Инь-Ян

      - А ведь и вправду есть между нами что-то общее. Не находишь? - спросил Хичоль своего брата, когда они оба сидели на диване и рассматривали портрет своего знаменитого отца.        - Ну, вроде что-то есть, - ответил блондин, переводя взгляд то на картину, то на брата. Это тоже самое, что сравнивать его с собой, ведь Хичоль был словно его отражением в зеркале: те же щёки, те же губы, те же носы и те же глаза, которые совсем немного отличались по цвету. У него они были больше цвета молочного шоколада, а у Хичоля похожи на цвет карамели. Даже мать иногда их путала между собой, пока Сонмин не перекрасился и не стал платиновым блондином. Конечно же он сделал это не ради того, чтобы их с братом можно было отличить, одинаковая внешность даже порой помогала, но это больше было похоже на крик души, которая имела тёмный цвет из-за своего скверного характера. Ну, должно же быть в человеке что-то светлое? У некоторых это душа, а вот у него волосы. Тонко и со вкусом. - Особенно глаза похожи. И взгляд...такой же добрый и отзывчивый, как у тебя.       - Тогда, в кого же ты у нас такой, весь угрюмый и необщительный? - скорее в шутку сказал Хичоль. Но в каждой шутке ведь есть доля правды. Хотя, здесь не то что доля, здесь больше половины правды собирается. Но брюнет не считал своего брата злодеем, ведь он знал, что тот может быть и добрым и заботливым. Правда, это выражалось только по отношению к нему и матери, для остальных он был холоден как льдышка. Но ведь это тоже хоть что-то.        - На себя бы посмотрел, господин замкнутость и мистер "я стесняюсь" - выплюнул Сонмин, но тут же опешил, поняв, как его слова могут ранить брата. - Прости, прости. Я не хотел. Это не так, - начал извиняться он, размахивая перед собой руками, видя расстроенного брата.         - Нет, всё нормально. Ты прав,- сказал брюнет, погрустнев и, встав с дивана, вышел из комнаты.       - Хи, я не хотел. Это не так, - тараторил Сонмин, видя уходящего брата и ударил себя ладонью по лбу, когда тот скрылся за дверью. - Ащщ, ну что такое. Что, язык за зубами держать не мог? - сам себя бранил он. - Ащщ... - и одна из подушек летит с дивана, ударяясь о стену и падая на пол. Всё же, иногда стоит сдерживаться.  ------------------------------------------------------------       Итык уже давно ушёл, осознавая, что парням надо остаться наедине и обсудить многое между собой. Он искренне был удивлён, когда узнал, что дети, оказывается, абсолютно ничего не знали о своём отце. Он никогда не мог понять, почему его лучший друг не ездил встречаться с сыновьями, ведь он так любил их. А теперь он окончательно не понимал его. Как можно скрывать от своих родных детей, кто ты есть на самом деле? Или он боялся, что они вырастут зазнайками и будут считать себя лучше других, зная, какой их отец популярный? Но похоже, что Сонмину это не помешало ставить себя выше остальных. Итык улыбнулся, вспоминая эту беловолосую бестию, и невольно начал сравнивать его с Хичолем. Холодный и тёплый, отдаляющий и притягивающий, злой или ,скорее сказать, импульсивный и добрый. Так можно перечислять до бесконечности, но невозможно найти ни одну схожую между ними черту характера. Если только не считать их любовь друг к другу. То рвение, с которым Сонмин защищал своего брата, не могло не радовать, ведь Хичоль на его фоне выглядит более слабым и беспомощным. Будет хорошо, если они и дальше будут держаться друг друга, так будет проще им обоим.        Вспоминая братьев, Итык не заметил, как уже подъехал к зданию, которое состояло из нескольких корпусов. Университет Харукаси был одним из лучших в их городе. Именно сюда хотел бы отправить учиться своих детей Ли Хон Гук, когда ещё был жив. Итык не видел ничего плохо в этом выборе, так как они сами закончили этот самый университет. Хорошое обучение, которое здесь давалось, открывало дорогу в любую сферу деятельности, которую только пожелаешь. И вот теперь, проходя по таким знакомым коридорам, Итык вспоминал свою студенческую жизнь, в которой каждый день отличался от предыдущего чем-то новым и ярким. По памяти свернув в ещё один коридор, он улыбнулся, поняв, что ещё помнит, где находится кабинет директора. Тихонечко постучав и услышав короткое "войдите", он неспешно прошёл в помещение. Это место нисколько не изменилось с того времени. Всё такие же светлые стены, жалюзи на окнах, расписанные китайскими иероглифами. Вот только мужчина, стоящий спиной к нему и что-то ищущий в шкафу, был явно не его директор. Тому уже было лет под шестьдесят, когда он окончил университет, и ростом он был ниже. Кхм, намного ниже.        - Я пришёл устроить детей, - начал Итык, стараясь привлечь к себе внимание.        - Присаживайтесь. Я сейчас освобожусь и мы поговорим, - сказал директор, всё так же продолжая что-то упорно искать. Итык, который всё это время продолжал стоять около двери, прошёл в глубь кабинета и уселся на один из стульев перед рабочим столом, на котором собралось очень много различных папок и документов. Наверное, тяжело занимать такую должность, ведь на тебе висит ответственность за всех детей, которые здесь учатся. А если взять в расчёт, что не все они ведут себя в рамках приличия, так это вообще адская работа. Итыку даже стало стыдно, когда он вспомнил своё "идеальное" поведение в студенческие годы. "Надеюсь, он меня простил", - подумал он, вспоминая о своём старом директоре. А теперь вот этот молодой человек взял на себя эту ношу - следить за подростками. Вот кому действительно не повезло. А он жаловался на всего лишь двух детей, за которыми ему нужно присматривать. Да он просто счастливчик по сравнению с этим беднягой.        - Нашёл, - сказал тот самый "бедняга", высовываясь из своего хранилища, - так, о чём вы хотели пого... - он замолк на полуслове, и с его стороны послышался какой-то грохот, будто на пол упало что -то тяжёлое. Итык поднялся на ноги и посмотрел в сторону шума, чтобы узнать, что же произошло и, встретившись с шокированным взглядом, застыл на месте. "Что? Как? Зачем? Почему он здесь?" - эти  вопросы пронеслись у обоих в голове, пока они так же стояли напротив, сверля друг друга шокированным взглядом. Воспоминания с головой накрыли их, не давая выдавить ни слова.        - Ну, здравствуй, Итык,- немного осипшим голосом прервал молчание директор. Он хотел было отвести взгляд, ну, или, хотя бы выражение лица сделать попроще, но глаза как магнитом были прикованы к его гостю.       - Привет... Шивон, - таким же хриплым голосом ответил Итык, задаваясь уже лишь одним вопросом: "Почему именно он?"         Шивон наконец-то смог отвести от него взгляд и нагнулся вниз, поднимая упавшие бумажки. Немного мешкая, Итык всё-таки решается помочь. Подойдя ближе, он нагнулся вниз как раз в тот момент, когда Шивон собирался встать и, случайно ударившись лбами друг о друга, они встают, держа рукой ушибленное место.       - Извини.       - Прости, - выдают они одновременно, снова встречаясь взглядом. Но теперь между ними всего лишь несколько сантиметров, а их лица находятся в очень опасной близости. Проходит минуты две, а они всё так же стоят напротив друг друга, чувствуя на лице горячее дыхание, которое просто обжигает кожу, и, вроде даже, слыша своё и чужое  учащенное сердцебиение. Шивон громко сглатывает, посмотрев на губы Итыка, который именно в этот момент прикусывает их от волнения. "Совсем как тогда" - думает Шивон, облизывая свои пересохшие губы.        Звонок, который раздаётся  по всему зданию, заставляет Итыка придти в себя. Он отодвигается и, присев на корточки, начинает собирать разбросанные листы. Шивон ещё несколько секунд смотрит на то место, где совсем недавно были губы Итыка, абсолютно не слыша уже так надоевшего за столько лет звонка, и, очухавшись, начинает тоже собирать бумаги, стараясь не встречаться с гостем взглядом.        Когда всё было собрано и аккуратно сложено на столе среди всего остального бардака, они садятся на свои места, уже более-менее успокоившись.        - Спасибо за помощь, - ровным и уверенным тоном говорит Шивон, - Так о чём вы хотели поговорить?         «"Вы". Он обращается со мной так, словно мы не знакомы»,- проносится в мыслях Итыка. И, подумав немного, он понимает, что так на самом деле будет легче, и мысленно благодарит Шивона за это.        - Я хочу устроить к вам детей.       - Своих? - как бы Шивон не старался, но его голос всё же выдал отчаяние.        - Нет... Хон Гука. - было слышно, как директор облегчённо выдохнул, но, при упоминании их старого общего друга, он вновь напрягся. Он, конечно, знал о его смерти, даже был на похоронах, но он не знал, что у того были дети.        - У него были дети? - выдаёт Шивон свою мысль вслух.        - Да. Двое. Внебрачные. Близнецы. Двадцатилетние. До этого жили с матерью в Канаде,- отвечает сразу на все возможные вопросы, которые Шивон может задать.        - А ты?.. - директор не договаривает вопроса, думая как бы его правильней сформулировать, чтобы, не дай бог, не обидеть.        - Я что-то вроде няньки, - сказал Итык, догадавшись о сути вопроса. Он улыбнулся, вспомнив, что именно так назвал его Сонмин при их встрече.        - Ясно... Я возьму их, без проблем. Вот только есть одна загвоздка. - Шивон снова пытается подобрать нужные слова, которые просто вылетали из головы, когда он встречался взглядом со своим собеседником. Поэтому он начал разглядывать одну из папок, лежащих на столе, пытаясь отвлечься. - Как основной предмет, свободны только два места: одно - на факультете современной музыки, другое - на философском факультете.        - Но их нельзя разъединять! - запротестовал Итык, вспоминая свои сегодняшние рассуждения о том, что братьям стоит держаться вместе.        - Извини...те, - исправляет сам себя Шивон, вспоминая про свою игру "вижу этого человека впервые в жизни" , - Я ничего не могу поделать. Но они смогут встречаться на других совместных парах, которые преподаются для этих двух факультетов, и в перерывах на обед.        Итык сомневается, стоит ли разлучать братьев, пусть и не на долгое время. Но, ведь они уже взрослые парни и сами смогут за себя постоять, ведь так?        - Хорошо, - отвечает он, думая как сообщить эту новость близнецам так, чтобы "демон" не убил его.        - Тогда, кого куда записывать? - спросил Шивон, рассматривая документы братьев, которые предоставил ему Итык.        - Хичоля на философию, - белобрысой кобре там делать точно нечего, он только всех профессоров распугает, - а Сонмина на современную музыку, - ответил Итык, надеясь, что тот хоть немного унаследовал талант отца и умел петь.        - Хорошо. Тогда я приготовлю все нужные бумаги, и с завтрашнего дня они могут приступать к учёбе.        - Спасибо, до свидания, - казал Итык, вставая и направляясь в сторону двери. Неловко было находиться рядом с Шивоном, и он быстрее хотел уйти отсюда. Вот он поворачивает ручку и тянет её на себя, как..       - Тукки, - зовёт его Шивон, точно так же, как когда - то в прошлом, и Итык тут же оборачивается на голос. Лицо у директора немного покрасневшее, глаза опущены вниз, а губы слегка прикусаны. - Я... Я рад, что мы встретились. Я скучал. - В конце он всё-таки поднял глаза полные смущения и посмотрел на Итыка, стараясь улыбнуться, но, из-за того, что он нервничал, вышло не очень.        - Эмм.. Я тоже, - ответил Итык сразу на оба вопроса,- До встречи,- и с этими словами он уходит, закрыв за собой дверь.        - До встречи, - говорит Шивон себе под нос, открывая нижнюю выдвижную полку стола, и из самой глубины доставая небольшую коробочку, запылившуюся за такое большое количество времени. Открыв крышку, он начинает по одному вытаскивать вещи и фотографии, которые хранились здесь с его юношеских лет. Воспоминания атакуют мозг с небывалой скоростью, ведь у каждой вещички, спрятанной в этой коробочке, есть своя история, которую Шивон так старался забыть. Особенно человека, связанного со всем этим, который, как вихрь, вновь ворвался в его жизнь.  ---------------------------------------------        - Сонмин, звонил Итык. Завтра мы идём в университет. В первый день он подбросит нас на машине, показывая путь, - проговорил Хичоль, входя в комнату брата.        - Вот чёрт... Ладно, хорошо, спасибо.       - Вот только одно маленькое но... - Сонмин даже голову не повернул, всё так же продолжая смотреть в балконное окно. Но Хичоль знал, что тот внимательно слушает его, поэтому продолжил, - мы будем учиться на разных факультетах.        - Что за нах? - Сонмин вопросительно посмотрел на брата, который тоже вряд ли был в восторге от этого всего.        - Так вышло, - тихо проговорил Хи, боясь, что брат начнёт снова злиться. - Я буду на философии, ты - на современной музыке, - всё же решил уведомить брата о подробностях.        - Хотя бы додумался не записывать меня на эту муть. - недовольно брякнул блондин. - Хорошо. Увидимся завтра. Спокойной ночи.        - Спокойной ночи, - отозвался брюнет, подходя ближе к брату и целуя того в щёку на ночь, на что тот жмурится, но молчит.        Когда Хичоль скрылся за дверью, Сонмин открыл большое окно, через который был выход на балкон. Выйдя туда, он перебрался на крышу, ложась на зеленоватую черепицу. Смотря на небо, усыпанное множеством звёзд, он нашёл самую яркую, которая то и дело подмигивала ему. "Яркая звезда - такая же, как мой отец"- подумал он, любуясь ей. Почему - то ему на самом деле казалось, что это и есть его отец, который сейчас оттуда с высока наблюдает за ним. Как там было в мультике про короля льва? "Эти яркие точки, это короли прошлого, которые наблюдают за нами. Когда - нибудь и я окажусь там, и буду смотреть за тобой, помогая в трудную минуту"- что - то в этом роде, пытался вспомнить он цитату из мультфильма, который так любил смотреть в детстве. Вот, так же как и там, Сонмин надеялся, что отец услышит его.        - Отец, - говорил он негромко, так, что только он мог услышать себя, - если ты слышишь меня, пожалуйста, помоги Хичолю. Я не смогу всегда защищать его. Поэтому, очень прошу, пошли ему человека, который будет любить и заботиться о нём. Я чувствую себя ужасно виноватым, что не смогу постоянно находиться с ним рядом. Я очень волнуюсь за него.        - Отец,- проговорил Хичоль, находясь на другой стороне дома, и, так же как брат, обращался к той же самой звезде, чувствуя с ней какую-то связь, - пожалуйста, пусть Сонмин встретит кого-нибудь, кто будет любить его и сможет растопить лёд в его сердце. Я не хочу видеть брата постоянно злого на весь мир. Пусть он встретит человека, которого полюбит, и кто сделает его жизнь из серой и мрачной - яркой и весёлой.        - Пожалуйста, помоги ему, - одновременно сказали братья, и звезда, ярко мигнув один раз в ответ, вдруг погасла, исчезая только в одной ей понятном направлении и унося просьбы близнецов куда - то в даль.