснел. Франциск безрадостно улыбнулся и провёл рукой по спутанным волосам. — Зачем я тебе, Арти? Понимаю, я скрашиваю твои серые будни своим вульгарным поведением... но ты никогда не питал ко мне особых чувств, чтобы рваться спасать меня. К тому же тебе далеко до настоящего chèvalier**,— выдохнул Франция. Артуру показалось, что он просто его провоцирует. Хитрый лягушатник! — Ты садист, Бонфуа! Не заставляй меня признавать свои ошибки, оправдываться, говорить, что ты мне дорог...— Франция выжидающе посмотрел на Артура.— Когда это действительно так... Англия повернулся к нему спиной и зажмурился. Он не хотел этого говорить, не хотел раскрывать себя. Ему было стыдно, щёки наливались румянцем. Англия обхватил голову руками. Больше всего на свете ему сейчас хотелось превратиться в невидимку. Или исчезнуть, распасться на атомы. Что угодно, лишь бы не находиться в этой ситуации. "Я сказал это... чёрт... Но разве не к этому я стремился? Чего я вообще хотел добиться, идя на испытание? Да, вернуть Франциска. Но для чего? Не просто так же. Из чувства долга? Или... другого чувства? Да что я говорю, Франциск просто нужен мне. Не знаю почему. Может, по привычке... Он действительно скрашивал мои серые скучные будни. Будни одиночества. И я привык к нему, перестал представлять свою жизнь без него. Но я не скажу ему этого, я не могу... Но тогда зачем я терпел все эти мучения? Чтобы просто увидеть Франциска? Нет... чтобы быть с ним, рядом... чтобы он понял, что тоже нужен мне, хотя это так странно и необычно. Я не должен отказываться от своих слов, но это так сложно! Нельзя пускать всё на самотёк, я должен перешагнуть через себя, через свою чёртову гордость. Ты должен, Англия, должен! Просто признай: тебе нужен Франция, и скажи ему это! Или промолчи и терзай себя всю оставшуюся жизнь. Выбирай, параноик!"— мысленно приказал себе Артур, но лишь крепче вцепился в свои волосы. Это было чертовски сложно — перешагнуть через себя. Вдруг Англия почувствовал, как его рук касаются тёплые ладони Франциска и отводят их в сторону. Потом Франция обнял Артура и уткнулся лбом в его затылок. — Скажи хоть что-нибудь, Арти. Я понимаю, тебе трудно, но иначе я не пойму. Англия машинально сжал ладони Франциска, даже не заметив этого. — Я... я сначала не хотел тебя искать. Мне казалось, что твоя роль в моей жизни ничтожна,— руки Франции напряглись.— Но потом... потом мне показали, что будет со мной без тебя. И это ужасно... Одиночество... Да, я хотел его, но не в такой форме, не в параноидальной. Я слишком долго скрывался от людей и разучился их ценить. Вообще не верю, что говорю это, но мне нужна чья-то поддержка. И похоже, что твоя. Это так странно... но я привык к тебе. Ты действительно скрашивал мои будни, и я не хочу... терять тебя... Да... Ты... ты... мне нужен... Франциск...— каждое слово давалось Артуру с трудом, словно его губы налились свинцом.— Ты единственный, кто не считает меня сумасшедшим. Хотя порой мне кажется, что ты признаешь это, если тебе будет выгодно. — О чём ты говоришь?— Франция сильнее прижал к себе Англию.— Возможно, раньше я бы это и сделал, но не сейчас. Все меняются, Арти. Я изменился, как и ты. — Изменился... Да уж, это точно... Сначала я был растерян, метался, но теперь я всё осознал. Особенно после операционного стола. Что ж, экстремальные ситуации сильно влияют на человека. — Почему это дурацкое привидение так жестоко? Elle se fiche sur les autres et est contente de cela...*** — Что?— не понял Англия. — Забудь, mon chèr. Просто рассуждения вслух,— Франциск замялся и поджал губы.— Я видел всё, что она делала с тобой. Это бесчеловечно. А я... Я ничего не мог с этим поделать, Бог снова не на моей стороне. Хотя я молился ему, чтобы всё прекратилось. Но он, видимо, отлучился по делам...— губы Франции скривила грустная усмешка: Бог не раз отказывал ему в помощи.— Я сидел в импровизированной тюремной камере и видел всё словно на экране огромного телевизора. Когда началось... ну ты понял... я бросился с кулаками на этот экран, но меня отшвырнуло в сторону. Поэтому я не смог помочь тебе... Прости... Англия внезапно вспомнил, что тогда, привязанный к креслу, он действительно слышал чей-то крик. Значит, это был Франция... Так на него не похоже. Но в одном он был прав — люди действительно могут меняться. Не кардинально, конечно. Но они могут усвоить уроки жизни, осознать важность вещей, которые раньше казались чепухой, поменять взгляды на них. Артур воочию в этом убедился. — Повернись ко мне, пожалуйста,— попросил Франциск и ослабил хватку. Но Артур не пошевелился. После всего сказанного он боялся посмотреть Франции в глаза. Ему было стыдно. Никогда раньше он никому не изливал душу. Особенно человеку, который любит его. Что теперь будет делать Франциск? Зная его натуру, Англия мог с уверенностью сказать – что угодно. Вплоть до домогательств. Этого Артур боялся больше всего. Хотя нет, самым страшным кошмаром для него стало бы — если б Франция просто посмеялся над ним. Англия опасался, что если повернётся, то заметит на губах Франциска злую усмешку. Но тут Франция почти неощутимо провёл руками по плечам Артура. — Посмотри на меня. Неужели я такой страшный? Вроде за несколько дней не постарел, не изменился,— хмыкнул Франциск. Англия выдохнул с облегчением, услышав уже привычный ироничный тон Франции. И без единого намёка на ухмылку. Артур медленно повернулся, опустив глаза. Он почувствовал, что Франциск на него смотрит, но не хотел поднимать взгляд. Однако вскоре ему всё же пришлось это сделать, так как Франция двумя пальцами приподнял его подбородок. — Mon chèr, какой же ты джентльмен, если не смотришь в глаза собеседнику,— на губах Франциска сияла довольная счастливая улыбка, и Англия расслабился. Вдруг он увидел на щеке Франции длинный порез. — Что это?— спросил Артур. Франция потёр щёку. — Ну... Когда меня отшвырнуло к стенке, я порезался об острый выступ. Ничего серьёзного, если опустить то, что моё совершенное лицо малость подпорчено. Хотя у тебя, mon ami, проблемы посерьёзнее,— сказал Франциск и провёл большим пальцем по корочке запёкшейся крови на нижней губе Артура. — Что... что ты делаешь?— возмутился сначала Англия, но потом понял, на что намекает Франция, и успокоился. Артур провёл языком по нижней губе и ощутил терпкий вкус железа. — Сильно я её прикусил... Англия поднял взгляд на Франциска. Тот бросал на Артура неуверенные взгляды, отводил глаза в сторону и кусал губы. Было видно, что он хочет что-то сделать, но колеблется, просчитывает варианты. Однако спустя несколько секунд Франция всё же решился, наклонился и слегка поцеловал Англию в уголок губ. И отстранился, на пару сантиметров, так что Артур чувствовал его тёплое прерывистое дыхание. Англия замер. Сказать, что он был удивлён, — значит ничего не сказать. Он просто был в оцепенении, не знал, что надо делать. В голове кружились разные варианты действий, но Англия не мог выбрать один-единственный. Оттолкнуть? Ответить? Что? Артур закрыл глаза. Горячее дыхание. Тепло неожиданной близости. В груди возрастал непонятный трепет. Дальше Англия действовал по наитию — слегка приподнялся и коснулся губами губ Франциска. Теперь пришёл черёд Франции удивляться. Но он быстро взял себя в руки, обнял Артура за талию и притянул к себе. И поцеловал. Увереннее, и более страстно и напористо. Как раз в стиле Бонфуа-соблазнителя. И Англия просто растворился в его сладостном плену, чувствуя, как от губ Франциска по телу разливается пьянящее тепло. Артур отвечал очень неумело, до сих пор не веря, что это с ним происходит. "Что я делаю? Хотя это уже не имеет значения"— подумал Англия и слегка приоткрыл рот, позволяя Франциску углубить поцелуй. Артуру казалось, что его накрыла огромная волна неизведанного ранее наслаждения. Руки Франции своевольно блуждали по его спине и плечам, сам Англия лишь слегка обнял Франциска за шею. — Прошу прекратить устраивать порнографию в моём замке!— вдруг услышали они властный голос неподалёку. Артур резко оттолкнул Францию и посмотрел наверх. Над потолком парила недовольная Мэрилин. Очевидно, что увиденная сцена ей не понравилась. — Ты?— прошипел Артур. — Что тебе надо?— спросил Франциск, закрывая собой Англию. — Мне, честно, не хотелось вас прерывать. Хотя нет, хотелось, поэтому и отвлекла. Просто напоминаю, что дверь находится слева, потрудитесь выйти. И кстати,— сказала Мэрилин, прежде чем исчезнуть,— поздравляю, Англия! Ты молодец, я этого не ожидала. Артур неловко посмотрел на Франциска. Тот подмигнул ему и кивнул: — Действительно, пора на выход, а то мы никогда не выберемся отсюда. Франция огляделся и, заметив в паре метров прочную дубовую дверь, протянул руку Англии: — Идёшь? — Конечно,— согласился Артур, и они вдвоём вышли из двери, ведущей на свободу. Такую долгожданную и любимую. * (фр.) Не бойся... Я смогу тебя защитить... Я смогу... Ты не будешь один... ** (фр.)рыцарь *** (фр.) Она издевается над другими и получает от этого удовольствие mon cher — мой дорогой mon ami — мой друг